Глас народа

А ты и не знала, что и у таких как я бывают чувства, Что не только ты умеешь преданно так любить? Девочке умной с книгой умной быть лучше. Мальчику как я и вовсе недозволенно жить. Silent Hysterics — ты и не знала       Браун сидел на цепи рядом с Эреном и голодными глазами смотрел на то, как стороживший их разведчик снимает с палки поджаристые кружочки картошки. Такие золотистые, с хрустящей корочкой. Слюнка так и бежит. — Что? Кушать хочешь? — иронично спросил Эрен, меланхолично смотря на Райнера. — Мы тоже когда-то есть хотели. Когда вы лишили нас плодородных земель. — Кончай уже! — Райнер злобно взглянул на него. По уставшим глазам видно было, что муки совести и так уже пожирают его душу. — Знаю что натворил. Признаю. Поэтому я и здесь, исправить всё это. — Думаешь, ты сможешь вернуть к жизни мою мать? — в глазах Эрена сверкнул сумасшедший огонёк. — Думаешь, что сможешь смыть кровь со своих рук и Сильвия тебя простит? Ты ведь наверняка влюблён в неё, Райнер. Браун отвернулся, слегка громыхнув цепями. Сегодня Эрен был уж больно разговорчив и это как никогда раздражало Брауна. — Я не отрицаю своих чувств. Только это не единственная причина, Эрен. И мне жаль. Можешь не верить, но мне действительно жаль. — Ты был ребёнком, Райнер. — Эрен расположился на земле удобнее. — В чём я могу тебя обвинить? — Как раз-таки это ты и делаешь. Послышался звук шагов. Сторожевые быстро поднялись со своих мест и приложили кулаки к сердцу. Стройные, прямые, словно натянутая струна. Языки пламени отбрасывали на них блики. — Добрый вечер, капитан Аккерман. — хором прокричали они. Райнер и Эрен сразу же подняли головы, прервав свой разговор. У Брауна во рту всё пересохло. Там, рядом с солдатами, невозмутимо стоял капитан, придерживая за руку Сильвию. Она смотрела на него, и в глазах этих было столько недоумения и жалости, что Райнеру тут же захотелось провалиться сквозь землю. Он быстро пробежался глазами по синякам на её лице. Сердце тут же сдавило, а слова, которые он хотел сказать, ушли в глубину его сознания. Так и сидел, молча смотря на неё, как последний идиот. — Сильвия хочет поговорить с пленниками. — пробурчал капитан. — Сходите пока за водой. Пять минут у вас. Солдаты кивнули и тут же ушли, поглядывая на капитана и девушку. Сильвия была в лагере только второй день, а слухи о её персоне уже разнеслись по всем отрядам. Кто-то видел, как утром она выходила из палатки капитана. Кто-то заметил, как капитан легонько поглаживал девушку по спине. Её уже успели занести в официальные невесты, несмотря на то, что капитан и словом не обмолвился об их отношениях. Да никто этого и не ждал. От капитана-то тем более.       Когда солдаты ушли, девушка, отпустив локоть капитана, подошла к сидевшим на земле ребятам. Подул холодный ветер, и она, несмотря на то, что была в вязаной кофте, поёжилась. Аккерман стянул с себя куртку и накинул ей на плечи. Видно было по лицу, что желание Сильвии поговорить с пленными не особо радовало его. Он всеми силами пытался убедить себя, что дело тут в простой безопасности, но внутренний голос гаденько так нашёптывал, что его в первую очередь беспокоит влюблённый в неё Райнер. Тот своих чувств даже при нём не скрывал. — Пару минут. — предупредил он. Сильвия кивнула, после чего снова развернулась к Райнеру и Эрену, что молча смотрели на девушку в ожидании вопросов. А вопросов у неё было очень много. — Откуда ты знаешь, что с ними всё в порядке? — дрожащим голосом спросила Сильвия. — Ты видел их? — Видел. — тихо ответил Браун. — Лично их освободил. Они присоединились к тем, кто избивал… Того человека. Берг облегчённо выдохнула. На ум резко пришли фрагменты её последнего разговора с Райнером. Тогда он действительно выглядел как человек, сломленный грузом своих собственных ошибок. Девушка была уверена в том, что её новый друг решил ступить на новую дорогу, а если это действительно так, то врать ей он не будет. По крайней мере, она хотела верить в это. — Ты теперь за нас? — улыбнувшись, спросила девушка. — Это правда, что ты превратился в титана и встал на нашу сторону? — Да. — Райнер отвёл глаза. — После нашего разговора я многое понял. Сильвия не смогла ничего ему ответить. Она просто понимающе кивнула. Эрен лишь ухмыльнулся, переводя тем самым её внимание на себя. Уж к Эрену у неё было намного больше вопросов и обвинений. — Где ты был, когда мы обсуждали план? — старого спросила девушка. — Сам затеял это, а потом исчез! — Понимал, что у нас ничего не получится. — не глядя на неё, ответил Эрен. — Нужно было пойти на опережение. — Какое опережение? — девушка сжала кулаки. — У нас почти всё получилось! — Ничего бы у вас не получилось. — голос Эрена потух, став совсем тихим. — Разве ты сама этого не поняла? Всегда играет роль большинство. Может, если бы времени было больше, мы смогли бы собрать большее количество людей. Только во времени как раз-таки мы и были ограничены. К тому же сыграл человеческий фактор. Слишком мало тех, кто понимает ужас войны, слишком мало тех, кто выбирает душу, а не деньги и тело. Мы бы не смогли добиться всего мирным путём. Значит, нужно действовать силой. Глаза Эрена напугали её. Он уже не тот, кем был раньше. Это стоило понять с самого начала. Эрен уже никогда не будет тем милым, застенчивым мальчиком, с которым она когда-то познакомилась. Он вырос. В душе его что-то очень важное сломалось. Глаза его потухли и стали отчаянными, холодными, пустыми. От этой пустоты Сильвии стало ещё холоднее. Вся злость на Эрена испарилась, уступив место леденящему страху. Она даже думать не хотела, что так сильно испоганило его разум.       Капитан подошёл к девушке и положил свою руку ей на плечо, пытаясь поддержать. Он не понимал поступков Эрена или, может, не хотел понимать. Впрочем, действия Йегера даже Микаса с Армином посчитали отвратительными. Лучшие друзья детства так ни разу и не навестили пленника, специально игнорируя его просьбы о встрече. Что уж говорить о Жане и Конни. Те до последнего в смерти Саши винили бывшего друга. — Нам пора. — оповестил он её. — Тебе нужно на капельницу. — До встречи, Райнер. — тихо попрощалась она с Брауном. — Спасибо, что спас их. Мужчина вымученно улыбнулся. На душе его стало легче. Он натворил много дел, но хоть один раз помог кому-то. Помог ей. Это уже чего-то стоило. Именно одобрение Сильвии он хотел получить. Именно её снисходительную улыбку. Эрен вот не удостоился даже вежливого слова на прощание. — Накормите их. — приказал Леви пришедшим солдатам, после чего приобнял девушку за талию. — Идём.       Они ушли. Браун еще долго не мог поверить в то, что она разговаривала с ним. Что она пришла к нему. Что простила. Впервые он был уверен в том, что делает. Впервые ощущал себя человеком. Настоящим человеком, а не предателем. — Даже не думай о ней, Райнер. — сказал Эрен. — Ещё до отправки со мной в Марли они с капитаном Леви были вместе. На это заявление Браун лишь усмехнулся. Всё-то эти зелёные глаза подмечали. Только вот он не желал её любви. Она просто была его светом, с которым ему хотелось быть рядом. Райнер был готов даже на роль друга, лишь бы иметь возможность просто общаться с ней. Просто быть частью её жизни.

***

       Леви поставил на стол перед Сильвией кружку с горячим чаем. Девушка благодарно кивнула, проводя рукой над кружкой, словно пытаясь поймать пальцами пар. — Не знаю, встретишься ты с ними или нет. — тихо сказала капитан, садясь рядом с Сильвией. — Но если верить Райнеру, они живы, а это уже хорошо. — Что теперь будет? — почти шёпотом спросила Сильвия. — Война? Война с людьми? Они сотрут наш остров в порошок? Послышался тяжелый вздох. Ему не хотелось говорить об этом. По крайней мере, не с ней. Прекрасно понимал - положение у них незавидное. — Когда-то титаны казались нам великим злом. — Сколько жертв потребовалось принести, чтобы они перестали быть проблемой? А тут люди. Люди с возможностями, превосходящими наши. Эти сражения никогда не закончатся? Всё будет идти по кругу... Девушку затрясло. Сильвия, как никто другой, мечтала о мирном времени. О спокойной жизни, где нет смертей, где люди не становятся жертвами. Разве мир, в котором людям приходится умирать, подобно мухам, попавшим в мёд, будет решать моральные вопросы? Разве вечно воюя, они смогут оставаться людьми? — Не стоит сейчас думать о плохом. — Леви осторожно обнял её, прижимая дрожащее тело к себе. — У нас есть Эрен и Райнер. Армин тоже владеет титаном. Да, их больше и они намного опережают нас в развитии, но мы тоже имеем свои козыри в рукаве. Достаточно лишь припугнуть, чтобы было мирное время. А что будет дальше? Этого никто точно не знает. Мне иногда кажется, что люди даже и не знали, что такое мирная жизнь. — А если это мирное время продлится недолго? Что, если всё-таки война начнётся по новой? — глотая набежавшие горькие слёзы, спросила она, поднимая красные глаза на капитана. — Даже немного мирного времени уже хорошо. Как-то Смит сказал: "Когда в живых останется только один, тогда люди и перестанут враждовать". Будет ли такое время? Кто знает. Только вот каждый миг нашей жизни под чистым небом стоит того, чтобы бороться дальше. — крупная слеза скатилась по щеке Сильвии. Леви стёр её большим пальцем. — Во время передышки мы найдём способ. Я верю в это. — И нам опять придётся ждать? Снова будем на расстоянии друг от друга? Леви вздрогнул, удивлённо расширив глаза. Девушка отвела от него взгляд, закусив губу. Она устала от всего, что происходит в её жизни. Так хотелось хоть немного простого счастья. Так хотелось, чтобы все инновации нового мира стали возможными для людей с острова. Так хотелось, чтобы они с Леви смогли стать чем-то большим друг для друга. Так надеялась, что вот он, момент, которого они ждали так долго, наступил. Но всё рухнуло. На пороге новая битва. Новая война. Опять их чувства будут не вовремя. Опять впереди долгое время в разлуке и мечтах о встречи. Сильвия думала, что сможет справиться. Сможет дождаться. Но когда капитан сидит так рядом, обнимает её, успокаивает, она ещё более отчётливо начинает понимать, как сильно его любит. Хотелось ещё больше его. Ещё больше времени наедине с ним. Будущая разлука казалась настоящей пыткой. Чем-то непостижимым. Чем-то невозможным. Но думал ли об этом Леви? Скорее всего, нет. — Прости, это сейчас совершенно не важно. — прошептала она, чувствуя, как лицо её заливается краской. — Я наверно пойду к Энн. Поздно уже. Аккерман — уже взрослый мужчина, повидавший невероятное количество горя. Он суров и холоден. Мысли его крутятся вокруг новой угрозы. Вокруг битвы. Сильвия тоже должна была думать о своём долге. О родителях, о компании отца, о своей мечте стать писателем. И она думала. Честно думала. Только вот каждую ночь к ней приходили мысли о капитане. Об их, как теперь ей казалось, невозможном будущем. Берг было стыдно. Стыдно за то, что в такой момент она думает не о том. Стыдно, что собственные инфантильные мысли обрели форму слов и вывалились наружу. Капитан не тот человек, что будет размышлять о таких вещах. Он с самого начала обо всём этом сказал. Она с самого начала обо всём знала. Винить в её любви было некого. — Останься. — попросил Аккерман, сильнее прижимая её к себе. — Просто останься со мной. — Нет! — девушка покачала головой. — Не могу. Слухи пойдут. Это будет неправильно. Вторая ночь подряд — перебор! Леви снова тяжело выдохнул. Сильвия ощутила, как быстро бьётся его сердце. — Я тоже думал об этом. — девушка непонимающее уставилась на него, а он, выдержав паузу, продолжил: — Думал о том, что будет, когда мы заберём тебя. Думал о нас. Его серые глаза были как никогда серьёзными и печальными. Девушке вдруг резко захотелось обнять его, провести рукой по чёрным жёстким волосам. Забрать боль, что кроется в его взгляде. — И что ты решил? — дрожащим голосом спросила она. — Что больше не отпущу тебя. Сильвия даже представить себя не могла, как много бессонных ночей капитан посвятил тому, чтобы распутать свои чувства. Сколько он пытался забыть, похоронить её в земле холодной памяти. Долг тянул его в небо, не давая возможности вырваться. Любовь давила на грудную клетку, лишая возможности дышать. В какой-то момент он понял, что уже дышит ей. Впервые мысли о доме и уюте стали приходить в его разум. Он не хотел планировать. Не хотел представлять себе семью, ибо будущее изменчиво, а настоящее все ещё мрачное. Они оба словно затаились в ожидании наступления весны. В ожидании нужного момента. Только будет ли этот момент? Доживут ли они до него? Можно вечно прождать вот так вот под кустом в ожидании солнца. Можно вечно ждать и сожалеть, когда время проносится мимо тебя, не желая остановиться. Он не знал, что будет дальше. Впрочем, никогда не знал. "Жизнь — это то, что происходит с тобой, пока ты строишь другие планы" — прочитал он однажды. Только теперь Аккерман как следует прочувствовал эту фразу. Он хотел жить. Жить без страха и сомнений. Жить без томления.        Жить без сожалений. Он тоже был человеком. Пускай все считают Аккермана холодным, рассудительным капитаном со льдом вместо души. Пускай он был уже достаточно взрослым, чтобы не строить ложных, завышенных надежд. Пускай. Всё это действительно было так. Леви сам считал себя таковым. Холодным, каменным. Постоянные потери очерствят кого угодно. Только Леви всё же оставался человеком. Сердце, что бешено билось в его груди, было горячим, как у любого другого нормального человека. Он тоже мог полюбить. Полюбить страстно. Полюбить неистово. — Леви… — Скажи, ты уверена в том, что чувствуешь ко мне? — серьёзно спросил он. Сильвия кивнула. Не было в её душе сомнений. — У нас не будет нормальной семьи, как у других. — Пусть… — Мы не будем видеться так часто, как того бы нам хотелось. — Ничего страшного. — Я могу умереть. — Я знаю. Капитан впился в её губы, жадно подчиняя Сильвию себе. Она ответила ему с не меньшим жаром и пылкостью, показывая свою железную уверенность. Губы капитана были шершавыми, но такими нежными и мягкими. Сильвию словно целиком погружали в сладкую истому. — Я попрошу твоей руки у твоих родителей. — произнёс он, отрываясь от её губ. — Но сейчас... Согласна ли ты связать свою судьбу с моей? — Согласна. Аккерман поднялся со стула, после чего осторожно взял Берг на руки. Куртка сползла с её плеч и упала на пол. Сильвия сильнее сжала пальцами его плечи, ощущая невероятную лёгкость во всём теле. — Теперь моя невеста может остаться со мной? — Ну вы и хитрец, капитан. — еле сдерживая улыбку ответила ему вмиг покрасневшая Сильвия. — Я не собираюсь делать ничего развратного, маленькая извращенка. По крайней мере, пока. — со всей присущей ему серьёзностью ответил Леви. — Ханджи может забежать сюда в любую минуту. Девушка шутливо ударила капитана в грудь. Леви, фыркнув, понёс её к кровати. — Просто побудь немного со мной. — прошептал капитан, укладывая Берг. — Куда я от тебя денусь? Аккерман вернулся за чаем, после сел на кровать рядом с Сильвией, протянув той кружку. Девушка села. Осторожно, чтоб не обжечься, взяла из рук капитана чай и сделала глоток. Леви положил свою голову на её плечо, закрывая уставшие глаза. Так они и сидели в полной тишине, наслаждаясь столь желанной близостью. В тот момент не было ничего приятнее горячего чая и окутывающего их вечера. За стенкой палатки слышались приглушённый гомон разведчиков, оглушительно трещали сверчки. Леви и не помнил уже, когда ему было так спокойно. После смерти Смита каждый его день был похож на скачку непонятно куда. Леви нуждался в своём островке безопасности. И этим островком была Сильвия Берг, его новоиспеченная невеста.