Больше, чем нужно

Съездить кулаком по ебальнику Каваты было наверное не самой лучшей затеей, но для Риндо это было что-то вроде успокоительного после услышанного от товарища в этом змеином гнезде. Он сразу заподозрил неладное, когда Нахоя сообщил, что его брат решил выбраться за приделы приюта вдруг в одиночку, когда обычно звал кого-то за компанию, так как трусил один. Его подозрения оказались ненапрасными, так как Соя лично это подтвердил после своего возвращения. — С какого хуя ты решил, что имеешь на это право? — младший Хайтани был просто зол на того, кого некогда считал своим другом, а этот человек влез туда, куда не следовало и возможно испортил ему жизнь. Боги, конечно он злился. — Но, Рин, я просто хотел тебе помочь, ты так и не понял, что ваши отношения с братом просто верх аморальности? — Соя не успел коснуться рукой лица на месте удара, как уже получил следующий и по инерции отошёл на пару шагов назад. — Заткнись. Ты и понятия не имеешь какие у нас отношения. Не смей больше и слова о нём произносить. Если тебе хоть немного жаль, ты поймёшь меня и прикроешь. Тряхнув рукой, Риндо поспешил покинуть комнату, а затем и сам приют. Ему было плевать на осторожность и даже если бы его отсутствие заметили, ему бы было всё равно на последствия, потому юноша любит своего брата больше, чем нужно. Риндо всегда любил Рана больше, чем нужно. Всегда. Сколько себя помнил. И теперь, когда он со всех ног бежит домой, моля святых о том, чтобы брат по прежнему ждал дома его возвращения, сердце колотится в бешенном ритме, словно вот-вот выпрыгнет из груди прямо на землю, где его безжалостно растопчат прохожие. Но открывая входную дверь наверное лишь с пятой попытки, младшего встречает только пугающая тишина, окутанная тьмой и холодом, что пробирал до самых костей. Рана здесь нет. — Ран. — Риндо неглуп, он всё прекрасно понимает, но ноги сами его ведут в глубь комнаты, будто старший просто мог заснуть на их диване после тяжёлого дня, но он убеждается, что это не так, когда на диване застаёт лишь пару разбросанных подушек и смятую пачку сигарет. Рана действительно здесь нет. Он правда выбрал верить в нелепую ложь и оставить своего младшего совсем одного? Но замечая на подлокотнике свою любимую домашнюю футболку, которая на самом деле принадлежала старшему, Риндо срывается с места и вновь со всех ног бежит в одно единственное место, где можно найти потерянного брата. Та самая людная и такая живая улица. И он действительно там. Сидит на фоне всех этих людей такой жалкий и одинокий, курит наверняка уже не первую сигарету и… Боги, как же хочется вновь почувствовать его тепло. — Ран. — Почему ты здесь? — это совсем не то, что ожидал услышать Риндо от своего брата спустя два года после их последней встречи. Однако Ран смотрит на него совсем иначе и в его тоне нет ни намёка на то, что он хоть немного скучал. — Ты, блять, сейчас серьёзно? — младшего начинает охватывать обида и злость, потому что он каждый божий день представлял их встречу и… Нет, она не должна была быть такой. — Тебя не должно здесь быть. Возвращайся обратно в приют, — а старший более и не решает удостоить его своим взглядом, фокусируя внимание на сигарете, которая через секунду оказывается на асфальте, под ногой Риндо. Ран встаёт и роняет на того свой испытывающий взгляд, однако это никогда не работало с ним, сейчас тем более, — Прекращай капризничать, Риндо. Возвращайся, — нагнувшись за сигаретой, один Хайтани получает коленом в нос от другого. — Ты правда так поступишь со мной? Действительно откажешься от меня из-за жалкого мнения общества? Я ненавижу тебя. — Ты ещё ребёнок и не знаешь о чём говоришь, — он только вытирает дорожку крови из носа, как младший брат наносит ему ещё один удар. Люди начинают замечать неладное и потихоньку замедлять шаг, дабы поглазеть на это зрелище подольше. — Это ты не понимаешь о чём говоришь, — толкнув брата, Риндо отчаянно пытается унять дрожь, — Предатель. Обещал, но так быстро поверил в навязанное… Любил ли ты меня вообще так, как говорил столько лет? Жалкий пизда… — он не успевает договорить из-за прилетевшего в нос удара от старшего, которого всё же получилось вывести на эмоции. — Заткнись. Не смей сомневаться в моих чувствах, уходи, я не хочу продолжать это, — поправив свою куртку, Ран разворачивается и собирается уйти. — Трепло ебанное. И их обоих уже не остановить. Один Хайтани безжалостно бьёт другого, но вот проблема, Ран лично учил драться своего младшего, посему тот использует его же приёмы против него и этот дождь из ударов наверное мог бы длиться вечно, если бы толпа не начала кричать о полиции. Перепуганные братья смотрят друг на друга, схватившись за руки они удирают с этой несчастной улицы, игнорируя попытки полицейских их остановить. По всему телу пробегаются мурашки, когда холодные руки пробираются по кофту, касаясь грудной клетки там, где отчётливо чувствуется бешенный ритм сердце любимого. Ран сдавленно стонет, когда юркий язычок младшего брата проскальзывает в рот, лаская его язык и это будто вновь возвращает их туда, где они и были два года назад. Он безумно скучал по своему младшему брату. Чувствуя рукой сердцебиение Риндо, по телу разливается необъяснимое тепло, на душе становится одновременно так тяжело и легко, а колени предательски дрожат, отчего и кажется, будто он просто пьян и это всё ничуть нереально. Но Риндо реален как никогда за последние годы. Влажные поцелуи с привкусом крови и сигарет, касания холодных рук к горячему телу любимого и дрожь, подобная горячке. Сейчас это именно то, в чём они нуждаются. Потому что они оба любят друг друга больше, чем нужно.