Твиттер сближает

Чёрт бы побрал Матвиенко и его «ну давай ещё по одной!». Сейчас Арсений идёт на первую пару по экономике, а внутри у него, помимо яркого спектра эмоций из-за сложившейся ситуации, ощущается занимательный предмет круглой формы.

«Как я выигрываю – так это мы просто так играем,

а как он – так сразу на желание, охренеть!

Хорошо хоть не сказал разбивать яйца об голову

или отправить член в чат, или ещё чего-то такого странного, напоказ…

А ведь сегодня физкультура, чтоб её, зачем она нам вообще?»

Станислав Владимирович размеренно читал лекцию, а Арсений как обычно внимательно слушал и всё конспектировал, хоть параллельно и старался усесться так, чтобы игрушка хоть немного меньше чувствовалась. Из-за обилия материала и сопутствующей палитры внутренних ощущений, пара прошла довольно быстро, чему Попов был, несомненно, рад. Остаётся ещё две. Сейчас парень идёт в сторону кофейного автомата и тут же узнает русую макушку, которая выделяется среди остальных из-за высокого роста её обладателя. – Привет, – Арсений подошёл со спины и слегка коснулся пальцами чужого плеча. – О, Арс, привет, как обычно? – Антон повернул голову в сторону подошедшего и слабо улыбнулся, уже нажимая нужные кнопочки автомата. – Ммм, наверное, да, – поджав губы, парень слабо кивнул. – Как настроение? – Вполне себе… нормальное, а у тебя? – Кхм, – Арсений хотел облокотиться бёдрами на подоконник, но быстро одёрнул себя, когда вспомнил, почему это далеко не лучшая идея, тихо шикнув, – да тоже нормальное. Отличное, я бы сказал. – Больше похоже на сарказм, – Антон усмехнулся, наблюдая за тем, как автомат наливал кофе в бумажный стакан, – много ещё пар осталось? – Две, последняя физ-ра. Вот думаю, может, не пойти? – Арсению сегодняшняя физ-ра ни к селу, ни к городу – в таком состоянии он ходить-то с трудом может, играть сейчас во что-либо так вообще будет сродни мазохизму. Вся эта ситуация со злосчастной пробкой – совсем не в его стиле, но давайте начистоту, Арсений – экспериментатор, который не любит, когда его берут на слабо. А если бы он отказался, то, вероятнее всего, еще очень долго выслушивал бы подколы Матвиенко. И не исключено, что в один замечательный момент друг бы ляпнул шутку не вовремя, а особо умные и ушастые могли бы и услышать, а потом и догадаться, что на самом деле Серёжа имеет в виду, и весь образ сверхзамечательного-умного-гетеро-парня коту под хвост. Поэтому Попову проще походить пару часов с игрушкой в заднице. – Почему не пойти? – Антон слегка нахмурился и протянул Арсению готовый эспрессо в стаканчике. – Спасибо, – улыбка, – ну, как тебе сказать… Я не настроен, – «это, конечно, мягко сказано», – и вообще, какого хрена мы до сих пор на неё ходим? – Попов состроил недовольную мину и, снова забыв про пробку, всё-таки облокотился бёдрами на подоконник. Игрушка прошлась по простате – чувство, конечно, приятное, но такое несвоевременное – и с губ Арса слетел сдавленный стон, в конце больше напоминающий приглушённый рык. – Ты это чего? – Антон уставился на приятеля. Кто его знает, какие появились мысли у этого русого весельчака. Впрочем, Арсению сейчас слишком стыдно и неловко, чтобы рыться в чужой голове. Впрочем, с Шастуном это и не нужно – всё всегда на лице написано: удивление, непонимание, немного страха за приятеля и интерес. – Ничего, в голову что-то стрельнуло, бывает. – Может лучше к врачу? Ну, сейчас максимум к медсестре, – у Арсения чувства смешанные, как-то непривычно видеть столько волнения за себя в чужих глазах, даже Серёжа не всегда так эмоционально и чувствительно реагирует. Это привлекает Попова уже который год. – Нет, к медсестре точно нет. Да и к врачу тоже нет, всё со мной нормально. – Ладно, как скажешь. А вообще, видел сегодня Александра Анатольевича, он в хорошем настроении. Так что, думаю, если ты не уйдёшь исподтишка, а просто скажешь, что плохо себя чувствуешь, и просто посидишь, то ничего страшного не произойдет, особенно, если учитывать твою репутацию среди преподов, – Антон отпил свой карамельный латте – его вкусы тоже редко меняются, и Арсений заметил это ещё года два назад, когда в который раз предложил Шастуну попробовать что-то новое, но тот всячески отнекивался, уже тыкая на кнопку с любимым напитком. – Ммм, да, ты прав. Так и сделаю, спасибо, Антош, – Арсений снова улыбнулся и, отпивая эспрессо, чуть поёрзал задницей, облокачиваясь на подоконник уже поясницей.

«Так намного лучше»

Следующая пара прошла немного медленней предыдущей, а Арсений постоянно отвлекался на свои ощущения и в какой-то момент начал немного покачивать бёдрами, сидя за партой и пытаясь извлечь хоть какую-то выгоду из сложившейся ситуации, но быстро одумался, когда непроизвольно простонал, попав в ту самую блаженную точку, обращая на себя внимание близсидящих, в том числе и самого зачинщика этого нелепого задания. Сережа хохотнул в кулак, но продолжил слушать профессора, стоящего за кафедрой, не просто не имеющего и малейшего представления о том, что за чертовщина творится с одним из студентов, но даже не замечая этого. Он-то бы точно осудил Попова – одного из лучших студентов. По пути в раздевалку Арсений уже разговаривал с Серёжей: – Я всё никак понять тебя не могу, – друг почесал бритый затылок, – ты либо позови его куда-нибудь, чтобы наконец понять, надо оно тебе вообще или нет, либо прекращай мне ныть про своего этого Шастуна, – Матвиенко закатил глаза, а Арсений шикнул на него. – Давай, ещё громче заори, придурок, ничего тебе говорить нельзя, – Попов нахмурился. – Из нас двоих придурок как раз таки ты! – Серёжа ткнул в друга пальцем, – Сколько ты ещё будешь тянуть, бояться чего-то? Кстати, чего ты, черт возьми, боишься? Ты же знаешь, что многие в восторге от тебя, скорее всего и он тоже, так пойди и возьми быка за рога… точнее, Антона за яйца. – Очень хорошая идея, Серёж, – Арсений закатил глаза, – а боюсь я того, что весь этот мой кропотливо созданный образ рухнет, и он со мной не то, что не захочет кофе пить между парами, он меня видеть не захочет в коридоре и на совместных парах! – Так значит не твой это человек, Арс, всё просто. Ребята уже подошли ко входу в раздевалку, которая скорее напоминала вход в избушку на курьих ножках – дверь деревянная и немного косая. – Ну, я пошёл на лит-ру, – Матвиенко кивнул в сторону дальней двери по коридору, – а ты подумай над моими словами, и если всё-таки решишься, то будешь молодцом, – парень похлопал друга по плечу, и, улыбнувшись, пошёл дальше по коридору в нужную аудиторию. – Молодцом, пф, – Арсений лишь фыркнул в ответ на данное заявление. Всю пару он старался сидеть на лавке, не двигаясь особо, благо Анатольевич действительно понял его и не запретил бездельничать целую пару.

«Обязательно принесу ему пива, лучший»

Периодически Антон поглядывал на Попова и почему-то именно в те моменты, когда брюнет старался вновь отыскать удобное положение. «С ним явно что-то не так» А Арсений, в свою очередь, поглядывал на Шастуна, который мастерски забрасывал мяч в кольцо и каждый раз радовался, как дитя малое, коротко подпрыгивая и улыбаясь.

«А действительно, чего это я боюсь?

Он же не дурак, думаю, даже если что-то пойдёт не так,

то после этого я хотя бы буду знать, что тут уже без шансов…»

***

Сегодняшний день был действительно выматывающим. Преподы будто сговорились и решили завалить буквально всем. На парах была запара – прям как в песне Потапа и Насти, ведь состояние полуовоща точно не пара огромному потоку информации. Радует то, что завтра пятница и можно будет сразу же завалиться спать. Правда, не сказать, что сейчас планы сильно отличаются от пятничных, поэтому Шастун – тот самый уставший горе-студент на последнем курсе – плюхается на общажную кровать с телефоном в правой руке. До этого парень переписывал конспекты, которые, откровенно говоря, было лень писать на паре. Хорошо, что у него есть Поз – лучший друг и вообще один из самых умных на их курсе парень, который, собственно, и поделился конспектами. Но не об этом, сейчас Антону нужно убедиться, что не у него одного происходит то, что можно назвать «тотальным пиздецом», поэтому он открывает Твиттер – это лучшее место, где можно как посмеяться, так и взгрустнуть, как найти человека, чтобы обсудить мусорные ведра, так и иногда – очень редко – подрочить. В комнате парень один, и навряд ли Эд – сосед по комнате, который часто зависает не с Антоном, – решит вернуться сегодня, ведь он заходил буквально позавчера, а это значит, что Выграновского Шастун не увидит минимум дня два. Да и не страшно это, совсем. Вот если бы Попов куда-то пропал, тогда да, тогда Антону будет чуть грустнее. Парню сразу вспомнилось сегодняшнее немного взвинченное поведение приятеля. Немного нервный, часто кусал губы – да, Шаст обращает внимание и на мужские губы, и что? – и вообще, немного страннее, чем обычно. То он сидеть не хочет, но на физкультуре – зачем она на четвёртом курсе никто не знал – только и делает, что сидит, а на все слова физрука по поводу того, чтобы парень поиграл со всеми в баскетбол, быстро отнекивался, заверяя, что в следующий раз точно будет более активным. С Арсом такое бывало редко, но метко, и у Антона, конечно же, есть догадки почему такое иногда случалось. Но он всё равно более чем уверен, что у Попова есть девушка или просто подружка, которая только «за» секс по дружбе. Он уверен, что Арсений – натурал. Да и вообще, можно со смелостью сказать прямо – Арсений та ещё местная «селеба». Много кто хочет пообщаться с парнем, он ведь невероятно умный, интересный, да ещё и очень необычный. Когда-то Шастун был на кружке по актёрскому мастерству, собственно, из-за Арса он туда и попал, точнее, из-за того, что проиграл ему партию в шахматы – три, но не суть. Так вот, за тот час-полтора он узнал своего товарища настолько с другой стороны, что был готов чуть ли не визжать, хлопая с глупой улыбкой на лице, после каждого перевоплощения Арсения в разных героев. Было бы здорово общаться с Поповым ближе: они и так приятели, здороваются и жмут друг другу руки при встрече, иногда кофе вместе пьют между парами возле кофейного аппарата, наблюдая за происходящим в окне, пока их общая аудитория закрыта, а препод где-то ходит, но это не дружба – все-таки приятели. В голове Антона есть некая шкала, по ней он каким-то образом и определяет, кто перешёл «порог» и стал другом, а кто, как Попов, стабильно болтается в зоне «приятели-однокурсники». Лента в Твиттере пока что ничем не радует. Кто-то пишет твиты про концерты любимой группы, кто-то – про покупку вибратора (откуда у парня это в ленте тот ещё вопрос) или брендовой вещи от компании с забавным названием “Уберитерыбу”. За что Шастун любит эту соцсеть, так это за то, насколько твиты в ней бывают совершенно не связаны. По этой причине он сейчас рассматривает фотку какого-то парня с хэштегом #нюдсочетверг над ней сразу же после милого пёселя, который спёр с магазина косточку и чуть ли не светился от счастья, неся лакомство в зубах по улице. И чёрт, действительно, #нюдсочетверг – такая общепринятая традиция, про которую парень забывает чуть ли не каждый четверг – потому что сам не участвует! Он по старинке тыкает на хэштэг, появляется синенький значок загрузки, а после и целая лента, из разных откровенных и не очень фото людей – как будто в потайную комнату попал, ей-богу. Антон у нас би, поэтому фотографии и мальчиков, и девочек – будоражат и немного распаляют. Как можно забывать про одну из своих любимых «рубрик» в Тви – непонятно, но довольная и смущённая полуулыбка с лица парня не сползает. Один раз он порывался положить ладонь на пах, наблюдая за тем, как на видео парень гладит свой член, но передумал – ещё не то время. Антон фотки не лайкает – как ребёнок боится, что его спалят за непристойным делом и дадут оплеуху или щелбан, а это, между прочим, больно! Но сдержать не получилось ни руку, ни палец, чтоб не поставить лайк. На фотографии молодой парень – брюнет, почти полностью голый, на ногах радужные носки (кто понял, тот понял*), что явно являлось неким знаком. Он стоял спиной к зеркалу, где отражался его упругий зад и ровная спина, усыпанная кучей родинок, как на плечах, так и на лопатках. Как раз между ними пятнышек было больше всего и, чем ниже к пояснице, тем реже становились родинки. Чувство, будто там, как на ночном небе, можно найти созвездие и не одно, а Шастун любит ночное звёздное небо – оно овладевает, интригует. Далее две ямочки на той самой пояснице и узкие, в меру худые, бедра. Ягодицы чуть расставлены, видимо, парень чуть оттопыривает задницу, а между двумя половинками видна бордовая блестящая ручка от анальной пробки. Над фото было безобидно написано: «первый раз проиграл другу в шахматы, пришлось ходить с этой прелестью весь день; вы бы знали, как было неловко». “Ну нихрена себе”, – пронеслось в голове парня, когда он провел рукой по бугорку, обтянутому серой тканью шорт, успокаивая член. Он продолжил рассматривать парня, обращая внимание на детали: руки, ноги, шею, кусочек не скрытого лица и ухо. «Офигеть», – снова подумалось Шастуну, когда его будто осенило, – «так похож на Арса... черт, да это, наверное, и есть Арс! У него и причёска такая же...». Шатен явно был не готов увидеть голого приятеля, которого он относил к натуралам, с пробкой в анальном отверстии – вот это потрясение на ночь. Просмотром фотографий под хештогом #нюдсочетверг этим не ограничилось, но перед тем как продолжить, Антон всё-таки начал читать брюнета и даже поставил колокольчик. Рассмотрев ещё с десяток фоток, шатену уже откровенно хотелось спать, поэтому в полусонном состоянии он поставил телефон на зарядку, а на следующий день, проснувшись, всё в таком же полусонном состоянии поплёлся в университет. На паре по экологии ну очень скучно. И вообще: «Можно обратно в общагу на кровать? Нет? Ну ладно, Павел Алексеевич, так уж и быть, попробую не сдохнуть, слушая вашу нуднейшую лекцию» Не то что бы Антону откровенно плевать на природу, нет, наоборот, он даже старается мусор сортировать и выкидывать стеклянные бутылки из-под пива в мусорный бак с подписью «стекло» или рисунком, хотя бы отдалённо напоминающим его. Да у него даже батарейки лежат в отдельной коробочке, ожидая своего часа, чтобы отправиться на переработку. Но во время интереснейшей лекции в голову шли мысли совершенно не по теме, в том числе и о Попове. «Какая ирония. Кажется, это тот случай, когда фамилия может рассказать про человека больше, чем ее обладатель» У Антона ещё вчера всё вроде как срослось, когда он узнал парня на фото. Шастун благодаря этой догадке даже понял, почему его приятель так странно себя вёл весь день в универе – всё из-за бордовой пробки. И тут же возникает вопрос: а что ещё интересного у нашего интеллигентного Арсения поповского находится в инвентаре? Ну, инвентарь Антон навряд ли сможет проверить сейчас, а вот почитать его твиты и лучше узнать парня с классным задом – вполне. Поэтому Шаст с невеликими угрызениями совести прямо перед профессором берёт телефон и заходит в Твиттер, в аккаунт, который начал читать вчерашним вечером. Говорят, что тви – это та социальная сеть, где ты чувствуешь себя в безопасности, можешь говорить своё мнение и быть настолько душным, насколько тебе позволяет твоя закрытая баня без окон и дверей. Здесь тебя не осудят, а скорее даже поддержат, потому что именно там ты можешь найти единомышленников. И, кажется, Попов чувствовал себя именно так – абсолютно свободно. Антон прочитал твиты с мемами, которые, видимо, рассмешили хозяина аккаунта, правда некоторые он не понял – оно и не удивительно. Также прочитал твиты с возмущениями по поводу пар ранним утром, нехватки времени, простуды, что длилась около месяца, несостыковки в каком-то каноне сериала или фильма с ожиданиями. Кстати, по поводу фильмов: Шастун составил целый список в заметках с кино, которое посмотрел Арсений, и он хочет тоже их посмотреть, чтобы… «Чтобы что? Чтобы лучше понимать его, вот и всё… А зачем мне лучше понимать Арса? Мы разговариваем только когда пьём кофе между парами и то, если он захочет, и я буду без Димы… Как вообще назвать наши отношения? Мы не друзья – это факт, мы знакомые… И всё? Всего лишь знакомые, да уж...» Как оказалось, мысли о Попове выполняют две функции: портала во времени – пара уже закончилась, а Антон за изучением профиля Арсения этого даже не заметил, но при этом не прочитал и половины из огромного количество твитов, – и магнита для хозяина этой странички. Шастун стоит с Димой в курилке молча – не всегда нужно разговаривать друг с другом, чтобы чувствовать себя комфортно. В этот момент пластиковая белая дверь открывается и из здания университета выходит Арсений своей восхитительной походкой. Она уверенная, немного медленная, от этого и завораживающая. И дело, скорее всего, не столько в человеке, который сейчас двигается в сторону парней, а в других людях, у которых пятка поднималась от асфальта раньше времени, что напоминало какие-то полуподскоки, которые раздражают. Дима с Антоном обратили внимание на вошедшего, коротко кивнув, а Арсений улыбнулся им уголками губ в ответ. Все пары уже закончились, по крайней мере, у Шаста, Позову же необходимо идти на факультатив по биологии сразу же после короткого перерыва. «Вот это люди…»

«Фух, наконец-то нашёл! И с чего начать? Эээ…»

– Можно сигарету? – Арсений посмотрел на Шастуна. – Не знал, что ты куришь, – ответил Антон и протянул приятелю сигарету, сразу же поджигая, когда Попов положил её между губ. – Ты многого обо мне не знаешь, – хмыкнул. «Может не всё, но кое-что знаю точно и это явно не то, чем ты бы хотел поделиться» – Это потому, что ты скрытный, – ответил Дима, уже докуривая. – Это потому, что никто не спрашивает, – отрезал, намекая на то, что это они обсуждать не будут. – Шаст, – Дима потушил сигарету об угол здания, – я пошёл, а то Утяшева будет «утяшить», – Антон хихикнул, поняв их личный каламбур, и пожелал другу удачи. Теперь они вдвоём, а Шастун еще и с внутренней борьбой, где ангел советует быстренько свалить, как только что сделал его друг, а демон нашептывает закурить еще одну сигарету, чтобы потянуть время и еще немного здесь постоять. Только вот зачем ему это, он сам не до конца понимал. Он только знал, что с Арсом приятно просто стоять – в этом он убедился ещё на первом курсе, когда их поставили в пару на каком-то из упражнений по физкультуре. Арсений же повеселел от того, что они с Антоном остались наедине. Нет, он хорошо относится к Диме, просто то, что собирается сделать Попов, должно произойти без чужих глаз и постороннего вмешательства. – А ты бы прям всё рассказал? – выгнув бровь спросил Шастун, внимательно изучая лицо брюнета, а тот лишь пожал плечами. – Зависит от человека, – затянулся, – тебе бы, наверное, кое-что и рассказал бы, – усмешка. – Даже так? Неожиданно, – Шастун хмыкнул и снова уставился на проходящих за металлическим забором людей.

«В смысле неожиданно? Он чувствует какую-то преграду

в нашем общении? Стену? Так, соберись…

Давай, ты же не просто так его искал по всему университету!»

Антон задумался о том, что все куда-то идут неспеша громким топотом*(отсылка на песню Open Kids), у всех есть планы, а у него что? У него одно желание – пойти в общежитие и… – Не хочешь пойти со мной куда-нибудь? Вечером. «Что? Блин, из-за машины не расслышал» – Что? – Я думал, что ты здоров и всё прекрасно слышишь, – неловкая улыбка, – видимо, тебе тоже есть чем со мной поделиться, – Арсений хохотнул и пронзительно посмотрел на Антона. – Сегодня? – Да, Антон, сегодня, – спокойно ответил, понимая замешательство парня, – узнаем друг друга лучше, если хочешь. Что-то вроде дружеских посиделок, – Арсений неоднозначно повёл плечом. – Дружеских? – прыснул Шастун, прикрывая рот, чтобы спрятать хохот. – А мы, я так понимаю, друзья, по-твоему? – Нет, мы не настолько близки, поэтому... почему бы не подружиться? – Арсений напрягся. Он не думал, что все его переживания и моральная подготовка для того, чтобы сказать это, канут в небытие, будто не имели никакой ценности. Да, Попов та ещё драма-квин. «Он же не шутит? Если шутит…» – Окей, во сколько? – у Арсения рот чуть приоткрылся от удивления, а глаза будто загорелись. Он думал, что парень откажет, да и разговор шёл именно к этому, но, видимо, Попов забыл о том, что Антон непредсказуемый. Он может говорить одно из-за эмоций или волнения, а думать и делать совершенно другое, из-за тех же эмоций. – Давай в шесть? Я зайду за тобой в комнату, – Попов уже лучезарно улыбается. – В комнату? – стушевался. – Давай лучше на выходе из общежития встретимся? Ну или просто на первом этаже. – Да, хорошо, как угодно. Дальше парни докуривали в тишине, каждый думал вроде о своём, но, по сути, об одном и том же. Только ближе к вечеру, когда они начали собираться на предстоящую встречу, к ним обоим пришло полное осознание того, что они за три чертовых года впервые нормально проведут время вместе как друзья, а не простые знакомые. Арсений нервничает, чем изрядно подбешивает Серёжу, развалившегося на своей кровати. Такое чувство, что рыться в своих вещах нет никакого смысла, ведь вещей куча и выбрать что-то одно привлекательное и простое – сложно. – Эй, не мельтеши, а? – всё же высказывается Матвиенко. – В смысле не мельтеши?! Лучше помоги, – жалобно тянет Арсений. – Чем? – Помоги выбрать в чём пойти, – терпеливо. – А чё ты так сильно паришься? У вас свидание что ли? – Ну… Нет, – Арсений поворачивает голову к другу, а в руках у него зелёный свитшот и коричневые штаны. – А чего ты хочешь от этих твоих «дружеских посиделок»? – Матвиенко садится на кровать, облокотившись спиной о стену и обнимая подушку. – Как что? Я хочу… – и тут Попов задумался.

«А действительно… Чего?»

– Я хочу узнать его ближе, он мне симпатичен и интересен и, если всё пройдёт хорошо, то… будем решать проблемы по мере их поступления, – вздыхает и откладывает вещи на кровать, снова скрываясь в шкафу. – Но я уверен, что хочу выглядеть просто, но красиво. – Нуу… Подчеркни глаза, но надень то, в чём тебе комфортно, чтобы сразу быть собой. – Ни слова больше, я решил! – Арсений достаёт свои излюбленные обтягивающие штаны с дырками на коленях и лонгслив небесного цвета, – М? – он кивает на вещи и получает одобрительный кивок от друга, после чего, расплываясь в улыбке, находит в ящичке стола тонкую серебряную цепь. – Слыш, Арс, надень ещё носки с облачками, – усмехается Серёжа, но Попову всё равно – он уже натягивает их на ноги. – Всё, я пошёл, – обув черные кеды, он открывает дверь и выходит из комнаты, успевая услышать брошенное вдогонку «Удачи».