Восхождение Судьи Теней

Я хочу заглянуть в самые сокровенные секреты и познать самые запутанные тайны. Ибо мой прожорливый ум никогда не будет удовлетворен.

Дормин дер Дункенхайлт.

«Знаете, стоит быть максимально честным, но подобного я не ожидал. Нет, серьезно, чего-чего, а вот того, что этот неизвестный окажется моим «отцом», я явно не ожидал — и ведь не пойми почему мне хочется верить в эти слова! Что-то глубоко внутри меня подсказывает, что это правда, вот только моя рациональная часть сразу же начала причитать о невозможности подобного. Отцом этого тела был некий Ханагами Сагаки… Человек совершенно не похожий внешне. Что же до его отца из прошлой жизни, то… столь жизнерадостный и помешанный на программировании человек, если бы и стал разыгрывать подобную пафосную сцену, то уже бы через миг раскололся и начал смеяться и кататься по полу, причитая о «удивлении» и «невероятно смешном лице моего мальчика»…» «Ты не один из них, так кто же ты на самом деле?» Словно ища ответа, мальчик в сторону «отца», который все это время молча сидел, всматриваясь в камин. Мужчина развернулся и их глаза встретились. Холод, пустота и… безразличие? Или может это было чувство ностальгии… или что-то другое… Куро не понимал сидящего возле него человека. Да, тот назвался отцом. Да, между ними была какая-то необъяснимая связь, что заставляла его верить в так называемое «признание». Но… почему мужчина перед ним не выражает ни единой эмоции. Разве в таком случае, при встрече отца и сына, тот не должен был чувствовать хоть толику радости… Даже не так, разве он не может чувствовать хотя бы что-то? Куро просто не понимал его, а то самое неизвестное чувство доверия, все лишь усугубляло. Ибо какой смысл от веры, если нету понимания. — Ты запутан? Ошарашен? Не понимаешь? Веришь, но не знаешь почему? Не найдя чем дополнить, Куро молча кивнул и принялся ждать объяснений, к тому же у него просто не было выбора. — Мне знакомы твои чувства, ведь однажды я сам прошел через подобную ситуацию, правда там все было немного иначе… — немного замявшись, Дормин уставился в даль, словно что-то забыв, мальчик уже было хотел окликнут его, как Дормин продолжил: — Хотя, не удивительно, что в подобных ситуациях мы подобны друг другу, ведь я твой духовный отец и именно из-за это ты чувствуешь доверие ко мне. «Духовный? Связь? Так значит он каким-то образом создал из частички своей души мою? Или здесь все отлично от биологического зачатия? Слишком много вопросов… Но что-то мне подсказывает, возможно это та самая связь, что сейчас он мне все объяснит» — Готов выслушать мой рассказ? — я снова ответил кивком и уже было навострил уши, готовясь ловить каждое слово, как со стороны отца раздался щелчок пальцев. Словно из ниоткуда, на столике между нами появился небольшой чайный сервиз матового чёрного цвета без лишних узоров или рисунков. «Похоже, он любит простоту». — Рассказ будет очень длинным и насыщенным, так что… Что ты предпочитаешь? Чай, кофе… или что там ещё пьют в вашем мире? — Не откажусь от черничного чая с лимонной долькой. [Найт: Альбус Персиваль Вульфрик Дамблдор одобряет! +500 очков репутации] Прошло пол минуты и Куро невзначай посмотрел на отца. Его глаза тут же наткнулись на сосредоточенный и серьезный взгляд Дормина. Складывалось такое чувство, будто где-то там, в глубинах своего сознания, «отец» препарировал его как какого-то диковинного зверька. И это всего лишь, из-за какого-то черничного чая! Выдержав еще пару секунд, мальчик попытался было отвести взгляд, но то самое шестое чувство орало благим матом, дабы убедить его не делать этого. Будто бы само естество считало его опасным, несмотря на то, что он назвался его отцом. Дормин наклонил голову немного в сторону, словно пытаясь разглядеть Куро под совершенно другим углом. Мальчик лишь сильнее вжался в кресло. — А какое печенье ты предпочитаешь? — заинтересованно, словно пытаясь в чем-то убедиться, спросил он. — Овсяное… — взгляд отца немного расслабился, позволив Куро выдохнуть и продолжить: — но было бы хорошо, если бы в нём было немного шоколада. Последние слова словно стали спусковым крючком, и на мальчика тут же обрушился град вопросов о его предпочтениях и наклонностях… Вопросы были совершенно безобидными, хоть иногда и проскакивали странные или даже смущающие вопросы, по типу: «Тебе нравятся девушки в кружевных чулках?» Очень странно было слышать подобный вопрос, от человека, что назвался твоим отцом, практически не проявляет никаких эмоций и при этом смотрит на тебя взглядом отпетого вивисектора. — Емм, ну допустим, что да… — неуверенно промямлил Куро, отворачивая лицо в сторону, дабы скрыть смущение и заодно не встречаться с этим поистине страшным взглядом. — Вот как, — неопределенно подытожил Дормин, — Очень многое совпало, хотя после первого эксперимента я уже отчаялся… Несмотря на недавний мозговой штурм, мальчик успел вычленить один занятный факт, о котором сразу же спросил, резко развернувшись в сторону отца: — Какой эксперимент? — мужчина, словно и не заметив резкости в вопросе, просто всматривался в глаза мальчика бесчувственным взглядом. Прошло несколько секунд, и Дормин, отвернувшись, выхватил из ниоткуда когда-то пропавшую трубку и, сделав небольшую затяжку, выпустил огромное количество дыма, что, осев на пол и завертевшись в водовороте, начал формировать высокую змееподобную фигуру. Куро сосредоточил свой взгляд на существе, пытался его разглядеть его снизу- вверх. Чем-то оно напоминало так называемых призраков, только вот у него, в отличие от первых, не было и рук. Подняв свои глаза вверх, он взглядом столкнулся с двумя пылающими, словно пламя, глазами. Голод и чистый гастрономический интерес — ничего больше. От подобного взгляда хотелось, подобно мышке, спрятаться в какую-нибудь очень глубокую и скрытую от глаз хищника норку, лишь бы не дать ему полакомится тобой. Мальчик понимал, что это всё сон, а существо перед ним просто дымчатая иллюзия, но это не уменьшало его животный страх перед странным существом. Что же до Дормина, то тот просто смотрел на существо с толикой то ли сожаления, то ли жалости, но, пожалуй, самой явной эмоцией, что впервые необычайно ярко вспыхнула в его глазах, был гнев. Давящий и тягучий. К счастью, это было не замечено мальчиком, что, вжавшись в кресло, начал уже вертеть головой в стороны, словно бы ища спасения. Существо, вскинувшись подобно змее, что нашла свою жертву, резко кинулось в сторону Куро, который, машинально закрыв лицо руками, приготовился к чему-то страшному. Но уже в паре сантиметров от его лица монстр разлетелся клубами дыма, что тут же растворились в воздухе, словно их и не было. Осталось только леденящее душу чувство, что явно давало понять: будь существо настоящим, он был бы уже мертв. Немного успокоившись, мальчик дрожащими руками потянулся к чайнику и попытался не пролить весь чай мимо чашки. Пригубив немного теплого и успокаивающего душу напитка, который, к слову, ему таки удалось не разлить, Куро успокоился и невзначай начал посматривать в сторону отца, словно ища ответы. Тот, отбросив голову назад, всматривался в несуществующий потолок, но буквально через миг, будто все решив, отпил какого-то чая или другого напитка из непонятно откуда взявшейся в его руке кружки, что же мундштука, то тот, как и в прошлый раз, незаметно исчез. — Это был Пожиратель, воистину страшное существо, с которым у меня связано очень много плохих воспоминаний. Что до эксперимента, то он вплотную связан с Пожирателями и эмоциональной стойкостью, на которую я тебя и проверил перед нашей встречей. Вспомнив странное и неприятное ощущение после пробуждений, Куро пришел к выводу, что оно было именно из-за этого эксперимента, а судя из его совсем недавних слов о разочаровании, вывод был один — он не прошел проверку, и что-то ему подсказывало, что это был не просто неудовлетворительный результат, а самый настоящий провал. — Но не будем об этом, — Куро уже хотел было возразить, ибо кто-кто, а отцы не должны издеваться над своими детьми — что уж говорить об экспериментах, но одно только воспоминание о том препарирующем взгляде сразу умерило весь пыл в душе мальчика. — Мы слишком отошли от темы отцовства и длиннющего рассказа, так что предлагаю вернутся к так и не начавшемуся рассказу, согласен? Отвесив небольшой кивок, Куро сделал очередной глоток чая, закусив овсяным печеньем, отбросил ненужные мысли и приготовился слушать. Ведь даже несмотря на не очень приятное впечатление о так называемом «отце», что-то ему снова подсказывало: рассказ будет очень познавательным, насыщенным и интересным.