Глаза, цвета весенней листвы

Утро у Кацуко, началось явно не с кофе. Девушка проснулась намного раньше, чем предполагалось. — Ксо, пять часов утра. А чё за корки подо мной? Точно, после вчерашнего. Ну и крови же из меня вытекло, надо это застирать. — рассуждала она вслух, стягивая с кровати простыни. Кацуко постирала бельё, развесила его и постелила новое, отправившись в душ перед колледжем. Тем временем, Нара ворочался с бока на бок, пока все-таки не решился встать с кровати. — Да чего меня все мучает этот не стабильный сон? Достал. — бурчал себе под нос Нара, всё-таки поднявшись с кровати, чтобы пойти на кухню. Там стратег налил себе кофе, и тут же его выплюнул на окно, увидев обнаженное тело Кацу. «Кажется я не один бодрствую.» — подумал тот и быстро вытерев брызги и заварив дополнительную кружку кофе, направился прямо в окно к девушке. Беззвучно приземлившись на подоконник, стратег наблюдал за тем, как Кацуко одевает халатик на обнаженное тело. — Не помешал, любимая? — спросил Шикамару, улыбаясь. — Ты чего меня так пугаешь!? — воскликнула Кацуко, завязывая пояс. — Разве, такую сильную куноичи может что-то напугать? — удивился Нара. — Только голую. — ответила Яно, и опустила взгляд, на руку Шикамару, где была кружка, — Ого, а кофе мне? — Конечно, я зайду? Девушка кивнула и стратег, поставив кружки на прикроватный столик, нежно ее обнял, и взял на руки. — Смотрю, постельное белье поменяла? Не хочешь снова в душ? — спросил Шикамару, смотря прямо в лицо девушке. — Зачем это? И почему тебя волнует мое постельное бельё? Шикамару промолчал, и лишь улыбнувшись краешками губ, нежно ее поцеловал. Снова подхватив ее на руки, он отнес девушку в душ, на ходу скинув с себя половину одежды. — Я просто не мылся и очень хочу, чтобы ты мне помогла в этом. — ответил на вопрос Кацуко Шикамару. Еле успев снять с себя обувь, Нара скинул с нее халатик, и пара залетела в ещё теплый душ. — Ничего, что ты в штанах, Шикамару? — А ничего, что ты в трусах? — парировал Нара. — Ничего. — ехидно ответила девушка. Мощный поток воды, намочил пару, Кацуко быстро избавилась от штанов Шикамару и своих трусиков. Вобрав его член в ротик, она медленно и плавно, скользила по всей длине, упругого и толстого. Аккуратно, прикусывая головку, Кацуко-тян, игриво вбирала её раз за разом. — Хфм-ммм, аа, любимая, ты прекрасна. — постанывая произнёс Шикамару, который не мог уже молчать. Девушка поднялась, а Шикамару, развернув её к себе спиной, плавно вошёл. Самостоятельно, двигая бёдрами, Кацуко выгибалась в спине. Нара, не вытерпев, достал пульсирующий член и кончил ей на попку. — Давай быстрее мыться, примерно через два часа в колледж. — сказала Кацуко, тяжело дыша. Шика кивнув, начал натирать любимой спинку. Пара быстро помылась, но не смогла удержаться от поцелуя, под струями контрастного душа. — Не задаешься вопросом, почему не в тебя? — поинтересовался брюнет. — Шикамару, наверное потому что не хочешь торопить события на этот раз. — ответила Кацуко, вылезая из ванны, и потянувшись за полотенцем для себя и Нара. — Именно так. Извини, я сделал глупость. — Шикамару почесал затылок, — Ребенок не должен стать причиной твоего выбора. Надеюсь, что мы не натворили делов... — Не переживай, в моем роду очень низкая фертильность, чтобы забеременеть, надо постараться. Ни разу не было исключений. — успокоила парня Кацуко, слегка улыбаясь. — Ты не обижаешься, Кацу? — удивился Шикамару. Да уж, возможно, другая девушка начала бы скандал, но видимо, Кацуко не такая как все. — Конечно нет, мы оба вчера не знали что творили. — Кацуко начала заворачиваться в полотенце. — Ты не подумала ещё над моим предложением? — А было когда? Знаешь, я итак чувствую себя тварью, мы не должны этого делать, а я снова с тобой... — немного грустно ответила Яно, и почувствовала укол в груди. Она и правда считала что поступает неправильно, и Совесть мучает её без конца. Стратег не дал договорить девушке, и взял её за плечи. Он до сих пор стоял в ванной, и из-за этого, он был ещё выше Кацуко. — Не называй себя так, ясно? Ты самая прекрасная девушка на свете, и должна выбрать себе достойного. Я люблю тебя, и он любит не меньше, тебе предстоит нелёгкий выбор. Но, пока ты не вышла замуж, можешь делать всё что захочешь. Даже если ты с ним переспишь, и ни раз, твое право, я не буду против хоть и буду дико ревновать, но это поможет тебе определиться. — Это как-то... — но договорить ей не дал голос в соседней комнате: — Милая, ты дома? Ты в душе? А что около двери, делает одежда Шикамару? — глаза парочки, что стояли в душе, расширились. Какого чёрта Канкуро здесь забыл? Конечно, ясное дело, что он пришёл к своей девушке, но врываться в чужой дом, это как-то не культурно. — Да, в душе, он заносил постирать, вот я и решила помочь, вам же ещё не принесли стиральную машину. — быстро среагировала девушка, и показала Шикамару молчать и стоять смирно. Хотя Нара и так стоял как солдат по стойке «Смирно», и кажется даже не дышал. — Аа, верно. А чего она валяется прям тут? — спросил Канкуро, и Кацуко вместе с Шикамару только молились, как-бы он не начал в двери ломаться. — Он приходил, я была в душе, вот он там и кинул. — вновь придумала отговорку Яно. Тем временем, Кацуко, заматывала Нару, в дополнительные, плотные шторы для душа, потому что больше не было идей, как спрятать этого идиота! — Ксо, распусти волосы, торчит! — злобно прошептала она. — Не могу. — ответил Шикамару, смутившись. Кацуко одела на голову стратега шапочку для купания, что полностью скрыла его хвост. — Я зайду спинку потереть? — поинтересовался Канкуро. — Эмм, аа... — замялась Яно. — Кацуко, скажи «да», он не отстанет. — прошипел Нара, пытаясь не шевелится в этом «камуфляже». — Заходи, конечно. Канкуро вошёл и был шокирован, от увиденного. Прекрасное тело куноичи, облегало полотенце песочного цвета. — Й-йа, я восхищён, ты прекрасна. Стоп, а что ты делаешь со штанами Шикамару? — Застирываю, там огромное пятно, машинка не отстирает. Я уже закончила, можешь отнести в стиралку? — ответила Кацуко, и вытянула руку со штанами вперёд. — Давай. Поверить не могу, что отжимаю штаны этого засранца. — сказал Канкуро. — И я. — сказала порозовевшая Кацу. «А я то блять, тем более!» — подумал Нара. Собаку Но пошел до машинки, а Кацуко, спрятала под душ, мокрые труселя Шикамару. — И когда ты только успела? — промычал тот, сквозь плотную обёртку. — Сама не знаю, конфетка Шикамару. — хихикнула Кацуко в ответ. — Поиздевайся ещё тут, итак дышать нечем. Канкуро вернулся и раздевшись, залез к Кацу в душ. — Я запустил стирку, не переживай, милая. «Ксо, что? Похер, голый побегу если что. Я и не думал, что так тяжело будет смотреть на них. Он так счастлив рядом с ней, да что уж там, он ей живёт, а тут я. Надо отсюда сваливать.» — подумал стратег и использовав технику подмены, оказался в гостиной, поместив на вместо себя ковёр. — Ксо, надо срочно найти какую-нибудь одежду у Кацуко-тян. Порыскав в шкафу, он нашел длинную футболку с Гербом клана Яно, и обтягивающие, черные брюки. Не долго думая, стратег напялил на себя это и схватив свою обувь, выбежал из дома. — Нахуй эту школу, ничего не хочу, нажраться хочу. Переоденусь только в своё и всё. — в слух сказал он, набегу. Зайдя в комнату, он увидел Темари, сидящую на его кровати. — Не это ли ищешь, стратег Коноховский? Темари перекрыла его шкаф, своим телом. — Следила снова? Да хватит издеваться, дай мне мою одежду. — Пошел ты, нихера тебе не дам. Трахаешься с ней, да? Трахаешься с этой сукой? — Да пошла ты, ничего мне не нужно, я бухать. Нара развернулся и пошел к выходу забив на одежду. Тема, недолго думая, рванула за ним. — Да подожди ты, я с тобой, можно? — Если оставишь свои тупые приколы и просто составишь мне компанию, пойдем? Принцесса Суны кивнула, и пара направилась к ближайшему бару. — Бармен, вот это все с последней страницы. — сказала Тема. У бармена от удивления чуть не выпали глаза. «Столько бухать? Девушке? Что же у неё стряслось, надо бы узнать, симпотная.» — подумал тот. — Я заплачу. — Я сама могу за себя заплатить, и постоять, ты же знаешь что не ты один богатенький Буратино. — Собаку Но, заткнись а, и веди себя без пафоса. Все твои выебоны остались за дверью, не согласна, проваливай. — Все на столько плохо, Шикамару? — Да, черт побери, плохо. Я влюбился как болван, а она трахается сейчас с другим, он ее трогает блять, фу нахуй. И я же сам это ей разрешил, так и сказал, мол до замужества она в праве делать все что душе угодно, Ксо! — сказал Шикамару, стукнув кулаком по столу. Тут подошёл бармен, и начал яро подкатывать к Песчаной принцессе. — Девушка, вы так прекрасны, как принцесса солнечной долины, цвет ваших волос, словно песок в пустыне. вы так милы. О, разрешите мне узнать ваше имя. «Темари, держись, держись, не разнеси ему ебало, Шика же просил быть нормальной.» Темари молчала, стараясь игнорировать. — Темари, ты не заболела? Ты чего ему ещё ничего не сказала? Он же явно тебя бесит. — О, вы Темари, вы так прекрасна. Дайте номерок. — Ты же сказал не буянить. — проигнорировав бармена, сказала девушка. — Я сказал, что бы ты мне не грубила без повода, а про этого клоуна я ничегошеньки не говорил. — Ну, извиняюсь, не так поняла. — Темари повернулась к бармену, готовясь раздолбать его в пух и прах, — Слышь, долбоеб, я не так уж прекрасна в гневе, и раз так тебе угодно, я и правда принцесса Песка, мудак. Куноичи, долбанула ему с ноги в челюсть так, что он вылетел за дверь. — Знаешь, Шикамару, извини за то что я делала, видимо из ревности. — Да не переживай по пустякам, ты же его сестра, тебя понять можно. Это я, гандон проклятый, влез в их отношения. Бармен, ещё! А, ксо, ты же его вырубила. — Угощайся, тут ещё много. — Спасибо. Тем временем, Кацуко с Канкуро, переместившись на кровать, вовсе забыли об учёбе и Шикамару, опоздав, больше чем на два часа. — Ты так волнуешься и дрожишь. — сказал Канкуро. — Ты хочешь этого? — Кацуко, я хочу тебя уже пару дней как, но не мог же я сразу об этом сказать. — Иди ко мне. Собаку Но, откинул одеяльце и прильнул к её шее, посадив Кацу сверху. Скинув с себя остатки одежды, Канкуро прильнул к её груди, и перевернув девушку на спину, с нажимом проведя руками вдоль тела с обеих сторон и схватил Кацуко за бедра, после чего отпрянул. — Я так переживаю и вовсе не знаю как себя вести, Кацу. — Ничего, я тоже не спец, но могу сказать одно, просто отдайся эмоциям. Яно, окончательно дала зеленый свет кукловоду, а тот, проигнорировав дикую дрожь во всем теле, снял с себя трусики. — Можно, я? Не успела она договорить, мастер марионеток понял всё с полуслова. Он слез с Кацу, давая понять, что она может делать с ним все, что захочет. Яно, влажно поцеловав уголок его рта, слилась с Канкуро в страстном поцелуе, рукой коснувшись до пульсирующего члена, от чего кукловод резко вздрогнул. — Кацу, может не надо этого? — Не переживай, я уверенна, что тебе понравится. Собаку Но вцепился в простынь и боясь на это смотреть, все же наблюдал, не сумев оторвать глаз, от того, как Кацуко-тян, вбирает в ротик его огромный, горячий, член. — Твою ж… я сейчас кончу, Кацуко. Проигнорировав, девушка продолжила интенсивнее, помогая ручкой и скользя по всей длине в башенном темпе, проталкивая головку, все глубже в глотку. Канкуро, кончая, пытался вынуть член из ролика Кацу, но та лишь углубляла его. — Ты негодяйка, иди ко мне. — Что? Он даже не опустился. — Ты меня ещё больше возбудила, но я буду аккуратен. Собаку Но задрал ноги Кацу себе на плечи и слегка вошёл в любимую. Та, ощутила сильнейшую боль. «Шикамару разве сделал это не до конца?» — подумала Кацуко. Протолкнув огромный член наполовину, Канкуро слегка растерялся, увидев лужу крови. — Ксо, тебе не больно, Кацу? — Терпимо, не переживай. Кукловод кивнул и понял, что его охватывает дикое, животное, желание и ему крайне сложно не поддаться порыву и жёстко её не оттрахать, ведь он так этого ждал. Тем временем, Шикамару и Темари, пьяные в три пизды, танцевали ламбаду, залпом бухая из одной бутылки саке. — Нара, а ты вообще меня не хочешь? Я такая стремная, да? — Таааак, кажется ты пьяна, пойдем посидим. Пара направилась к своему столику. Усевшись, Шикамару отложил закуски в сторону и приготовился выслушать подругу. — Вот что тебе во мне нравится? За что меня любить? — Ты умный, спокойный, ты такой милый и сильный, от тебя безумно вкусно пахнет, ты красив и дико сексуален, с тобой интересно, я влюблена в твои подколы, хоть они меня и бесят, ты верный друг, товарищ, ты просто верный но не мой. — Почему ты так себя не любишь и бегаешь за мной? Ты красивая, умная и безумно сильная куноичи. — Я нахуй никому не нужна. — А как же Сасори? Приглядись к нему, очень даже неплохо вроде бы он... — Нара, поцелуй меня. — Знаешь, если я тебя поцелую, ты же захочешь продолжения, и будешь страдать. — Хочешь сказать что ты снова против? Шикамару, очнись, она с Канкуро сейчас, наслаждается его двадцатисантиметровым. Глаза Нары, налились кровью, а кулаки сжались, раздирая кожу рук до кровь. Он впился в губы Темари, от чего так громко застонала, что сразу же привело его в чувство и он вмиг от нее отпрянул. — Тварь, ненавижу её. — проговорил Шикамару. — Ну на сколько мне известно, ты же сам ей это разрешил. — насмешливо сказала Темари. — Снова подглядывала? Ай, да впрочем, уже плевать. Разрешил, но кто ж блять знал, что я смогу вот так влюбиться. — сказал Шика, стукнув по столу кулаком. — Нара, пойдем отсюда, тебе надо отдохнуть. — Пойдём, только не отдыхать, а ему ебало бить. Она моя и точка! Я никому! Никогда! Её не отдам! Никогда! — шатаясь сказал Шикамару. — Стой, он то в чем виноват, поговори с ней, пускай поймет что потеряла, выскажи всё. — А это мысль. Он же её любит, а она шлюха. — Только успокойся, ты еле на ногах стоишь. — Прости, Темари, я такой козел. Я не должен был тебя целовать, да и вообще, ты меня любишь, а я схожу с ума по этой суке, ксооо. Я такой ублюдок. Спасибо, что ты рядом. — Шика, ты плачешь? Шикамару лишь промолчал. Пара продолжила путь в полном молчании, и лишь Темари, не могла забыть вкус его губ, мечтая о продолжении и виня себя за эти мысли, в трудный для Шикамару момент. А тем временем, сладкое занятие любовью Канкуро и Кацуко, прервал тигрёнок Кацу, прокусив ногу Канкуро насквозь. — Шикамару, Шикамару, Шикамару! Шикамару Нара! — говорило животное. Канкуро, отпрянув от любимой, был шокирован. — Он говорящий? А при чём здесь Шикамару? — Ороки, тише, тише... — Шикамару любит тебя, а ты с этим кукольником трешься, пфртр! — проверещал тигрёнок. — Ксо, помолчи пожалуйста, Ороки! — Дура! А то что между вами было вчера ночью? А сегодня в душе? Дура ты, Яно! — Ч-что? У вас что-то было с Нарой? — Не слушай его, он порет чушь, да Ороки? — Шлюха ты, Яно, одно ясно! — сказал тигрёнок, отправляясь на кухню. В дверь вломился пьянющий Шикамару, и почти такая же Темари. — Яно, можно тебя на минутку? — спросил стратег. Кацуко прикрылась, и постаралась незаметно одеться. — Да чё ты уёба прикрываешься? Все мы видели твоё тело, блядина! — сказал Нара. Из глаз девушки потекли слёзы ручьём, у неё началась паническая истерика, но успокаивать её никто не собирался. За окном была уже глубокая ночь и лишь в доме Яно, горел свет. Почему-то Темари в этот момент, стало жаль девушку по-женски. — То есть, тигр прав и вы спали? Да ты охуел, иди сюда, урод! — проорал Канкуро. — Она моя, пускай и шлюха, я её не отдам, иди иди своих марионеток, уебок! — сказал Нара. Ребята слились в драке, набивая друг другу морды почти до потери сознания. — Хватит, блять! А то я обоим сейчас пизды дам! — сказала разгневанная Темари. — И правда, че это мы из-за шкуры продажной ссориться будем? Канкуро, погнали бухать. — сказал Шикамару. — Щас, погоди. Собаку Но, плюнул в лицо Кацу, сжав её щеки и ударил со всей дури ей по щеке, оставив на ней огромный след. — Вот теперь погнали. Темари, ты с нами? — спросил кукловод. — Да ты охуел? Чтобы она не сделала, нельзя бить девушку. Тема, с разбегу ударила брата в живот, от чего тот проломил стену. Шикамару, повертев у виска, вышел за ним. Темари хотела его догнать и вломить, но не успела. — Ты как, Кацу? — спросила Собаку Но Истерика девушки усилилась, она тряслась, не в силах остановиться. — Держи, выпей, я брала кое что с собой из бара. Девушка выхватила из её рук саке, и выпила литр залпом. — Фух, вроде полегче. Спасибо, Темари, но почему ты мне помогаешь? — Он любит тебя, да и брат тоже любит, а мне тебя жаль чисто по-женски. Определись пожалуйста, с кем ты хочешь быть. Шикамару по моей просьбе, меня поцеловал, и сразу оторвался, сказав что не может так и любит тебя, несмотря на то что ты была с Канкуро. Я люблю его, но он ко мне ничего не чувствует. Просто мы сегодня пили вместе. Что-то неприятное пробежалось по спине Кацуко, услышав про их поцелуй с Шикамару. — Я так и поняла, что вы пили. И как его губы на вкус? — спросила Кацу, стараясь успокоить нервный тик. — Зачем ты это спрашиваешь? Я же вижу, что он тебе не безразличен. Да и для меня это больно. — сказала Тема. — Извини, спасибо что успокоила. Правда, мне не лучше, а только хуже — Объясни мне, что ты чувствуешь и к тому, и к другому, может станет легче. А после, я починю твою стену и пойду спать, завтра на пары, мы и так сегодня не пошли. — К Канкуро, наверное, я чувствую симпатию. Мне приятна его забота, он галантен, старомоден, что его только красит и мне это нравится, нравится его верность и преданность, ну и он до безумия красив, его голос, мм. Ну а Шикамару, мистер сюрприз, он неожиданно делает меня счастливой, он дико сексуален, брутален, а в постели он, уууух и... Не успела она договорить, как Темари прервала. — Какой, какой он в постели? — А тебе зачем знать? — Может ты останешься с Канкуро, а я к нему подкачу? — Ещё чего! — Вот ты и спалилась, ты любишь Шикамару. — Что? Да ни за что, он лишь в постели хорош, не нравится он мне вовсе. Тупо соблазнил меня. — Я готова поспорить, что ты будешь с ним. — Хм, на что спорим, Темари? — На ящик вишнёвого саке.