Случайности не случайны…

Утро…       Многие люди не любят утро, надо вставать, собираться, что-то делать, а так хочется еще немного поваляться в теплой постельке! А вот Натан утро любил, ему нравилось начало нового дня, сколько всего можно было сделать, скольких интересных людей повстречать, увидится с коллегами, обсудить медицинские новости, да просто, в перерыв выпить кофе в ближайшей кофейне. По натуре Натан был жаворонком и утром чувствовал себя прекрасно. Но не сегодня, не сегодня…       Сегодня Натаниэль Урбан, молодой омега 25 лет еле-еле смог подняться с постели. Тело болело, он, хромая, доплелся до ванной комнаты и встал под теплые струи душа. Омега с ожесточением начал тереть себя мочалкой, хотелось стереть с себя всю грязь, в которой его вываляли вчера.       Натаниэль был омегой, свободным непомеченным омегой и, до вчерашнего вечера, девственным. Обычно к этому возрасту омега уже находил себе мужа, создавал семью, а иногда и носил ребенка, но у этого омеги никак не получалось такой сказки. Внешне Натан больше походил на бету, для омеги он был слишком крупным, а для альфы — мелковат, да и в остальном — ничем не примечательная личность. Среднего роста, каштановые волосы и карие глаза, хотя запах его был многим интересен, сам омега еще ни разу не почувствовал альфу с нужным ему ароматом. Друзья смеялись над этой «аномалией», по роду своей деятельности омега часто встречался с альфами, даже очень часто, а точнее каждый день. И не только встречался, он видел их, как говорится, во всей красе — Натаниэль был андрологом. В его кабинете ежедневно оказывалось по 5-10 половозрелых альфа-самцов, которых он осматривал и лечил. Но не взирая на такое количество «претендентов», омега оставался девственником, до этого злополучного вчерашнего вечера!       Вчера друзья-коллеги затащили его в караоке-клуб, попеть, попить, потанцевать, вечер удался на славу, петь омега не умел, но с удовольствием слушал тех, кто умел, да и тех, кто НЕ умел, но очень хотел, тоже слушал. Первые вызывали в нем восторг, вторые — смех, но и тем и другим Натан наслаждался. Когда все закончилось, коллеги вызвали такси и уехали, к нему тоже приехала машина и омега спокойно поехал домой. Вот только домой он попал не сразу, водитель, невзрачный альфа, средних лет, повез его окольными путями, объяснив, что чинят дорогу, потом, что знает короткий путь, а когда Натан понял, что происходит что-то не то… было уже поздно!       Стоя под душем, омега вспомнил, как сильный альфа вытащил его из машины, как силком приволок в какой-то сарай и ударил. Очнулся Натан, привязанный к кровати. Секс не был особо жестоким, если не считать, что омегу отпороли и взяли без его желания. Неизвестный сделал все быстро, хотя и растянуть пытался и даже немного приласкать (ну это насильнику так казалось) и смазки не пожалел… факт остается фактом — омегу изнасиловали. Натан толком не помнил, как попал домой, в голове остался только добрый водитель-дальнобойщик, который подобрал, одиноко бредущего по шоссе парня и довез до центра города, сказав на прощанье, что негоже омеге одному по ночам гулять, не случилось бы чего… Вспомнив пожилого бету-дальнобоя и его прощальные слова, но щекам Натана потекли слезы. Он стоял, уткнувшись лбом в стенку душевой кабины и плакал, потом опустился на пол, подтянул колени к груди, обнял их руками и заревел как белуга.       Сколько прошло времени Натаниэль не знал, он потерялся в своем горе, но слезы постепенно иссякли. Омега поднялся, привел себя в порядок, кое-как позавтракал и поплелся на работу. Обезболивающее он выпил, антибиотики и противозачаточные тоже (на всякий случай), попу заживляющей мазью смазал, так что вполне смог дойти до клиники. Правда он хотел по дороге зайти в аптеку — купить успокоительных, но задумался и по привычке прошел мимо.       Доктор Натаниэль Урбан сидел в своем комфортабельном кабинете и ждал начала приема, просматривая карточки пациентов. Альфы, альфы, альфы… разные по возрасту и социальному положению, хотя все обеспеченные, другие в эту клинику не ходят. Все такие разные, и все такие одинаковые — альфа-самцы, мать их дери, повелители мира омег! Натан вздохнул, успокаиваясь, выпил воды и начал прием.       В этот день пациенты были как на подбор, все зрелые, даже пожилые, они смотрели на него не как на омегу, а исключительно как на доктора и, если учесть специфику его работы, то смотрели жалобно и даже подобострастно. Натаниэль почти успокоился, привычная работа действовала не хуже успокоительного, да и пациенты не вызывали ничего кроме человеческой жалости, в основном диагноз был у всех — эректильная дисфункция. Омега немного устал и думал, что этот сложный день закончится без эксцессов, пока в его кабинет не постучал последний пациент.       В кабинет вошел альфа — высокий, крепкий, смуглый, с копной черных волос и поразительно зелеными глазами. Он немного смущенно замер на пороге кабинета, не решаясь подойти ближе к столу. Нормальная реакция человека, пришедшего к такому доктору, больше стеснения вызывает разве что проктолог. Натаниэль поднял глаза, увидел смущение пациента и почему-то сразу же разозлился. Стоит здоровый мужик и мнется в смущении, поди, как омег клеить так не смущается, а тут невинность изображает! Урбан кинул взгляд в карточку, Анри Фернье, 26 лет, род деятельности не указан, омега постарался взять себя в руки и спокойно указал пациенту на стул. Альфа смущенно улыбнулся и, сев на самый краешек, уставился на свои руки. Натан нарочно медленно изучал карточку пациента, ничего пусть помучается, с садистским удовольствием думал омега, украдкой разглядывая парня. Красавец, нельзя не согласится, интересно как он пахнет. Всем клиентам-альфам при посещении врачей-омег выдавались таблетки подавляющие запахи, мало ли, вдруг внезапно гон начнется или течка, во избежание так сказать.       Молчание затягивалось, пациент все больше нервничал, Натан заметил, как его ладони сжались в кулаки, чтобы не было заметно как дрожат пальцы. Доктор спросил:       — На что жалуетесь? — в карте уже был диагноз, поставленный на основе результатов анализов в лаборатории, но омега не собирался облегчать объяснения этого альфы, пусть мучается. А в том, что этот красавец — мучается, омега не сомневался.       — Я… у меня… доктор, я… — испуганно залепетал Анри и замолчал с надеждой смотря на врача, явно ожидая, что тот ему поможет и доктор помог…       — Что? Что, у Вас? Боль при мочеиспускании? В туалет бегаете каждый час? Член болит и в задний проход отдает? А еще эрекция слабая и кончить никак не можете?       — Да — пискнул альфа, что при его внешности и комплекции никак нельзя было ожидать. Он сидел пунцовый от смущения, даже уши пылали.       — Ну что ж, ясно. Пойдемте посмотрим, что там у Вас. Натан встал и указав пациенту на кушетку, приказал:       — Раздевайтесь, и в коленно-локтевую позу. Теперь его пациент стал белее простыни на той же злосчастной кушетке, он, заикаясь выговорил:       — Д-доктор, а по-другому нельзя — и неуверенно закончил — как-нибудь…       — По-другому — повторил врач и задумался, — почему нельзя, можно. Проходите в соседний кабинет, раздевайтесь.       Натаниэль встал и закрыл дверь на ключ, он всегда так делал, чтобы не дай Бог никто не ввалился, но Анри вздрогнул, а когда вошел в смотровую, едва не кинулся обратно. Альфа уже готов был даже на кушетке стоять с задранным задом, чем ложиться на это, в глубине комнаты стояло большое проктологическое кресло. Фернье застонал про себя, поменял — шило на мыло! Но деваться некуда, альфа вздохнул и покорно поплелся раздеваться.       — Господин Фернье, Вы долго там стоять будете? — недовольно спросил доктор, пациент явно успел раздеться, но не выходил.       Анри же никак не мог решиться выйти, он стоял голый и прятался за ширмой, ему и так страшно, а тут еще и врач чем-то недоволен. Вот что он ему сделал? Ничего, только вошел, а этот омега на него злиться, но стоять дольше было глупо, и альфа медленно вышел.       Натаниэль ждал, обычно он так не вел себя с пациентами, он успокаивал, подбадривал, уговаривал их, а вот сегодня захотелось отомстить всему альфьему племени, отыгрываясь на этом, ни в чем не повинном, парне. Анри вышел, он стоял и прикрывал пах, сложенными ковшиком, ладонями.       — Проходите, располагайтесь — доктор указал на кресло, он всегда отворачивался, чтобы никого не смущать, делая вид, что читает карту или анализы, пока пациент устраивался, но не сегодня.       Несчастный альфа, под взглядом доктора-омеги медленно подошел и неловко начал залезать на высокий постамент, потом сел на кресло и замер.       — Ложитесь, господин Фернье, бедрами чуть ближе к краю, ноги — вот сюда — он указал на подколенные упоры — пока колени кладите сюда, потом посмотрим, руки на подлокотники положите.       Натан давал четкие указания, пациент их выполнял, через несколько минут Анри лежал на высоком кресле широко расставив ноги, полностью открытый и уже на грани паники. Он никогда не был у андролога, почти никогда, он молод, у него было все в порядке, до недавнего времени, и сейчас поклялся себе, что больше точно не появится здесь, никогда! Ему было стыдно, а когда доктор зафиксировал его ноги, что и не сдвинуться, то и страшно.       — Ну что ж, приступим к осмотру. Доктор надел перчатку и взял в руки смазку, выдавил немного себе на пальцы и решительно встал у Анри между ног, альфа напрягся, он не мог ни уйти, ни закрыться, ни сдвинуть ноги, успокаивало одно — это же доктор, он не может ему навредить.       — Расслабьтесь — попросил врач и дотронулся скользким пальцем до ануса альфы, нанося смазку, пациент рефлекторно дернулся, но врач не остановился, его скользкий палец вошел внутрь уверенно, быстро и… больно! Альфа зашипел, врач, быстро взглянув на него, вытащил палец и с силой толкнулся обратно, потом второй рукой начал давить на живот, производя осмотр. Анри сжал зубы и терпел, он не знал так должно быть или доктор делает что-то не то, но ему в любом случае не нравилась эта процедура.       — Ясно, — врач убрал руки от многострадальной задницы альфы и тот облегченно выдохнул, как оказалось рановато…       — Нужно провести трансректальное УЗИ, лежите так, сейчас сделаем. Антри не хотелось ничего проводить и он попытался донести это до врача.       — Доктор, а может не надо?       — Надо.       Спорить с врачом находясь в таком, прямо скажем, не выигрышном положении, было неловко, но, когда в руках омеги оказался странный прибор, очень похожий на анальный вибратор, альфе стало уже все равно в каком он положении.       — Доктор, не надо… я не хочу… я отказываюсь — заговорил Анри, пытаясь вырваться из захвата этого мерзкого кресла, но не тут-то было, альфа как-то не заметил, что его руки тоже оказались зафиксированы.       Натаниэля вдруг накрыла холодная ярость, что интересно думает этот альфа? Что он его изнасиловать хочет? Значит, как с омегой, так считаться не надо, а как альфа — так выполняйте все как они хотят?! Лежит, боится за свою драгоценную девственную задницу! При упоминании девственности, омегу начали душить слезы — его никто не спросил, хочет он потерять невинность или нет? Да, хочет, точнее — хотел, но не так же! Не на скрипучей койке и не с неизвестным альфой, которому просто захотелось потрахаться! Истерика накрывала и уже через пару минут, омега обратился к альфе.       — Что, испугался? Страшно тебе? Ничего, не бойся, я быстро все сделаю, ты даже не заметишь, как я вставляю эту штуку в твою дырочку, вы ведь альфы всегда так говорите, нам омегам, да? — Натан не знал, что именно говорят альфы перед соитием или уговаривая омегу дать в попу, но думал, что нечто подобное. Хотя сейчас несчастный изнасилованный омега вообще не думал, сейчас его сознание затуманилось, осталась только собственная боль и обида, он продолжил говорить, глядя на уже испуганного альфу.       — Вы же даже думаете, что ласкаете нас и нам это нравится — он сбоку подошел к Анри и накрыл его сосок ладонью, потом сжал его двумя пальцами и покрутил, альфа вскрикнул.       — Что, разве больно? — издевательски поинтересовался уже невменяемый омега, — а вы думаете, что нам приятно! Тискаете, кусаете, сжимаете… ласки у вас такие!       Анри хотел возразить, что ласкать можно по-разному, но молчал, теперь он по-настоящему испугался. Сейчас этот сумасшедший может сделать с ним все, что пожелает, да еще с этой штукой в руках, так что лучше не спорить, а омегу несло и несло…       — Нет, это не больно… — он уже снова стоял между ног альфы и с силой ударил того по ягодице, Анри опять вздрогнул, омега продолжал говорить: — и это не больно, это же ласки — его рука размеренно и хлестко опускалась на уже красные ягодицы альфы, мужчина закусил губу, было больно, но терпимо. Анри боялся, как бы словами не спровоцировать омегу на более решительные действия.       — Вот какая красненькая попка, нравится тебе, нравится? - Натан и сам почти не понимал, что делает, он повторял все действия и слова неизвестного насильника, этот несчастный альфа расплачивался за чужие грехи, но сейчас омеге было все равно!       Анри терпел и молчал, по крайней мере старался, терпел, когда пальцы доктора выкручивали его соски, до белых мушек перед глазами от боли, терпел, когда его пороли, ягодицы уже огнем горели, терпел, когда в него несколько раз, довольно грубо входил один палец. Только когда в дырочку толкнулись два пальца и резко вошли, он застонал и явно не от удовольствия.       — Что, больно? Конечно больно! Только вот вы считаете, что это нормально, не стоит затягивать с подготовкой! Надо сразу два пальца в попу, со всей дури, а потом уже можно и член… Анри вздрогнул, что значит — член?! Как это? Терпения ему не занимать, но вот член в попу категорически не хотелось! Он уже догадывался, что случилось с омегой и почему он попал парню под горячую руку, но от этого легче не стало.       — Вот я сейчас вам всем покажу насколько это больно!       — Нет… пожалуйста, нет, не надо — прошептал альфа, уж очень решительно шагнул к нему невменяемый омега с этим большим продолговатым предметов в руках.       — Не надо! — испуганно уже выкрикнул Анри, когда к его измученной дырочке прижался холодный металл.       — Не надо! — альфа опять закричал, а потом уже тихо, обреченно попросил: — пожалуйста. Он отвернулся, закрыл глаза, смиряясь с неизбежным, из уголка глаза по виску медленно стекала слеза.       Непонятно что именно остановило Натаниэля — отчаянный крик мужчины или эта, обреченно стекавшая, одинокая слезинка, но морок спал и омега пришел в себя. Он отложил датчик трансректального УЗИ так напугавший альфу, закрыл лицо руками и несколько минут молча стоял, потом вышел из смотровой.       Альфа, ожидавший боли и насилия, открыл глаза, когда понял, что ничего не происходит, он видел, как замер доктор, а потом ушел. Анри безуспешно пытался вырваться, когда врач вернулся, держа в руках небольшую баночку, на мгновение альфе показалось, что это… смазка! Он едва не зарыдал в голос, но его остановил голос омеги.       — Простите, не волнуйтесь, господин Фернье, я помогу Вам, простите — голос доктора был усталым, измученным, но уверенным, Анри кивнул, на всякий случай.       Доктор осторожно нанес заживляющую мазь на красные соски альфы, потом на ягодицы и анус, его движения были осторожны и аккуратны, не доставляя ни малейшего дискомфорта.       — Отпустите меня — тихо попросил Анри, кажется доктор уже вполне адекватен, можно и попробовать попросить.       — Конечно, сейчас… Простите меня. — теперь уже в голосе омеги слышалось отчаяние.       Анри стоял рядом с врачом, тот что-то писал, сбежать из этого кабинета хотелось нестерпимо, но альфа помнил - дверь заперта, так что придется ждать, когда его отпустит хозяин кабинета. Сесть альфа не решился, он и так натянул штаны на голое тело, спрятав трусы в карман, этот доктор, хоть и омега, а силушка у него дуровая! Так сильно отхлестать альфу!       — Господин Фернье, Вы можете подать жалобу директору клиники или в полицию. Я все признаю. — устало проговорил доктор, отдавая заполненную карту пациента. — Еще раз прошу меня извинить, я сам не понимаю, как это получилось… простите меня… — доктор встал и открыл дверь.       Анри поспешил удалиться, задница, конечно, болела, но не настолько, чтобы помешать сбежать.