Восхождение Судьи Теней

Первое убийство определяет человека

Отто фон Кригер

Музыкальное сопровождение: Hans Zimmer — Interstellar: Main Theme [EPIC Piano Solo]

Неизвестное пространство.

Блуждая между огромным количеством невероятно высоких стеллажей с книгами, Броня пыталась найти парочку книг с интересующими её знаниями, ведь что-то в глубине души подсказывало ей, что она должна продолжать искать. Но сколько бы она ни пыталась, всё было тщетно. И вот, когда она уже полностью отчаялась, вдали показался небольшой балкончик. Казалось бы, до него как минимум минут десять ходьбы, но стоило ей только сделать шаг, как она сразу оказалась у перил. — Странно. Мои сканеры улавливают излучение неизвестного происхождения… — сказала девушка, смотря в небольшой голографический экран. В это же время тишина была нарушена стучанием, очень похожим на скрежет мелом по доске. Опустив свой взгляд, она увидела огромное количество досок для письма, и все они были усеяны чрезвычайно сложными вычислениями, большинство из которых были непонятны ей. Хотя что-то подсказывало, что она уже где-то это видела… Стук повторился, и Броня тотчас же перевела свой взгляд, заметив высокого и хорошо сложенного мужчину с платиновыми волосами, который весьма усердно писал по доске, время от времени что-то исправляя. Понаблюдав за ним ещё минут пять, девочка увидела, как мужчина вытер руки и, махнув правой, заставил все доски испариться, а посреди комнаты возник небольшой чайный столик с двумя стульями. На столике же был чайный сервиз, рассчитанный как раз на двоих, и небольшое блюдце с овсяным печеньем. Усевшись поудобнее и телекинезом разлив чай, мужчина поднял свой взгляд и мотнул головой от неё в сторону второго кресла. — Садись, девочка, поговорим и… — подняв чашку чая, он взглянул в серые глаза девочки, которая пыталась понять, как она оказалась перед ним на кресле, — я дам тебе так необходимые знания, а может даже и отвечу на какие-то вопросы. Броня остановилась и взглянула в глаза неизвестному: тот был крайне спокоен и, практически не обращая на неё внимание, продолжал уплетать печенье. Видимо, оно ему очень уж понравилось. — Кто вы? — спросила девочка, делая первый глоток чая, который, стоит отметить, ей очень даже понравился. Мужчина поставил кружку на стол, и через миг всё вокруг сменилось черной пустотой. — Правильный вопрос, Броня… Да-да, я знаю твоё имя, имя твоей подруги Сееле, матушки Коколии, твоего друга Куро… Кстати, довольно занятная личность… но сейчас не об этом. Он отвел свой взгляд вправо, и словно по команде там материализовался огромный флот из десятков гигантов, что висели недалеко от покрытой зеленью планеты. Один из кораблей был ближе всего, настолько близко, что можно было рассмотреть всех, кто был на мостике. И один из них был ей знаком.

На корабле

Гроссадмирал, раскалыватель готов, — воскликнул совсем ещё молодой парень где-то из глубин мостика, обращаясь к знатно одетому мужчине, что стоял над всеми, вглядываясь в планету, словно что-то искал, но уже через миг взглянул на весьма низкорослого и тощего гуманоида в белом скафандре с огромными овальными визорами для глаз. — Адмирал, как вы думаете, какой это уже мир по счету? — Ровно сорок второй, по вашему личному приказу, если вы конечно же... — адмирал на секунду замялся, но, опомнившись, продолжил: — отдадите приказ, сер! Тяжело вздохнув и кинув короткий взгляд на комуникатор, гроссадмирал взревел: — Огонь! Тьму космоса разрезал толстый огненный луч, что отделился от одного из кораблей и впился в поверхность планеты, пробивая себе путь через слой планетарной коры и мантии. Жар от луча был настолько высок, что даже с мостика было отчетливо видно, как единой волной атмосфера на планете вспыхивает и превращается в огненную плазму, сжигая всю растительность. И, словно по щелчку, планета треснула и начала медленно разлетаться осколками. Девочка продолжала наблюдать за этим словно завороженная и в тоже время не понимала, какое это отношение имеет к его имени. Но не успела она задать свой вопрос, как картина сменилась снежными пустошами и сотнями сражающихся пони, одетых в разные лохмотья и подобия доспехов против одного единственного, который, словно в танце, размахивал чёрной как ночь косой и расчленял каждого, кто осмелился напасть на него. Картина сменилась снова, но уже на глубокую пещеру, где под светом тлеющих угольков сидел чёрный с серой гривой единорог. Тощий, с запавшими глазницами, буквально всем своим видом показывавший, какой он немощный и жалкий. Девочка уже ждала новой смены пейзажа, но тут в пещеру вошла маленькая кобылка, которая, устроившись возле жеребца, приобняла его и начала слушать какую-то историю. Пейзаж сменился огромным городом среди снежной пустыни. Современным, футуристичным, с большим количеством зелени, что, казалось бы, невозможно, ведь буквально за чертой города лютовала буря, которая разбивалась о невидимый купол. По просторным улицам сновали пони, грифоны и другие представители разных рас, и если присмотреться к их лицам, то можно было практически сразу понять — они счастливы. И словно по мановению руки, вся картина резко развернулась и показала того самого пони на балконе большой крепости в центре города, который с благоговением и неприкрытой заботой смотрел на город… — У меня много имён, Броня… Даже слишком много… Для кого-то я убийца миллиардов, сотен миллиардов, для кого-то я практически бог-спаситель. Одни меня боятся до дрожи в коленках, другие безмерно уважают. Но… пожалуй, за все тысячи лет своей жизни я запомнился под одним именем и одной должностью. Темнота медленно растворилась, являя уже привычную Броне библиотеку, но было что-то… Было странное чувство давления и страха, но в тоже время ты непонятным образом понимал, что тебе ничего не угрожает. Сила буквально пронизывала каждый сантиметр помещения и исходила она от… — Я Дормин дер Дункенхайлт, — жесткий и громкий баритон, наполненный силой, разнёсся по всему помещению, буквально заставляя дрожать всё вокруг, — магистр девятого ранга, существо законов и Хранитель этого архива. Давление исчезло, а взгляд Дормина сменился на необъятную теплоту и заботу: — Но для тебя, дитя, что жаждет спасти свою подругу, я просто существо, что готово тебе помочь… Она не знала почему, но ей хотелось верить, верить в его слова…