Служанка по контракту

Так проходили будни в особняке Винг-Диксов. Так продолжалось вплоть до двенадцатого дня августа, когда к братьям не прибыло послание от королевского дома. *** — Вас приглашают на бал в королевский замок в честь дня рождения первого принца, Азриэля Дриммурра Мель Диона, — громко и чётко возвестил старший. — Значит, вас обоих не будет целый день дома? — Верно, но и ты отправишься с нами. — Я? — Именно, сестрица, будешь сопровождать меня… — Прости, Папайрус, но Чара последует со мной. — Я пойду как сопровождающий? Но к чему сия церемония? — Так положено по этикету. Явиться в одиночестве — дурной тон, да и для обязательного танца потребуется пара. — Но, братец! С кем же тогда мне идти? — Как обычно, с одной из твоих служанок. — Это несправедливо! Сестрица, ты ведь желаешь составить мне компанию, не так ли? — Поджав губы и сделав жалобные глаза, Папайрус пытался склонить Чару на свою сторону. Увы, её братья и сёстры не раз прибегали к сему трюку, и у шатенки уже выработался иммунитет. Потому она лишь широко улыбнулась и молвила: — Я и без того не намеревалась ни с кем идти. — Что? Но отчего? «Потому что там будут одни высокородные особы, не говоря уже о королевской семье. Не желаю расточать им льстивые речи весь вечер.» — Потому что я ни разу не бывала на балах. Скорее всего, опозорюсь сама или, что хуже, вас с господином. — С каких это пор ты вправе что-либо решать? — Господин, как же я рада, что вы всегда готовы поправить мои ошибки. — Разумеется, как твой господин, я обязан наставлять тебя. Потому на балу не смей говорить без моего дозволения. — Как прикажете, господин. — Хоть красноглазая и улыбалась, внутри её кипел гнев. — Ну и ладно! Чара, пойдём играть! — Стой на месте! Ей ещё надлежит обучиться манерам. И, несмотря на протесты младшего, шатенку повели постигать азы придворного этикета. За это время братья приобрели новые наряды — себе и девушкам. Ближе к закату красноглазую наконец отпустили из сего (по её мнению) учебного ада. Едва она опустилась на кровать, как в покои ворвалась Джуди. — В этом доме принято врываться без спроса? — Прости, просто я увидела твоё платье и решила, что ты должна узреть его немедля! Близняшка возложила на ложе подарочную шкатулку и в тот же миг распахнула её. Достав платье, она с гордостью продемонстрировала его красноглазой. То было белое одеяние, украшенное золотой вышивкой. Почти что силой рыжеволосая заставила Чару облачиться в него. — Ты выглядишь восхитительно! — Благодарю, но неужели мне весь вечер щеголять в этом? Уверяю, сей корсет ныне задушит меня! — Шатенке было нестерпимо неудобно в столь стесняющем наряде, и она то и дело пыталась его поправить. — Не дёргай! Могу слегка ослабить корсет, но не более. — Уфф, мне ещё в этом танцевать? — Кстати, ты ведь выучила танец? — Ну… почти. — Как сие понимать? Чара, обязательный танец крайне важен! Ты ни в коем случае не должна наступить на ногу своему господину, а ты даже не освоила его?! — Всё, кроме финала. Не могу запомнить последние па. Да и не думаю, что это столь уж страшно, ежели я наступлю на Санса. Пусть впредь дважды подумает, прежде чем тащить меня на бал. — Так не пойдёт! Давай-ка прорепетируем, дабы я могла указать на твои ошибки. Так Джуди помогла шатенке с танцем, но во время последней репетиции случилось нежданное. Когда красноглазая сделала шаг вперёд, она зацепилась за подол, и часть платья с звонким звуком разорвалась. Отрыв пришёлся чуть правее левого бока, и теперь наряд едва держался на правом плече. — О чёрт, чёрт, чёрт, чёрт! Что же делать?! — Спокойно, Джуди, без паники. До выхода остался час. Может, успеем зашить. Есть ли у тебя ткань? — В покоях служанок всегда найдётся материал, но хватит ли его… Перебрав все лоскуты, какие только были в комнате, они обнаружили, что более всего алого и болотно-зелёного. — Ладно, красный сочетается с золотым, да и под цвет моих глаз. Возьмём его. — Добро. За сорок семь минут они успели перешить платье. Остаток времени Джуди потратила на то, чтобы облачиться в своё голубое платье с узором бабочек и уложить волосы обеим. — Всё готово, но в верхней части виден шов. — Что? А внизу? — Внизу складки скрывают его, а вот сверху всё заметно. А времени-то в обрез! «Вот чёрт… Что делать? Там будет королевская семья — нельзя оставить всё как есть. Да и Санс вряд ли обрадуется. Чара, соберись!» И тут взгляд её упал на раму зеркала. *** — Брат, помоги завязать галстук, — уже в который раз взмолился младший. — А куда подевались твои горничные? Разве не их сие обязанность? — Джуди отправилась к сестрице показать платье, а после я её не видел. Джейдан же прячется — мы в прятки играем. Потому я решил, что нет нужды искать её, коль у меня есть старший брат! — Чудесно. Я что, третий твой слуга? — Ничего страшного! Чара говорит, тебе надобно больше двигаться, даже если то мелочи. — Не слушай её так усердно. Не всему, что она вещает, стоит внимать. — Господа, мы готовы. К ним подошли девушки. Джуди, поддерживая Чару под руку, дабы та не свернула щиколотку на высоких каблуках (необходимых, дабы в танце её рост соответствовал сансу). Братья тут же заметили, что если близняшка была облачена в купленное ими нежно-голубое платье с узором бабочек, то наряд шатенки претерпел изменения. После паузы Санс молвил: — Это что такое? — Ну… «Лгать — не лучший выход, всё равно раскроется.» Я репетировала танец, дабы не наступить вам на ногу, и случайно порвала платье. Но мы починили его. — А это откуда? — Старший ткнул пальцем в бриллианты, украшавшие красную часть платья. — Я позаимствовала камни с зеркальной рамы. Зато шов не виден, и смотрится прекрасно! — Видно было, что угрызений совести она не испытывает. — Ты… сорвала… с рамы… Агрх, ладно. Отправляемся, а то опоздаем. Сами братья были облачены в схожие с их повседневными чёрные парадные камзолы, дополненные драгоценными украшениями, перчатками и уложенными волосами. Папайрус восседал в цилиндре, а отличительной чертой Санса был лазурный плащ с чёрным ромбом, в коем красовалось изображение человеческого черепа и скрещённых костей. — Ух ты! А что это за плащ? — Это… кхм-кхм… обязательный-уважительный фамильный такой-то… — Папайрус явно не силён был в запоминании замысловатых названий. Тут Санс потрепал брата по голове и усмехнулся. — Почти. Если объяснять просто: в нашем королевстве есть десять знатнейших домов — как людей, так и монстров. У нас свои обязанности и особый этикет. Сей плащ — часть оного. В знак уважения к гостям и гордости за свой род старший в семье носит плащ с фамильным гербом. — А у меня тоже есть такой! — Кхе-кхе, не смею перебивать, господа, но ежели промедлим, опоздаем. Спустя двадцать минут они предстали у массивных врат королевского замка. Санс вручил приглашение стражнику-монстру, и пока Чара разглядывала сад и замок, вращая головой, он обратился к ней: — Простите, миледи, но как мне вас представить? — Я? Чара. — Благо. Позвольте проводить вас. И слуга проводил их до бального зала. Золочёные двери распахнулись, и красноглазую ослепил яркий свет. Тогда глашатай возвестил в магический рупор: — Прошу встретить старшего господина Санса Винг-Дикса де Эль Джексона в сопровождении леди Чары! А также младшего господина Папайруса Винг-Дикса де Эль Джексона в сопровождении леди Джуди! В глубине зала на тронах восседала королевская семья. Шагая к ним, Чара пыталась разглядеть их черты сквозь блики драгоценностей. Но тут ей послышались перешёптывания: — Кто сия девица с господином Сансом? Не припоминаю её. — Он отклонил мою просьбу о сопровождении из-за неё? — О! Взгляни на её очи… — Что? Что с ними? Тут шатенку сковало, живот сжался, а дыхание участилось. Корсет давил сильнее, в глазах помутилось. Они уже приближались к тронам. Заметив её бледность, Санс шепнул: — Чара, что ты творишь? Мы предстаём перед королевской семьёй. — Простите, господин… Мне дурно. Верно, от множества народа. — Держись, пока не представимся. Поклонись и не поднимай головы — сие знак неуважения. И вот, преклонив колени, Санс возгласил: — Приветствуем нашего повелителя, солнце Эботта — Азгора Третьего Дриммурра Мель Диона, прекрасную и милосердную луну Эботта — королеву Ториэль Дриммурр Миль Дион и юную, но яркую звезду Эботта — первого принца Азриэля Дриммурра Мель Диона! Да здравствует королевство Эботт! Я, Санс Винг-Дикс де Эль Джексон, старший сын дома Винг-Диксов, поздравляю принца Азриэля с шестнадцатилетием! Да не угаснут звёзды над вами! — Благодарю. Рад, что вы почтили нас своим присутствием. Дом Винг-Диксов редко посещает официальные мероприятия ныне, — молвил принц, окинув их взором. Его взгляд задержался на шатенке. — Вижу, с новой служанкой. — Да. Она исправно служит, и я решил показать ей королевский бал. — Рад за вас. Что ж, раз все собрались, веселитесь! — Принц хлопнул в ладоши, и музыканты заиграли. В зал вступили официанты с яствами и напитками, а гости оживились. Чара всё ещё слышала перешёптывания за спиной, но старалась не замечать, приветствуя подходивших дворян. Затем настал час обязательного танца. Во время танца красноглазая рискнула заговорить: — Видите, господин, не зря я репетировала… — И в тот же миг наступила ему на ногу. Сдерживая вскрик, Санс натянул улыбку: — Вижу, как ты старалась. — П-простите, господин… — Шатенка потупилась. — Не гневаюсь. Не ждал от деревенской девки идеала за пару часов. Будь ты, как я, с младенчества на балах — танцевала бы с закрытыми глазами. — Чара надула губы, а беловолосый горделиво поднял подбородок и закрыл очи. Но, вознамерившись ещё похвастаться, сам наступил ей на ногу. — Господин, полагаю, глаза всё же стоит открыть. Не тревожьтесь, вы легки, и мне не больно. — Коль не больно, могла и не говорить. Вообще, это ты меня отвлекаешь! Тут уже нарочно наступив ему на ногу, шатенка парировала: — Разве не вы только что хвалили своё искусство? В ответ он тоже наступил, ворча: — Не начни ты хвастать своей репетицией, на коей, кстати, порвала платье, купленное мною, я бы не отвлёкся. Так они препирались, наступая друг другу на ноги. По окончании танца они вышли на балкон. — Ну что, впредь подумаете, прежде чем тащить меня на балы. — Как бы не так! Буду водить, пока не станцуешь безупречно. — Да вы— — Молчи. Лучше присмотри за Папайрусом. Раздражённый Санс оборвал разговор, дабы успокоить нервы перед столь важным событием. Остаток вечера красноглазая провела с младшим у стола с яствами. Оранжеглазый пихал ей всё, что сам любил, особенно спагетти. Потому он вынудил её пообещать приготовить их назавтра. И вот, помогая ему разрезать жёсткий северный стейк, она вновь услышала пересуды: — Видал? У той девицы алые очи. — Слышала, такие прокляты самим дьяволом! — А я ведаю, что проклятье сие заразно. — Как посмела проклятая деревенщина находиться с нами под одной крышей? Докончив со стейком и отложив приборы, шатенка вежливо улыбнулась, отпросилась и вышла в сад. Проводив её взглядом, Папайрус спросил: — Джуди, отчего сестрица ушла? — Не ведаю, господин. — Джуди, ты лжёшь мне? Знаешь, что будет, коль я пожалюсь отцу? — *Глоток* Простите, господин… Я не уверена, но слышала, как те дворяне у колонн обсуждали её очи. Думаю, ей было неприятно. — У колонн… *** Выйдя в королевский сад, Чара зашагала по каменным дорожкам. «Да что же такое! Почему всех так смущают мои очи?» Размышления прервала белоснежная беседка с золотой росписью на столбах. Позади неё рос вековой дуб. Недолго думая, красноглазая облокотилась на колонну и тяжело вздохнула. Вдруг позади раздался голос: — И отчего столь прекрасная дама бродит в саду в одиночестве? — А-а-а! Кто вы?! — В ответ она услышала лёгкий смешок и разглядела собеседника: дорогие одежды, лицо в тени. — Простите, не хотел пугать. Я личность известная, но, полагаю, вы могли меня не заметить. — Желаю знать, с кем беседую. — Как сурово. Назови я имя — вы станете чересчур церемонны. А мне бы хотелось услышать ваши истинные речи. — Спешу разочаровать: собеседник я неважный. К тому же, коль вы столь знатны, мне нечего с вами обсуждать. — Попробуйте, а там видно будет. — Мне было бы проще, знай я ваше имя и род. Может, ваша семья известна землями, торговлей или иным. — Увы, не могу открыться. Тогда, может, вы расскажете о себе? — Я простая крестьянка, хоть и из семьи с контрактом. Рассказывать нечего. — Поведайте о своей жизни. «Кажется, от этого чудака не отвязаться. Ладно…» Спустя час. По каменным плитам сада ступали дорогие туфли. Санс искал красноглазую. — ЧАРА! ГДЕ ТЫ? — «И зачем она ушла в сад? Вроде велел присматривать за Папайрусом.» — ЧАРА! Из беседки донёсся голос: — Господин Санс, я здесь! Подбежав, беловолосый тут же дал ей подзатыльник: — Что ты здесь творишь? — Беседую с… незнакомым господином. — И кто сей господин, с коим ты столь увлечена, что забыла о долге? — Коль уж явился сам Санс Винг-Дикс, полагаю, следует представиться. — Незнакомец вышел из тени. Зелёные очи, белые волосы, завитые местами наподобие небольших рожков, богатые одеяния, шитые золотом. Он занёс левую руку за спину, а правую приложил к плечу. — Я первый и единственный принц монстров, Азриэль Дриммурр Мель Дион. Рад знакомству.