Нам не нужны воспоминания.

      Человек не может просто взять и сломаться. Сломанная кость — это результат удара. Так и психика человека: пока ты не испытаешь, то, что тебя заденет, пусть даже и незначительно, ты не поймёшь как это ценно в твоей жизни. Для того, чтобы запустить механизм, достаточно лёгкого толчка, а после все остальные незначительные проблемы дополнят картину. Но самое сложное — это не то, что ты сломался, самое сложное — это осознать, что ты сломан.       Аляска не считала себя слабохарактерной или же человеком, который живёт в надеждах. Она была реалисткой. Не приукрашала серость этого бытия, но и не отходила в тень; золотая середина. Но рано или поздно тебе приходится выбирать.       Чёртов выбор.       Добро и зло. Чёрное и белое. Детей с детства учат, что зло рано или поздно проигрывает, но оно проигрывает в сказках. Нет никакого бумеранга. К тебе нечего не вернётся. Если бы что-то такое было, то люди бы делали добро, а не ступали на сторону ненависти. Как бы это глупо не звучало, но зло всегда побеждает.       И на самом деле, разница между злом и добром не такая великая, как нам рассказывают: все считают, что зло — это что-то плохое. Но что вообще такое «плохо»? Это когда ты желаешь смерти человеку, который уничтожил тебя? У каждого «плохо» есть другая сторона монеты, и пока ты не узнаешь её, ты никогда не поймёшь, что на самом деле означает «хорошо», а что «плохо». — Как ты?       Аляска вздрогнула от неожиданности. Повернув голову в строну, она увидела Кагую. Та стояла недалеко от лавочки на которой сидела Миядзаки и смотрела на неё с волнением? Аляска помотала головой, убивая двух зайцев одновременно. — Можно? — Брюнетка кивнула на место возле девушки.       Аляска лишь кивнула.       Кагуя присела возле девушки и направила свой взгляд на загон с лошадьми, на который сейчас смотрела Аляска. — Каталась когда-нибудь? — Нет. — Хотела бы? — Чего ты хочешь, Кагуя? — Брюнетку раздражало это идиотское... Прикрытие? Несговорчивость? Хер пойми, что это было. Ее просто раздражало то, что Кагуя, чего-то от нее хотела, но не говорила прямо, а ходила вокруг да около. — С чего ты взяла? — Асано приподняла бровь. — Ты явно не о лошадках подошла поговорить, — брюнетка обратила свой взгляд на президента студсовета. — Все-таки, вы с Хоши совершенно не похожи.       Кагуя усмехнулась: — А вы с Агатой хоть и разные, но безумно похожи. — Повторюсь, — Аляска пропустила мимо ушей такое «примечание». — Чего ты хочешь? — Волейбольный клуб… — Нет. — Девушка поспешила встать со скамьи, но Кагуя схватила её за запястье и чуть дернула назад, тем самым вынуждая сесть обратно. — Нет. — Аляска отрицательно закачала головой из стороны в сторону, попутно пытаясь вырвать свою руку из хватки президента.       Но хватка была мёртвой. —Мы все вынуждены страдать от одной из двух болей: боли дисциплины или боли сожаления. Разница в том, что дисциплина весит граммы, а сожаление – тонны, — Кагуя процитировала слова одного из любимых авторов. — Я не хочу, чтобы ты жалела. — А я и не буду, — Агата попыталась сказать это как можно убедительнее, но на конце голос дрогнул. — Ты хоть сама в это веришь?       Брюнетка покачала головой и прикрыла глаза. Кагуя уже давно не держала её за руку, и это позволило Аляске зарыться пальцами в свои волосы, тем самым ослабляя хватку тугого хвоста. Она опустила голову, все ещё не осознавая всей плачевности ситуации. Хотя нет, она уже давно осознала свою беспомощность.       «Агата»       Почему Аляска в такие моменты всегда ждала её? Почему она всегда знала, что та придет и все исправит? Когда это Агата начала выполнять функции старшей сестры?       Тогда, когда ты позволила ей это.       Агата всегда была на её стороне, она всегда была где-то рядом и, чтобы не случилось, принимала удар на себя. И сейчас она тоже пытается исправить то, в чем совершенно не виновата. Она делает хоть что-то, в то время как Аляска лишь стоит на одном и том же месте и даже голову не поворачивает. — Какие бланки нужно заполнять?       Аляска была не готова к новым обязанностям, не была готова встретиться со своими страхами. Она ни к чему не была готова.       Но Агата.       Она ведь так старалась. Она всегда старалась ей помочь, при этом не прося ничего в замен.       У Аляски назревал лишь один вопрос к своей сестре.       «Как ты держишься?»

***

      Блондинка победно улыбнулась и забрала бланки у сестры. — Уже вижу заголовки на сайтах, — Агата подняла правую руку вверх, представляя себя каким-то журналистом. — «Лучший связующий национального…» Мг, — Аляска не заставила себя ждать и кинула подушку в лицо сестре, тем самым затыкая её. — Поспеши и отнести это Куросе, — процедила сквозь зубы брюнетка.       Агата попыталась ещё что-то сказать, но Аляска выпихнула её за дверь до того, как это ей удалось. Блондинка удивлённо взглянула на дверь, но, поняв что никто её не видит, выдохнула. Но как только ее взгляд обратился на бланки, она снова улыбнулась.       Девушка направилась в кабинет — уже их — тренера, надеясь, что тот ещё на месте. Хотя было только семь часов вечера. Агата неприятно поморщилась: холодный ветер забрался под футболку и пробежал по коже, вызывая табун мурашек.       «Нужно было кофту накинуть», — блондинка мысленно стукнула себя по лбу. Заболеть — было последним в её списке.       Преодолев расстояние между общежитием и корпусом, девушка довольно быстро нашла дверь на которой было чёрным по белому написано:

«Куросе Норимуне — тренер по волейболу»

      Агата легонько постучала, но, не услышав никакого ответа, решила попробовать ручку.       «Может, домой ушёл»       Но догадка была ложной, так как ручка легко поддалась. Девушка подождала несколько секунд, и всё же решила зайти. Приоткрыв дверь, Агата проскользнула в небольшой кабинет тренера.       Она едва ощутимо вздрогнула, когда увидела серо-зеленые глаза, что смотрели на неё с привычным безразличием.       Но смотрели.       Агата окинула комнату взглядом: Она была среднего размера, посередине стоял стол, а за ним стелаж с разными папками и наградами, возле стола, с правой стороны, несколько стульев, а на противоположной стороне — окно. Блондинка остановила свой взгляд на аптечке, которая стояла на столе, а после заметила перебинтованные пальцы брюнета. «Блокирующий, значит», — Агата лишь усмехнулась. Как же ему подходила эта позиция. — А Куросе… — Вышел, — перебил девушку брюнет.       Агата лишь кивнула, перебирая бланки. — Я оставлю это.       Но ответа она так и не услышала. Хотя это было ожидаемо. Он ясно дал понять, что не хочет с ней нечего иметь. — Нож в спину.       Агата вздрогнула. Повернув голову в сторону брюнета, девушка в непонимании уставилась на него. — Ты сказала, что не кинешь нож в спину своей сестре, — пояснил брюнет. — Но эти бланки говорят об обратном. — Чего ты хочешь? — Девушку начало раздражать эти игры. — Я вижу тебя насквозь, — подметил Рин. — Ты видишь только мою маску. И всё. Ты не видишь то, что скрывается за ней, — что-что, а в этом Агата была уверена. — Маленькая ущемлённая девочка? — Суна совсем не это хотел сказать, но это будто само вырвалось.       Для того, чтобы добраться до правды, ему придётся бить по больному. Но он прекрасно понимал, что за маской прячется что-то более существенное и болезненное, нежели кажется на первый взгляд.       Агата проглотила ком нарастающей обиды. — Того, кто борется с чудовищами, стоит остерегаться, чтобы самому не стать чудовищем, — девушка попыталась выдавить из себя ухмылку, но сил не хватило.       Агата быстрым шагом преодолела расстояние и скрылась за дверью.       Рин проводил девушку взглядом.       Чудовища? «Она пытается оттолкнуть тебя, идиот», — здравый смысл был прав.       И она была права. Ни ему, ни ей не нужна была эта игра. Но почему тогда Рин стоял сейчас и пытался понять причину своего поступка. «Чего ты хочешь?», — прозвучал в голове вопрос.       Суна не знал, чего он хочет, но он впервые смотрел не сквозь человека, а на него. Какой бы картонной она ни была, и, во что бы не играла, он всегда смотрел на неё. И пока Рин не хотел прекращать это.       Пока.

***

      Блондинка прикрыла рот рукой, заглушая всхлипы. Девушка быстрым шагом вышла из помещения, но на большее сил не хватило. Она оперлась на стену и съехала по ней: слёзы подступили к глазам, а горло сдавило от обиды.       Не хватало, чтобы её ещё кто-то увидел.       Девушка начала глубоко дышать, тем самым пытаясь успокоить нарастающую панику, но это не помогало. Это никогда не помогало. Зато заглушало звук.       Агата умеет плакать беззвучно.       Она научилась этому, ведь они с Аляской всегда жили в одной комнате, и поэтому она быстро схватывала все:       Если плачешь, то беззвучно. Хочешь кричать, то только в подушку. Если оставляешь следы своего срыва, то убирай их.       Больно — терпи.       Она должна быть сильной, должна смешить Аляску. Должна быть тем, кто сможет помочь Аляске.       Но кто поможет ей? «Никто», — прозвучал голос в голове. — «Ты так и будешь гнить. И никто никогда тебе не поможет, потому что гниль никому не нужна.»

***

      Аляска непонимании смотрела на свою сестру, которая накрыла голову подушкой и мирно посапывала. Когда брюнетка вернулась после душа, сестра уже лежала в кровати. «Восемь часов?», — Аляска с удивлением уставилась на дисплей телефона. — «Наконец-то выспишься.»       Брюнетка положила вещи на место и лягла в кровать. Сегодня был слишком сложный и насыщенный день. Аляска прикрыла глаза, но телефон явно был против сна.       Девушка схватила смартфон и хотела выключить звук, как увидела уведомление.       Вас добавили в группу «Хочешь жить — не зли Киту)))))»       Аляска минут пять пялилась в экран телефона, но после решила всё же посмотреть. Осаму: всё. я добавил их. теперь, я надеюсь, вы от меня отстанете. Атсуму: надейся.) Джун: Аляска, привет!!!

Вы: ага.

Джун: ты чего?

Вы: ды это вы чего? виделись же.

Атсуму: ну ты же теперь в нашей команде, Аляска.       Девушка прям почувствовала ухмылку блондина.

Вы: не знала, что волейбол — смешанный спорт.

Суна: она тебя урыла. Осаму: + Атсуму: иди в жопу Рин. Джун: ты тихо вы! а где Агата?

Вы: спит.

Осаму: так рано?

Вы: сама удивилась, но когда я с душа пришла, она уже спала.

Джун: кинь фотку) Атсуму: с душа? Джун: идиот! Атсуму: а что, я не против))))       Аляска закатила глаза. Но новый капитан хорошо относился к ней и поэтому девушка выполнила просьбу.

Вы: *фото*

Осаму: а она жива? Атсуму: ахахаха.

Вы: она всегда так спит. редко увидишь Агату, которая спит, не уткнувшись в подушку.

Джун: она такая милашка!!!!! Суна: что за ЛГБТ сообщество. Атсуму: что-то имеешь против? Суна: если бы ты не жил со мной в одной комнате, то мне было бы насрать. Атсуму: на что-то намекаешь? Суна: только на то, чтобы ты хоть когда-нибудь одевался. Осаму: + Атсуму: да идите вы!

Вы: я спать.

Джун:оки! Саму завтра вас приведёт на треню) спокойной ночки 🌙 Осаму: ага) спокойной ночи.       Аляска лишь улыбнулась. Возможно это и вправду было не так уж и плохо. Инаризаки были словно семья, и Джун, и тренер. «Лисы — отличная команда!», — слова Мотои возникли из неоткуда.       И это было сущей правдой.       Они и вправду были отличной командой.