Узлы

Тэхён быстро соображал и понял, что не хватает некоторых препаратов. — Одну минутку, — омега взял телефон и набрал друга. Пошёл гудок, а Чонгук не совсем разобрав ситуацию резко развернулся к врачу и схватив за горло припечатал к стенке: — Куда, сука, звонишь?! Спокойный, как на одной ноте, голос омеги заставил его прийти в себя: — У меня нет некоторых недостающих медикаментов, я вас предупреждал, что сюда едут за мной. Мой друг тоже врач и он купит по дороге и привезёт всё нужное, а заодно, поможет мне, — омега смотрел в глаза Чона с каким-то отрешенным спокойствием. Чонгук, чуть более нежно чем нужно, потрогал большими пальцами кожу на шее парня, глядя на его ключицы и сглотнув, убрал руку. — Чим, сейчас не задавай вопросы. Заедь в ночную аптеку, купи три капельницы, антибиотики внутривенно при глубоких ранах. Не ори. Это не мне. И тихо, быстро сюда. И объясни Минни, что так надо и вообще, ты давал клятву Гиппократа и я тоже. Всё. Дуй сюда, я сказал. Юнги протянул руку: — Дай аппарат. Пусть побудет у меня. — Без проблем, — практически флегматичный голос доктора наводил Чона на мысль, что он фригидный, ноль эмоций, вообще никаких, что очень странно. У Тэ внутри от переживаний резко поступило какое-то опустошение. — Если он выживет, мы вас озолотим, — Шуга холодными глазами смотрел на истекающего Джуна, пока доктор пытался остановить кровотечение и устанавливал капельницу. — О, окей, я согласен. Альфы хищно усмехались. Ну вот она, картина мира. От денег, денег даже с клятвой этому самому Гиппократу, не отказываются, но последующая тирада от врача, заставила обоих напряжённо засопеть. — Мы в детском доме бесплатно лечим зубы детям, но надо дорогие брекеты и пару серьёзных операций, — говорил омега, вводя в вену раненого альфы лекарство, — У меня нет на это средств и оборудования. Но, раз уж вы предложили сами, — омега выпрямился и развернулся к ним со шприцом в руке, — купите нам всё для хорошей операционной и оплатите всем, кому будут необходимы из детдома брекеты. Вы согласны? — Да, — в два голоса глухо ответили мужчины. Звук тихо подъехавшей машины и тормозов, заставили обернуться на дверь. Быстрые шаги, распахнулась дверь и всех обдало шлейфом одуряющих, смешанных ароматов. Сердце Юнги пропустило удар, в комнату влетело эфемерно-лёгкое, пышащее неприкрытой, вызывающей сексуальностью существо. Да, конечно, это был омега! Разодет в пух и прах, с множеством украшений, пухлым ртом и взглядом главной сучки района. Запах дорогого кондитерского магазина, вместе с парнем, влетели в голову бизнес-аналитика. Странный омега застыл лишь на миг, а потом резко стал серьёзным и даже стервозным, можно сказать. Голос был под стать внешности: — Все тихо сели, отошли от пациента, — омега бегом снял накидку и оставшийся в абсолютно прозрачной футболке и накинул сверху висевший на стене белый халат: — Тэтэ, в моей сумке достань пакет с препаратами, — парень намыливал руки и оглядываясь на Шугу произнес, — какой калибр пули, как думаете? Чего застыл? Эй, я тебя спрашиваю! Мистер, корейский самурай. Юнги оторопел, обалдевая от запаха, красоты и наглости этого человечка с маленькими наманикюренными пальчиками. — Ты что, спец в огнестрелах? , — Юнги зло ухмыльнулся омежке в ответ. — Я по собственной воле практику 6 месяцев проходил в криминологии, потом понял, что не моё и вернулся к детским зубам, а за 6 месяцев вынул около нескольких сотен пуль из разных мест, могу даже из вашей задницы вынуть что-нибудь, может добрее станете. Мин молчал, ему было интересно, чем всё это закончится. — У нас, знаете ли, главный хирург сильно пил и не молоко на работе, поэтому мы, полустуденты полудоктора как-то с первых дней интернатуры сами додумались, как и кого спасать. Намджун открыл глаза. — Больно. Альфы подскочили к нему. — Ты в клинике, нас тут не найдут. Мы сейчас нашим скажем, где мы. Пока не хочу тебя везти на базу, всё очень неясно, доктор пулю вынет, — Шуга обернулся к врачу, — Это Калашников, вынимай быстрее… — Не учи и не торопи, противный. Юнги захотелось дать затрещину этой наглой сучке, а ещё лучше, отшлёпать по заднице, прямо рукой до вспухших на попе отпечатков и чтобы звук от удара звенел! Три пули Чимин нашел быстро и даже самую глубокую рану хорошо промыл и зашил. Пока Тэ накладывал повязку, Чонгук наблюдал за абсолютно притихшим парнем в углу, омега с длинными волосами в стиле Клеопатры. И только сейчас до него дошло, что омега очень похож на доктора с запахом ванили с малиной: — А вы что, двойняшки? Чимин начал весело смеяться, снимая одноразовые перчатки и кидая их в мусорное ведро. «Клеопатра» отмер: — Вы только заметили? — А вы все поняли, что надо молчать о всём, что здесь происходило? , — Чон решил расставить сразу все точки над i. «Клеопатра» медленно подошёл к кушетке с пациентом и при его движении по носам всех прошла волна белого пиона с миндалём. Послышались шаги на крыльце, стук в дверь и одновременно звонок Чону на телефон от Хосока, которому тот раньше скинул координаты, Чонгук тут же ответил: — Да, сейчас откроем. Это Джей Хоуп и наши ребята из охраны. Хосок, с открывшим дверь Шугой, осторожно зашёл в просторную комнату, в центре на кушетке, в подобии операционного стола, лежал Арем с закрытыми глазами, раздетый по пояс, с перебинтованным наполовину торсом. — Как он? , — вопрос от Хосока в пространство, для всех. — Нормально. Здоровый кабан, крови потерял много. Сейчас полежит пару часов и забирайте, неделю в постели и колоть 10 дней антибиотики, я выпишу рецепт, — отозвался с угла омега с наглым лицом в халате доктора. Все молчали и тут голос кушетки: — По домам отпустите докторов. Я в порядке и вообще проводите их куда они там должны идти, — Джун с открытыми глазами, жмурясь, процедил сквозь зубы. — Я рад, что вы пришли в себя раньше моих прогнозов, — глядя на альфу, произнес доктор с розовыми волосами, — слабость сильная? Голова кружится? Сейчас докапаем капельницу и можете ехать, завтра на перевязку, можно и сюда, но вечером. Нам прикрыл глаза, выдохнул: — Док, всё окей, — и уже своим подчинённым, — что вы обещали за моё спасение? Надеюсь, не весь Сеул? — Нет. Они хотят крутую операционную и брекеты всему детскому дому, — хмыкнул Шуга из своего угла. — Ну, цена невелика, завтра всё будет. Я обещаю. Он чуть приподнялся с помощью друзей и осмотрел всех, задержав взгляд на невысоком омеге с длинными прямыми каштановыми волосами до середины груди. Красивые подведенные, волшебные глаза и сильно подкрашенные ресницы, из косметики это всё и это было явно видно. Очень экзотическая внешность. Шёлковая, белая в голубой горох и с бантом на шее блузка, молочного цвета мягкие, почти в обтяг брючки и лёгкие сандалии. Запах ему шёл. Белый пион с миндалём. Лучше не придумать! Вкусно! Кружит голову лучше глубокой раны. Зверь в альфе испытал лёгкий тремор. — Мне очень жаль, что вы в это попали. Но для вас никакой опасности.

*****

Физическая усталость, после интенсивного месяца ремонта и установки нового оборудования в операционной, восполнялась с лихвой. Тэхён с радостью от осознания, что они так легко смогли получить всё это, даже не предполагая, с какой подветренной стороны всё это прилетит на удачу. Через неделю доктор уже назначил две лёгкие операции для своих маленьких пациентов. Люди, месяц назад неожиданно буквально ворвавшиеся в его жизнь с дулом в голову и с огнестрелом на их еле живом друге не обманули и даже шикарный ремонт во всей клинике был оплачен тоже ими. А уж небольшая операционная пестрела самым надёжным, дорогим и современным оборудованием. Чимин буквально целовал все приборы и как маленький, сладко пахнущий ураганчик, метался между только что привезённых коробок с приборами. Вчера Кинтертеймент презентовали им ещё и новую, более функциональную мебель, даже три шикарных дивана, по одному в каждый кабинет. Тэхён не сопротивлялся подаркам и был очень рад. Назад они не попросят, а им для работы для удобства их самих и детей с родителями, это очень важно. Чимчим в наглую ещё позвонил этому блондину со шрамом на лице и сделав рожу кирпичом сказал, что в детской игровой осталось докупить некоторые мелочи с игрушками и книгами. Что в точности Паку ответил длинноволосый бизнес-аналитик, Ким не до конца расслышал, но наверняка этой тирадой грязного мата, выражал своё полное согласие с милым другом, потому что, буквально к обеду следующего дня, два бравых молодца звериного вида на грузовике подъехали к служебному заднему входу и начали там же рядом разгружать коробки с книгами, детскими карандашами, альбомами, игрушками для всех возрастов детворы. Чиминни порхал бабочкой и указывал звероподобным куда что нести и ставить. Альфы понуро следовали его маршальским замашкам. — Да уж, Александр Македонский отдыхает, когда ты берёшь командование в свои руки, — решил высказаться сквозь добрую ухмылку Тэ своему другу. — Угу, — пробухтел старший из друзей, сдирая ноготкам обёртки коробок и заглядывая в каждую с детским любопытством, — знаешь, он всё правильно купил и прислал, надо будет его похвалить и сказать, что за такое прекрасное поведение, он может взять с полки себе пирожок с гвоздями, — вредные смешочки сопровождали мерное копошение Чимчима. Пак взял свой сильно розовый телефон и начал тыкать в него нежным пальчиком, по-деловому сдвинув бровки и вытянув губки в круглую куриную жопку трубочкой: — Алё, здравствуйте, вот звоню вас отблагодарить. Всё доставили, всё понравилось. Что? Боитесь, что ещё луну с неба попрошу? Ну уж не такой я и нахальный, вот решил вам, мистер Мин, предложить, чтобы вы меня в ресторан хороший пригласили. Для чего спрашивайте? Ой, как же! Всё же понятно должно быть! Это чтобы я вас лично, сам, в приятной атмосфере, мог за всё лично отблагодарить. Тэ поднял в бессилии, от наглости своего друга, глаза к небу. А Чимин, тем временем, продолжал свою благодарность: — Что? Нет, я вам никак не навязываюсь никуда. Да и слава богу, что я как раз не в вашем вкусе. Так уж лучше, если я буду не в вашем вкусе, чем переживать за ваше безвкусие и плохое зрение, честное слово, прямо до слёз. Вы подумаете? А ну хорошо, только потом мистер, белый котик, не обижайтесь, если вдруг тогда уже мне надо будет подумать или я буду уже занят. Ну или кто-то займёт меня, я знаете ли, очень востребованный. Во всех позах… жизни, — Чим слегка затянул промежуток между словами, — нет-нет, это не двусмысленные фразы, это я прямо про жизнь, как она есть, ах, простите, больше не задержу.

*****

Сейчас Тэтэ просто лежал в своём кабинете, на одном из этих удобнейших диванов. Он выбрал темно-фиолетовый. Омега принял душ здесь же, в клинике. После целого дня установки, распаковки и настройки оборудования, сил не было вовсе, еле хватило выползти из душа, натянуть бледно-розовую футболку и тёмно-розовые трикотажные шортики и упасть на диван. Сегодня выходной, его никто не потревожит и омега решил поспать пару часов, а потом, прямо отсюда, ехать к родителям на ужин. Он завёл будильник и устало закинул руки за голову, положив телефон на стул рядом с собой. Его друг, и совладелец их клиники, уехал полчаса назад домой. У него поднялась немного температура от переутомления. Омега, в блаженстве от тишины, закрыл глаза и начал проваливаться в тяжёлую дремоту. Чонгук сидел в своём Lamborghini, прямо напротив дорожки ,ведущей в маленький садик вокруг детской зубной клиники. Он уже три раза, под разными предлогами, приезжал сюда. Омега его тянул к себе и заставлял задыхаться от бешеного ритма сердца в своём присутствии. Врач с Чоном держался подчёркнуто официально, даже когда тот на третий раз, приехал с огромным букетом алых роз и с глупым выражением своего лица к нему. — Спасибо, господин Чон, за цветы конечно, но оборудования и ремонта от вашей организации, нам бы вполне хватило. Тэ пытался не сдаваться на милость плохого мальчика и делал вид лихой и придурковатый настолько, насколько хватало его театральных способностей. Они, конечно же, друг друга узнали по тому случаю на остановке. Хотя ни один, ни второй в этом не признались друг другу. — А цветы, просто волшебной красоты, я их разделю и поставлю везде понемногу. Спасибо ещё раз, вы такой щедрый и внимательный. Альфа видел, что омега пытается быть снежной королевой. А сам покрывается красными пятнами, стоит мужчине подойти к нему чуть ближе. Но сдаваться не в стиле Чонгука. Да и хочется этого неземного Тэхёна по земному, завалить на большую кровать и драть, пока тот может дышать. За этот месяц альфа пытался заняться сексом с другими. Но дальше совместных попоек у него так больше ни с кем и не пошло. Влюбился! Твою мать! Да ещё в такую цацу! Альфа знал (слежка доложила. Гук уже месяц тут ее держал всеми днями), что омега занимается сегодня операционной и что его друг и соратник, редкая, и вредная язва Чиминни, полчаса как отъехал до дому до хаты. Так, надо брать быка за рога, иначе Гук умрёт от спермотоксикоза и от разрыва влюблённого сердца. В кармане дорогой браслет. Чонгук заметил, что доктору они нравятся. Один на руку с бриллиантами и цветочками из аметистов нежно фиолетового цвета и один, тонкий, с сердечком из тех же бриллиантов и аметистов на щиколотку. Чон мечтал сам надеть их на ручку и на ножку вкуснейшего Тэтэ. Альфа открыл решительно дверь тачки и вышел во всей своей опасной красоте на свет белый. Солнце уже шло на закат, самое то времечко для романтизма. Ключ от клиники Чонгуку сделали, в тайне от законных владельцев, умельцы по сейфам и разным открывающим штучкам. Альфа даже один раз приходил сюда ночью, оставив охрану на шухере и бродил по пустому ночному заведению. Он даже подрочил здесь в кабинете у желанного Тэтэшечки, нюхая его рабочий халат, а потом стыдливо стирал салфетками сперму и свой стыд с рук, и смывал их в унитаз. Дверь не заперта. Прямо по коридору направо, после игровой комнаты, сразу кабинет Тэхёна. Альфа тихонечко открыл дверь, осторожно заглянул туда и вошёл. Молодой доктор лежал на диване на спине, с чуть согнутой правой ногой и прикрытыми глазами. Розовая, очень тонкая широкая футболка, как невесомое облако, облегала тело омеги буквально выделяя его пресс, чуть-чуть вставшие соски, а на бёдрах были самые короткие на свете шорты, ну по крайней мере, так Чону показалось. Из-под них и чуть согнутой ноги снизу, был виден прекрасный краешек сладкой попки. Альфу накрыло. Казалось вспотел не только он сам, но и его мозг. Чонгук прислонился спиной в бессилии к косяку, который на пару минут стал его опорой и лучшим другом, на лодыжке у Тэхёна уже блестела цепочка. — Мой подарок тут будет к месту, — пронеслось в почти уехавшей голове у Гука. Омега чуть приоткрыл уставшие глаза. Он почему-то даже не испугался и не удивился визиту альфы. Тот медленно подошёл и осторожно сел у него в ногах на диван, оба пока молчали и смотрели друг на друга. Чонгук с еле сдержанным возбуждением, Тэхён с чувственной истомой. Альфа начал первым их диалог: — Дверь была не заперта, я тебя напугал? — Наверное Чим забыл захлопнуть. — А я тебе подарок купил, прими его, пожалуйста. Чон так жалобно и с каким-то почти детским ожиданием смотрел на него, что тот согласился (не заметили, как перешли оба на ты). Просто кивнул головой. Альфа начал нервно хлопать себя по всем карманам ища нужную ему вещь. Неожиданно резкий, тяжёлый стук металла о коврик перед диваном, ударил густую тишину. Это был пистолет. Beretta лежала на полу. И оба тупо уставились на него. — Это мне? , — врач полушутливо, полусерьёзно поднял красивые брови. — Ой, нет, прости. Это случайно. Я сейчас найду. Вот, вот, нашёл, — Гук так искренне улыбался, засовывая за спину, за ремень брюк, оружие и вынимая из кармана пиджака две тёмно-синие бархатные коробочки. Чонгук негнущимися пальцами, их открыл, достав из первой браслет, он вскинул на Тэтэ полные надежды глаза: — Можно я сам одену? Если ты не против конечно. — Да, мне будет приятно, — омега протянул нежное запястье. Замочек защёлкнут, блестит. Явно дорогая вещь и со вкусом: — Что там ещё, — Тэхён вошёл во вкус. А альфа уже доставал второй браслет с сердцем. — Тут сертификаты. Там караты и чистота камней, а так же проба золота. Всё на твое имя. Браслет этот на ногу. Чонгук с трепетом пытался попасть в застёжку, обхватив цепочкой хрупкую щиколотку стройной гладкой ноги. Дело сделано, подарки надеты. Оба молчали и понимали, глядя друг на друга, что оба здесь ведут ситуацию к определённому толчку. — Я не могу тебе сейчас ничего дать. У меня просто физически нет сил ни на что, — Тэ прямо посмотрел в огромные глаза Чонгука. У того от осознания, что его возможно сегодня допустят на прямую к телу, спёрло дыхание. Тэхён устал бегать от собственных желаний. Пусть даже и таких низменных и плотских и очень-очень грязных в его мечтах. Каждый раз, видя альфу, он мечтал, без раздумий, просто брякнуться на спину и раздвинуть свои длинные ножки. Ну может же он хоть раз себе позволить безрассудство?! — Малыш, — альфа почти задыхаясь прошептал, — малыш, я сам, я всё сделаю сам. Я тебя не разочарую. Гук начал жадно целовать и гладить коленки Тэ, поднимаясь поцелуями по бёдрам. Он их облизал, пробовал на вкус, нюхал и уезжал мозгами очень и очень далеко. Омега призывно застонал и чуть приподнял бедра, давая знак, чтобы его наконец-то раздели. Чона два раза спрашивать и намекать не надо. Он быстро, осторожно снял с Тэтэшечки эти сексуальные шортики и стараясь не смотреть на его, уже возбуждённый член, стянул аккуратно и футболку, потом резко встал, сделал шаг назад и начал, глядя неотрывно Тэхёну в глаза, снимать с себя одежду. Пиджак, рубашка (голый торс мистера Чона — это восхитительно), ремень, туфли, брюки, носки, трусы, часы. Голые оба совершенно! — Что будем делать? — растерянно смотрел Тэ. Чонгук соображал быстро, пока тут не передумали, надо действовать и соображать быстро. Он опустился, весь дрожа на колени перед диваном, задевая вставшим членом за его край и раздвинув ноги Тэхёна, начал лизать его дырочку, обильно смачивая слюной и пытаясь языком слегка попасть вовнутрь. Омега несдержанно очень громко закричал, хватаясь пальцами за диван. И Гука сорвало! Он трогал, гладил, целовал омегу везде: соски, попка, ноги, живот. Он брал каждый палец омеги в рот и смотрел тому в глаза. Тэхён чуть изогнувшись, сам засунул в свой зад сначала один, потом второй палец, а затем и третий. От такого бесстыдства, альфа почти взвыл. Дышали оба тяжело, стоны слетали с губ один за другим у обоих, трясло как в лихорадке так, что трясло и диван вместе с ними. Чонгук накрыл своим телом тело Тэхёна. — Посмотри мне в глаза, когда я буду брать тебя первый раз, — попросил (приказал) он, раздвигая Тэ ноги и положив одну из них себе на предплечье. Омега втянул воздух и вцепился обеими руками альфе в плечи и смотря прямо в глаза. Гук вошёл, вошёл с оттяжкой, не медленно, не быстро, а сладко. Моё! Зверь внутри рычал и был доволен наконец-то. — Я долго не смогу, малыш. Я так долго ждал. Я так тебя хочу. - Я тоже долго не смогу, — прошептал Тэ, — кончай, когда хочешь. Несколько сильных точных толчков. И вот уже оба заливаются спермой, один на его бедра и дырочку, второй пачкая свой живот. Что это было? Лучшее, что было в сексуально-половой жизни у обоих. Это наверное потому что по любви. По любви? Так быстро? Наверное да! Молочно-вишнёвый коктейль с коньяком-вкуснейший десерт.