Чёрная ручка в театре

Как только Ллойд проснулся, его мгновенно посетило плохое предчувствие. Перед глазами словно опустилась тёмная завеса, за которой совсем ничего не видно. Лишь тьма и хмурое небо за окном. День начался хорошо, даже отлично. Но с лица блондина не сходило напряжение. — Что с тобой? — обеспокоенно спросила мама. — Ты все утро хмуришься. Что-то случилось? — Предчувствие плохое, — вздохнув, сознался он. — Словно что-то должно случиться. Мисако нежно улыбнулась и обняла сына, пьющего утренний кофе. — Милый мой, всё будет хорошо. Ты просто себя накручиваешь. Ну всё, я пошла в магазин, не скучай, — она потрепала Ллойда по волосам и вышла. Ллойд впервые за все утро улыбнулся. Впервые за весь день. Когда мама ушла в магазин, он с не удовольствием сел за домашнее задание по математике. Кто-то же должен сделать домашку? Занимаясь уроками, Монтгомери не заметил, как прошёл час. Потом второй. А мамы так и не было. Только когда он дошёл до английского, — последнего несделанного предмета, — Ллойд встрепетнулся: а где же она? Взяв в руки мобильник, он набрал её. Ему не ответили. Когда он позвонил во второй раз, ему ответил мужской голос. — Здравствуйте, — начал мужчина. — Вы ведь сын женщины, которой принадлежит этот телефон? — Да, — удивился Ллойд. — А кто вы и как поняли, что я её сын? И вообще, где мама? Что случилось? — Сожалею, — прозвучал сочувствующий голос в мобильнике. — Вашу маму сбил чёрный автомобиль. Насмерть. Повисла гнетующая тишина. Ллойд сидел с выпученными глазами, ошарашено бегая взглядом по тетради английского языка, где начинал писать сочинение. В голове не укладывались и эхом разносились слова мужчины. «Она мертва.» Мертва. Её больше нет....Сжав руки в кулак, едва сдерживая слезы, он спросил осипшим голосом: — Где она? — Её тело погрузят и отвезут в морг. В глазах все же появились слезы и потекли ручейком по бледным, фарфоровым щекам. Зелёные глаза из-за слез стали ещё зеленее и темнее. — Хорошо, спасибо, — Ллойд сбросил трубку. В городе был один-единственный морг, куда возили тела. Он знал, что должен провести похороны матери. Но что станет с ним? Отца нет, мамы теперь тоже. Разве что.... Ллойд вскочил и побежал к домашнему телефону, стал набирать номер. Когда ему ответили, он пустым и безжизненным голосом сказал: — Дядя Ву? — Да, Ллойд, я тут, — ответил ему добрый и старый голос. Парень вкратце рассказал о том, что случилось. Дядя Ву, или Сенсей Ву (как просил называть он себя), помолчал, а потом резким и грустным голосом сказал: — Собирай вещи. Я встречу тебя в подземке, которая на улице Шелт-стрит. Будешь жить у меня. — Хорошо. Ллойд снова отключил связь и сразу же побежал в комнату. Распахнув шкаф с различными и немногочисленными вещами, он стал нервно и спешно вытаскивать шорты, футболки, рубашки, ненавидимую им школьную форму, любимые пары кроссовок, брюк и других вещей, закидывая их в один очень большой рюкзак. Учебники и учебные принадлежности он кинул в пакет, который в свою очередь тоже пошел в рюкзак. Взял любимую кружку, наушники и парочку книг — какие вместились в его сумку. Схватил со стола ключи и деньги, оделся, обулся и поспешил на далёкую Шелт-стрит.