Человеческий Облик

В этот день у них должна была быть мини-контрольная по математике. Проигнорировав внезапный порыв Юмехары нарисовать на пустом бланке красивое северное сияние, которое должно было бы каким-то образом смягчить ей ожидаемый провал, и Хайро, настроившегося отжаться суммарное количество раз всех ответов, Сайки напрягся. Что-то было не так, и это что-то вплыло в класс за четыре минуты до начала контрольной, а не за полчаса, как обычно. На полпути, тряхнув голубыми волосами, наигранно улыбнувшись во весь рот и показав в его и сидевшего на соседней парте Арэна, сторону большой палец, прохрипело тихим голосом «Удачи», и резко село за парту перед Кусуо. Это было несколько непривычно, потому что Кайдо никогда, даже рискуя быть отруганным учителем, не пренебрегал утренними приветствиями и вопросами, даже будучи полностью игнорируемым розововолосым эспером. Боевые инстинкты Арэна, видимо, тоже уловили необычный паттерн поведения, и тот уже открыл рот, чтобы спросить у Шуна, все ли в порядке, но тут зашел учитель и попросил всех сесть за свои места и подготовиться. Вскочив с парты и пройдя мимо Кайдо, Кубояши быстро сжал его плечо, и Сайки физически почувствовал, как напрягся голубоволосый одноклассник. Во время контрольной Шун щипал себя за руку, чтобы максимально сосредоточиться, и только когда полностью расцарапал себе тыльную сторону ладони, грустно улыбнулся, подумав, что это мизерная цена за молчание. Он будет прикрывать своих боевых товарищей не только от Темной Общины, но и от не знающей их привычки Терухаши. Что-то говорило Шуну, что он был прав, когда не дал первой красавице школы личный номер Кусуо, без разрешения последнего. Он и сам никогда не звонил ему, зная, насколько Сайки ценит свое личное время и пространство, получив его от добродушной матери Кусуо, даже не прося ее об этом, ожидая Сайки к началу фестиваля. Как эта информация попала в поле зрения Кокоми и почему та не могла получить номер тем же способом, Черное Крыло не знал, но и не собирался нарушать неприкосновенность того, кого считал лучшим другом. Эспер едва заметно улыбнулся. Кайдо действительно был неплохим другом, и его «синдром восьмиклассника» часто не противоречил этому, а напротив. Но это часто служило однокласснику поводом быть удобной мишенью для желающих нажиться на доверчивом «рыцаре», что Сайки регулярно пресекал и уже давно не раздражался на подобные применения своих сил. В этот раз что-то было иначе. Шуну было действительно больно. «Ничего страшного» - думал Кайдо, «надо только дописать контрольную. Главное дописать, а потом я вправлю себе все, что нужно, как делал в Сибири». Образ матери возник у Шуна огромным темным пятном, на секунду затмив даже грозный хор избивающих его Кокоминов. Сайки прикрыл глаза. Когда Кайдо первым сдал бланк, Кусуо не чувствовал ни толики несправедливости в своих действиях. Все же несмотря на боль по всему телу, Шун сам находил решения, и лишь буквально пару раз, когда слезы уже готовы были хлынуть из алых глаз, Кусуо телепатически передавал ему решения, обволакивая их едва заметным теплым фоном, которое хоть как-то могло помочь настроить подсознание Кайдо на мысль, что все будет в порядке. Как только Кайдо, не оборачиваясь, скрылся за дверью класса, Сайки опустил голову и включил ясновидение. Как и ожидалось, несколько натужно улыбающихся Кокоминов преградили ему путь. - Ну что, уже успел нажаловаться? Один из рыцарей Терухаши схватил его за плечо, в то время, как второй приобнял его, захватив шею локтем, что издалека смутно все же могло сойти за дружеское приветствие, на случай, если бы мимо проходили учителя. Подталкивая Кайдо в пустой класс, они толкнули его, так что последний упал на пол. - Нет, - слегка скривившись, Черное Крыло сразу же встал. В его глазах был гнев. – Это только между нами, мужчинами. Один из фанатов Кокоми, с самым хилым среди остальных, телосложением, который схватил Кайдо за шею, прыснул. - Ну, как знать. Ты ведь своему другу наверняка уже разболтал, как лишил розововолосого великой милости богини. «Они об Арэне» - понял Шун - «они боятся не учителей, а Арэна». Кайдо исподлобья посмотрел на своих мучителей. - Зачем мне сторонняя помощь? – усмехнулся он. – Если я могу по щелчку пальцев вас рассеять по свету. Но мне вас жаль, еще родственникам вас собирать по мусорным бакам. Его голос не дрожал, на что уходили последние силы. - Оу, - заржали несколько Кокоминов, - Ну начинай, красавчик. Они начали неспеша подходить к Шуну, и светловолосый лидер раскрыл руки, будто бы обозначая, что Кайдо может не торопиться и начать свою атаку. Шун сжал зубы. Глава Кокоминов подошел к Шуну вплотную. - А ты ничего, смелый. Но ты же понимаешь, что никто, ни задира, притворяющийся паинькой, ни этот идиот Нендо, не сможет нам противостоять. Да и зачем? Ты ошибся, но тебе будет дан великий шанс. Считай это боевым крещением. Ты сможешь стать одним из главным сторонником Терухаши-сама, и дать своему розововолосому другу великую милость, быть ее избранником. – он немного скривился, еще не до конца приняв то, что честь быть с богиней достанется кому-то конкретному. Но быстро взял себя в руки. – Ты же считаешь себя хорошим другом? «А он неплох» - отвлеченно подумал Сайки. - «Понятно, почему он заправляет всем культом». Кайдо смотрел на него несколько секунд молча. «Они достанут его» - размышлял он. – «Если я не дам им допуск к Сайки, они пробьют его силой уже лично у него. Я думал, что Сайки парадоксально не нравится Терухаши-сан, но может ли быть, что я действительно ошибаюсь и лишаю его шанса на счастье?» «Ну уж нет». Кокомины молча ждали. Светловолосый вытащил телефон. - Я записываю. - Я должен спросить у Сайки. Лидер неверяще взглянул на него. - Нет, не должен. Ты же не хочешь лишать себя шанса доказать верность Терухаши-сама? - Почему ты так боишься? – усмехнулся Черное Крыло – Если ты уверен, что Сайки так будет счастлив быть избранником Терухаши, то это просто формальность. Его сильно оттолкнули к стене. Терпение фанатиков явно заканчивалось. - Ой, заканчивай эту хрень! – прикрикнул один из Кокоминов. - Ты не понимаешь. – уже серьезным тоном продолжил лидер. – Ты как будто бы грешник противоречащий великому деянию. А мы пытаемся спасти не только тебя, но и твоего глупого друга. Кайдо выпрямился. «У меня есть несколько секунд позвонить Сайки и предупредить его бежать. Они знают, что он не хочет быть с ней». «Умница». - Хорошо. Дайте мне позвать его сюда. Пока позовите сюда Терухаши-сан. Мы оставим их наедине и будем вершителями величайшего союза. Лидер сверкнул глазами. - Ты понимаешь, что будет с вами обоими, если он не придет и мы зря потревожим богиню? «Да что в ней такого?» - вдруг истерически подумал Шун. – «Она же просто красивая девочка». - Этого. Не. Будет. Светловолосый несколько секунд пристально смотрел в его глаза. - Позовите Терухаши-сан. Скажите, что ее верный раб готов служить и приподнести ей дар в виде Сайки Кусуо. Кайдо с трудом скрыл отвращение на лице. - Дайте мне минуту. Перемена только что началась. Он резко отвернулся к окну, быстро печатая сообщение. Сайки, это Кайдо. Тебе предлагают стать бойфрендом Терухаши-сан. Ты хочешь этого? Ответ пришел незамедлительно. Нет. «Вот и все» - подумал Шун, прикрыв глаза. Тогда уходи из школы сейчас же. Они серьезно настроены на твое участие. Иди домой, потом разберемся. Или приходи в класс А-37, и притворись, что согласен, иначе тебе хана. В любом случае не оставайся в классе. Не волнуйся, Кайдо. Все будет хорошо. - Он идет? – взволнованно спросил лидер. По коридору среди прочих шумов был слышен легкий приближающийся стук каблучков. Кайдо незаметно сжал кулак. - Секунду. Он занят, учитель позвал его помочь. - А ну-ка дай телефон, - свирепым голосом прошипел светловолосый и широким шагом приблизился к Шуну. Но Черное Крыло был готов к этому и, взмахнув телефоном, ударил главаря Кокоминов в лоб. Две долгие секунды полной тишины, лидер, с широко распахнутыми глазами тер свой не так уж и болящий от слабого удара, но, покрасневший, лоб, затем на его губах начала расползаться безумная улыбка. После легкого кивка головы в сторону Шуна, Кокомины с криками возмущения подбежали к Кайдо. Один поднял его над землей за воротник, а другие уже собирались врезать потерявшему все берега голубоволосому. Чуть запыхавшаяся от быстрого шага, но не потерявшая ни капли в глазах окружающих, как и полагается идеальной девушке, изящности, Кокоми впорхнула в класс. Члены культа мгновенно отпустили Кайдо и встали по струнке. Она «непонимающе» улыбнулась. - Кайдо-кун? Ох, а я не помешала? Мне сказали, что Сайки-кун ждет меня здесь. Сквозь тихие восторги Кокоминов, Кайдо впервые смотрел на девушку без привычного восхищения. «Она же насквозь фальшивая» - проносилось в его гудящей голове. Сидя на полу и смотря на прекраснейшее лицо, он будто чувствовал, как трепещет и готова сорваться идеальная пелена. Но трясущиеся пальцы лидера у его головы заставили отвлечься и посмотреть в наполненные ужасом глаза светловолосого. - Те... Терухаши-сан, он будет с минуты на минуту... Простите, тут какая-то нелепая ошибка, учитель задержал его... - Оу, - Кокоми улыбнулась главе своего культа и Шун почувствовал, как у того сбилось дыхание. – Тогда я буду в классе, позовите меня, пожалуйста, когда он придет. «А пока можете продолжать. То, что он сделал утром, заставляет задуматься, почему он еще в сознании». Терухаши приветливо помахала в их сторону и повернулась к выходу. Из коридора раздался крик, переходящий в многоголосье. Отчетливо можно было лишь уловить слово «Скорпион». - Кокоми-чан! - различил Шун голос Юмехары. – Осторожно, по коридору бегает очень опасный скорпион, мне сказали, что он... – Ее голос слился с гулом остальных. Терухаши вбежала обратно в класс. - Терухаши-сама, вы в порядке? – панические голоса Кокоминов чуть не заложили Кайдо уши. - Да, но здесь... В класс, вбежало несколько учеников разных классов, с криками «Вот он, не упустите его!..» «Не приближайтесь близко!..» «Нендо, осторожно!..» Арэн метнул взгляд в Шуна и поднял руку, собираясь окликнуть его. Все произошло быстро. Под истошные крики учеников, скорпион метнулся в сторону культа и его богини. В панике Кокомины бросились врассыпную, оставив в центре не успевших двинуться с места Терухаши, светловолосого лидера и Кайдо. Несмотря на рандомность движения скорпиона, с бешеной скоростью он приближался к замеревшей в шоке троице. У самой ноги лидера культа, Кайдо, не понимая, что делает, следуя инстинктам защитника слабых, подставил руку между ногой светловолосого и скорпионом. На секунду в классе, будто последним, самым громким аккордом оркестра, пронесся общий крик, в котором был явно различим голос Арэна, зовущего его по имени, а затем наступила оглушительная тишина. Или это Шун ничего не слышал, кроме бешеного стука собственного сердца. Скорпион замер у Кайдо на руке. Глаза всех были прикованы к будто окаменевшей руке голубоволосого. Будто сквозь толщу воды, Кайдо слышал осторожно приближающихся к нему людей, негромкие указания не двигаться, хоть он и не мог этого сделать, полностью замерев в страхе, звуки быстро снимающих с его руки в ловушку, скорпиона, панические и удивленные возгласы насчет того, что тот не укусил парня, хватания и осмотра его руки несколькими людьми и вызова скорой на всякий случай. Перед потерей сознания Кайдо отчетливо уловил лишь блеск зеленых очков вдалеке, чуть расширенные глаза за ними, бледные губы, и взгляд, переходящий в спокойствие и будто бы принимаемое решение. Взгляд, который обещал Шуну, что теперь все будет хорошо.