Королевство Тан. История цветущего дракона

      Главное здание дворцовой лекарской насквозь пропахло горькими травами и кисло-сладкими настоями. Каменное двухэтажное здание — одно из немногих, которое на протяжении тысячелетий перестраивалось и расширялось несколько раз. С прилегающими постройками и собственным огородом, где выращивали около сотни различных видов лекарственных трав, дворцовая лекарская занимала одну пятую от общей территории внутреннего дворца. Помимо огорода, кухни и специальных комнат, где поддерживались определённые температура и влажность для хранения готовых лекарств и ингредиентов для их приготовления, в дворцовой лекарской имелось отдельное здание для больных, за которыми требовалось постоянное наблюдение. Оно имело ряд кроватей, отделённых друг от друга ширмами, и было изолировано от остальных построек во избежание распространения болезней.       В отличие от лекарской во внешнем дворце, предназначенной для слуг и стражников и в которой работали как мужчины, так и женщины, к работе в главном здании допускались исключительно мужчины, обученные грамоте и имеющие хотя бы базовые представления о том, как устроен организм демонов. К лечению других, включая выписку соответствующих лекарств и проведение осмотра, допускали только тех, кто окончил медицинскую школу и имел особый жетон с печатью.       Лин знал это место наизусть и ненавидел до скрежета зубов. Его тошнотворный запах, давящие серые стены и густой влажный воздух. С этим местом были связаны только самые печальные и тяжёлые воспоминания. Дворцовая лекарская ассоциировалась с мамой — осунувшейся, бледной и пахнущей смертью.       Генерал вошёл в тень навеса и свернул вправо, направляясь к кабинету королевского доктора, когда среди ровных рядов пёстрых цветов и низкорослых кустарников, растущих во внутреннем дворе, заметил копошащуюся у земли фигуру в таких же пёстрых одеждах.       — Доктор Дан!       Демон поднял голову и обернулся на звук.       — Неужто это малыш Цао? Давненько же вы к нам не заглядывали.       Доктор Дан улыбнулся, и вокруг его больших глаз цвета мятного молока образовались мелкие морщинки. Демон по возрасту был немногим младше командующего Ма, но казался совершенно неподвластным времени: вечно молодой и как всегда фамильярен. Лин пересёк навес, игнорируя прилипшее, будто засохшая смола, прозвище, и спустился к доктору. Внутренний двор главного здания был переделан в небольшой огород, в котором выращивались особо ценные сорта лекарственных трав. Генерал мазнул взглядом по дощечкам с наименованиями, воткнутым возле соответствующих растений. Служащих в главном здании было предостаточно, но Лин ни разу не видел, чтобы этим огородом занимался кто-то, кроме Дан.       — Если я вам помешал, могу зайти позже.       — Нет-нет, что вы, я почти закончил, — пропел доктор.       Его голос был нежен и бархатист, под стать внешности. Иногда Лин думал, что будь доктор Дан женщиной, от женихов у него отбоя бы не было. Хотя и сейчас мужским вниманием он не был обделён. Дан отряхнул землю с широких ладоней и потянул спину.       — Вы ведь здесь по приказу Его Величества? — Лин машинально кивнул, но мигом подтвердил слова вслух. — Король предупредил, что вы загляните ко мне, но, откровенно говоря, я думал, вы по обыкновению проигнорируете его приказ.       Дан лукаво прищурил лучистые глаза; Лин сморщился. Подобные мысли посещали его голову, но генерал решил лишний раз не доводить до скандала, учитывая недавние события.       — Кстати, вы пришли как нельзя вовремя! Взгляните на это безобразие!       Дан уволок генерала в глубь огорода и ткнул пальцем куда-то в кусты. Лин долго всматривался в выпирающие тонкие корни, пока не заметил среди тёмно-зелёных веток чёрный гладкий стебель с крохотными ромбовидными листами.       — Оникри́ллум? Откуда он здесь?       — Хотел бы я знать, — вздохнул Дан. — С тех пор, как исчезли Вороны, бороться с этой заразой стало тяжелее, но не думал, что когда-нибудь она доберётся до дворца.       — Вы же не трогали его?       Доктор покачал головой.       — К счастью, я заметил растение раньше, чем оно успело зацвести и кто-то пострадал. Боюсь представить, что бы случилось, если бы оно ненароком попало к другим травам.       — Позвольте?       Лин вытащил из-за пояса доктора садовые ножницы, сделал ими небольшой надрез на ладони и пролил несколько капель крови на оникриллум и землю вокруг него. Секунда, и цветок вспыхнул ярким фиолетовым пламенем, быстро превратившись в чёрный пепел. Дан довольно закивал.       — Что бы я без вас делал, генерал.       — Корни у него довольно живучие. Если вдруг снова где-то появится, обязательно сообщите мне.       — Конечно. — Доктор Дан собрал садовые инструменты в ведро, передал его генералу, а сам подхватил Лин под руку. — Не проводите слепого до его кабинета?              Они шли в тенистой прохладе галереи. Ветер тихо завывал между деревянных колонн, отчего создавалось впечатление, будто кто-то напевает колыбельную. Лин вспомнил времена, когда они ещё детьми оставались с братом ночевать у матушки. Тогда они забирались в её широкую мягкую постель и укладывались под тёплым боком королевы. Она рассказывала им сказки, убаюкивала своим нежным мелодичным голосом и ласково гладила по голове. Сердце Лин полнилось любовью, которую матушка отдавала им с Нин, и горело от тоски, потому что те счастливые дни уже никогда не вернутся.       — Вас что-то тревожит? — поинтересовался доктор. — Чувствую в вашем теле сильное напряжение.       — Так, вспомнил всякую ерунду, — отмахнулся Лин и попытался расслабиться.       — Порой наши мысли могут причинить больше вреда, чем физические увечья. Болезни и раны можете оставить на меня, но ваши думы, как бы это ни было прискорбно, мне не подвластны. — Дан обернулся к генералу и легко улыбнулся. — Однако это не означает, что я не приду к вам на помощь, если в собственной голове вдруг станет совсем не выносимо. Уж выслушать и заварить успокаивающий чай смогу.       — Благодарю, доктор Дан. Я ценю это.       Вскоре показались высокие двери главного здания. Дан схватился за ручки и, прежде чем толкнуть створки, невзначай бросил через плечо:       — Берегите уши.       Генерал даже не успел ничего осознать, двери распахнулись, обрушивая на демонов невообразимой громкости скрипучий, как ржавые петли, вопль:       — ЗДРАВСТВУЙ, ПАСКУДА! ЖИВИ ДОЛГО! БЕЗМОЗГЛЫЙ! ДУРАК!       В ушах зазвенело. Лин сморщился, тряхнул головой, будто это могло как-то помочь, и, сморщив нос, обернулся в сторону большой птичьей клетки, установленной на длинной стойке-комоде, подпирающей стену. В ней, размахивая пёстрыми жёлто-зелёными крыльями, каждое длиной в три ладони минимум, неистово голосила тропическая птица, та самая, что ещё две недели назад служила чиновничьим подарком на юбилей Его Величеству.       Птица выпучила оранжевые глаза, внимательно всмотрелась ими на вошедших и, открыв большой чёрный клюв, вновь заорала:       — КОРОЛЬ ТАН НИН — КОРОЛЬ ДУБИН! ААААА!       Лин приоткрыл от удивления рот и обернул маску к доктору Дан.       — Понятия не имею, где эта глупая птица понабралась подобных слов.       Дан пожал плечами и поманил за собой.       Рабочий кабинет королевского доктора имел два этажа. Первый представлял из себя большой просторный зал с высокими деревянными колоннами. Большую его часть занимала библиотека, хранящая в себе книги из всех областей медицины, как написанные учёными королевства Тан, так и привезённые из-за границы. Здесь же располагались хранилище для особо востребованных лечебных трав «охраняемое» прислужниками, небольшая кухня для приготовления настоев, на которой сейчас неспешно творили «магию» несколько лекарей, и приёмный покой для высокопоставленных чинов, будь то главы министерств или же премьер-министр и члены их семей. Второй этаж, соединённый с первым крутой лестницей и имеющий отдельный выход на балкон, совмещал в себе личные покои королевского доктора, приёмный покой для короля Тан и членов королевского рода, а также пять просторных комнат с кроватями и всеми удобствами для тех, чьё состояние требовало постоянного наблюдения.       — Как она вообще у вас оказалась? — Генерал кивнул на оставленную позади клетку и поднялся за доктором по лестнице.       Когда он только увидел птицу на церемонии, первой мыслью Лин была «Только не снова». Из большой ли любви к брату, из-за отголосков детской травмы или вовсе из нежелания брать на себя ответственность и банальной лени, но каждую зверюшку, которой не посчастливилось стать питомцем короля, Нин благополучно впихивал, другим словом и не назовёшь, Лин. Конечно же, мнение Лин в этом случае не учитывалось. К счастью, генерал обладал большой смекалкой для того, чтобы животные смогли получить жизнь гораздо привлекательнее и достойнее, нежели мрачный угол в Сливовом павильоне. Из всех «жертв» осознанным выбором, если можно так сказать, были лишь четверо.       Радужные карпы Хикари и Карасу появились в пруду под сливой позже всех, всего около двух десятилетий назад, когда Лин был в затяжном военном походе в западных провинциях. Рыбы были настолько тихими и непримечательными, что Лин заметил их присутствие только спустя десять дней после возвращения в столицу, оттого был весьма удивлён, что те не подохли с голоду. В общем-то эта непримечательность и удивительная для карпов живучесть и стала спасением для короля.       Соколиха Найга была второй в списке компаньонов угрюмого генерала. Здесь на руку сыграла практичность. Птица была нужна и полезна не только в охоте, но и на поле боя. Не счесть, сколько раз она спасала воинов королевства Тан благодаря вовремя доставленному письму.       А начался весь зоопарк с пса по кличке Хэллгейм. Он вошёл в жизнь Лин, когда тот только появился во дворце как выходец из клана Чёрных Змей Цао Цилин. Их первую встречу нельзя было назвать радостной, Лин до сих пор вспоминал тот день с содроганием. Так или иначе пёс крепко вплёлся в нити его новой жизни, и генерал уже не мог разорвать это полотно.       Подводя итог, генерал ожидал, что громкая тропическая птица станет его головной болью на ближайшие несколько дней, пока он не найдёт ей подходящего хозяина. К счастью, эту работу сделали за него другие. О, генерал Цао был несказанно рад этой новости, несомненно, просто Лин весьма остро реагировал, когда какой-то отработанный и налаженный процесс вдруг начинал течь по неизвестному ему другому сценарию.       Доктор Дан открыл двери и пропустил генерала в приёмные покои.       — Она весьма милая, не находите? — улыбнулся он, и генерал не смог понять, шутит тот или говорит всерьёз. — У меня на приёме частенько бывают дети министров, а вы же знаете, как сильно дети боятся докторов. Я подумал, что это пташка поможет им немного отвлечься и расслабиться на приёме. — Дан закрыл дверь и указал генералу на табурет. — Вы уж извините, что забрал её у вас. Король собирался подарить её вам, но, когда услышал моё желание, любезно отдал птицу в лекарскую. Если она для вас так важна, я…       Не успел доктор договорить, как Лин крепко сжал его руки и склонился в глубоком поклоне.       — Мою благодарность не выразить словами. Я обязан вам жизнью, доктор Дан.       Дан округлил от удивления глаза и похлопал Цао по плечу.       — Нелегко вам приходится, да?       Лин разделся по пояс, снял с лица демоническую маску и занял место для осмотра. Новость о том, что выродок из клана Чёрных Змей будет лечиться у королевского доктора, всколыхнула очередную волну ненависти среди министров и чиновников. Приказ вступил в силу быстрее, чем Лин успел об этом подумать. Нин чётко понимал: Дан — их гарантия безопасности. Слепота доктора, его огромные познания в медицине и умения — лучшее сочетание для того, кто скрывался от всего мира и при этом постоянно находился на тонкой грани между жизнью и смертью. Король Тан Нин для многих казался инфальтивным, но лишь те, кто действительно мог смотреть вглубь, способен был разглядеть за рябью на поверхности острый и расчётливый ум.       Сполоснув руки в лоханке с мыльной водой, Дан проверил сердцебиение генерала по запястью, прослушал дыхание с помощью специальной трубки, прощупал сильными пальцами его брюшную полость и простучал по грудной клетке и спине. Когда мозолистые ладони доктора спустились от челюсти к горлу, Лин дёрнулся назад, но, взяв волю в кулак, вновь сел ровно.       — Вы делаете большие успехи. Помню, при первом осмотре вы вывихнули мне запястье.       — Я сожалею об этом, — стушевался Лин.       — Вы не единственный, с чьими травмами мне приходилось работать. — Дан невесомо коснулся изрезанной шрамами кожи генерала и, убедившись, что тот не станет более протестовать и заниматься членовредительством, аккуратно прощупал горло. — С какими-то, вроде вашей, можно иметь дело и понемногу их прорабатывать. А какие-то, как, например, кошмары Его Величества, остаются с нами навсегда. Можете одеваться.       — Его Величеству снятся кошмары? — удивился Лин, застёгивая рубашку.       — Он вам не рассказывал? Что ж, у всех нас есть тайны, которые мы готовы хранить до самой смерти. — Доктор Дан снова промыл ладони в воде и подошёл к письменному столу. — Вы абсолютно здоровы, генерал, чему я отчасти удивлён. — Дан черканул что-то на листе кистью и, ненадолго о чём-то задумавшись, посмотрел на Лин. — Его Величеству я докладывать не стану, но в следующий раз обратитесь лучше ко мне, а не таскайте тайком обезболивающее из лекарской внешнего дворца.       Да уж, поймали, как нашкодившего ребёнка. Генерал оказался весьма наивен, раз решил, что его небольшая «шалость» останется не замеченной королевским доктором.       — Кто вам сообщил?       Уж явно Дан не сам его видел.       — От вас пахнет мятой и мандрагорой. Все лекарства в лекарской подлежат учёту. За последние две недели не было ни одной записи в журнале главного здания об отпуске обезболивающего на сторону. Мандрагора — довольно сильный препарат, в столичной аптечной лавке так просто его не купить, нужен рецепт, а я очень сильно сомневаюсь, что он у Вас есть, малыш Цао. — Дан нахмурил брови, и Лин стало ещё больше не по себе. — Стало быть, взять лекарство вы могли только в здании лекарской внешнего дворца. Учитывая, что заправляет им глупец Сого, для вас это не составило бы большого труда. Ну что?       Лин вздохнул и поднял руки вверх, заявляя о своей капитуляции.       — Вы меня подловили. От постоянных тренировок сильно ноют мышцы.       — В этом случае гораздо эффективнее массаж и согревающие ванны. Добавьте в горячую воду горчичный порошок и ромашку и полежите в ней, пока та не остынет. Пару сеансов и забудете про ваш недуг. — Дан открыл дверь. — Я вас провожу.       Они спустились вниз на первый этаж. Тропическая птица увлечённо чистила разноцветные перья большим клювом и даже не повернула головы в их сторону. Доктор Дан прошерстил несколько ящичков с травами, собрал нужные в холщовые мешочки и передал их генералу.       — По правде говоря, мой помощник видел, как вы недавно выходили со свёртком из лекарской, и сообщил мне. — Доктор довольно улыбнулся, генерал покачал головой — правда оказалась куда менее интересной. — Совет от доброго доктора: не увлекайтесь обезболивающими, особенно такими, как порошок мандрагоры. У всего есть своя цена.       Лин прикусил здоровую щёку и нехотя согласился. Он и сам это понимал. Птица быстро замахала крыльями, взъерошивая перья. Дан поднял руку и убрал запутавшуюся в волосах генерала пушинку.       — Признайтесь честно: вы ведь не слепы, — заподозрил Лин.       Доктор весело рассмеялся.       — Милый мой Цао, мне не нужны глаза, чтобы видеть. Пусть я и слеп от рождения, однако ощущаю окружающий мир ничуть не хуже других. Небо, солнце, цветы в огороде, та птица в клетке, лекари за спиной и даже вы, стоящий передо мной, — я чувствую всё и даже больше. — Дан взял генерала под локоть и подвёл его к двери, за которой простирался вид на подъездную дорожку, окружённую садом. — Пусть я лишён яркости красок и никогда не увижу улыбок своих пациентов, я всё ещё могу ощущать теплоту их благодарности. Не полагайтесь только на свои глаза, генерал. Чувствуйте своей душой.       — Боюсь, доктор Дан, у меня души нет, — пожал плечами Лин.       — Скажете тоже! — Дан громко рассмеялся и ударил Лин по спине ладонью. — Душа есть у всего живого, и поверьте мне, ещё ни у кого я не встречал души добрее вашей.       Лин поблагодарил доктора и покинул главное здание дворцовой лекарской. Он не стал переубеждать Дан в обратном, не стал говорить ему, что душа, о которой тот упоминал, никогда не принадлежала ему и, более того, каждый день, на протяжении уже более двух сотен лет изводила его разум ненавистью.              Дан Цзысинь скрестил руки на груди и подпёр косяк плечом.       — Вы выросли, мой дорогой господин, но по-прежнему не жалеете себя.       Полуденное солнце отразилось в слепых глазах. Лёгкий порыв прохладного ветра подхватил прядь запутавшихся в маленьких рожках волос цвета розового персика и бросил на молодое лицо.       — БУДЬ ЗДОРОВ, ТУПОЙ ОЛУХ!       — Да замолчи ты уже, глупая птица! — проорал доктор Дан и, бубня тихие проклятья под нос, вернулся к работе.       — КОРОЛЬ БАЛБЕС! КОРОЛЬ ОБОЛТУС! ААААА!              

***

      Феличита с силой пнула камень, тот отлетел в ствол ближайшего дерева, отскочил в сторону и затерялся в зарослях. Где это было видано, чтобы женщина ждала мужчину?       — Сам позвал, а теперь опаздывает, — пробубнила Фели, ковыряя землю носком туфли.       Пару дней назад генерал Цао пригласил её составить ему компанию, когда он направится в город по делам. Услышав это, Феличита едва ли могла вздохнуть, настолько сильно сжались её лёгкие. Последняя её вылазка чуть не закончилась смертью, и ей очень не хотелось повторять подобный опыт. Молчание затянулось, и, видимо, генерал, понял столь сильное сомнение девушки. Он уверял, что больше беспокоиться не о чем, и всё будет хорошо, пока она будет подле него, но настаивать не стал. Феличита ему не поверила, но в конечном итоге после долгих раздумий согласилась. Как говорится, клин клином вышибают. А может быть, она просто тронулась умом.       За спиной раздались быстрые шаги, тихо скрипнула калитка.       — Прости за ожидание. Это заняло больше времени, чем я думал.       «Надо же, у Злюки хватило смелости извиниться!» — хмыкнула про себя Феличита.       — Удивительно, что военный оказался столь не пунктуален. В следующий раз, прежде чем звать кого-то…       Фели обернулась к генералу, да так и застыла с открытым ртом. Вот, вроде бы, она должна уже была привыкнуть к подобному, Нин ведь в виду своего положения всегда щеголял как пижон расфуфыренный, так отчего ж тогда вид его близнеца так сильно в голову кровью ударил. Единственный раз, когда генерал надевал что-то красивое и не похожее ни на военную форму, ни на наряд ассасина-убийцы, был на праздновании в честь юбилея Его Величества, и то, как позже оказалось, его заставил сам король. Потому сейчас, глядя на тёмно-зелёное ханьфу, подчёркивающее все нужные изгибы крепкой мужской фигуры, Феличита пребывала в некотором замешательстве и даже была, если можно так сказать, заворожена. Одежда не была вычурной: стандартная белая рубашка с воротником-стойкой и свободные тёмные штаны, верхний халат и чан с довольно простым кроем, расшитые чёрными нитями по белым лацканам и подолу. Каркасный широкий пояс, украшенный шиву с чёрным камнем в виде полумесяца и чёрной шёлковой кисточкой, плотно облегал тело чуть ниже талии. Вместо привычных высоких сапог из-под подола юбки теперь выглядывали приподнятые носы юньцзань. Прямые густые волосы уже не были стянуты в привычный высокий хвост, а свободно струились по спине и плечам, только боковые пряди аккуратно были собраны на затылке длинной лентой. Но сильнее всего взгляд цеплял не наряд, а лицо генерала. Ни страшной демонической маски, скрывавшей личность генерала, ни глубокого капюшона, нахлобученного до самой переносицы, только кусок расшитой вышивкой плотной длинной ткани в тон к основному костюму, повязанной вокруг рта и носа, точно как у какой-нибудь танцовщицы. Если бы на лбу демона не алела завитком печать да правую бровь не рассекал шрам, Феличита с большей вероятностью не отличила бы генерала от его брата. Фели молча подошла к нему, чуть склонила голову на бок и подняла ткань маски, заглядывая в лицо.       — Действительно вы, генерал Злюка.       — Ждала кого-то другого? — раздражённо проворчал тот.       — Вы чего так вырядились, не на свидание же собрались?       Феличита резко обернулась к генералу и обхватила себя руками, корча лицо.       — Даже знать не хочу, что ты себе там напридумывала, — бросил Цао и направился в сторону города.       А напридумывала себе Феличита за ту секунду очень много.              Фели прижалась к руке генерала и с опаской покосилась на демонов вокруг. Она внимательно вглядывалась в лица окружающих в поисках чего-нибудь подозрительного, а чего конкретно она сама пока не решила. Второй раз подобную ошибку она не совершит.       — Пока я рядом, никто тебя не тронет, но не обязательно ко мне так близко прижиматься.       Генерал повёл плечом и отошёл в сторону, но Феличита мигом ухватила его за рукав и притянула к себе обратно.       — В прошлый раз вы так же говорили.       Фели сжала челюсти и одарила проходящего мимо мужчину прищуренным тяжёлым взглядом.       — Не я, а Нин. Я вообще был против покидать дворец.       Девушка цыкнула, но оставила ответ генерала без внимания.       — Куда мы идём? Неужто пошоппиться захотелось? — Фели обернулась вокруг, провожая очередного бедолагу взглядом полным подозрения.       — Будь добра, выражайся менее человеческими словечками. — Лин поправил сползший с плеча дачхан и спрятал ладони в его широкие рукава. — В восточной части города работает один искусный мастер, нужно забрать у него кое-что. К слову, ты могла отказаться, если тебе настолько некомфортно находиться в городе.       — Как же? Вы были так настойчивы, генерал, — ответила Фели, не поднимая на него глаз. — Так слёзно упрашивали, что у меня просто не осталось выбора. Я давно поняла, что у вас тяжёлая форма социофобии.       — Соци… что? Что-то моя служанка больно смелая в речах стала. Может, мне стоит бросить тебя здесь одну в воспитательных целях.       — Да у вас духу не хватит, — фыркнула Феличита.       — Проверим?       Она выдержала пристальный взгляд генерала и во всё горло заорала:       — Спасите! Помогите! Насилуют, убивают, к тяжелому труду принуждают!       — Эй!       Десятки удивлённых и заинтересованных глаз уставилось на парочку. Даже те, кто спешил по делам, остановились, чтобы понаблюдать за развернувшейся сценой. Двое грузных широкоплечих городских стража подошли сзади и грозно нависли над генералом, сжимая в ладонях рукояти мечей.       — Юная леди, что случилось? Этот господин пристаёт к вам?       — Ничего у нас не случилось, уважаемые стражи. — Лин поспешно достал из рукава круглую деревянную печать с фиолетовой кисточкой и показал им.       Те с секунду смотрели на её витиеватый орнамент, а затем мигом поклонились.       — Приносим свои извинения, господин.       — Всё в порядке, давайте оставим без внимания это недоразумение.       Стражи задумались и бросили взгляд на Феличиту.       — Вы слышали его, — пожала плечами она.       Генерал примирительно похлопал ближайшего стража по плечу и быстро спровадил их восвояси. Он опустил плечи и сердито уставился на Феличиту.       — И сколько у вас личностей? — вздёрнула она бровь.       — Достаточно для того, чтобы чувствовать себя в безопасности. Только, боюсь, с господином «Чжоу» теперь придётся распрощаться.       — И кто из нас ещё параноик, — хмыкнула Фели.       — Госпожа Феличита!       — Ах, это же Ран!       Фели расплылась в радостной улыбке и вприпрыжку поспешила к хозяйке ресторанчика.       — Вот и куда подевалась вся твоя настороженность?       Генерал вздохнул и поплёлся за служанкой.       Каждый раз, когда Феличиту направляли в город по поручениям, она заходила к Ран, чтобы выпить чай или перекусить. За те три-четыре раз, что они встречались, женщины стали довольно близки. Ран была очень похожа на Сюли: такая же простая и лёгкая в общении, открытая, добрая, говорящая всё как на духу.       — Как поживаете, госпожа Феличита? Цветёте с каждым днём всё краше!       Фели зарумянилась и смущённо замялась на месте.       — Да полно вам, Ран, вы и сами выглядите восхитительно.       Женщины в унисон захихикали. Генерал закатил глаза — он никогда не понимал смысла в этих взаимных девичьих комплиментах. На его взгляд, все они делались лишь для того, чтобы потешить своё самолюбие, и не несли в себе ни капли искренности.       — Вы сегодня не одна? — Цепкий взгляд Ран остановился на генерале. — Не познакомите?       — Этот господин с хмурым взглядом мой спутник, — с невинной улыбкой выпалила Феличита.       Лин округлил глаза и едва не поперхнулся. Он готов был многое услышать из уст дурной служанки, но сейчас она превзошла саму себя. И всё же, генерал не стал ничего говорить в ответ, а вот отчего, он и сам толком так и не смог понять.       — Лин, — кивнул он хозяйке.       — Ох госпожа, я так рада за вас!       Ран вся засияла от восторга, только вот Феличита, судя по её лицу, совершенно не поняла столь восторженной реакции со стороны.       — Не зайдёте пообедать? У нас сегодня скидка для парочек, — лукаво подмигнула Ран.       — С радо!..       — Благодарю за приглашение, но в другой раз, — перебил генерал Феличиту. — У нас ещё дела.       Фели скорчила кислую мину. Шанс пообедать за счёт Злюки был безвозвратно утерян.       — Что ж, приходите, как появится время. Вкусная и горячая еда будет для вас в любой момент!       Они распрощались с жизнерадостной хозяйкой ресторана и продолжили свой путь. Феличита не переставала дуться, но по крайней мере больше не кидалась на бедных прохожих, подобно сторожевой собаке. Когда она пришли к назначенному месту, генерал оставил Феличиту на торговой улице, а сам направился к кузнечной мастерской. Дом мастера Су, в отличии от городской мастерской Хонг, не имел большой славы, служил по большей части для фермеров и редко брал на себя большие заказы. Мастеров кузнечного дела у Су было немного, но все они обучались у него лично и были весьма умелы.       Лин вынул из ножен изогнутый клинок и посмотрел на своё отражение на его гладкой поверхности.       — Видно, что за этими клинками хорошо ухаживали. — Су снял косынку с головы и отёр ей вспотевшее, покрытое сажей раскрасневшееся лицо. — С лезвиями проблем не возникло: заточили, отполировали. На одном рукоять слегка расшаталась, пришлось чуть повозиться. И, хоть вы, господин Чжоу, того не просили, но я всё же перетянул кожу на ножнах в местах, где она протёрлась. — Лин бросил на Су косой взгляд. — О, не переживайте, за это денег с вас не возьму. Считайте это моим подарком как постоянному клиенту.       — Ваша работа как всегда прекрасна, мастер Су. Благодарю. — Лин убрал клинки в ножны и заткнул за пояс, прикрыв дачханом. — Сколько я вам должен.       — Шестьсот руаней, господин.       — Эта работа стоит гораздо больше, чем вы за неё просите.       Су рассмеялся и покачал головой.       — Моя мастерская — лишь маленькая частная лавочка. Мы не занимаемся оружием королевской армии, как мастерская Хонга, не работаем с городской стражей и большими торговыми домами. Вы посмотрите, — Су обвёл рукой мастерскую. — Оборудование старое, мастеров почти нет. Я работаю не ради прибыли, господин Чжоу, а ради самой идеи. Мне нравится кузнечное дело, я живу этим, и мне этого вполне достаточно.       — А что насчёт других? — Лин кивнул на работников, трудящихся за спиной Су. — Вряд ли они столь же преданны делу.       Су прищурил карие глаза и улыбнулся.       — Вы же понимаете, почему я сам обучаю своих мастеров, а не беру кого-то со стороны?       Лин вздёрнул бровь и хмыкнул — Су был поистине великим мастером. Генерал расплатился и покинул кузнечную мастерскую.                     Феличита ходила между рядов торговых лавочек, без особого интереса глазея на воздушных змеев, бумажные ветряки, кендамы и прочие детские игрушки. Когда она была маленькой, тоже с соседскими детьми запускала в воздух воздушных змеев, и ей это занятие вполне нравилось, пока хулиган Хаоюй, живший на окраине деревни и слывший самым вредным задирой в их школе, не привязал к змею петарду, и тот не взорвался в воздухе, едва успев взлететь.       Фели прошла несколько лавочек с фруктами всех цветов радуги и остановилась возле прилавка с украшениями. Ей нравилось, как огранённые камни переливались на свету, отбрасывая разноцветные блики, но сама редко носила украшения. Её постоянными спутниками были только бабушкин костяной амулет и часы на хрупком запястье. У Феличиты даже не были проколоты уши. Не то чтобы она считала это чем-то излишним, просто была уверена, что красивее она со всеми этими побрякушками ни капли не становилась, потому и смысла тратить деньги на них, учитывая, что их и так почти не было, не видела.       — Не желает ли юная госпожа примерить что-то из этого? — поинтересовался у неё торговец, расцветая в улыбке.       — Ох, нет-нет, всё это явно не для меня.       Феличита не понаслышке знала все уловки торговцев: сначала просто смотришь, потом примеряешь из любопытства, а там раз и ты уже с помутневшим рассудком отдаёшь добрую треть своей зарплаты за украшения, которые в лучшем случае наденешь пару раз.       — Отчего же? У вас очень хорошие пропорции, утончённые черты лица, вам подойдёт практически любое украшение.       Фели наморщила нос и нервно улыбнулась. Вот и льстивые комплименты пошли в ход.       — У меня достаточно украшений, благодарю вас…       Феличита собиралась уже сбежать, но взгляд предательски зацепился за кулон, покачивающийся на лёгком ветру. Овальная огранка, простая крапановая закрепка в серебряной оправе и тонкая цепочка — в этом кулоне не было чего-то выдающего, если не считать его цвет. Именно цвет привлёк внимание Феличиты: насыщенный синий, будто свет шёл изнутри камня, совсем как у «сердца океана» и…       — Как его глаза, — тихо выдохнула Фели.       — А у вас хороший вкус, госпожа. Примерите? — Не успела Феличита возразить, а торговец уже застёгивал на её шее кулон. — Вы только посмотрите, как вам идёт! — гоготал торговец, тыча в Феличиту зеркалом. — Как прекрасно ланьронг оттеняет ваши глаза. А форма! Как форма подчёркивает тонкую шею.       Феличита коснулась кулона и уставилась на себя в зеркало. Украшение было красивым, да и этот цвет ей несомненно шёл. Нутро так и кричало ей «Купи! Оно тебе необходимо!», но Фели не могла проиграть мимолётному желанию.       — Мне он не нужен, благодарю!       Феличита сняла кулон, всучила демону и поспешила удалиться, но не тут-то было. Торговец закричал, схватил девушку за руку и грубо дёрнул на себя.       — Госпожа, вы не можете так просто уйти! — вдруг на всю улицу заверещал торговец. — Вы же испортили кулон. За испорченную вещь принято платить! Вот, поглядите-ка!       Не отпуская её руки, демон сунул ей под нос серебряный кулон, на синем драгоценном камне которого уже красовалась заметная царапина. Феличита была уверена, что, когда она примеряла его, никакой царапины на нём не было, и она не смогла бы оставить её.       — Я этого не делала! Как бы я смогла? Я же его только померила! Вы сами его поцарапали, а меня виновной сделали!       — Благородные высшие ещё и врут у всех на глазах? Испортили вещь, а теперь пытаетесь скинуть вину на меня? Госпожа, вы должны заплатить мне два серебряных за него, иначе я позову стражу! Вы же не хотите, чтобы вас бросили в темницу?       Пальцы торговца больно сжимали плечо. Возле лавки собралась толпа зевак. Демоны возбуждённо перешёптывались между собой и кидали на Феличиту презрительные взгляды. Сердце в груди забилось часто-часто, за шиворот скатилась капля холодного пота. Феличита понимала, что её не отпустят, пока она не заплатит и не извинится, но два серебряных — для простой служанки эта цена неподъёмная. Да и к тому же, почему она должна была извиняться за то, чего не совершала? И какая ещё темница? Она не виновата!       — Уважаемый, что же вы так расшумелись средь бела дня?       Толпа расступилась, пропуская вперёд генерала Цао.       — Злюка! — воскликнула Феличита и взмолилась: — Злюка, пожалуйста, помогите мне!              Фели дёрнула рукой, но хватка торговца была железной.       — Ах, дорогой господин, вы знакомы с этой юной леди? — расплылся в любезностях торговец. — Прошу вас, рассудите нас.       Генерал бросил быстрый взгляд на Феличиту.       — И чем же моя спутница вас так разгневала?       — Госпожа испортила мой товар и отказывается за него платить. Не по совести так поступать. Вот, поглядите. — Торговец ткнул пальцем в царапину на камне. — Кто ж у меня теперь его купит с таким-то дефектом. А это, между прочим, ланьронг, очень дорогой камень.       Демон покачал головой, одаривая Феличиту неприязненным взглядом.       — Ланьронг, говорите, — протянул генерал, забирая у торговца кулон.       — Да-да, чистейший. Вы только посмотрите, как ярко переливаются его грани на свету.       — Камень ланьронг и правда очень дрогой. Всё потому, что его довольно сложно добывать. Только жаль, что это подделка.       Лин подбросил кулон и сжал его в ладони. И тут же она вспыхнула жарким фиолетовым пламенем. Торговец испуганно вскрикнул и наконец отцепился от Феличиты. Толпа заохала и подалась назад, с любопытством ожидая развязки. Генерал разжал пальцы и высыпал на землю горстку чёрного пепла — всё, что осталось от кулона за два серебряных.       — Камень ланьронг добывается на склонах Великого вулкана. Он получает свой насыщенный синий цвет благодаря долгому обжигу лавой, потому-то его и прозвали «синей лавой», — важно заметил генерал. — Этот драгоценный камень считается одним из самых прочных в демоническом мире: кинь хоть под лапы элефанта, сбрось в жерло вулкана — с ним ничего не случится. Так что, уважаемый торговец, он бы никак не пострадал от моего пламени и уж тем более не смог поцарапаться в руках хрупкой девушки.       Собравшиеся вокруг бурно зашептались, с подозрением уставившись на заметно занервничавшего торговца. Феличита довольно хмыкнула. Так этому негодяю и надо.       — Торговля подделками, да ещё и втридорога карается законом. Стоит ли мне позвать сюда столичного инспектора?       — Я… я не обманщик… Мои украшения не поддельные! — запинаясь, взвизгнул торговец.       — Правда? Мне стоит это проверить?       Рука генерала вновь вспыхнула пурпурным пламенем, ещё более жарким и сильным. Феличита готова была поклясться, что в тот момент генерал злорадно усмехнулся. Торговец покрылся потом, злобно глянул на Феличиту с генералом и велел им убираться прочь. Лин приобнял Фели за плечо и увёл её от посылающего им в спины проклятия нечистого на руку торговца.              — Неприятности липнут к тебе как репейник, Чита.       — Всё потому, что вы оставили меня одну. Сами говорили держаться поблизости, и сами же меня бросили.       Генерал вздохнул и пожал плечами. Так-то оно так, но не мог же он повсюду таскать её за собой как собачку на привязи.       — Тебе следует научиться стоять за себя, иначе не только торговцы на улице обманут, но и чего похуже случится.       Феличита передёрнула плечами. Что уж хуже ножа у горла? На замечания генерала она не ответила, ей вообще не хотелось сейчас пререкаться с ним. Она была ему благодарна, за то, что он вступился за неё, но нравоучения, которые он с важным видом пытался до неё донести, выводили её из себя.       Настроение у Феличиты испортилось так же быстро, как и погода. За несколько минут небо заволокло серыми облаками, и каплей за каплей холодный дождь обрушился на землю ливнем. Они добежали до ближайшей лавочки и спрятались под её длинным навесом.       — Сезон дождей начался в этом году необычайно рано, — присвистнул генерал, смахивая с дачхана капли воды.       — Судя по всему, уляжется дождь нескоро. — Феличита выглянула из-под навеса и угрюмо всмотрелось в серые низкие тучи. — Что будем делать?       Генерал призадумался и осмотрелся по сторонам. Напуганные дождём горожане разбежались за считанные минуты, отчего на улицах стало совсем пусто. Мимо быстрым шагом прошёл мужчина, прячась под куполом небольшого чёрного зонта.       — Подожди меня здесь, я скоро вернусь.       Сказав это, генерал выскочил под дождь и бегом направился вниз по улице.       — Да вы серьёзно? — проскрежетала Феличита.       — Не разговаривай ни с кем и стой на месте! — донеслось до неё предостережение генерала.       Феличита вздохнула и опустила плечи — да больно надо было.       Похолодало. Феличита поёжилась и переступила с ноги на ногу. Прошло уже достаточно времени, а Злюка всё не возвращался. В какой-то момент она и вовсе начала думать, что он давно вернулся во дворец. Сидит в тёплой сухой комнате, попивает чай и злорадствует над ней бедняжкой, мокнущей тут под дождём в гордом одиночестве. С него станется.       — Да куда его черти дели?       Тень легла на лицо Феличиты, девушка взглянула на нависшей над ней красный бумажный зонт и обернулась.       — Я не ошибся, это действительно вы, госпожа. — Лёгкая улыбка засияла на губах юноши.       Феличита не сразу узнала в нём молодого демона из птичьего клана, который помог ей в ночь празднования юбилея Его Величества.       — Какая неожиданная встреча! Здравствуйте, эм…       Фели замялась, вспомнив, что так и не узнала его имени.       — Простите, я же не представился в тот раз. Моё имя Шан, госпожа…       — Феличита. И можно без «госпожи».       — Хорошо, Феличита. — Шан тепло улыбнулся, и в груди Феличиты странно кольнуло. — Как ваши раны, уже не болят?       — Да, всё зажило. — Феличита показала ладони и согнула колено, будто пытаясь доказать, что она теперь и правда в порядке. — Я же вас тогда так и не отблагодарила как следует.       — О, не стоит, — отмахнулся демон. — Знать, что вы в добром здравии, вполне достаточно. Вы здесь по делам? Ваш спутник не с вами?       Юноша заглянул за спину Феличиты, словно пытаясь выискать его взглядом среди немногочисленных прохожих.       — Он отлучился ненадолго, скоро должен вернуться.       — Тогда не буду надоедать вам своим присутствием. Рад был встречи, Феличита.       Шан вложил зонт ей в ладонь, накинул на голову капюшон, выскочил под проливной дождь и побежал вверх по улице.       — А зонт? — крикнула ему вдогонку Фели.       — Отдадите в следующий раз, — бросил ей, не останавливаясь, демон и затерялся среди спешащих прохожих.       Феличита снова осталась ему должна. Вот так от незнакомца она получила гораздо больше заботы, чем от того, кто пообещал защитить, несмотря ни на что. Феличита сжала зонт и дёрнулась, почувствовав укол в ладони. Она прищурилась, всматриваясь в бамбуковую ручку, и заметила на ней небольшую выпирающую будто заусенец на пальце щепочку.       — Так недолго и занозу поставить.       Фели поскоблила рукоять ногтем. Вернулся генерал, мокрый с головы до пят и с синим шёлковым зонтом в руках. Он угрюмо взглянул на красный зонт над головой Феличиты и отвёл взгляд.       — Я опять опоздал.       — Его дал мне господин Шан, — мигом бросилась в объяснения Феличита, вдруг почувствовав себя виноватой, хоть и не до конца понимала, в чём именно.       — Шан? — вздёрнул бровь генерал.       Его голос стал жёстче, будто он спрашивал не из любопытства, а пытался вывести преступника на чистую воду.       — Юноша, который помог мне на праздновании. Я вам о нём рассказывала.       — Шан, значит. — Генерал пытливо всмотрелся в лицо Феличиты и, развернувшись, направился в сторону дворца. — Пора возвращаться.       — Подождите меня!       Феличита сложила красный зонт и сунула в руку генерала, забрав у него второй.       — Синий мне нравится больше, — смущённо пояснила она.       Генерал скосил на неё удивлённый взгляд и хмыкнул. Феличита улыбнулась, отдала раскрытый зонт Злюке и прижалась к его плечу, спасаясь от холодных капель дождя.              Расположившись на крыше двухэтажного дома и натянув капюшон на глаза, Ворон согнул лапы в коленях и покрутил в руках шпильку для волос.       — Надо же, моя магия не подействовала на неё. Кто ты такая? — Демон обхватил лапы руками и прожёг спины генерала Цао и девушки тяжёлым взглядом. — Ты снова наступаешь на те же грабли, дорогой мой генерал.       Ворон усмехнулся, превратился в птицу и растворился в дождливом сером небе.