Зови меня своей юностью.

За несколько дней до этого, в штаб секретного лагеря США в Японии, под видом Итальянских политических беженцев прибыли Кармина, её отец, его подчинённые, несколько американских солдат и переводчик. Кармина не знала, что приехав сюда, станет одним из множества маленьких звеньев в цепочке, ведущей к гибели целого города. Отец не сказал ей. Он знал, что она устроит скандал и не захочет в этом участвовать. Тогда её просто расстреляют. Зря он согласился на предложение генерала взять её сюда врачом. Зря. Когда она узнала, было слишком поздно. За несколько часов до взрыва их должны были забрать из этого города, но либо в расчётах была ошибка, либо американцы не слишком дорожили своими итальянскими союзниками.Они были в подвале здания, расположенного чуть дальше от места взрыва, чем те, кому повезло меньше. В ушах в звенело. Кармина выбежала на улицу. Она увидела кучи тел и осколков, лужи крови, огонь и пепел. Пепел падал с неба как снег. Чёрный снег, в знак траура над теми, чьи тела он накрывал. Интинкты сработали быстрее, чем она пришла в себя. Девушка пробежала дальше по улице, туда, где у людей был шанс выжить. Она оглядывала раненых, кто-то шёл сам, кого-то несли на руках. Крики, стоны и плачь детей были невыносимыми. Она ощупала пульс у двоих человек. Его не было. Затем она увидела её. Девушка с длинными чёрными волосами, заплетенными в косы, лежала на земле. На ней была школьная форма, а рядом лежал портфель. Кармина подошла к ней. В этот момент ей отчего-то стало страшно, что и у этой девушки она не найдет пульса. Страшнее, чем когда она шла мимо тел меньше минуты назад. Вместо того, чтобы искать пульс, она приложила ухо к груди школьницы. На секунду Кармина перестала дышать, а затем услышала неровный стук сердца. Сделав вдох, она оглянулась по сторонам. Помощь уже прибыла, но пострадавших было слишком много. Девушка попыталась привлечь внимание врачей, снующих по улице, когда ощутила, что её схватили за руку. Это была девушка-переводчик. Только она из всех прибывших знала японский. - Тебя убьют, уходи отсюда - сказала она. - Уходи если не хочешь помогать. Пусть лучше меня убьют, чем я стану убийцей этих людей - сказала Кармина. - Глупая! Сейчас за нами прилетят, пора уходить. - Иди. И скажи, что я не выжила. Агата не ушла. Так звали переводчицу. Она посмотрела на дочь командира, в её глазах читалось сожаление и боль. Она не стала ничего говорить и, молча присев рядом с черноволосой школьницей, попыталась её приподнять. Кармина села рядом. Вместе они смогли поднять девушку. В этот момент к ним подбежал санитар. Он начал что-то кричать на японском, а Атата начала что-то ему объяснять. После недолгого разговора Агата сказала: - Он спрашивал кто мы такие, я сказала, что мы беженцы, а ты врач. Так нас, по крайней мере, не убьют. Им нужна помощь. Пострадавших слишком много. Девушка в школьной форме издала стон. Она пришла в сознание. "Я должна спасти тебя. Хотя бы тебя".