Судьба иногда совершает ошибки.

      Руки трясутся, когда в руках оказывается зловещий тест на беременность. Уже было абсолютно наплевать на то, как это должно закончиться. Лишь бы кошмар завершился. Они уедут далеко, где никто не узнает. Хотя верить в то, что Джессика окажется с ребёнком, не хотелось. После того, что они вместе пережили, судьба дала им шанс лишь на выживание. Без нормальных родителей, без братьев и сестёр, без друзей. И теперь возлагать себя на кого-то другого не получится. Нужно думать, анализировать. Судьба не оставила им шанса на малейшую ошибку. Либо они живут, либо шансов не оставалось вообще. Теперь жизнь зависит от их совместных поступков. И сейчас, когда эта парочка сидела в туалете, ожидая результата теста, было ужасно больно. Слёз нет. Их вылили за последние десять дней. Джессика почти не выходила из дома, боясь встретить кого-то из своих знакомых. Майкл иногда выбегал за продуктами, которых хватало от силы на неделю. Жить нужно было за что, а деньги заканчивались. Иногда девушка настолько выходила из себя, что просто собирала вещи и грозила уехать в своё село, где накопления были. Но парень её не пускал, всё время остужая девичий пыл. Им нельзя куда-то уезжать. Даже уходить с этого чёртова дома. Он всегда наблюдает за ними. За каждым шагом, передвижением, решением, поступками, ссорами. Этот мужчина вселял страх за свою жизнь. И сейчас дело не в том, что они сами переживали за себя. Парочка боялась потерять друг друга, потихоньку всё же осознавая, что они значат для каждого из них. И жизнь стала строиться иначе. Ты живёшь не ради своего достатка, а только ради своего сожителя. Не переживаешь о том, что сам не брал ложку супа уже три дня, не спал почти всю ночь. Важен лишь твой друг. Для него ты скрашиваешь свои никчёмные года. И ни ради кого-то другого. Это кажется абсурдом, однако вы недооцениваете жизнь. Хотя кто вообще этим занимается, верно? Джессика вздохнула. Её тело снова передёрнуло, как стало часто делать из-за нервов. Майк пытался её успокоить, но безуспешно. Ничего не помогало от стресса. От вечного фантомного чужого взгляда, который начал преследовать по пятам. Будто никогда не покидая, всегда находясь рядом, чтобы вовремя ударить под дых или срубить ненужные отростки дерева. Взгляд меняется. Зрачки сужаются, руки начинают выплясывать бешеный хоровод. Тест летит на пол, пока сверху чувствуется напряжение и теперь слышится тихое поскуливание. Майк поднимает голову, ожидая увидеть, может быть, радостное лицо, когда его взгляду предстаёт настоящее безумие. Он подрывается, резко подбегая к Джессике. Она трясётся, словно её бьёт уже не первая судорога. Даже в его объятиях она продолжает смотреть в одну точку, словно уже давно убита изнутри. Адреналин вышибает в кровь пачками, сердце ускоряет ритм. Из рта начинают вылетать слова, чтобы успокоить, но мозг ничего не контролирует. Неужели уже началась стадия бреда и отторжения? — Майк. Майк, — она начинает повторять его имя, словно читая очередную молитву. — Он положительный! Положительный! Она смеётся. Мозг похоже сделал винт от внезапного ощущения тяжести. Глаза забегали по комнате, в признаках чего-то. Такого не могло случиться. Не с ними. Каков был шанс, что тогда всё получится?! Нулевой! — Может сделаешь ещё раз, милая? Всё же бывает, не нужно так реагировать, — голос дрожал. Слова проглатывались. Он запинался. — Ты погубишь себя такими темпами, Джессика. — У меня задержка уже неделю, Майкл. Ты искренне веришь в то, что нас бы надул тест на беременность? — Но по здоровью всё бывает! Может гормональный фон сбитый из-за сильного стресса! Нужно провериться у врача, Джесс. Снова смех. Когда они вдвоём успели сойти с ума? Три или четыре дня назад? Или как только встретились с ним? — Я беременна. Майкл, не отрицай. Мы и так в полном дерьме, какой позитив?! Руки сильнее сжали талию. Хотелось возразить, придумать тысячу отмазок от этого теста. Но никого не убедишь. Они могли сдать кровь на анализ, могли пойти в поликлинику. Но оба поняли, что всё это никак не решит их проблему с деньгами. Им просто не за что идти. Парочка еле коротала концы с концами, а тут ещё и долбанные тесты. Шанса выжить у них не было. Тем более с маленьким ребёнком. Неважно от кого. Но явно не сейчас. — Нам нужно собрать деньги на аборт. Зачем мы вообще ждали так долго?! Боялись твоего никчёмного отца?! — Он бы убил нас. И мы много раз это обсуждали, но. — Что «но»? Мы не надеялись на такой исход, признай же! Никогда не думали над этим! Потому что вероятность того, что я буду с ребёнком была минимальная! Признайся, Майкл! Тишина. Никакого ответа. Даже от неё. Молитвы не помогли, как и их слепые надежды на хорошее будущее. Ничего не даётся лёгкой ценой. — Хорошо. Но нам нужно собрать все вещи и сразу уехать. Тогда есть вероятность, что мы успеем убежать. — Лучше он убил нас тогда. И мы поселились бы на небесах, как мученики, да? — голос звучал детски и наивно. Будто это всё было не реальностью. — Но мы всё ещё здесь. Значит нам рано уходить к любимым людям. Не заслужили мы, Джессика. Хотя они не попадут в рай. Никогда их не пустят туда. Грешны все души, независимо от статуса и возраста. Только сможешь ли ты искупить тот проступок, ценой чего-то большего? Не было до конца ясно. И даже сейчас, в этой пыльной ванной, которая уже приелась своим обитателям, хотелось спать. Жуткое желание заснуть и не просыпаться. Руки не вечны. И не всегда ты можешь держать себя на плаву за их счёт. Обстоятельства играют слишком важную и совершенно разную роль в каждом событии. Иногда они на руку, но в других случаях могут слишком сильно подкосить ваши чувства и состояние. И доверие ближнего может помочь. Парочке дан слишком тяжёлый путь. Но будет ли в конце него хоть что-то ради чего они боролись?

***

Машины проезжали мимо, летая, словно маленький рой пчёл. Люди куда-то спешили, попутно разговаривая друг с другом. Погода была солнечной, а поэтому не представляла никакой грусти. Лёгкий ветерок чуть развивал волосы, когда ноги сами искали путь до больницы. Не сказать, что это решение давалось слишком легко. Было много всего на чашах воображаемых весов. Но этот выбор уже сделан. Ничего не изменишь так просто и яростно. Было страшно, непривычно. Джессика всё время оглядывалась, боясь увидеть те самые глаза, которые теперь вечно чудились ей в кошмарах. Хотя сейчас может это и кажется вам абсурдом, но ничего не поделать она явно не могла. Тем более когда шла избавляться от ребёнка этого урода. И возможно она больше не родит малыша. Может не станет мамой никогда в своей жизни, но идти на отчаянный шаг было важно. Иногда жертвуя одним, ты можешь спасти совершенно другое. И сейчас данная ситуация была смесью чего-то весомого, ради которого и был проделал этот огромный путь. Поворот. Затем ещё один. Улицы потихоньку сливаются в единую картину, не выделяя каждый новый фасад или вид здания. Даже люди, которые беспечно шагали на встречу, уже не занимали так много нужды и места в голове. Там было что-то нечто другое. И я думаю, что вы догадались что. Просто хотелось нормальной жизни. Да. Если бы сейчас возможно было положить желание Санте под ёлку, то Джессика бы непременно это сделала. Потому что сейчас никто не отчаялся ей помочь. Разве что только Майкл, который теперь всегда был на её стороне. Без матери, потерявший брата и сестру. А затем видевший безумие своего отца. Сама Джесс не представляла, как ему самому было сложно. И смогла бы она в таких сложных обстоятельствах вообще хоть как-то соображать. Однако он смог. И может быть парню стоило этим гордиться. Хотя девушка сама не была уверенна в том, хорошее ли это чувство в данный момент? Ноги начинали машинально выплясывать шаги. Намеченный путь, который она уже проходила, был лёгок. Клиника была не так уж и далеко от её дома. Хотя Джессика всё равно остерегалась резких поворотов и дороги. Всё таки сейчас они идут по очень скользкой дороге, чтобы так сильно рисковать. Ты никогда не можешь знать, когда возле тебя покажется умелый фигурист, и собьёт тебя с ног, чтобы ты упал навзничь на жёсткий лёд. Прощаться с чем-то, что находится внутри тебя, было несильно легко, однако девушка и не назвала бы это трудным решением. Это не было чем-то добровольным и согласием на что-то дальнейшее. Поэтому избавиться от этого тупого и грязного воспоминания очень даже хотелось. Даже не смотря на то, что всё это было ужасно неудобно и грустно. Однако Джессика была уверенна, что лишних вопросов не получит. По крайней мере на это можно было надеяться. Клиника представляла из себя довольно большое и широкое здание. Оно было довольно известно тем, что тут хорошо и доброкачественно проводят все нужные процедуры, поэтому парочка очень старалась попасть суда. Деньги не были уплачены, но запись на приём была. Осталось только подняться по этим тяжёлым ступенькам и оказаться у заветной двери. Вещи собраны. Они готовы были бежать. Оставалось лишь вздохнуть и решиться. Каждый шаг значил её полное согласие. Для души и здоровья. Девушка уже сама решила, что не сможет жить с этим ребёнком. Даже попробовать принять его. Хоть это создание и не может быть в корне виновато в её изнасиловании, однако ничего не делать было бы глупым вариантом для всех. И не только для них с Майком, но и для ребёнка. Крыльцо широко возвышалось над парковкой. На ней не было так ж много машин, однако всё же парочку было. Джессика и сама не знала, почему она заострила над этим внимание, однако это случилось. Глаза машинально забегали из стороны в сторону, пока не остановились на одной, довольно знакомой. Возле двери стоял довольно широкий мужчина, но Джесс не сразу его заметила. Тело развернулось, когда она стала лучше рассматривать даль. Мигом доходящий до её мозга яркий фиолетовый цвет отрезвил мысли, которые сразу сопоставили картинку в единый пазл. Он здесь. Стоит и смотрит ровно на её маленькую и ровную фигурку. Она застыла. Словно завороженная. И смотрела на эту широкую тень, опиравшуюся на край двери машины. Девушка не могла рассмотреть его выражение лица, но чёткий серый взгляд был направлен точно на неё. Как этот мужчина вообще мог узнать о её записи сюда? Каким образом смог преследовать настолько незаметно? Мужчина ничего не предпринимал. Просто стоял в ожидании. Словно давал ей выбор: либо она сейчас спокойно и тихо уходит из этого места, либо… Он за себя не ручается. Но Джессика покорно не двигалась, продолжая поддерживать зрительный контакт. И сейчас ей нужно было как-то сообщить об этом Майклу, чтобы решить их общую проблему с ним тоже, но делать лишние движения она боялась. По телу пробежались мурашки, словно через неё пустили ток. Мысли активно блуждали по отделам мозга, взвешивая свои действия. — Девушка, у вас что-то стряслось? — к ней подошла какая-то женщина, которую сама Джесс раньше не замечала. — Вы довольно долгое время здесь стоите. Вам плохо? Может мне позвать врача? — Нет, не нужно, — она обернулась, прервав зрительный контакт. — Кажется меня там уже ждут. Похоже я пришла слишком рано. Спасибо вам за беспокойство. И девушка правда стала спускаться, не решаясь вернуть свои глаза на Афтона. Нужно было бежать. Пока он не догнал. Между ними приличное расстояние, но он ведь может оказаться здесь в любой момент. Шаг по ступенькам ускорился. Через одну она даже перепрыгнула. И быстро рванула куда-то в бок, лишь бы скрыться от чужих глаз. Нужно что-то менять. Уильям Афтон продолжает следить за ними, пока они сами того не подозревают. Похоже, что его статус относительного «бога» можно поставить уже под вопрос, нежели совсем отвергнуть. Мозг сбивался с мыслей. До сих пор не верилось в происходящее. Неужели сейчас они лишатся шанса на спасение хотя бы её жизни? Этот гад так сильно не хочет убивать этого ребёнка, который ему самому не очень то и нужен? Его действия кажутся странными. Да и как их вообще можно оправдать? Бежать долго не получилось. Джессика быстро выдохлась, остановившись. Бегать беременной было очень комфортно и удобно, особенно на дальние расстояние, через которые она направилась. Ноги свело, когда она ухватилась за стенку. Похоже это путешествие домой будет делом нелёгким. Но нужен был новый план. Совершенно новый, непредсказуемый. Хотя если учесть то, что Уильям Афтон является больным психом, то скорее всего их планы будут максимально простыми и совершенно обычными.

***

Тишина и спокойствие. Как же иногда Уильяму не хватало этого ранее. Никаких лишних звуков, телодвижений. Теперь весь его дом наконец-то был под контролем. И ничто не могло помешать планам. Хотя, признаться честно, эта парочка знатно его удивила. Он наблюдал за ними. Всегда был в курсе всех обсуждений, разговоров. И даже не то, что он постоянно сидел возле их дома, а вставить камеру в старую и важную игрушку Майка всё же было хорошей идеей. Мужчина уже делал так. Только следя за своим маленьким сыном, пока был на работе. Он не совсем был уверен, зачем вообще установил там камеры, но сейчас знания определённо пригодились. Это смешило, вызывало буквально неудержимый смех над ситуацией, но Уильям сдерживался. Только зачем? Даже сейчас, попивая кофе из кружки, всё ещё находясь в рабочей одежде, он наблюдал. Как на их лицах появилась надежда, потом отчаяние, горе, попытка побега. Он всё знал и всё видел, только сама парочка об этом не знала, иначе бы давно обнаружила камеру, так нагло снимающая их жизнь на показ. Афтон сам не знал, зачем вообще захотел оплодотворить эту девушку. Несомненно она его привлекала в качестве сексуального интереса, однако это лишь добавило проблем. Если бы она появилась позже, пока он бы разобрался с Майком, всё было бы удачно и идеально. Но планы пошли боком, что сам мужчина ненавидел. И теперь он должен ждать. Пока они сами к нему придут. Либо сорвутся и уедут, что тоже было как вариант решения проблемы. Но делать аборт. А ведь он предупреждал. Что узнает и остановит. Или убьёт и придушит. Хотя в такой ситуации даже он бы выбрал второй вариант, нежели оставлять частицу его самого внутри. Хотя люди всегда поступают интересно, что и забавляет его. Их размышления всегда стандартны, будто только им могло это прийти в голову. Но ведь такого не бывает. Психи всегда думают нестандартно, что и пугает большинство. Они могут придумывать гениальные схемы, которые не раскрывают годами и десятилетиями. Но вот обычные, здоровые и умные люди запросто могут попасть на их уловки. Ну не абсурдно? Может этот ребёнок и будет ему нужен, хотя Афтон-старший не был уверен в этом. Он всегда ненавидел детей, по крайней мере до совершеннолетия. Они тупые и безмозглые идиоты, которых вынуждены опекать родители. Даже не могут сами подумать, что подходить к железному металлическому роботу за мороженным— отвратительная идея, особенно когда тебе говорят об этом каждый раз перед сном. Провал за провалом. Никчёмные и бестолковые люди. Почему же иногда хотя бы не могут поиграть в игры правильно? Неужели не всем в начале зарождения выдают карточки с правильными действиями? Невероятно раздражает. Майкл. Только он был похож на него. И знаниями и мировоззрением. Только вот доброта и пресмыкание ему явно досталось от матери. Наследник бизнеса, возможно его будущая правая рука и смог так сильно облaжаться. Из-за таких он быстро и терял веру в людях. Генри и Чарли. Две обузы, которых он вынужден был тащить последние пять лет. Его жена, потихоньку ломающаяся до состояния тяжёлой депрессии. — Агх. Идиоты, — промямлил Афтон, поставив кружку с кофе на стол. Концерт уже не был таким интересным. Очередные сопли и нытьё уже порядком ему надоело. Но как поступить? Что же они решат — вот что ему было важно. Лишь в одном он был точно уверен. Этот ребёнок должен родиться на свет, чтобы окончательно сломать и этих двух тоже. Возможно он его найдёт и заберёт, если вынудят обстоятельства. Но сейчас Уильям должен держать всё под тщательным контролем. Снова без него ничего не могут сделать. Как забавляет. — Мы должны уехать, Майкл. Пожалуйста, — снова послышался голос Джессики. — Мы не можем. Не можем, Джесс. Он нас не отпустит. — Отпустит. Ему важен ребёнок, так? Этот мужчина даже не пришёл за всё это время! Значит мы ему не важны. Я рожу это дитя. Только давай уедем отсюда, умоляю… Смешок. Афтон удивился. Интересная мелодрама, даже лучше, чем он смотрел когда-то с женой. И каков будет выход нашего возлюбленного? Но ответа не последовало. Девушка скрылась за краем камеры, пока мужчина всё ещё видел спину своего сына. Возможно он чувствовал желание утешить его, однако оно было настолько никчёмным, что даже не поднималось вровень с ненавистью и интересом происходящего. Майк вскоре тоже ушёл за пределы видимости, отчего Афтон наконец-то поднялся с кресла. Такие посиделки его бесили, однако не так часто. Теперь нужно думать дальше, что же он предпримет, чтобы запугать. Хотя, нужно ли это? Тяжёлые шаги обуви по паркету. Афтон даже перестал разуваться, буквально забив на свой внешний вид в его доме. Разве это играло какое-то значение в данный момент? Нужно было разобраться с проблемой в его подвале. А потом возможно ещё раз посмотреть ту камеру. Он сам ещё не до конца распланировал свои великолепные планы на вечер, но сейчас ему явно нужно было придушить воющего животного, которое уже наконец-то перестало кричать во всю глотку.

***

Шаги. Туда-назад. И снова поворот до кабинета. Майкл не мог найти себе места. Сердце стучало. Ноги еле волоклись, но сидеть смирно он явно не смог бы. Возможно, он мог представить эту сцену раньше, но никак не так. Сейчас было не до размышлений и каких-то рассуждений. Он ждал. просто ждал, как ему и было положено. Лохматый, с завитыми коричневыми волосами, не выспавшийся, бешено переживающий. Ну а чего он хотел то, когда у тебя девушка рожает? Они долго готовились, ждали. Но сейчас он не мог этого вытерпеть. Это слишком тяжело. Кто вообще придумал всю эту херню? Вот приносили бы детей аисты и всё. Намного меньше проблем, чем на самом деле будет. Ну кто ж ему даст право выбора. Везде стоит тишина. Ничто в коридоре не нарушает идиллию. Но парень боится представить, что происходит за дверями родильного отделения. Как Джессика, которая уже стала частью его взрослой жизни, проходит через это сама. Она специально не пустила его, чтобы не переживал, но так сделала немного хуже, чем вышло по итогу. Как вообще можно сидеть на этом чёртовом стуле и спокойной ожидать конца всего действия? Ещё и журналы листать, о боже. Как только из палаты появляются другие врачи, он оживляется. Господи, неужели высидел. Медсестра сразу видела его и подошла, одарив своей милой улыбкой. — Мистер Шмид, у вас мальчик. Здоровенький. Скоро можете пройти к роженице, как наведём порядок. Свершилось. Слёзы радости скатывались по щекам, пока мужчина не рассмеялся. Боже, как же ему повезло. Хотя бы раз в его жизни всё получилось. Без каких-то последствий и проблем. Он готов был страдать вечно, но быть счастливым за Джессику. Ту, которую он когда-то сильно полюбил и до сих пор не разу не усомнился в этом. И даже то, что в итоге они смирились с рождением этого ребёнка, давало большие надежды. Это чудо никогда не увидит своего биологического отца. Разве что узрит в кругах ада, которые он должен будет провести. Судьба стала на его сторону. И теперь он благодарен ей. За все испытания. которые стойко выдержал ради этого. Хотя бы ради рождения этого милого комочка. И они будут любить его. Несмотря на невзгоды и трудности. Возможно жизнь дала им слишком много поводов ненавидеть этого дитя. И была уверена, что так и будет. Но судьба совершает ошибки. — Вы не можете сказать, вы с женой выбрали имя своему ребёнку? А то я не уточнила, пока увозили дитя. — Грегори, мадам. Если я верно услышал, что это мальчик.