Ромашки.

На улице стояла прекрасная погода, птички пели, дети бегали и резвились в этот жаркий летний день, а Феликс отсасывал Киму..ой, немного завернули не туда, давайте с самого начала. *** Ким Сынмин был самым популярным парнем в старшей школе. За ним бегали толпы девчонок, а иногда и парней(читать как: все парни школы). Он был идеален, ни одного изъяна. Ну, разве что маленький минус, которые некоторое считают за его изюминку. Он не умел любить. Да, звучит не странно для такой персоны. Его зовут Ледяным принцем. Всех он отвергает, а сам потихоньку и в одиночестве сохнет по Ли Минхо.. его идеала, божества, превосходства и тд. И вот сейчас идя по школьным коридорам, он втихую течёт по Минхо и его ахуенному члену... а это Феликс, который стоит возле окна и сохнет по Киму. Драма, не правда ли? Больше похоже на сюжет какой-то залязганной дорамы. Сюр данной ситуации лишь в том, что этот самый Ли Минхо, которого боготворит Сынмин, старший брат Феликса. Точно, дешёвая залызганная дорама с участием красавчика гг. Ли Феликс никогда не сомневаося в том, что ему нравятся девочки, до определённого как вы чамм понимаете момента. У всех бывает период в жизни когда что-то резко меняется. Вот и у Ёнбока так же, он даде не знал, что его "дружок" может среагировать не на попу девочки из класса, а на пресс красавчика школы. Ему даже казалось, чо он болен. Собственно поэтому, чтобы "вылечиться" он встречался со всеми левушками из старшей школы. Вылечиться не удалось, но удалось ещё хуже "заболеть". Минхо был красавчиком, идеал сошедший с обложки нового модного журнала. Его фан-клуб был большим. В своей ориентации он никогда не сомневался, ему нравились все. О его любовных интрижках знали все, а ещё все знали, что ему нравится Мин. А Ли знал, что и Феликсу нравится Мин, поэтому и не решался разбить сердце дорогому братику. Ну, а ещё был Хёнджин. Просто Хёнджин который тихонько пускает слюни на Феликса, пишет его портреты и дрочит на фото. Ему было легко подойти и сказать: "Ты мне нравишься, я на тебя дрочу, давай встречаться". Тут было всего одно "НО", и это "НО" то, что он знает, о невзаимной любви Ёнбока. Хвану его чертовски жалко, ведь прекрасно понимает эти чувства. *** Выпускной всегда был волнительным мероприятием, особенно когда после двух бокалов шампанского твой ультра-мега-божественный-о-боже-я-щас-кончу-Сынмин, зовёт тебя в пустующий хол в другом конце школы. А потом вы целуетесь и начинатете встречаться. Ахуели? Я собственно тоже, а теперь по порядку. Посое торжественной речи директора и всех учитилей, ребята из актового зала стали выползать на улицу или в столовую, где были накрыты столы с угощениями. Феликс и подумать не мог, что день когда он закончит школу наступит так быстро. Он много об этом думал, но всё равно не ожидал быстрого наступления даты выпускного. С самого утра его не покидало чувство радости и предверия чего-то замечательного. Всю линейку он отважно делал вид, что ему грустно прощаться с учителями, особенно с географом. После нудной и долгой речи их отпустили. Ёнбок был нацелен на столик с шампанским, ибо расстояние между ним и Кимом было два сантиметра. Это чертовски близко и его воспалённый переходным возрастом мозг, думал не тем, чем положенно. - Вот и закончились школьные будни, - Минхо вместе с Кимом подошли не ожиданно, так что бедный Феликс почти умер. - Да, теперь взрослая и самостоятельная жизнь, - Ким был на веселе и всё время улыбался. - Надеюсь, малыш Ёнбок-и не расстроился, что больше не увидит хёна? - Хм, думаю будет печально, но не критично, - сказать это было не так уж и легко, потому что мозг кричал, чт будет пиздец как сильно скучать. Точно так же как Чанбин по репу, когда сорвал голос. Три бокала шампанского улетели незаметно. Всё было превосходно, но под конец выпускного Ким был грустным, даже очень, а Минхо ходил злым и раздражённым. Феликс, увидев столь бурные смены атмосферы, решил ретироваться за четвёртым бокалом алкоголя, но его умело и быстро перехватилт уводя в хол на другом конце школы. Остановившьс лишь возле стены, Сынмин придал к ней бледного, как облако парня. - Ты чего? - нет, ему было чертовски ахуенно стоять вот так, но это было слишком неожиданно и резко. Мозг отказывался полноценно думать и что-то делать. Сынмин, решив что слова тут не к месту, просто поцеловал ничего не понимающего мальчишку. Ли опешив стоял не двигаясь секунд десят, а после распалённый алкоголем мозг стал кое как работать. Не спеша ответив на поцелуй, он закинул свои руки Киму за шею. Язык старшего пробрался в рот и начал иследовать ранее не изученную местность. Руки сошли со стены на талию прижимая собственнической хваткой к себе. Из них двоих более менее соображал только Ким. Отстранившись от пухлых и сладких губ, он посмотрел в глаза блондина. - Феликс, - он говорил это шёпотом, боясь, что вся атмосфера распадётся на маленькие кусочки. - Что? - это было слишком спонтанно, его это не пугало, но кокон ещё не раскрывшихся бабочек стал нарастать. - Ты мне нравишься, - в этих словах было так много любви, что можно было утонуть. - Ты мне тоже, - он боялся, что это всё шутка, глупый розыгрыш. Вот, его сейчас оттолкнут и посмеются, но ничего из этого не произошло. Лишь то же тепло во взглядпэе и лёгкая улыбка на устах Кима. - Тогда, ты бужешь со мной встречаться? Этот вопрос не требовал долгих раздумий. Феликс любил Кима всей своей детской душой, до дрожи в руках и коленях. До слёз от понимания того, как сильно он погряз в этом прекрасном человеке. Сынмину наверно тоже было хорошо. - Да, - поцелуй вышел робким и совсем детским. Обоим этого было мало, поэтому он перерос в более горячий и пламенный. Поцелуй перерос в минет. Кабинка школьного туалета никогда не была чем-то сверх удобным. Особенно для отсоса, но из ничего не остановило. Обоизывая головку он брал до конца, отсутствие рвотного рефлекса это жирный плюс. Проходясь языком по всей длине, всасывал щёки образуя некий вакуум. Олной рукой он держал бёдра Кима, а другой перекатывал яички. Беря во всю не маленькую длину он делал глотающие действия, заставляя хватку в волосах становится сильнее, а движения глубже и быстрее. Из-за перевозбуждения они кончили быстро, один в рот, а другой в руку. В тот вечер было много похоти, стонов, признаний в "любви" и смятые простыни. Хёнджин в эту ночь не смог справится со своей болью, а Минхо не смог уберечь брата.