Half-breed

Сиэль нервно мерил шагами холл поместья, буквально каждую минуту бросая взгляд на старинные настенные часы. Себастьян, который был отправлен к Энни, дабы собрать девушку для поездки, должен был вернуться еще пятнадцать минут назад. Опаздывать было не в компетенции дворецкого, поэтому Фантомхайв был полностью убежден в том, что гостья его дома в очередной раз что-то натворила. — Господин, не нервничайте. Девушкам свойственно… — попыталась успокоить хозяина горничная. Но оборвалась на полуслове, когда Сиэль прожег ее насквозь злобным взглядом. — Прекрати пугать прислугу. Даже у меня от того, как ты своими глазелками сверкаешь, мурашки по коже. Некогда граф облегченно выдохнул, поворачиваясь к лестнице и скрещивая на груди руки. Энни, не спеша, спускалась вниз, на ходу натягивая на руки черные перчатки без пальцев. Волосы, которые вернули свой естественный черный цвет после того, как девушка побывала в собственном подсознании, были заплетены в тугую косу, которую Хелл перекинула через плечо. Черный костюм, приобретенный вчера вечером в одном из фирменных магазинов Франции, состоящий из фрака, свободных штанов и жилета, делал лицо Полукровки еще бледнее. Образ дополняли высокие кожаные сапоги и белая рубашка. Что касалось Фантомхайва, то его костюм для конной езды представлял подобный набор. Разве что в его наряде отсутствовал жилет, да и цвет был серым. И Энни лишь мысленно называла все это великолепие «фарсом для знати». Необязательно им, Полукровкам, так выделываться и привлекать лишнее внимание. Но против чудачеств графа девушка ведь не могла пойти. — С пунктуальностью тоже надо что-то делать, — ехидно подметил Сиэль, протягивая Хелл руку и помогая той спуститься с последних ступенек. Энни на его слова лучезарно улыбнулась. — Я просто тебе на нервы стараюсь действовать, — пропела она невинным голосом, вызвав у Себастьяна смешок, а у его господина – хмурое выражение лица. — И будешь таким злым все время – морщины появятся. Фантомхайв, не сдержавшись, закатил глаза, мысленно проклиная «это полоумное создание» за потраченные впустую нервы. Михаэлис же в очередной раз хихикнул, отмечая, что давно уже не видел своего протеже в столь… плохом настроении. Все же, Энни мастерски выводила графа из привычного спокойствия настолько, что тот почти переставал контролировать свои эмоции. Лошади уже были поданы и подведены к выходу из поместья. И Фантомхайв был готов биться головой о перила лестницы, даже не успев выйти за пределы родного дома… — Ты просто обязан научить ее манерам. Хотя бы азам, — сквозь зубы процедил он, когда Хелл вылетела во двор с воплем: — Коня-я-яу~ Прижавшись к морде белой лошади, Энни с тихим ехидством наблюдала за борющимся с собственными желаниями Фантомхайвом. Ох, как же Хелл любила трепать людям нервы и выводить их из себя. Да тут еще и такой кадр попался, который вроде и бесится, а предпринять ничего не может. Все же, польза от этого идиотского контракта была: девушка стала полностью неприкосновенна и автономна. — Только доиграюсь я в один момент, и пристрелит он меня, — констатировала Полукровка, принимая помощь Себастьяна и запрыгивая на коня. — Он не может причинить тебе вред, — спокойно заявил дворецкий. — Правда, ровно до тех пор, пока контракт в силе. — В том-то и проблемы. Выполнятся условия контракта, и тогда он точно в меня обойму всадит. Михаэлис лишь покачал головой, после чего похлопал лошадь у основания шеи. Энни спокойно взяла в ладони повод, и конь сам направился вперед. Хелл одобрительно улыбнулась, поравнявшись с Фантомхайвом. — Я уже успела порядком отвыкнуть от езды, — как бы невзначай бросила она. Сиэль продолжал следить за дорогой. — Ты раньше занималась конным спортом? — с полным безразличием поинтересовался тот. Энни криво усмехнулась. — Не совсем. Повелитель Кошмаров позволял мне возиться с его творениями из песка. — Полукровка недоверчиво покосился в сторону своей спутницы, хмурясь. — Имя Бугимена тебе ничего не говорит, да? Недоверчивость на мгновение сменилась любопытством, что от Хелл не укрылось. Фантомхайв поспешил напустить на себя отрешенность, дабы скрыть интерес и подавить желание задать пару наводящих вопросов. Энни и это поняла, а потому продолжила: — Просто так сложились обстоятельства, что Питч как-то забрел к моей сестре и продолжительно питался ее кошмарами. А потом и вовсе оказался в кабинете Князя, после чего неоднократно спасал мою сра… меня, — девушка запнулась и откашлялась, — из разных передряг, как, например, нападение ангелов в мире живых. Там еще ситуация с апокалипсисом свою роль сыграла. — Когда у Рафаила мания величия заиграла? — Энни кивнула. — Себастьян участвовал в сражении на передовой. И тут Хелл на несколько секунд накрыло, вынуждая вернуться к событиям двухлетней давности. Конечно же. Тогда, на поле битвы, в горе перебитых и уже мертвых демонов ее кто-то нашел. Из-за удара и собственной крови девушка не смогла рассмотреть лицо спасителя. Но голос… — Я помню, — выдохнула брюнетка, прогоняя наваждение. Заметив, с каким подозрением смотрел на нее Фантомхайв эти несколько секунд воспоминаний, Энни встрепенулась и, ударив лошадь пятками по бокам, перешла на бег и ломанулась вперед, оставляя мгновенно разозлившегося Сиэля позади. Хелл поймала себя на мысли, что слишком сильно расслабилась, потому пропустила момент, когда Граф с его дворецким успели погрязнуть в ее же жизни. Ситуация уже начинала складываться так, что девушка стала полностью зависимой от этого симпатичного, богатого и высокомерного до мозга костей когда-то дворянина, который в последнее время был для нее подобием няньки. Энни с силой прикусила нижнюю губу, пуская лошадь быстрее. А быть кому-то обязанной Полукровка просто терпеть не могла. И шальная мысль о том, что Сиэль вот-вот попросит плату за защиту девушки как-то ненавязчиво дала о себе знать.

***

Энни никогда не думала, что в ее демонической жизни настанет тот самый момент, когда ей попросту будет нечего делать. Стоило в графике Полукровки пробиться хоть одной свободной минуте, как эту ее занимал какой-нибудь пусть малозначительный, но пиздец, выступавший в лице либо очередного поручения, либо новости от подруги, либо инцидентом в Преисподней. Вчера, вот, Андрия о себе решила напомнить. Сейчас же Энни даже вообразить не могла, чем она может себя занять в огромном особняке Фантомхайва. Полукровка уже выспалась на несколько лет вперед, набила желудок всевозможными сладостями, перечитала от балды от корки до корки любимую книгу, которую неизвестно каким ветром надуло в местную библиотеку. Иными словами, делала все, чтобы хоть как-то убить время. Только оно почему-то, будто бы назло, шло с каждой минутой все медленнее и медленнее. Хелл могла бы чисто «ради поржать» отыскать Себастьяна, который умудрился прибыть с поместье раньше их, и продолжить с ним ночную баталию, но тот в обществе своего господина соизволил съебаться на какую-то там встречу с территории особняка, на который, кстати, наложили барьер, чтобы всякие личности не удумали вершить праведные дела. И Энни ничего и не оставалось, кроме как отсиживать зад в выделенной ей комнате и просто ждать возвращения вышеупомянутых. Вот только смысла чего-то ждать Полукровка не видела. Все было очевидно до боли в груди. Эйс предатель, который, в итоге, должен будет понести от нее наказание. Сиэль ей об этом напрямую, правда, так и не сказал, а от диалога умудрился увильнуть, сославшись на занятость и работу. Но Энни уже и не нужны никакие доказательства в своей догадке, которая посетила ее еще вчера относительно голубоволосого подонка. Информацией с ней успела поделиться Андрия перед тем, как заткнуться, как надеялась Полукровка, хотя бы на несколько месяцев. Предварительно из Эйса придется выбить в буквальном смысле всю интересующую ее информацию. А потом Энни пошлет своего муженька на все четыре стороны, сдаст его Преисподней, отменит свадебку и заживет своей спокойной рутинной жизнью. — Как бы не так, — выдохнула девушка, садясь в кровати. — Бля, я ведь люблю его. Энни не лукавила. В отличие от остальных претендентов на ее душу и тело, Эйс был единственным, кто пробудил в Полукровке тот самый «трепет в районе легких». Только рядом с Эйсом брюнетка, хоть немного, но могла почувствовать себя счастливой и защищенной. Да даже с самим Сатаной она не чувствовала себя в безопасности так, как с этим предателем. — Может, я ошиблась? — рассуждала вслух девушка, надевая на обе ноги тапочки и выходя из комнаты. — Может, Андрия тем самым хотела запутать меня? И Сиэль так и не дал ни одного ответа на мои вопросы. Энни, как могла, пыталась успокоить собственные мысли, что ни черта у нее не выходило. Эти несколько дней практически выжали из нее силы и здравый смысл, поэтому девушка уже просто мечтала о том, чтобы вся эта неразбериха с убийством ее собратьев разрешилась. Она надеялась, что в ближайшее время вернется в свою скромную комнатку в Преисподней, поговорит и объясниться с Элен, после чего они все вместе будут распивать чай в резиденции, вспоминая пережитое и искренне над этим смеяться. Только вот хуй там был, потому что сначала ей предстояли серьезные разборки с Эйсом. И пускай Хелл до сих пор колебалась в отношении причастности своего мужа к убийствам, она должна была настроить себя на любой исход. Делать этого, правда, совершенно не хотелось. Спустившись на кухню и заварив очередную чашечку чая с громким названием «Эрл Грэй», девушка по-привычке запрыгнула задницей на столешницу. Сейчас она маялась от безделья и практически ныла от собственной беспомощности, а буквально несколько недель назад жаловалась Сатане и просила выдать ей хоть малюсенький отгул, дабы элементарно выспаться. Энни искренне пообещала себе, что если вся эта неразбериха закончится с положительной для нее стороны, она полностью уйдет в работу. Даже попросит Князя о дополнительных дневных заданиях, несмотря на то, что терпеть их не могла. — Надо было от нехуй делать с Фантомхайвом напроситься, — промычала девушка перед тем, как отхлебнуть чая и зажмуриться от удовольствия. — Пускай Себа пизже чаёк делает, так тоже заебок. Но в отсутствии Сиэля присутствовал большой плюс. В последнее время Хелл стала… пытаться контролировать свой лексикон в обществе двух интеллигентов. Дошло до того, что Энни в обществе Графа сократила мат до минимума. Форс-мажоры были не в счет. Поэтому, когда сегодня, по пути в поместье, разогнавшаяся лошадь резко дала по тормозам, увидев впереди непреодолимое препятствие, Фантомхайв услышал десяток всевозможных слов, в которых мелькали корни «пизд» и «хуй», а также смог наблюдать полный необычайной грации полет, закончившийся элегантным приземлением в огромную, полную грязи лужу. Пока Энни вслух хихикала над собственным идиотизмом, она не сразу услышала странное жужжание, которое доносилось из холла. По мере того, как странный звук становился все более четким и громким, Хелл все тише и тише смеялась, все сильнее и сильнее напрягалась. И либо Полукровка окончательно потеряла рассудок со всей этой хуйней, которая разом обрушилась на нее и ее окружение, либо источником звука являлась… газонокосилка? В проеме двери, которую девушка оставила зачем-то открытой, мелькнула тень с грозой всей травы в руках. Энни собиралась спрыгнуть со стола и перебраться в подсобку, в надежде там спрятаться и достучаться до Фантомхайва. Только жужжание, которое постепенно начало удаляться, прекратилось, потом возобновилось и явно направилось обратно. Собственно, Хелл так и осталась сидеть на столешнице, когда в проеме затормозил молодой паренек на пару с газонокосилкой и резко взглянул из-под оправы очков на девушку своими выразительными глазами странного оттенка зеленого с переливом желтого. Полукровка нервно выдохнула, ловя на себе заинтересованный взгляд. Такие глаза имели только одни существа в мире. Парень тем временем небрежно поправил блондинистые волосы, которые у основания шеи имели темный оттенок, оперся о свое оружие, после чего достал из-за пазухи папку. Очки. Глаза. Папка. Газонокосилка. Нет, Энни не ошиблась. И чем быстрее она отсюда уберется, тем выше у нее вероятность сохранить себе жизнь. — Вот ты где, неучтенка, — нараспев произнес парнишка, пряча досье. Хелл аккуратно спустилась со стола. — Два года с твоей пленкой носился. — Только без резких движений, — предупредила брюнетка, хватая из подставки под кухонную утварь скалку и размахивая ею в воздухе. — Я вооружена и опасна. Жнецы совсем оборзели? Какая к черту неучтенка? Я типа на Преисподнюю работаю. Чем сильнее Энни нервничала, тем больше она осознавала, что ее речь превращается в не имеющий логической связности бред. Однако «бог смерти» ее понял, потому вновь достал документы, повторно взглянул на девушку, еще раз сверил бумаги и счастливо улыбнулся. — Анна Кактурина? — Услышав старое имя, Полукровка поморщилась. — Допустим, в далеком прошлом меня так звали, — отступая назад, ответила она. — Сейчас у меня совсе-е-ем другое имя. Хочешь, документы покажу? — Придуманное тобой имя веса не имеет, — пожал плечами жнец. — Дай мне спокойно доделать работу. Стоило шинигами завести газонокосилку, Энни с боевым воплем «Когда эта хуйня кончится?!» кинула свое оружие в сторону парня и тут же перемахнула через стол, кидаясь в сторону печи, над которой столь удобно висели сковородки. За спиной раздался хруст дерева, и Хелл, не прикладывая усилий, догадалась, что старому столику Фантомхайва пришел пиздец. — Отъебись, чудовище! Я не человек! — закричала брюнетка, хватая сковородку и пользуясь замешкой жнеца, чьему оружию не пришелся по вкусу предмет графской мебели, и вылетела в коридор. Мысленно матеря себя за с годами развивающееся умение влипать в неприятность, Энни пробежала первый этаж и оказалась в холле. На лестнице Полукровка перескакивала сразу по две ступеньки, стараясь дышать через раз и пытаясь успокоить бьющееся как сумасшедшее сердце. Все в Преисподней прекрасно знали, что со жнецами лучше лишний раз не пересекаться. Почти всегда стычки с посланниками божьими в лице проклятых божков смерти, обитающих в не менее проклятом департаменте, заканчивались кровопролитными сражениями и довольно тяжелыми ранениями для Демонов. С Полукровками дела обстояли гораздо хуже. Оружия шинигами – косы смерти – беспрепятственно уничтожали таких как Энни. И уничтожали не только сосуды, но и души, что означало полную невозможность перерождения и забирания пленки. — Опа, вот ты где. «Твою ма-а-ать!». Хелл буквально вломилась в первую попавшуюся в коридоре дверь, тут же запирая ее на замок и машинально отскакивая назад, когда дерево затрещало под натиском Косы Смерти. Комната оказалась кабинетом Фантомхайва, и Энни в голос взвыла. Прятаться было негде, ее вот-вот порубят на мелкие кусочки, а единственным спасением было огромное окно, на котором красовалась решетка. Мышеловка захлопнута. Отступать некуда. Как только дверь разлетелась в мелкие щепки, Хелл поудобнее перехватила сковородку и обернулась лицом к жнецу. Мысленно девушка не переставала материть Фантомхайва, который настойчиво игнорировал просьбы спасти ее. Но умереть от рук шинигами в планы Полукровки сегодня точно не входило. — Послушай, брось эту затею. Я больше не человек, пленку мою вам заполучить не удастся, — призывая блондина послушать ее, попыталась вразумить парня Энни. Тот лишь усмехнулся. — Не узнаю, пока не проверю, — подмигнул он Хелл и кинулся на нее с оружием. Сковородка, брошенная прямо под лезвие, была бессовестно уничтожена. Сама Энни уперлась спиной в стол графа, не сводя бешенного взгляда с надвигавшегося на нее убийцы и вытянув перед собой руки. Шинигами недобро сверкнул своими зелеными глазами, и Хелл, приложив все силы и зажмурившись, в голос закричала: — Сиэль! Скопившаяся в районе груди энергия вспыхнула, пройдясь по всему телу замершей на месте девушке, сконцентрировавшись в руках. Два огненных вихря, вырвавшихся из ладоней, откинули от себя удивленного жнеца, плавя метал Косы Смерти, поджигая черный костюм, паля волосы. Энни не смела открыть глаза, полностью концентрируясь на уже потупившихся чувствах, когда сила выходила из под контроля. Огонь быстро прошелся по всему кабинету, охватывая мебель. Среди темной шевелюры Полукровки проявилась пара настоящих ушей, а из-за спины показался рыжий лисий хвост. С трудом разведя руки в стороны, Хелл почувствовала, как огонь перешел на саму девушку. До скрежета стиснув зубы, Энни зашептала под нос на латыни, пытаясь вернуть себе контроль над стихией. — Подчиняйся, — хрипела она, тем временем как пожар начал постепенно утихать, метнувшись полностью в сторону девушки. — Я твой хозяин. Пламя полностью сконцентрировалось в руках и резко погасло. Полностью обессиленная Хелл упала на колени, тяжело дыша и чувствуя, как от всего тела исходит пар. Разлепив помутневшие глаза, которые теперь сверкали малиновым демоническим огнем, Полукровка усмехнулась стоящему в нескольких шагах от нее Фантомхайву. — Могу я узнать, что тебя… так… задержало? — сквозь тяжелые вздохи поинтересовалась Энни, падая на задницу и щурясь. Сиэль нахмурился и скрестил руки на груди. — Ты приносишь в мою жизнь сплошные убытки, — констатировал он, обовдя взглядом полностью сгоревший кабинет. Хелл на его слова лишь развела руками.

***

— Мы просто объясним Бальтазару, что все это ошибка! Несмотря на странные предпочтения и несоответствующий характеру Демоницы облик маленькой милой девочки с большими малиновыми глазками и длинными-предлинными волосами, которые обычно еще метр волочились вслед за своей обладательницей, если та, как сейчас, неслась по коридору Преисподней, Лилит была самым мудрым существом во всем Аду. Толпы завистников и ненавистников всегда признавали данный факт, поэтому этот «миловидный демоненок» носил гордый титул первой жены Князя. Официально так и было, а вот фактически Лилит была абсолютно свободной девушкой, поэтому вот уже как тысячу лет ежегодно меняла себе партнера. Пусть Демоница и считалась той, кто проклинал и забирал в пучины Ада младенцев, в своих детях Лилит души не чаяла, как бы парадоксально это не звучало. Новость о предсмертном состоянии ее любимого младшего сына Леона вызвал у нее волну неконтролируемого гнева. Но до состояния фурии ее довели слова Бельфегора, который сообщил о том, что виновницей происшествия и убийцей Полукровок посчитали фавортику Сатаны и когда-то невестку Леона. К Энни Лилит всегда относилась более чем положительно. С этой юной и в меру несуразной особой Демонесса как-то сразу нашла общий язык, хоть и старалась поначалу держаться холодно и отстраненно. Но Полукровка не прикладывала никаких сил, чтобы понравится будущей… свекрови? При их первой встречи девушка вообще впала в ступор, когда вместо (ну, как ей на тот момент казалось по мифологическим представлениям) грозной и стервозной тетки-жены-самого-Дьявола перед ней предстала девчушка в малиновом платье в пол, которое было обрамлено черным кружевом. Челюсть Энни, что называется, отвисла. Она не скрыла тогда, что представляла себе «мать всех демонов» в абсолютно противоположном амплуа, и извинилась за нецензурную брань, когда из ее рта вырвалась фраза «вот это блять ахуительный разрыв всех ебанных шаблонов». И Лилит уже тогда осознала, что такому искреннему существу будет трудно существовать в демоническом мире. Со временем Лилит умудрилась привыкнуть к Энни и даже иногда сама давала ей мелкие поручения, которые Полукровка безукоризненно и в идеале исполняла. Поэтому теперь Демоница старалась как можно быстрее добраться до кабинета Князя, чтобы вразумить его старую голову, которая как-то умудрилась додуматься до столь идиотского и беспричинного вывода. Лилит влетела в резиденцию подобно урагану, не замечая снующих по коридору Демонов, которые при виде столь важного лица кланялись. Фурией Демонесса вломилась в кабинет так, что двери впечатались в стены, вызвав ощутимый грохот. И каково же было ее удивление, когда в кожаном кресле Сатаны вместо Князя она увидела Бальтазара – падшего ангела, чья сущность по перерождению разделилась на две составляющие: темную, которая нагло прописалась в Преисподней, и светлую, которая обитала в Раю. — Что-то потеряли, госпожа? — ласково поинтересовался он, рассматривая какие-то бумаги. Помимо падшего в кабинете находились мелкие сошки – демоны-перекрестка, которым раньше бы никто не позволил столь вальяжно распивать любимый чай Сатаны. Лилит напряглась, но мастерски сохранила невозмутимость и утихомирила желание уничтожить столь наглых нарушителей. — Нет, — мягко ответила она, подходя к столу. — Просто хотела бы поговорить с Князем. Он надолго удалился? Искорки в черных глазах Бальтазара подсказали Демонессе, что будь Дьявол в границах Преисподней или Междомирья, демоны мелкого ранга не расхаживали бы столь свободно по резиденции. Скорее всего, Сатана на очередном задании или на фронте. Вернется он вряд ли скоро, а на счету была каждая минута: этот падший ублюдок мог в любой момент выслать отряд за «убийцей Полукровок». — Да. Я временно его заменяю. — Что-то Лилит подсказало, что Княже принял такое решение лишь из-за того, что дико спешил. А Бальтазар, как и всегда, просто сел ему на уши и воспользовался моментом. Поэтому сейчас так хитро улыбается. — Дело срочное? — Может и подождать, — пожав плечами, произнесла Демоница, после чего развернулась и вышла из кабинета, двери которого моментально захлопнулись за ее спиной. — И что делать будем? — спросила она, поднимая взгляд на стоящего возле стены Бельфегора. Демон криво улыбнулся. — Надеяться, что живучесть Энни и тут даст о себе знать. Вот только в словах его не было ни намека на юмор.

***

Восстановить графский кабинет дьявольски хорошему дворецкому за какой-то час особого труда не составило. Починить все двери в поместье и воскресить полностью уничтоженную кухню тоже удалось довольно быстро. Дело осталось за малым: по приказу Господина избавиться от виновника данного грандиозного срача, если тот «не прекратит строить из себя невесть что и не продемонстрирует нам истинную сущность своих сил». И, пожалуй, это было самым сложным заданием за прошедшие сутки. — Да ты меня уже затрахал! — Терпение Энни в итоге треснуло подобно чайнику из дорого французского сервиза, который девушка, не удержавшись, выхватила из рук Себастьяна и кинула в сторону сидевшего в кресле Фантомхайва. Граф не прикладывая усилий смог в последний момент увернуться от полетевшего в него снаряда. — Ебу-у-учий в рот! Бля-я-ять, как же я давно хотела при тебе выматериться! — радостно заныла девушка. — Я тебе в ебанный десятый раз объясняю, идиота английского ты кусок! Это. Сработал. Самый. Обычный. Инстинкт. Самосохранения. Пойми. Это. Своим. Столетнем. С хуем. Мозгом. Блядский. Ты. Ублюдок. По мере того, как Энни выговаривала каждое слово, тем мрачнее становился вид Сиэля и тем сильнее Михаэлис пытался контролировать рвущийся наружу смех. А Хелл на тот момент тупо и до невминоза прорвало. Ведь мало того, что сначала Себа провел с ней экзекуцию по отмывке сажи с тела, после чего нарядил в неудобное платье аля «Даров, я из девятнадцатого века», так теперь и этот невыносимый зазнайка упрекает ее в том, что она якобы насильно подавляет в себе силы. Да будь у Энни хоть капля от огненной стихии, она бы давно свалила куда подальше от этого… этого… — Твою-то мать, ты напоминаешь английскую болонку, — сквозь зубы выплюнула девушка, комкая салфетку и кидая ту на стол. — Лаешь вечно от нехуй делать. Главное, блять, пафос держать! Хлопнув напоследок дверью, Энни направилась в свое временное пристанище, на ходу снимая с себя все украшения, которые налепил на нее Себастьян, а так же стягивая ленту с волос. Поворот замка, и Хелл с разбегу падает на кровать, утыкаясь лицом в подушку, стараясь подавить рвущиеся наружу всхлипы. Она не просто устала от всего этого говна, которое умудрилось вылиться на ее плечи. Она просто элементарно, даже по-человечески… — Как я заеба-а-алась, — истерически выдохнула Полукровка, перекатываясь на бок и прижимая подушку к груди. Дико хотелось двух вещей: домой и крепких обнимашек. От кого угодно. Хоть от самого Сатаны, хоть от предателя-мужа, хоть от всегда бесившего ее Алекса. Больше всего, конечно, от второго. Эйс ведь с первых дней догадался, что нужно делать, если его любимая хандрит и пускает пламенные шары по комнате. Погладить по шерсти, как котенка, прижать к себе и не отпускать до тех пор, пока Энни сама не отключится в его объятиях. От собственных мыслей на душе немного потеплело. Но тут же от этого мимолетного порыва счастья и домашней теплоты ни осталось и следа. Потому что Хелл понимала, что по ее возвращению в Преисподнюю все поменяется. И вряд ли муж будет рядом, как раньше. — Что же мы наделали, — выдохнула Энни, переворачиваясь на спину и поднимая правую руку вверх, указательным пальцем вырисовывая буквы, а вслух произнося: — Эйс. После этого имени в комнате повисла гробовая тишина, и Хелл готова была поклясться, что даже часы на несколько мгновений прекратили свой ход. А потом по телу пробежал знакомый электрический разряд, и Энни вздрогнула. Предупреждение об опасности. Которая исходила от Демона. Второй разряд был чуть сильнее, а Полукровка, повинуясь неожиданному порыву, кинулась к окну, за которым открывался прекрасный вид на ухоженный сад с фонтаном, вода в котором на глазах из кристально-чистой начала медленно желтеть, а после и вовсе превратилась в черную жижу. А еще Энни увидела, как к поместью приближалась огромная армия человекообразных существ. С выколотыми глазами и кровавыми дорожками на щеках.