Royally sweet boy

°×°×Morning memories°×°×

— Чонгук, почему ты всё ещё спишь? Джухён резко открывает дверь в небольшую комнатку для прислуги, заставляя ту громко удариться о стену, и Гук подскакивает на месте, распахивая сонные глаза, и хватаясь за сердце. — Ты с ума сошёл?! — обернувшись через плечо, парень берет в руки подушку и кидает в друга, на что тот только заливисто смеётся, подходя ближе к кровати. — Хватит спать, солнце давным-давно встало, работа не ждёт, — улыбнувшись, Джухён возвращает подушку на место и щёлкает Чона по носу, — переодевайся, я жду тебя на улице. Сегодня нужно проверить цветы в саду. Проводив его взглядом, Гук тихо вздохнул и не спеша сполз с кровати, а затем, умывшись и переодевшись в лёгкую белую рубашку с чёрными шортами по колено, вышел из комнатки, зевая и зачесывая отросшую чёлку назад. Каждое утро начинается почти одинаково: из-за того, что Чонгук очень любил поспать, его часто будил Джухён, и каждый раз, как в первый (отсылка к сегодняшнему утру). Завтракать парень не ходил — спросонья аппетита, обычно, не было, поэтому, сразу после приведения себя в божеский вид, Чон шёл помогать остальным вместе с другом, который также служил при дворе. Спросите, как простой парнишка попал во дворец? Это довольно интересная история. С самого детства Чонгук рос с бабушкой в небольшом домике на окраине города, а после смерти женщины маленький мальчик остался совсем один. Всеми силами стараясь обеспечивать себя едой и питьём, Гук бегал к соседу — пожилому мужчине, у которого была ферма, и где, собственно, проводил дни ребёнок, помогая по хозяйству, ухаживая за животными и растениями, а взамен оставаясь сытым и тепло одетым. Однажды, выбравшись в город за сладостями, Чонгук не спеша шёл по дороге между торговыми рядами, присматриваясь к различным товарам, старательно жуя нижнюю губу и широко распахнув заинтересованные глазки. Погрузившись в мысли, мальчик не услышал ни окликов, ни топота лошадиных копыт, и не заметил даже того, как оказался под лошадью, лёжа на боку.

°×°×flashback×°×°

— Ты глухой что ли?! Грубый мужской голос звучит как отрезвляющая пощёчина и Гук, перевернувшись на спину, аккуратно выползает из-под коня, слезящимися глазами виновато смотря на мужчину из королевской свиты и незаметно потирая сильно ушибленный бок. — Извините, я задумался и не заметил… — шмыгнув носом, ребёнок уважительно склоняет голову, не смея даже на ноги мужчины смотреть, а после слышит тяжёлый раздраженный вздох и приближающиеся к нему шаги, зажмуриваясь и ожидая своей участи. Королевская свита всегда славилась особой жестокостью и хладнокровностью по отношению к простым людям. Это естественно, потому что в королевском роду бывали вампиры, за которыми нужен особый контроль. Не из-за их несдержанности, нет. Наоборот, будучи вампирами, члены королевской семьи никогда не нападали на людей и учили своих детей тому, что вокруг них живут точно такие же создания, но не имеющие определённых способностей. Дело в том, что простолюдины изредка позволяли себе слишком многое, просто потому что до жути боялись блеска выразительных красных глаз. Их пугала неземная красота вампиров, их мощь, поэтому бывало пару раз и такое, что они, собравшись толпой, приходили к воротам дворца с угрозами расправиться со всеми членами королевской семьи. С буйным народом разбиралась свита, и чаще всего методами расправы были либо публичное повешение, либо обезглавливание. Шансы встретить спокойного и более-менее не вспыльчивого сопровождающего короля были минимальными, поэтому люди старались не попадаться им на глаза и не мешаться под ногами лишний раз. Мало ли что взбредёт им в голову, а кому хочется рано умирать? Об этом, даже будучи ребёнком и проживая на окраине города, Гук не мог не знать, поэтому он просто смирно стоял с опущенной головой, чувствуя на себе множество прожигающих кожу взглядов торговцев. От гробовой тишины, что воцарилась вокруг, в ушах начинает гудеть и коленки подкашиваются от волнения, но Чон продолжает упрямо стоять на месте, игнорируя тупую боль и сжимая вспотевшие ладошки в кулаки. Мужчина садится перед ним на корточки и, взяв мальчика за воротник, рывком притягивает ближе к себе. — Ты хоть знаешь, малец, кому помешал? — рыкнул сквозь стиснутые зубы, слыша сзади смешки со стороны друзей. — Да хватит тебе, нашёл на кого срываться, он же просто ребёнок, — произнёс один из мужчин, сидящий на чёрном коне и насмехавшийся над вспыльчивостью друга. — Он прав, Сумин, — раздался глубокий и уже тогда низкий голос короля, которому на тот момент было всего шестнадцать лет. Открыв глаза, Чонгук увидел перед собой сначала взволнованное лицо мужчины, а затем, подняв голову, самого короля, что стоял перед ним в черно-красной лёгкой накидке на плечах, под которой можно было разглядеть такого же цвета рубашку и брюки, — прекрати давить на него, он и без этого напуган. — Но Господин, он помешал вам проехать во дворец… — растерявшись, мужчина быстро встал с корточек, отступая от Гука и уважительно склоняя голову перед Тэхёном. — Если бы ты не раздул из мухи слона, мы бы давно были там, — Ким вздохнул, а после сделал шаг навстречу к Чону, встречаясь красными глазами с его испуганными, — как тебя зовут? — Чонгук… Чон Чонгук, — чуть слышно пробубнил мальчик, прикусывая нижнюю губу и комкая уголок хлопковой рубашки, разволновавшись сильнее, ведь не каждый день получится стоять лицом к лицу с самим Королём. — Чонгук, значит, — Тэхён задумался, а после тем же холодным пронзающим взглядом оглядел его с ног до головы, — почему ты ходишь здесь один? — У меня нет никого, кто мог бы сходить со мной, поэтому приходится самому… — Гук снова опустил взгляд, борясь с желанием поближе рассмотреть идеально ровные и до безумия красивые черты лица. — Вот как, — хмыкнул, после чего развернулся, становясь спиной к нему и не спеша направляясь к своей лошади, — значит, поедешь со мной.

°×°×end flashback×°×°

Из потока мыслей и воспоминаний о прошлом Чонгука выдёргивает неожиданное столкновение с кем-то в коридоре и парень, чертыхнувшись себе под нос, поднимает взгляд, собираясь начать ругаться, но замирает с открытым ртом, потому что видит перед собой Тэхёна. —Ваше величество, извините, я… — Не стоит. Ты в порядке? — мягко спрашивает Ким, мельком осматривая его лицо. — Да, всё хорошо, — кивает несколько раз, невольно на секунду задерживая взгляд на губах короля, — а вы в порядке? — Вполне, — слабо кивнув в подтверждение своим словам, мужчина прослеживает за взглядом Гука, ухмыльнувшись про себя и держа при этом маску абсолютного безразличия на лице, а затем наклоняется, к его уху, едва задев щекой висок парня, — зайди ко мне вечером. Звучит не просьбой, а приказом, от чего у Чонгука едва не подкашиваются колени и он, прерывисто вздохнув, кивает, наблюдая за тем, как вампир не спеша отстраняется, продолжая держать зрительный контакт с парнем, гипнотизируя потемневшим взглядом. — Х-хорошо... — дрогнувшим тихим голосом произносит парень, опуская взгляд, а после даёт себе мысленную пощёчину за то, что так сильно растерялся, и, аккуратно обойдя Тэхёна, уходит прочь, наконец выходя на улицу и направляясь к другу в сад, параллельно пытаясь привести мысли в порядок, потому что Гук прекрасно знает зачем Ким позвал его к себе вечером. Тело начинает гореть огнём, когда в голову прокрадываются воспоминания о ночи, которую они недавно провели вместе. То, с какой силой король сжимал его талию, с каким напором целовал и как грубо брал, а после осыпал всё тело поцелуями, извиняясь за оставленные укусы и следы пальцев на бёдрах и боках… — Чонгук, ау Джухён щёлкает пальцами перед его носом, возвращая в реальность, и Чон мелко вздрагивает от неожиданности, промаргиваясь и фокусируя взгляд на лице друга. — Ты о чём-то рассказывал? Извини, я задумался… — неловко почесав затылок, Гук берёт в руки лейку, принимаясь аккуратно поливать цветы, чтобы хоть как-нибудь отвлечься от навязчивых мыслей. — Да ну тебя, вечно ты в облаках витаешь, — Джухён вздохнул, закатывая глаза, — лучше давай закончим всё побыстрее и отдохнём в обед.

°×°×Middle of the night×°×°

Ночь. В тишине тёмной комнаты послышался тихий стук в массивную дубовую дверь. — Господин, вы просили зайти к вам вечером, — Чонгук неловко топчется на пороге просторных покоев короля, не смея проходить дальше без разрешения. — Просил, — раздался глубокий низкий голос мужчины, который расслабленно сидел на кровати в чёрном шелковом халате, читая книгу при лунном свете, и, кажется пил вино, — спасибо, что выполнил мою просьбу, — дёрнул бровью и поднял взгляд на Гука, сверкая красными глазами в темноте, — пройди, чего стоишь там? Гук слегка дёрнулся, так как не привык к такому мягкому обращению, тем более от Тэхёна — короля самого могущественного государства, сильнейшего в своём роде вампира, который одной рукой может перерезать глотки всем, на кого пальцем укажешь, который постоянно серьёзен и груб со всеми, кроме Чонгука, к чему тот не может привыкнуть, который безумно Чонгука любит, и прошёл внутрь, прикрывая за собой дверь, а после скромно сел на самый край кровати, пальцами теребя уголок ночной белой рубашки. — Почему ты продолжаешь вести себя так скованно рядом со мной? — подал голос вампир спустя несколько долгих минут, которые казались Гуку вечностью. — Мне непривычно разговаривать с вами так свободно, — Гук замялся, не желая пересекаться взглядом с королём, а после набрался смелости и решил обговорить всё то, что мучало его слишком долго, — просто я иногда задумываюсь над тем, что вы... Можете использовать меня только для удовлетворения своих потребностей. — закончив предложение совсем тихо, Чон судорожно вздохнул и поднял голову, сталкиваясь с глазами Кима. — Неужели ты и правда обо мне такого мнения? — вампир хмыкнул, отпивая немного вина из бокала, а после поставил ёмкость на прикроватную тумбочку и придвинулся ближе к Гуку, который, не выдержав, снова опустил голову. — Нет, вы не так... — парень не успел договорить, как почувствовал лёгкие поцелуи на запястье, — что вы... — Тсс, — Тэхён взял его ладонь в свою, сплетая пальцы и целуя тыльную сторону, — сколько раз я признавался тебе в любви, м? Думаешь, это все пустые слова? — изогнул бровь, взглядом прожигая в нем дыру, — разве я когда-нибудь позволял себе произносить такое перед кем-то другим? Ты не глупый и должен прекрасно всё понимать, — король отодвинулся к изголовью кровати, прислоняясь к нему спиной и утягивая Гука за собой, заставив оседлать свои бёдра, — с завтрашнего утра ты больше не работаешь у меня прислугой. Я хочу, чтобы ты был моим. — Но неужели это правильно? Неужели вы правда думаете, что я достоин вас? — Чон поднял на него слегка потерянный вопросительный взгляд. — Я абсолютно в этом уверен. — Извините меня, Господин Ким, — Чонгук прикусил губу, чувствуя разъедающую изнутри вину за ложные обвинения и вперемешку с этим большие холодные ладони, оглаживающие поясницу. — Просто Тэхён, сладость, — вампир растянул губы в улыбке, обнажив белоснежные клыки, а после слегка встряхнул Гука, усаживаясь удобнее и слыша сдавленное «ох.» — Тэхён... — тихо произнёс парень, слегка неуверенно обвивая руками шею короля и доверчиво прижимаясь ближе. — Да? — Ким поднял на него взгляд, покрытый лёгкой дымкой, не переставая бегать пальчиками по спине и чувствуя, как Гук выгибается навстречу приятным прикосновениям. — Я люблю вас, ваше высочество, — парень слегка смущённо улыбнулся и посмотрел в глаза Тэхёна, в которых в ту же секунду загорелись искорки. — Просто Тэхён, не надо формальностей, — мужчина нежно улыбнулся, приникая губами к тонкой шее и начиная выводить только ему одному понятные узоры на бархатной коже. Гук томно вздохнул, вплетая пальцы в волосы вампира на затылке и прикрывая глаза, откинув голову назад, тем самым открывая вампиру больше пространства. — Такой сладкий… — на выдохе произнёс, прикусывая нежную кожу и выбивая из груди Чонгука тихий всхлип. Ким пробрался длинными пальцами под рубашку парня, оглаживая спину и приятно легко проходясь по ней ногтями, вызывая табун мурашек. Чон разомлел, расслабился и начал плавиться от прикосновений и поцелуев своего короля, ни на секунду не задумываясь о том, что им непозволительно быть вместе. Главное, что Тэхён любит его. Всё остальное не важно. Вампир начал не спеша расстегивать пуговицы на белоснежной рубашке парня, покрывая мокрыми поцелуями оголённые участки тела. Гук тихо вздыхал, наблюдая за тем, как Ким спускается ниже, прихватывая губами кожу живота и выбивая из груди парня сдавленный стон. Чон завёл руки назад, опираясь ладонями о колени мужчины и прикусывая губу почти до крови, после чего прикрыл глаза, продолжая смотреть на вампира из-под полуопущенных ресниц. Руки Тэхёна, тем временем, плавно переместились с талии на бёдра парня, поглаживая через ткань лёгких шорт и едва касаясь ягодиц, наслаждаясь податливостью Гука и его тихими постанываниями. — Т-тэхён… — дрожащим голосом произнёс Чонгук, прикусывая ребро ладони, чтобы не застонать в голос от удовольствия, когда вампир, оглаживая красивое тело своего мальчика, специально задел своими невероятно длинными пальцами розовые бусины, чуть надавливая и прекрасно зная о том, что там Чон очень чувствителен, — Тэ… — Ким поднял взгляд на парня и слегка отстранился, возвращая ладони на талию, едва ощутимо сжав и сдерживая себя всеми цепями, чтобы не наброситься на Гука, как волк на добычу, и не взять грубо. — Что такое? — хриплым от возбуждения голосом произнёс Тэхён, оставляя лёгкий поцелуй на подбородке парня, а после заглядывая в глаза, затуманенные и потемневшие, кажется, сильнее, чем у него самого. — Не трогай там... — Чонгук опустил взгляд, чувствуя, как щеки накрывает лёгкий румянец. Руки сами потянулись обратно к крепкой шее короля, обвивая и прижимаясь ближе к его телу. — Там... Это здесь? — Тэ ухмыльнулся, кончиком пальца надавливая на розовую бусину и обводя ореол несколько раз по кругу. Гук вскрикнул, утыкаясь лбом в плечо вампира и ёрзая на его бёдрах, стараясь унять дрожь в теле. — Ты так отзывчив, сладость, — Ким вернул руки на спину, слегка оттягивая резинку шорт и не сильно надавливая на поясницу, заставляя парня прогнуться и, воспользовавшись этим, обхватил губами сосок, покусывая и мокро целуя. Чонгук задышал тяжело и часто, кладя ладони на плечи мужчины и, не зная куда себя деть от нахлынувших эмоций, прислонился горящей щекой к его виску, прикрыв глаза. — Всё в порядке? — Тэ отстранился спустя несколько минут и взглянул на раскрасневшегося Чона, что весь покрылся мурашками от лёгкого ветра из окна и судорожно дышал. Гук закивал, словно китайский болванчик, боясь лишний раз шевелиться, и опустил взгляд на манящие губы, чувствуя некую ломку, потому что слишком сильно хотелось. — Ты так давно не целовал меня, Тэхён, — произнёс с придыханием и заглянул в глаза напротив, вливаясь в танец с чертями, что так и заманивали своей неопределённостью и неизвестностью. — Правду глаголишь, Гукки, — мужчина виновато улыбнулся, потому что знал, что его мальчик очень сильно любит поцелуи жаркие, глубокие и мокрые, а в последнее время этому уделялось слишком мало внимания, — пора исправлять ошибки, — и накрыл его губы своими, поочерёдно сминая и покусывая, а после раскрывая их языком и углубляя поцелуй, вылизывая нёбо, проходясь по ровному ряду зубов, сплетая их языки в пылком танце. Чонгук блаженно прикрыл глаза, чувствуя, как по подбородку стекает слюна, а после выпятил нижнюю губу, потому что чувствовал, что необходимо, и в ту же секунду слюна смешалась с кровью, придавая поцелую привкус металла, потому что Ким прокусил его губу, слизывая красные капельки и зализывая, извиняясь за доставленную боль. Спустя несколько минут Тэхён отстранился, наблюдая за ниточкой слюны между их губами, а затем перевёл взгляд на ранку, которая до сих пор кровоточила. — Кажется, я перестарался, — вампир снова примкнул к его губам, посасывая и зализывая нижнюю, этим останавливая кровь, — извини, — тихо протянул, разрывая поцелуй. Гук помотал головой, мол, ничего страшного, а после начал легко ёрзать на бёдрах Кима, имитируя толчки, потому что хочется невыносимо, а король только распаляет и большего не даёт.  — Уже не терпится? — Тэ растянул губы в улыбке, пробираясь ладонями под шорты к ягодицам и сминая, при этом неотрывно смотря в чёрные, как ночь, глаза напротив. Чонгук только тихо заскулил, прикрыв глаза и прикусив губу, а после вплел пальцы в волосы мужчины, двигая тазом ещё раз. Ким утробно рыкнул, прикрывая глаза на секунду и чувствуя, как орган наливается кровью, становясь твёрже и больше, а после стянул рубашку с плеч парня, откидывая её на пол. — Сначала хочу вылизать тебя, сладость, — низким голосом прошептал Тэхён, целуя Чона за ушком, — потом хорошенько растяну, — снова сжал ягодицы, наслаждаясь тихим стоном из уст Гука, — а потом вытрахаю всю душу до дрожащих коленей, — прикусил мочку уха, переворачивая парня на спину и нависая сверху, — договорились? — Д-да… — Чонгук мелко задрожал от предвкушения, потому что вампир никогда не бросал слов на ветер, а после шире раздвинул ноги, откидывая голову назад и раскрываясь перед Кимом. — Вот и хорошо, — Тэ довольно улыбнулся, проводя ладонями по красивому телу под собой и задевая чувствительные зоны, а после невесомо коснулся своими губами губ парня, дразня, не разрешая себя поцеловать, и слыша недовольное сопение вперемешку с разочарованным вздохом, — перевернись на живот и покажи мне себя, — Чон послушно перевернулся, утыкаясь пунцовым от смущения лицом в подушку, выпячивая задницу и прогибаясь в пояснице, а после заводя руки назад и раздвигая ладонями половинки, стараясь держаться на уже дрожащих от приказного тона, не терпящего отказа, коленях и позорно не упасть, не растечься лужицей от этого низкого, с хрипотцой от возбуждения голоса. Тэхён наблюдал за ним, облизываясь изголодавшимся волком, а после придвинулся ближе, проводя кончиком указательного пальца между ягодиц и едва касаясь сжимающейся дырочки. Гук судорожно вздохнул, убирая руки и утыкаясь лицом теперь в сгиб локтя, прикрыв глаза, а спустя несколько секунд почувствовал прохладные губы на спине, что выцеловывали линию позвоночника, спускаясь ниже и останавливаясь на ягодице, отстранившись. Парень вскрикнул, потому что Ким не смог отказать себе в желании шлёпнуть по сочным половинкам пару раз, наблюдая за тем, как на коже отпечатывается красный след от его ладони, а после слегка расслабился, когда ягодиц снова коснулись губы, извиняясь за доставленную боль и прокладывая дорожку поцелуев к отверстию, проходясь кончиком языка по контуру и звонко чмокая. Чонгук не смог сдержать всхлип, краснея ещё больше от пошлых звуков, а после почувствовал, как вампир медленно проталкивает язык внутрь, почти сразу вытаскивая и погружая снова, прикрыв глаза. — Тэ... Аах... — простонал парень, когда язык вошёл наполовину, медленно, но ритмично двигаясь внутри. Тэхён только слегка улыбнулся, продолжая своё дело и толкаясь глубже, обильно смачивая слюной дырочку, дабы не доставлять болезненных ощущений, а затем одной рукой дотянулся до соска, сжимая и слегка прокручивая. Гук уже не сдерживаясь застонал громко и протяжно, чувствуя, как колени начинают дрожать сильнее и разъезжаться, но Ким вернул его обратно, ставя в начальное положение и продолжая мелко трахать языком отверстие, мучая розовые бусины и второй рукой придерживая парня за талию. — Я не могу больше... — спустя несколько минут выдавил из себя Чон, закатывая глаза от удовольствия и протягивая одну руку назад, чтобы коснуться себя и дойти до пика, но его действия присекаются сразу же ладонью мужчины, которая пережимает член у основания, тем самым не давая кончить. — Потерпи ещё немного, — рыкнул вампир, кусая Чонгука за ягодицу, а после возвращаясь к дырочке, широким мазком языка проходясь по судорожно сжимающимся мышцам и резко глубоко проталкивая его внутрь. — Пожалуйста... — на грани плача произнёс Гук, задыхаясь от ощущений и продолжая сладко стонать, лаская слух Тэхёна, — дай мне кончить, прошу… — Давай, сладость, — Ким, всё же, сжалился, нехотя отрываясь от сладкой задницы и пару раз проводя плотным кольцом из пальцев по органу парня, после чего тот с громким стоном излился на простынь, падая на бок и, прикрыл глаза, постепенно восстанавливая дыхание. Мужчина ласково провел руками по слегка подрагивающим ногам Чона, переходя на талию и грудь, а после развернул его, укладывая на спину и снова нависая сверху. — Мы только начали, а ты уже весь дрожишь, — слегка улыбнулся, поправляя спадающие на лоб пряди и целуя парня в кончик носа, — мне нравится то, на сколько ты чувствителен, — вампир начал заново покрывать шею поцелуями вперемешку со слабыми укусами и прижимаясь ближе, когда Гук обвил его шею руками, тихо поскуливая на ушко, потому что, чёрт, возбуждение никуда не делось и ему всё ещё хочется большего. — Мы можем продолжить? — негромко спросил парень, смелея и целуя Тэхёна за ушком. Он любит это, Чонгуку ли не знать. — Уже? Тебе нужно немного остыть, иначе может быть неприятно, — вампир облизнул пересохшие губы, наблюдая за тем, как Чон развязывает пояс его халата, а после вытаскивает шелковую ленту из шлёвок и кладёт рядом с собой, проходясь ладонями по обнажённой груди вампира. — Всё хорошо, я в порядке, — с лёгкой улыбкой на губах произнёс Гук, останавливая руки на плечах, — продолжай, Тэ, пожалуйста, сделай что-нибудь… — захныкал, потираясь стояком о бедро мужчины. — Ненасытный, — хмыкнул Ким, слабо кивая и целуя парня, а после, опустив одну руку вниз, взял в ладонь член Чонгука, потирая большим пальцем головку, размазывая по ней предъэякулят и ловя губами полустон. Гук распахнул глаза, выгибаясь в спине и опуская руки на постель, комкая простынь и судорожно вздыхая, когда Тэхён провёл по стволу плотным кольцом из пальцев, а после убрал руку совсем. — Не издевайся, прошу… — тихо заскулил Чон, очаровательно хмуря брови. — Я смотрю, ты совсем осмелел, — по-доброму хмыкнул вампир, проталкивая один палец в горячее нутро парня и опускаясь поцелуями к низу живота, нарочно задевая губами головку и получая в ответ тихий стон. Чонгук метался по постели, чувствуя, как Тэхён начинает двигать рукой активнее, параллельно покрывая укусами и поцелуями внутренние стороны его бёдер, а спустя некоторое время, приняв второй палец, парень прерывисто вздохнул, подмахивая бёдрами навстречу и требуя большего. — Тэхён, я готов, пожалуйста… — взглянув на Кима из-под прикрытых век, Чон протяжно застонал, когда вампир попал по простате, а после приподнялся, обхватывая его лицо ладонями и самостоятельно целуя. Мужчина на это только хмыкнул, вылизывая рот Гука и несдержанно проталкивая третий палец внутрь, заставляя того крупно задрожать и вцепиться в его волосы, сжав у основания. — Мы же договаривались, сладость, — Тэхён разорвал поцелуй, заглядывая в глаза Чонгука, — я хорошенько тебя растяну, и только потом ты получишь всё остальное, — приподнял уголки губ вверх, наблюдая за изнывающим от желания парнем, хотя самому было не легче. — Но ты ведь тоже хочешь, Тэ, — Гук вернул ладони на его плечи, закатывая глаза от наслаждения, когда Ким согнул пальцы внутри. — Я умею держать себя в руках, — ухмыльнулся, — хочу понаблюдать за тобой, — шепнул на ушко, прикусив мочку и двигая рукой активнее, проникая глубже и попадая по чувствительному комочку с каждым разом все сильнее, — за тем, как ты кончишь от моих пальцев, — парень прикусил губу, сдерживая громкий стон и излился себе на живот, тяжело дыша и смаргивая пелену слёз, застилающую и без того мутный взгляд. Тэхён осторожно вытащил пальцы, наблюдая за тем, как мышцы судорожно сжимаются вокруг пустоты, а после нежными поцелуями поднялся к лицу Чонгука, слизывая с кожи живота белёсую жидкость и пробуя её на вкус. — Вкусный, — довольно заурчал вампир, проводя кончиком носа по щеке Гука, — везде. — Не говори такие смущающие вещи, — Чон слабо улыбнулся, алея щеками и обвивая руками его шею. — Не запрещай мне говорить правду, сладость, — мужчина нежно провёл руками по его бёдрам, подхватывая под коленями и закидывая его ноги себе на поясницу, а после возвращаясь обратно и сжимая тонкую талию в руках, чтобы завтра утром упиваться тем, как красиво и правильно следы от его ладоней смотрятся на теле Чонгука. Парень на это только тихо всхлипнул, скрещивая щиколотки на спине Кима, а затем скользнул руками по его плечам, мягко поглаживая и бегая глазами по любимому лицу. Ким слегка отстранился и скинул с себя халат, отправляя его вслед за рубашкой и шортами Гука, а после удобнее уселся между ног парня, размазывая по стволу предъэякулят и томно вздыхая сквозь стиснутые зубы, на секунду прикрыв глаза. Чонгук наблюдал за ним, облизываясь и наслаждаясь таким Тэхёном — разгорячённым, возбужденным донельзя и жаждущим точно так же, как и Гук. Вампир заполняет его одним плавным толчком, роняя голову на плечо Чона и останавливаясь, чтобы дать ему привыкнуть. — Чёрт, сладость, в тебе так хорошо, — мужчина толкнулся на пробу, чувствуя как под напором расходятся тугие стеночки и пропускают его дальше. — Не томи, пожалуйста... — парень заскулил, кусая губу и царапая спину Тэхёна, а после самостоятельно насадился глубже, не сумев сдержать стон. Зелёный свет. Тэ упёрся ладонями в постель по обе стороны от головы Чона, а после начал постепенно набирать темп, толкаясь глубоко и резко, иногда останавливаясь совсем, мучая этим Гука и заставляя его разочарованно хныкать. Смешивая глубокие нежные поцелуи с беспорядочными покусываниями, Ким двигался беспорядочно, изредка грубо, утробно рыча в те моменты, когда Чонгук сжимал его в себе особенно сильно, стонал громко и сладко, лаская слух. — Тэхён, я скоро... Аах… — прохрипел парень, откидывая голову назад и закатывая глаза, сжав в ладонях простынь, когда член внутри в очередной раз попал по простате. Тэхён промолчал, покрывая алыми отметинами шею Чона и сжимая зубами сосок, а после плотным кольцом из пальцев обхватил член Гука, двигая рукой в такт своим толчкам и под его громкие надрывные стоны одновременно кончая, затянув парня в чувственный поцелуй и не спеша выходя из растраханной дырочки, ложась на бок рядом и прижимая подрагивающее обессиленное тело к себе. — Как ты, сладость? — севшим голосом спросил вампир, заботливо поправляя волосы Чонгука и целуя его в лоб. — Всё хорошо, — тихо ответил парень, а после прикрыл глаза, утыкаясь носом в шею Тэхёна и медленно проваливаясь в сон. Завтра утром Ким снова разбудит Гука лёгкими поцелуями-бабочками, которыми будет осыпать всё тело, а после отнесёт в ванную и собственноручно вымоет, убедится в том, что его мальчик чувствует себя хорошо, и только потом уйдёт по своим делам, отправив Чона завтракать. Потому что любовь и забота превыше всего. Потому что Тэхён Чонгука любит.

В его чёрных, как ночь, глазах давно утонул.