Don't kiss the vampire

- Ганс, ты спишь? Томас тихонечко присел рядом с неразобраным диваном, на котором мирно лежал его сосед. Ему было страшно оставаться в своей комнате, особенно после того, что с ним произошло на его же кровати. Ганс спал достаточно чутко, и когда его окликнул Том, сразу перестал храпеть. Продрав глаза, он резко вынул из под подушки кухонный нож и выставил его перед носом своего друга. - Ты кто? - Но увидев, как и так до чёртиков перепуганный Андерс испугался еще больше, рокер понял свою ошибку. - Ах, это ты... Что на этот раз? Кошмары снились? - Я не знаю, снилось мне это или это было взаправду. - Том аккуратно перехватил лезвие из руки Ганса и отложил его на кофейный стол, стоящий рядом. - Меня как будто кто то вдавил в кровать, а я не мог никак пошевелиться. Еще с меня сняли рубашку, да не просто сняли, а чуть не порвали на тряпочки. Мне просто страшно спать у себя. - Томчик, ты меня разбудил, чтобы я тебя пригрел у себя под боком? Томас замолчал. Стыд разлился по телу, выдавая себя красным румянцем по всему лицу. Ему же не пять лет, а Ганс ему вовсе не мама. Но иногда так хочется обратно вернуться в детство, когда после кошмара приходишь в родительскую комнату, просишь маму спать вместе с ними, чтобы храбрый папа охранял вас обоих от ночных чудовищ. Однако Томасу уже давно семнадцать, он сбежал от родителей. Никто, кроме Ганса, не пригреет его у себя на кровати после очередного страшного сна. Недолго помолчав, сосед Андерса втиснулся в стенку дивана, положил подушку на середину площади и откинул одеяло. - Утром все расскажешь. А сейчас запрыгивай. - Ганс, прости. - Томас свернулся калачиком на свободной стороне дивана, поворачиваясь спиной к другу. - Спи давай, все дела утром. Именно за это Томас и любил Ганса. Этот бугай на самом деле был очень заботливым и добрым человеком, пусть и выглядел он угрожающе. Именно в этот момент, в сию же секунду, он понял, что Ганс - единственный, кто действительно его защищает на протяжении всего времени пребывания в этом таком неизвестном городе. Даже сейчас, он не стал расспрашивать подробностей, ему хватило всего лишь взглянуть на напуганного Андерса. Ганс и правда вел себя как любящая свое чадо мама. Он ухаживал, кормил, одевал Тома. Интересовался его делами, подбадривал, когда это было необходимо. Мужчина давал своему, так сказать ребёнку, все то, что Томасу не дали в детстве. Ему доставались лишь упреки и сравнения со старшим братом. Погляди, Бернд, твой братик добился многого, он даже помогает нам материально. А что ты нам даешь? Плохую успеваемость в училище, тратишь все карманные деньги на дорогущие пластинки. Том всегда чувствовал себя неуверенно, он всегда недостаточно старался. Единственное, чем он мог похвалиться - коллекция пластинок и голос. И то, с последним аспектом ему нужно было еще работать и работать. Работа. Точно. Он же обещал Гансу, что найдет работу на этой неделе. Ну вот опять, пообещал и вряд ли выполнит, такое было уже не раз. Нет, он слишком устал, чтобы сейчас думать о поиске работы. Еще и этот сон, Андерс теперь будет гадать, действительно ли ему это все приснилось или нет... Неожиданно Томаса снова заключили в объятия, но теперь они чувствовались роднее и теплее, нежели чем те, которые он ощущал у себя в спальне. Ганс имел довольно умилительную привычку обнимать что то или кого то во сне. Этот жест не мог не успокоить нервного парня, лежащего рядом с рокером. Злые мысли пропали, осталась только благодарность и спокойствие. Когда Томас открыл глаза, за окном было светло. За спиной храпел его сосед, все так же обнимающий его. Всю ночь Ганс охранял его от чудовищ, как отец когда то. А ведь Ганс считал Томаса своим Ангелом-Хранителем. Но именно рокер исполнял эту роль в отношении к Андерсу. Парень сполз с дивана, укрыв своей частью одеяла мужчину, мышонком пробрался на кухню. Том не умел готовить от слова совсем. Ему всегда готовила либо мама, либо Ганс, пришедший со смены. Его максимум - пересоленная яичница и крепкий чай. И то, при условии того, что чайник не превратится в уголь, если он о нем забудет. Отблагодарить Ганса за его заботу этой ночью очень хотелось, но страх спалить кухню был сильнее. Достав пару кусочков хлеба, Томас открыл холодильник. Пусто. Лишь на дальней полке лежала богом забытая колбаса, которую он решил пустить в дело. Как же Андерсу не нравилось заниматься готовкой даже таких простых блюд. - Так что произошло? Ночью ты выглядел офигеть каким напуганным. Ганс сидел напротив юноши, уплетая бутерброды, приготовленные Томом. На удивление они были даже съедобными. - Мне причудилось, что окно открылось и кто то начал гладить меня по талии. Сначала я подумал, что это ты зашел пожелать добрых снов, - Томчик подпер подбородок рукой, второй рукой держа ложку и мешая чай своего соседа. - Но когда я почувствовал странный запах, я понял, что это точно не ты. Я знаю только одного человека, который может так сильно пахнуть табаком... - Ты сейчас на мсье Болена намекаешь? Нет, я все понимаю, но разве ты сам не думаешь, что это максимально странно и неправдоподобно? А ведь и правда, если считать Дитера Болена простым человеком. Но он таковым и не является, он точно не человек. Он был чем то средним, еще и эти клыки, его взгляд... Ну нет, он стопроцентная нечисть! - Ганс, рокерская твоя шкура, ты не видел, какие у него клыки, ты даже его взгляд на себе не чувствовал. А он у него дикий, будто он страшный зверь. Еще так сверлит им... Бррр, - Андерс поёжился и замотал кудрявой головой. - Он точно не человек. Даже если и нет, то очень и очень странный человек. - Тебя так сильно впечатлила последняя газетная сводка о нем? О нет, эта газетная вырезка сразу мелькнула перед глазами. Там было описано, как сотрудники бара нашли два женских трупа с зияющими дырками на шее в гримерке, в которой находился Болен на время своего тогдашнего концерта. Еще и фотографии приложили, пусть и с некоторой цензурой... Страшное зрелище. - Это тоже могло сыграть свою роль, Томчик. Тем более, вспомни вашу первую личную встречу. Естественно, что ты так сильно впечатлился этим событием, что даже выкинуть из головы своего Болена не можешь. - Томас недоумевающе взглянул на Ганса, доставая ложку из кружки и уже готовясь дать ему по лбу этой же ложкой. - Спокойнее, я ничего против не имею! Ганс ударил по больной точке. Андерс действительно не мог выбросить своего кумира из своей головы. Не мог забыть ту встречу, не мог забыть то, как он повел себя с ним. Но неожиданно для себя он вспомнил один факт, который заставил Томаса уронить столовый прибор на стол и ошеломленно распахнуть карие глаза. Он дал ему свой номер. Томас совсем забыл про это, Дитер сделал это настолько быстро и незаметно, так еще и за ухо укусил в конце. Неудивительно, что Андерс и знать не знал про этот факт. Мужчина, сидящий напротив, от неожиданного лязга вдрогнул и сам выронил бутерброд из руки. Громко матерясь, он сразу же нагнулся за своим питательным и, поднимаясь обратно, смачно долбанулся макушкой об угол стола. - Блять, Томас, ты хотя бы предупреждай, что будешь меня так пугать. Больно, зараза... - Ганс потирал место ушиба, жмурясь от адской боли. - Это, между прочим, вина твоя и Боленовская! Если бы мы о нем не разговорились... - Ганс, он дал мне свой номер телефона. - Так и почему я узнаю об этом только сейчас? Ёпт, как же болит. - Рокер взвыл, как только дотронулся до назревающей шишки на макушке. Он не мог злиться на Андерса за то, что тот не сказал ему важную деталь той самой встречи. Он же просто сильновпечатлительный ребенок. - Я забыл об этом...Ну прости меня! И вот Том уже полз за раздраженным Гансом по полу, вымаливая прощение. Сосед же одаривал мсье Болена очень красочными комплиментами, ногой отпихивая от себя ноющего Андерса. Боже, какая глупая ситуация! Он никогда бы не подумал, что будет чувствовать себя настолько по идиотски. Упав на кресло, стоящее рядом с диваном, мужчина насупился, исподлобья смотря на прыгающего у его ног Андерса, который слезно просил простить его невнимательность. Но в голове зародилась очень интересная мысль. - А теперь сядь и послушай меня. Только что в моем пропитом наглухо мозгу появилась одна идея... Томчик присел на подлокотник кресла, навостряя ушки. Если Ганс говорил подобную фразу, то нужно было начинать бояться. - Как насчет того, чтобы проверить Болена на предмет его сущности? Парень упал на колени рокера, издав максимально умоляющий вздох. Опять он продолжил тему о нем... - Ганс, это же глупо. Тем более, каким образом? - Как минимум, у нас есть один козырь. - Том поднял на него растрепанную голову, готовясь парировать его слова своими железными аргументами. - Позвоним ему, устроим встречу или свидание, тут как захочешь. А там уже раскрутим его до такой степени, что он и сам спалится. - И кто будет жертвой? Ганс ехидно состроил рожицу, смотря прямо в душу Томасу. - Ты же несерьёзно?... Ганс стал еще более ехиднее, а серые глаза хитро заблестели. - Твою мать. - Сам от себя не ожидая, выругался Томас Андерс.