Любовь исцеляет.

Злой как черт Юнги залетает в приемную: – Блять, Чонгук, да сколько уже можно? Каждый раз одно и тоже. – Юнги, успокойся, ну ничего страшного не случилось …, – начинает защищаться младший, но ему не дают договорить. – Ничего страшного, это ты называешь ничего страшного? – злится Мин. – Мистер Чхве быстро мне кофе и желательно с коньяком или ...., – не договаривает альфа и стоит, мотает головой с одного стола на другой. – Не понял? – Что опять не так? – спрашивает не понимающий Чон, идущий за Мином и врезается в его спину, так как смотрел в телефон. – Блять, Юнги, какого черта? – Я что-то не понял или я ослеп, где мои секретари, босс приехал с командировки, а никого нет на месте? – Может вышли в другой отдел, чего ты бесишься? И время рабочее закончилось. – Оба и сразу. – Чего ты тут раскричался? – спрашивает вышедший из кабинета Намджун. – Где мои секретари? То двое, то ни одного, золотая середина будет когда-нибудь? – Они оба живы, здоровы, просто я их отпустил. – Что? Джун, какого хера, они обязаны были дождаться меня, хотя-бы один из них. Ты мне весь персонал разбалуешь. Ну и где их носит, что у них за срочные дела такие? – Мистер Чхве отпросился по состоянию здоровья, а Чимина, ой, мистера Пака, я сам отпустил, меня попросили. – И кто такой могущественный смог у тебя отпросить мистера Пака? – Джин, – смущаясь, чуть слышно сказал Намджун. – Какой? Кто такой??? И как ты его назвал? – Мой Джини, они дружат со школы. – Понятно. И ты конечно, не смог ему отказать? – Да. – ПОДКАБЛУЧНИК, – в один голос проговорили друзья. – Ни разу, видели бы вы, какой он мне здесь скандал закатил, он меня не слушал, только Пак его успокоил, защитил меня. – ЧЕГО?? В смысле он тебя защитил? – Я забыл про время и об обещании отпустить секретаря раньше и дал задание Паку разобраться с документацией и подготовить доклад, перед вашим приездом. – Правильно это его обязанности и он должен этим заниматься, – говорит Юнги. – Так-то оно так, только Джину я обещал освободить секретаря через три часа. И по истечению которого Пак в приёмной работает и тут врывается ко мне мой «малыш» и начинает «я тебе больше не буду верить, ты обманщик», такой скандал устроил, но тут забегает Пак и успокаивает его и говорит, что это он сам взял те документы и забыл о времени, а не я ему дал задание. – Хорошо давай тогда рассказывай и показывай вашу работу, пойдём в кабинет. – Подожди, доклад не подготовлен, – говорит Намджун. – Как? Ты только что сказал, что мистер Пак им занимался. – Не до конца, ему немного осталось, но я его отпустил с условием, что он завтра с утра все сделает по приходу на работу. А у меня не было времени на это все. – Ахуеть можно, я его уволю, Чон подавай завтра новую заявку. – И будешь полным дураком, если его уволишь, он очень преданный и хорошо выполняет обязанности, он за вас стеной будет стоять, если к нему хорошо относиться. – Ой, все достали, никаких дел, – злится Юнги. – Хочу выпить. – Куда поедем? – обрадовался Чонгук, слыша, что работать не будут, а поедут развлекаться, отлипая от телефона. – Давайте в какой-нибудь клуб. – Мне нужно домой заехать, переодеться, в костюме в клубе будет неудобно, – сказал Намджун. – А нам с дороги удобно и мы идём выпить, а не развлекаться. Не хочу ничего слушать, сейчас выезжаем. Водитель надеюсь на месте? – Он же должен был вас забрать из аэропорта, если ты его не отпускал, то на месте. – Ясно,. Да, что за день то такой сегодня? Чон вызывай такси. Приехав в клуб, альфы поднялись на балкон подальше от танцующих и шумной музыки. – Ты чего так орал в приёмной, когда приехал, проблемы с заказчиками или с контрактом? – спросил Намджун. – С этим все нормально, проблема с пассиями Чона, задолбал уже, – злится Юнги. – Что опять скандал? – смеётся Намджун. – Если бы скандал, три не хочешь, два в аэропорту и один перед зданием компании, я взбешен. К ним подошёл официант и принял заказ, все заказали виски, а Юнги добавил: – Мне нужно успокоиться, принесите персики. – И вишни, – добавил Чонгук. Когда принесли спиртное и фрукты альфы отдыхали, выпивали и разговаривали и вдруг внимание Чона привлекли крики и шум на танцполе, он любил, такие заведения и особенно шум на танцполе, это означало, что там кто-то горячий зажигает. Он подошёл к перилам балкона. – Охуеть. Вот это формы, у обоих! – говорит Чонгук вытаращившись на танцпол. – Они точно должны быть моими, гляньте вам это понравиться. Альфы нехотя поднялись и подошли к периллу балкона, чтобы посмотреть, кто в этот раз привлёк внимание похотливого Чона. Альфы видят две офигеные, выточенные фигуры омег и две макушки: одна рыжая, вторая блондинистая. Юнги смотрит и открывает рот, а про себя думает "я его хочу, он должен быть моим", в центре танцпола спиной к ним танцуют два омеги и так сексуально и так грациозно и главное в такт музыки. Намджун тоже залипает и тут у обоих вырывается: – Охуеть! Этого не может быть, это он? Омеги поворачиваются к ним лицом с обалденными улыбками. – Твою мать, не зря я на него глаз положил, такой пластичный, я его определено хочу и второй тоже такой красавчик, неплохо было-бы сразу с двумя, – радуется Чонгук, что-то себе, представляя и мечтая. – На второго рот не раскрывай и если увижу, что у тебя на него что-то шевелится между ног, кастрирую и язык с глазами вырву, если приблизишься к нему, – злится Намджун. – Это ещё чего, у тебя же есть твой Джини, которого ты нам так и не представил ни разу, а тут решил ему изменить? – Разрешите представить Ким Сокджин собственной персоной и его лучший друг Пак Чимин. – Не себе фига, вот это представление, классный у тебя омега. Ладно, мне и Пака хватит. – Классный, то классный, но дома ему хана, я ему устрою " мы умеем отдыхать". Неделю не сможет сесть. – А вот это номер к ним пристраивается какой-то альфа. Юнги смотрит и руки сами в кулаки сжимаются и зубы скрепят, видя как к Паку пристраивается какой-то альфа и ложит руки ему на талию. А сам продолжает залипать на фигуре омеги. – Я сейчас этому альфе руки повыдергиваю и в одно место затолкаю особо извращёнными способами, – заводится Намджун. – Ещё один, а они популярны, – офигевает Чонгук. – А нет, первый их вроде защищает. Это что альфа Пака, он так на нем повис. Юнги увидев эту картину, подошёл к столик и залпам выпил алкоголь и взял персик и укусил, их вкус и запах успокаивал его, он как наркоман любил их. "И чего это меня так задевает?" – думает Юнги. – Я сейчас этим альфам ..., – Намджун направляется к лестнице, чтобы спускаться и смотрит в сторону омег. – А нет, все нормально, этот альфа свой. – В смысле свой, ты его знаешь? – интересуется Чонгук. – Не совсем, это их учитель танцев Чон Хосок. – Теперь понятно, откуда такт и грация в танцах, – говорит Чонгук. – Он все таки альфа и ты не боишься своего омегу с ним оставлять? – подает голос Юнги из-за столика. – Нет, я его пробил, у него есть омега и дело, похоже, к свадьбе идёт. Поэтому не переживаю и доверяю своему омеге. – Само тот, который доверяет, который только, что руки альфе собирался оторвать и в задницу запихать. – Я доверяю омеге своему, но не доверяю альфам, с похотливыми взглядами. – Хватит уже пялиться, они, похоже, ушли с этим Хосоком за его столик. Пошли, выпьем! – говорит Юнги, подойдя к Чону. – Откуда ты знаешь этого Хосока? – интересуется Чон. – Как-то встретились случайно в торгом центре, я его тогда тоже чуть не придушил, когда они начали обниматься с Джини. – Давайте уже по домам расходиться, я уставший после перелёта, – говорит Мин. Альфы рассчитываются и уходят из клуба, но Чон остаётся, решил продолжить.