Глас народа

      В доме Бергов стояла тишина. На большом обеденном столе медленно остывал ужин. Блестели своей белизной заранее расставленные тарелки, которые Луиза уже успела перемыть раз сто. Сама хозяйка сидела на диване, комкая свою юбку. Сегодня на ней было праздничное зелёное платье с белыми оборками. Волосы она заколола спицами. Мистер Берг сидел рядом и невозмутимо читал книгу. Вернее, лишь притворялся, что читает. Руки его дрожали, правая нога ритмично ударяла о пол. Даже маленькая Ингрид сидела молча и, подобно родителям, делала вид, что всё в порядке. Что это самый обычный ужин. Что к ним просто придут гости. Напряжение так и парило в воздухе. Ещё утром они получили письмо от разведчиков о том, что Сильвия Берг была найдена и возвращена на Парадиз. Луиза, прочитав письмо, упала в обморок. Муж нашёл её на полу, крепко сжимающую в руках бумагу. Вернул в чувства. Уложил на диван, а после, прочитав послание, несколько раз тяжелого выдохнул, закрыв глаза. Время без дочери казалось ему пыткой. Нет ничего хуже для родителя, чем потерять ребёнка. Особенно когда надежды найти его нет и приходится долго ждать, пока солдаты достроят свой корабль. Только капитан Леви вселял в него хоть какую-то надежду. Последний часто приходил к ним, чтобы сообщить о готовности строительства и в целом рассказать о плане. Это было мило с его стороны. Берг не думал, что Аккерман на сколько чуткий и понимающий человек. Это его удивило. Дверь скрипнула, и все трое резко развернулись к выходу в ожидании увидеть исчезнувшую Сильвию. Волнение огромной волной окатило их, заставив на несколько секунд разучиться дышать. Только на пороге стояла Эльза. Рядом с ней Ричард, сжимающий её руку. — Проходите. — разочарованным тоном сказала женщина, поднимаясь с дивана. — Они ещё не пришли. Эльза кивнула. Ричард, опустив её руку, прошёл в дом, после чего закрыл за собой дверь, перед этим ещё раз поглядев по сторонам, не видно ли где кареты или капитана на лошади. — Мы приготовили пирожков. — Эльза подошла к столу и, осмотрев его, добавила: — Впрочем, зря. — Не могла успокоиться. — честно ответила Луиза, подходя к дочери и обнимая её. — Почему они сразу не отправили её к нам? Берг закрыл книгу, деловито отложив её от себя. — Сама понимаешь, армия. Рапорт нужно написать, отчёт какой-нибудь. Всё-таки из другой страны приехали, надо сначала закончить с основными делами. — Но ведь она просто была похищена! Зачем её оставлять? — возразила Луиза, но наткнувшись на довольно красноречивый взгляд мужа, замолчала. Берг усадил жену на диван, после внимательно взглянул на Ричарда. — Ты ведь знаешь правду, не так ли? Ричард удивленно захлопал глазами. Эльза тяжело вздохнула, опустив корзинку на пол и закрыв лицо руками. Краска начала медленно покрывать её уши. Она не любила врать. — Что за правда? О чём ты? — Луиза ошарашенно взглянула на мужа, но тот жестом попросил её помолчать. — Я знаю, что к ней приходил какой-то мужчина. Знаю, что после вы вместе что-то обсуждали в своём доме. Да и ты, дочь, выглядела растерянной и так уверенно говорила о том, что всё будет хорошо, что тут всё стало ясно. Сильвия же всё это придумала сама? Ричард невольно закашлялся, ругая про себя подругу всеми возможными словами. Начудила она, а отчитываться снова ему. — Она не хотела, чтоб вы волновались. Думала, что похищение вы примите менее болезненно, чем то, что она сама сбежала устраивать переворот. — Переворот?! — Луиза всхлипнула, приложив к губам ладоши. — Почему вы не сказали? Почему не остановили? Я бы всеми правдами и неправдами… — Поэтому она и не сказала. — перебил её Берг, положив свою тёплую руку жене на плечо. — Надо было давно уже понять, что наша дочь не будет жить так, как мы этого хотим. Её всегда тянуло к чему-то такому. Я даже не удивлён. Женщина замотала головой. Слёзы покатились по её щекам. Страшные картины того, как её дочь избивают, насилуют или вовсе пытают, пронеслись перед её глазами. Переворот — это всегда смерть. Это всегда боль и риск. Плохое предчувствие насчёт старшей дочери снова подтвердилось. Сильвия снова полезла в пекло, движимая своими принципами. В кого она такая? Откуда в ней столько прыти? Неужели всё-таки бабушка подарила своей внучке такой плохой характер? Почему Сильвии не досталась осторожность отца, ну или хотя бы благородность и мягкость матери? — На это её надоумил Эрен. — будто пытаясь оправдать подругу, добавил Ричард. — Она хотела остановить войну. Остановить смерть. — Да всё равно мне на мир, если моя дочь в опасности. — тихо выругалась Луиза, перебивая своего зятя. — Вернётся, замуж выдам и пусть сидит на стуле ровно. Мистер Берг понимающе кивнул. С женой он был полностью согласен в плане замужества дочери. А вот план Сильвии одобрял. Как бы сильно ни переживал он за дочь, как бы сильно ни хотел, чтобы она перестала лезть в гущу событий, в душе он всё равно гордился ею. Гордился, ибо она жила так, как большинство людей не смели жить. Его дочь верит своим мечтам и смело идёт вперёд, делая то, что считает нужным. Возможно, для кого-то она стала светом. Всё-таки она личность, а не собачка, что должна вечно слушаться родителей и сидеть рядом с ними. Только вот сказать это вслух при жене он не решался.       В дверь постучали. Тихо так, со смущением. Эльза, ещё раз взглянув на мать, подошла к двери и открыла её. Стоявшая на пороге Сильвия тут же бросилась на шею к сестре, прижимаясь к ней всем телом. Капюшон с её головы спал, открыв короткие волосы. Сам капитан Леви снял сапоги и вошёл в дом, здороваясь с хозяевами. — Это был ваш самый плохой поступок, юная леди! — сердитым голосом воскликнула мать, но, заметив избитое лицо дочери, тут же замолчала и бросилась к ней на встречу. — Простите. Простите. Простите! — шептала Сильвия, роняя горькие слёзы. — Вы уже обо всём знаете? — Дура ты, Сильвия. — тихо прошептал Ричард, и тоже вышел к Берг, чтобы обнять её. Капитан отошёл к стене, наблюдая за тем, как мать и две её дочери с зятем по очереди прижимают к себе Сильвию. Как тихо просит она прощение и как нежно целует руки матери. Невольно ему вспомнилась его семья. Фарлан и Изабель. Он тоже хотел бы иметь возможность попросить у них прощение. Иметь возможность обнять их. Леви был рад, что Сильвии было куда вернуться. Что несмотря на то, каким долгим было её путешествие, в её доме всё было по-старому. Её семья ждала её. Они и не переставали ждать. — Останетесь с нами, капитан? — спросил Берг, подходя к Аккерману и заглядывая ему в глаза. — Мы благодарны вам. — Думаю, у нас есть что обсудить. — согласился Леви, не сводя со счастливой семейки глаз. — Скажите. Это всё было не зря? Аккерман удивлённо уставился на Маркуса. О том, что он знает о плане своей дочери, Леви не знал. Заметив его удивление, мистер Берг улыбнулся, покачал головой. — Я не настолько плохо знаю свою дочь, чтобы поверить в то, что её украли, а не она сама бросилась спасать мир. Леви поджал губы. — Переворота не получилось, но волнение в народе она подняла. К тому же благодаря ей у Парадиза теперь есть Бронированный титан. Маркус довольно улыбнулся. — Вынужден оставить вас. Должен поговорить с дочерью. Сказав это, Маркус медленными шагами направился к Сильвии. Ричард, заметив его первым, быстро стёр с щёк слёзы и отошёл в сторону, дёргая за руку Эльзу. Парень был рад видеть Берг живой и здоровой, но ему так хотелось, чтобы Маркус наказал её. За все их переживания. За все их бессонные ночи и размышления над тем, правильно ли они поступили или нет. — Сильвия. Услышав голос мужа, Луиза тоже отпустила дочь и отошла, позволив мужу поговорить с дочерью. Вид у мистера Берга был сердитый. — Прости, папа. — тихо ответила она, после чего закусила нижнюю губу. — Это был последний раз, когда ты так поступила? Девушка кивнула, искренне надеясь, что она не врёт. После всех этих событий приключений ей больше не хотелось. Они больше не вызывали у неё того непомерного восторга. Родной Парадиз, пусть даже со своими недостатками, казался ей самым лучшим местом, а работа с текстом — чуть ли не единственной мечтой. Только было одно "но". Друзья, оставшиеся за морем. Люди, которых она полюбила. Их судьба волновала её. Красная нить на запястье напоминала о существовании другого мира. Того самого нового мира, в котором остались её новые друзья. Как же Берг хотелось увидеть их вновь! Как же сильно она надеялась на то, что всё ещё будет хорошо, пускай надежда эта и была слишком хрупкой. Маркус, заметив в глазах дочери бушующие эмоции, подошёл к ней и крепко обнял. Девушка ощутила родной аромат отцовского одеколона и невольно улыбнулась. Как же приятно было находиться с ним. Как приятно ей было ощущать его родное тепло. — Я горжусь тобой, Сильвия. Маленькая Ингрид подошла к отцу и дёрнула его за кофту. — Папа, ну так, может, пойдём кушать? Маркус засмеялся. Леви невольно улыбнулся. Такой умиротворённой казалась ему эта картина. Как хотелось, чтобы этот момент поставили на стоп и позволили долго наслаждаться им, впуская в душу частичку этого уюта. Он был уверен, что Эрвин, Ханджи, да, собственно говоря, и он никогда не думали о том, что у них может быть семья. Такая тёплая и любящая. Их семья — разведка. Другой участи не дано. Только сейчас Аккерман понял, как сильно ему этой самой обычной семьи не хватало. Жил бы мирно. Открыл бы свой магазин с чаем. Рядом его жена и маленькие дети. Как бы ему хотелось подарить своим детям то, чего никогда не было у него. Нормальное детство, живых родителей. Только для этого не было сейчас времени. Да и стоит ли тащить в их жестокий мир ещё одну невинную душу, Леви не знал. Не хотел, чтобы Сильвия осталась одна с его ребёнком на руках. Будь она одна, сразу бы нашла себе достойного мужчину. С прицепом мало кто берёт.       Семья уселась за стол. Больше о выходке Сильвии и войне никто не говорил. Луиза, окрылённая радостью, порхала по кухне, то и дело накладная еду и подливая в кружки напитки. Ричард делился успехами компании, жаловался на то, что у Берг получалось с этим делом лучше. Сильвия лишь посмеивалась, обещая, что всё исправит и обязательно поможет. Маркус довольно почёсывал успевшую отрасти бороду. — Теперь, я надеюсь, ты согласишься, что пора бы искать мужа? — решив не церемониться с дочерью, спросил он. Сильвия сразу умолкла, опустив глаза. Луиза так и застыла с кувшином компота в руках. Эльза и Ричард переглянулись, думая, как увести отца от этой темы. Казалось, всё вдруг стало неловко. Только Леви оставался невозмутимым. Капитан допил чай и, поставив кружку на стол, поднялся, привлекая к себе внимание. Сильвия в миг покраснела, закусив нижнюю губу. Руки её вспотели. Захотелось резко пить. Луиза же, не сдержавшись, улыбнулась, заранее понимая, о чём сейчас пойдёт речь. — Я хочу попросить руки вашей дочери. — сразу выдал Леви, не желая тратить время на лишние слова. Маркус удивлённо уставился на него. Сильвии захотелось забраться под стол от переполнявшего её душу волнения. Леви хоть и казался невозмутим, тоже нервничал. В таких делах он вообще мало что понимал. Пришлось спросить совета у Ханджи, что с радостью сообщила ему всё, что знает. Откуда только эта информация у неё, Леви спрашивать побоялся. У Ханджи вообще лучше лишний раз ничего не спрашивать. Если, конечно, не хочешь получить лекцию длиной в несколько часов. — А где вы будете жить? Если раньше Маркуса не особо радовала мысль о замужестве дочери с капитаном (об этой возможности Луиза прожужжала ему все уши), то сейчас он был даже не сильно против этого. Всё-таки он спас его дочь. Выкрал её из лап злодеев и целой вернул домой, как и обещал. Аккерман казался ему слишком взрослым для Сильвии, но теперь именно эта взрослость и серьёзность радовали его в капитане. Сильвия — девочка неуклюжая и особо никого не слушает, если дело касается какой-то аферы. Только такой человек, как Леви, может остановить её. Со своими ребятами из отряда справляется, значит, и с одной Берг справится. Даже испытания придумывать не надо. Уже показал все свои силы. Да и то, что разведчик решил жениться, уже о многом говорит. По крайней мере, для него. — За заслуги перед разведкой мне выделили дом. — спокойно ответил Леви. — Конечно, чаще всего я буду проводить время в корпусе. Сильвия может жить со мной, если того захочет. Разрешение от Ханджи получено. Когда война закончится, мы будем жить в выделенном мне доме. Маркус снова почесал свою бороду, выдерживая паузу. Сильвия готова была провалиться сквозь землю или даже вовсе умереть на месте. Так сильно волновал ответ её отца. — Ну, что смотришь, Луиза? — весело обратился он к жене. — Сбылась мечта идиота. Тащи сюда всё вино, что есть. Устроим ему испытание. Выдержишь — дам согласие. Женщина улыбнулась дочери, после чего скрылась за дверью коморки. Сильвия, переглянувшись с сестрой, расслабилась. Аж дышать легче стало. Если отец несёт своё вино, значит, принимает Леви за равного. Ричард же опасливо посматривал на Леви. Мужик он был сильным, да только как отреагирует на алкоголь, никто не знал. Сам Ричард сдулся уже со второй бутылки. Никто из них даже не думал о том, что алкоголь на Леви никак не влияет. Сколько раз Ханджи и Смит пытались напоить своего друга до обморочного состояния, ничего не получалось. Всегда они были первыми, кто сладко посапывал на столе. Леви же допивал последнюю бутылку и уходил в свой кабинет, как будто ничего и не было. Вот и на этот раз Леви совершил то, что, казалось, никто в Тросте не мог. Он перепил самого мистера Берга.

***

      Лица погибших людей преследовали его и во снах. Каждый раз, закрывая глаза, он видел испуганные глаза своих жертв, лужи крови на разбитом асфальте. Крики, словно заевшая пластинка, повторялись в его голове, потихоньку сводя с ума. «Убийца. Монстр» Как легко им, облаченным в белое, судить его. Они не чувствовали той беспощадной беспомощности, которую ощутил Эрен. «Предатель» Эрен не хотел быть убийцей. Не хотел. Был предателем. Он никогда не мечтал о короне. Защитить родных — вот то единственное, что двигало им. Истинная причина того, что он отдалился от них. Почему перечеркнул дружбу, словно это было чем-то ненужным и ошибочным. У него был свой путь. Путь, ведущий в никуда. Путь, по которому он уже устал идти, но должен был, ибо за него его никто не пройдёт. Путь, по которому он шёл в полном одиночестве. — Я могу сбежать, как только захочу. — угрожающе прошептал Эрен, сжимая воротник пальто Ханджи. Женщина попыталась вырваться, но лишь ударилась лбом о железные прутья. — Боже, когда ты успел так вымахать! — прохрипела она. Эрен хотел было ещё что-то сказать, но подошедший Райнер быстро выдернул Зоэ из лап Йегера. Ханджи он был обязан жизнью. Это она принимала решение на общем собрании, касающимся его дальнейший судьбы. Что тут ещё скажешь. Браун делал всё возможное, чтобы его простили и снова приняли в ряды. Для этого он был готов на все что угодно. Даже на ношение нового изобретения Зоэ, контролирующее его трансформацию. Обратился Титанов без ведома начальства? Всё! Твои мозги будут валяться везде, где только можно. К сожалению, на Эрена такое устройство не надеть. Вырывается. Леви лишь рукой махнул, мол, хочет сидеть и дальше в темнице? Пускай. Ему, если что, сам горло перережу. — Спасибо, Райнер. — отдышавшись, ответила Ханджи, и, выпрямившись, серьёзным взглядом посмотрела на Эрена. — А ты посиди и подумай над тем, что творишь. После Зоэ развернулась, и они с Райнером пошли к выходу по длинному и довольно узкому коридору. Шли молча. Ханджи всё размышляла о поступках Эрена. В глубине души она не верила в то, что Эрен действительно хочет совершить план Зика. В любом случае, пока оба брата на острове, нужно вести себя осторожнее. Ещё и эти сопляки с Марлии вечно ноют и отнекиваются от еды. Только Райнера и принимают. «Быть может, Смит ошибся во мне?» — думала она, вспоминая Эрвина. — «Такая ситуация, а ничего путного придумать не можем». Женщина замотала головой. Думать об этом сейчас не хотелось. Последние дни были спокойными, несмотря на то, что напряжение витало в воздухе. Пока война только на подходе. Нужно было немного разрядиться, ибо постоянное нервное напряжение уже оказывало влияние на и не без того перегруженный мозг. Даже думать, казалось, стало тяжело. — Направляйся к своим. — приказала она, когда они с Райнером поднялись на первый этаж разведкорпуса. — Сегодня меня не будет. Уезжаю на два дня в город. — Капитана Леви тоже не будет? — поинтересовался Райнер, потирая шею, на которой мигал лампочкой ошейник. — Пока да. Он с Сильвией ещё с утра в город отправился. Собрания, кстати, тоже не будет. Браун понимающе кивнул. Хотел было спросить, куда направился Леви, но вовремя закрыл рот. Догадался. — До свидания! — Бывай! — устало махнула рукой Ханджи, после чего направилась к выходу. Райнер, недолго думая, направился в комнату к Габби и Фалько. На этом острове они были его семьей. Ему хотелось защитить их, и только его повиновение могло обеспечить им жизнь. Детям не очень нравилось в разведке, но дальше своего носа разведчики отпускать их не планировали. Может, и правильно делали. «Может, хоть отпустят встретиться с ней» — думал Браун, шагая по коридору. — «Хочу снова увидеть её»