***
Сейчас Сонхун чувствовал приятное давление и напряжение по всему телу по пути к общежитию. В машине, кроме менеджера, сидел Джеюн, широко раскрыв свои бёдра, которые определённо манили парня прикоснуться к ним, в меньшей степени, а в большей - оседлать их, при этом громко выкрикивая его имя, чтобы все знали, что удовольствие Паку может принести только Джейк. Шим же тяжело дышал, чувствуя всю ту атмосферу, исходящую от младшего, но не подавал виду - он, на самом деле, ужасно раздражён поведением своего мальчика, который, кажется, совсем не боится своего наказания. А жаль, ведь сегодня кто-то сорвёт свой голос, пока остальные будут ещё часа два в компании, Джей об этом позаботится по просьбе Джеюна.
Ревность. Собственничество. Эти чувства Джейк всегда старался обходить и никогда не испытывать по отношению к своей второй половинке. Но когда в твоей жизни возлюбленный выступает в лице Пак Сонхуна, красивого и обворожительного парня, становится сложнее сдерживать своё обещание. Да и Сонхун не против лишний раз пофлиртовать или коснуться кого-то из мемберов во время прямой трансляции или на шоу, из-за чего потом фанаты воют от милых моментов в твиттере, на которые слишком часто стал натыкаться Джейк. И честно говоря, ему сносит крышу, когда он смотрит на посты, а там его Сонхун обнимает за талию Сону - это была всего лишь миссия в одной игре; или пытается поймать мяч вместе с Чонвоном, при этом крепко обнимая лидера и касаясь нежно его плеча. Бесит. Раздражает. Так ещё и Пак последнее время играет в опасную игру "вызови ревность у своего парня", потому что меньше общается, меньше обнимает и целует в свободное время, скрываясь за дверью младших, откуда каждый раз доносятся громкий смех и постоянная болтовня.
И Джеюну бы поговорить, обсудить всё со своим парнем, но тот, будто знает всё, специально избегает его, иногда даря быстрые поцелуи в лоб, которые дурманят разум Шима. И в такие моменты Джеюн зол на себя ещё сильнее. Но сегодня никто им не помешает, сегодня Сонхун поймет, что нельзя играть в опасные игры.
Если ему это не понравится, конечно.
Пак, не торопясь, зашёл в тихое и теплое общежитие, а вот Джеюн мгновенно скрылся за дверью их комнаты, бросая слегка грубоватое
"не задерживайся в ванной, нам нужно поговорить, жду в комнате". А Сонхун тяжело сглатывает, потому что такой приказной тон с серьёзным, чуть раздражённым выражением лица сводит с ума, коленки мгновенно начинают дрожать, стоять становится тяжелее, а что такое "дышать", Пак забывает в ту же минуту, когда встречается с красивыми, но до глубины чёрными глазами.
- Не подумал, что меня возбудит лишь от его голоса, - шепчет Пак, всматриваясь в своё отражение в зеркале. - Чёрт, я ведь не кончу просто от его взгляда... нет же? Такой милашка, как Джеюн-и, не сделает этого со мной, так ведь?
Он глубоко вздохнул, а после вспомнил, для чего вообще затеял всю эту детскую игру, которая теперь стала совсем не для детей. В горле за считанные секунды пересохло, потому что Пак просто вспомнил свой сон, в котором Джеюн выбивает из Сонхуна еле сдерживаемые стоны, обхватив за шею, оставляя на ней свои следы, и смотрит так властно, облизывая опухшие губы, а после так же спокойно и с силой в голосе говорит "кончай", а Пак, как самый послушный мальчик, слушается и сильно изливается на собственный живот. Джейк в роли доминанта сводил младшего с ума, поэтому ему безумно хотелось, чтобы этот мокрый сон воплотился в реальность. Но в жизни Джеюн был очень заботливым бойфрендом, который даже был немного против удушения в постели, поэтому не стал этим увлекаться. Он каждым своим движением, касанием и толчком приносил лишь мягкое, тягучее, нежное и теплое удовольствие. И нет, это нравилось Сонхуну, очень, но после сна он понял, что ему не хватает немного адреналина, небольшой грубости, от которой ноги подкашиваются, а его голос бы сорвался от диких стонов наслаждения. И, кажется, Пак сегодня этого добьётся.
Деревянная дверь оттенка тёмного шоколада находилась прямо перед Паком, который уже пару минут стоит перед ней и не может собраться и решиться всё же войти. Волнение, страх и пьянящее ожидание захлестнули Сонхуна, что нервно покусывал свои вишнёвые губы. Эта комната навевала столько воспоминаний: множество пролитых слёз, глубокие поцелуи, первые интимные касания, нежные объятия и смелые желания принести удовольствие друг другу. И никто не знает, что происходит за дверью комнаты, в которую Сонхун совсем не хочет заходить, но тянет туда неимоверно сильно, поэтому он переступает порог, полностью отдавшись своим тайным желаниям.
Там царствует приятная и интимная темнота, а Джеюн стоит, повёрнутый к окну, опирается своими сильными руками о подоконник, а слабый свет фонаря выделяет его напряжённые руки - каждая венка будто характерно очерчена карандашом художника, поэтому Пак застывает на пороге, не забыв закрыть дверь на замок. Ему страшно, но с другой стороны, ему самому хочется наброситься на парня и уже сказать, почему он так поступил с Шимом. Но ему не даёт это сделает холодный взгляд любимых глаз, которые скользят по каждой клеточке тела Пака, из-за чего он смущается и опускает голову вниз, закусив губу. Но Сонхун успел заметить, что все пуговицы на белоснежной рубашке парня были расстёгнуты, а его накаченная широкая грудь тяжело вздымалась вверх и медленно опускалась обратно. И хотелось прикоснуться к ней, чтобы по коже Джейка пошли приятные мурашки, после которых Джеюн бы точно не выдержал, но он не спешит, ждёт, что же предпримет его бойфренд.
- И что это за поведение, Сонхун? - Джеюн отрывается от подоконника, медленно подходя ближе. - Чего ты добивался своим ужасным поведением?
- Я... всего лишь хотел тебя подразнить, - улыбнулся Сонхун, подняв голову. - Мне было интересно, как ты отреагируешь.
- Вот оно что, - усмехнулся Шим, резко потянув Пака на себя, сжимая тонкую талию в своих руках сильнее, чтобы он чувствовал всё, что его переполняет. - Значит, ты сейчас узнаешь.
Без предупреждения старший валит Сонхуна на кровать, пока у того в жилах кровь застывает, а сам он теряет связь с реальностью, потому что Джеюн величественно восседает на его бёдрах, слегка покачиваясь и задевая возбуждённый орган, и внимательно смотрит своими тёмно-карими глазами, в которых обычно в такие моменты блестела нежность вперемешку с заботой и любовью, а сейчас... дикая страсть. Кажется, кто-то влип...
- Сними свою футболку, - говорит так же спокойно Шим, не слезая с места. - Она меня раздражает.
Сонхун, тяжело сглотнув, избавляется от ткани и откидывается обратно, а резвый язык Джеюна уже начал исследовать область шеи, которая сегодня точно будет пестреть алыми отметинами - Джейк позаботится об этом, целуя и кусая острые ключицы, которых всё время касался Джей во время тренировок; рычит от злости, прикусывая на каждый свободный участок молочной кожи, а Пак несдержанно стонет, мягко касаясь плеч своего возлюбленного. Сейчас ощущалось всё намного острее, а каждое касание обжигало своей грубостью с яркой страстью, хотелось задохнуться от этого безумного коктейля.
- Раздевайся.
Шим, как резко начал целовать тело Пака, так и быстро закончил с этим, слезая с напряжённых бёдер, давая возможность выполнить просьбу. Сонхун дрожащими руками еле справился со своей ширинкой на чёрных джинсах, снимая их вместе с бельём, оставаясь полностью обнажённым. Этой покорности Джеюн лишь усмехнулся, видя, как его мальчика ведёт от властного голоса австралийца. Ну что же, кажется, Джейк принял правила этой игры.
Джеюн медленно стал красться к Паку, который неосознанно пятился назад, пока не упёрся об изголовье кровати. Хитрая улыбка украсила лицо Джейка, а сам он быстренько устроился на край кровати, напротив Пака, который не понимал, почему парень отошёл от него.
- Я ведь говорил, что хотел бы увидеть, как ты себя растягиваешь, Сонхун-а, - мило проговаривает блондин, заправляя свои волосы назад. - Теперь ты можешь во всем цвете это продемонстрировать.
У Пака кожа покрывается мурашками, а к лицу приливает кровь - это слишком. Как можно заставлять своего парня делать такое напротив себя же? Зачем Джеюну видеть, как Сонхун растягивает себя, при этом, никогда не сдерживаясь, стонет его имя в ванной? Чёрт, кажется, кто-то влип.
И Шим снова, в мгновение ока, оказывается рядом и аккуратно хватается за возбуждённый член Пака, сразу же вызывая реакцию в виде тяжелого дыхания.
- Ну или я могу помучить тебя, - улыбается старший, медленно дроча своему мальчику, из-за чего тот ударяется об изголовье, при этом шипя от боли и медленных движений, хотелось дёрнуться навстречу бёдрами, но Джеюн одной рукой остановил Сонхуна. - Ты будешь мучиться долго, почти два часа, а после не получишь ничего, и моего члена в себе тоже.
Он отстраняется, рассматривая, как кадык Пака дёргается вместе с длинными ресницами, белоснежная кожа на лице раскраснелась, а пухлые губы пытаются вобрать побольше воздуха - поможет ли? Красиво. Сонхун выглядит очень красиво, хочется прижать к распухшим и покусанным устам, да только вот сначала нужно наказать паренька, а после полностью вознаградить за послушание. И Джеюн уверен, Сонхун выполнит всё, чего бы он не попросил.
И Пак Сонхун сдаётся, впервые в его жизни кто-то завладел им полностью. Джейк возвращается на своё место: свет из окна опускается на его широкую грудь, тёмные соски, которые хотелось пососать и прикусить, и на красивый пресс - все кубики были отчётливо видны, а проехаться по каждому горячим языком сейчас казалось Сонхуну жизненно необходимо. Но он сглатывает, а после поудобнее устраивается на месте, раздвигая ноги. Сначала это дико смущает, Пак не представляет, как должен это сделать перед любимым человеком. Но после хитро улыбается и, поднимая взгляд прямо на Шима, запускает свои длинные пальцы в свой рот. Сосёт их усердно, до такой степени, что собственная слюна катится по подбородку, он закатывает глаза, представляя, что мог бы с таким же удовольствием отсосать Джеюну, и обязательно этим займётся. Зато у Джейка глаза темнеют, пока Сонхун дразнит его, однако стоит второму поднести свои пальцы ко входу, так пытка уже начинается для него.
Двух пальцев для Сонхуна совсем мало, он стонет от чувства проникновения, резких и размашистых движений своих пальцев. Но честно говоря, это не то, что может принести ему удовольствие, совсем не то, ему нужен член, обтянутый белоснежными джинсами, который отчётливо видно даже при еле открытых глазах Пака, которые закрываются каждый раз, стоит прибавить пальцы к проникновению.
- Джейк, пожалуйста, помоги!
Сонхун метается по кровати, упирается ногами, пальцами сжимая простынь, стонет, дышит тяжело, насаживаясь на собственные пальцы и смотря на Джеюна с таким желанием, просьбой, мольбой.
- А если хорошо попросить? - Джеюн не двигается с места, смотрит, как аккуратные пальцы с хлюпом входят и выходят из разгорячённого тела. - Ты уже разучился, как нужно просить, детка?
И Пака ведёт от такого грязно-сладкого прозвища, он стонет громче, не прекращая входить в себя, не добираясь до заветной простаты.
- Хён, пожалуйста, Джеюн-хён!
- Это всё? - Джейк издевается, ему хочется услышать что-то оригинальнее, чем обычное "хён", которым он называет чуть ли не каждого старшего в их группе. - Может, мой Сонхун-и хочет назвать меня как-то по-другому?
Пак не может терпеть, он слишком возбуждён, ему хочется большего, сильнее, чтобы до отключки в него вбивались, чтобы чувствовать возбуждение Джеюна в себе, слышать тяжёлое дыхание и видеть, как парню так хорошо внутри него. И поэтому Сонхун не отдаёт себе отчёта, громко крича:
- Папочка, трахни меня, пожалуйста!
Чёрт побрал этого развязанного Сонхуна и его грязный язык, но Шим оказывается рядом с Паком, сразу утягивая младшего в крышесносный поцелуй. Язык старшего сразу же врывается внутрь, сталкивается с другим, потом сосёт его до стонов, проходя по нёбу. Каждые поцелуи с Сонхуном - горячие, но хочется всё больше и больше, и Пак предоставляет Джеюну всё, что ему хочется. Они целуется, пока Джейк не чувствует ноющую боль в челюсти, отстраняется от пылающего лица, а тонкая слюна всё ещё связывает их манящие друг друга уста.
- Какой же ты послушный, Сонхун-и, - шепчет Шим, пока избавляется от своей одежды. - А каждому послушному мальчику полагается награда, папочка сделает тебе приятно!
От последнего Пак стонет, сильнее смущаясь, но после его быстро переворачивают на живот, а сам Сонхун на автомате становится в коленно-локтевую. Член Джеюна ощущается в сто раз лучше, чем собственные пальцы, только вот резкие толчки не дают брюнету и подумать вовсе. Каждый шлепок, каждое глубокое проникновение касается простаты, заставляя Сонхуна стонать так громко, как в самых наигранных и жёстких порно-фильмах, но всё по-настоящему. Он не может держать в себе звуки удовольствия, а парень позади и вовсе не дает ему замолчать, убирает руки с лица, заводя их за спину, держа в крепкой хватке.
Джеюн вбивается в любимое тело, совсем потеряв рассудок. Ослабляя хватку на руках, Джейк поднимает своего возлюбленного, всё ещё толкаясь внутрь, чувствуя, как стенки ануса пульсируют и так прекрасно скользят по возбуждённому члену Шима. Хватается за белоснежную шею, перекрывая воздух Паку, который на это лишь закатывает глаза, откинув голову на крепкое плечо. Как же Сонхуну нравится, когда его душит Джеюн, как эти сильные пальцы касаются кожи, перекрывают доступ к кислороду, но после дают насладиться таким умопомрачительным оргазмом, который накрывает тело Сонхуна сразу же, стоит Джейку ещё раз сильнее толкнуться и наконец отпустить его шею.
- Хён~! - протяжно стонет Пак, падая на кровать.
Джеюн кончил одновременно со своим любимым, сперма медленно вытекает из-под упругих ягодиц младшего, что тяжело дышал, ведь сил на то, чтобы просто повернуться к любимому, который опустился рядом, вовсе не было. Джейк сам поворачивает Пака к себе, крепко обнимая, и плевать, что они сейчас до жути потные, липкие и их тела до безумия горячие. Он чувствует тяжелое дыхание на своей груди и медленно успокаивается.
- А теперь ответь мне, пожалуйста, честно, для чего ты устроил весь этот спектакль? - Шим почувствовал пальцы Пака на своей талии, тихо спрашивая, при этом мягко касаясь губами его виска. - Я не глупый, и понял, что ты чего-то добивался.
- Ну, - протянул Сонхун, сильнее прячась в изгибе шеи, утыкаясь прямо в мокрую шею. - Я просто хотел попробовать кое-что другое в нашей сексуальной жизни.
- А сказать мне, чтобы не устраивать эту драму, нельзя было? - недовольно проговаривает Джеюн. - Я же не кусаюсь, Сонхун-а, если бы ты сказал, я бы с удовольствием поговорил бы с тобой об этом.
Пак отстраняется и дует губы, хмуря брови. Обиделся, показательно обиделся.
- Просто я вычитал, что если партнёра перед этим немного позлить, то секс будет более страстным, - шепчет Пак. - Ну я вот и хотел попробовать.
Джейк смеётся, а после целует хмурого Пака, мгновенно вызывая на лице того улыбку.
- Больше не смей заставлять меня ревновать, - грозит Шим, обнимая своего мальчика. - Я чуть было не убил всех парней там на месте.
- Ладно, - хихикнул Сонхун, сильнее прижимаясь к своему счастью. - Не буду.
Кажется, ревность - действенный метод, отмечает Сонхун, коварно улыбаясь. Конечно, он больше не будет ей пользоваться, ну, может, совсем немного? Ведь Шим Джейк в роли собственника очень привлекательный, а от того, что его, спокойный и миролюбивый, Джеюн ревновал даже к своим мемберами, становится приятно. Их любовь слишком сильная, они теряются в своих чувствах, но уверены, что их любовь будет жить с ними вечно.
***
