малыш, я постараюсь

Солнце только недавно появилось на горизонте, на часах шесть часов утра, родители со своими детьми стоят в продолжительной очереди, охая и ахая параллельно с этим. Чемоданы давно отнесли в отсеки автобусов, сейчас остались мелочи, а именно : отдать организатору документы ребёнка, забрать путевку и посадить чадо в автобус. Всё. После этого можно забыть о нём/ней на неделю, спокойно проводить время без их капризов и просьб, отдохнуть и дать себе возможность соскучиться по своим деткам. Сергей последний год может поехать в лагерь отдыхающим, через год возраст будет непозволительный -, дескать, - сильно взрослый. Он оставил маму одну справляться с этой бумажной волокитой, а сам нашёл себе за пять минут будущих друзей на одну смену в летнем лагере, и позвал их, за какие-то гаражи, покурить перед длительной дорогой. Все охотно согласились, отойдя на пару метров от старших, сразу пихая сигарету в зубы. Пешков слушает рассказы новых знакомых, время от времени смеётся, но о себе ничего не говорит. И дело не в том, что он скрытный или закрытый человек, нет, дело в том, что шесть часов утра и единственное, что хочется в такое время суток - это умереть. В первый раз он отправился в подобного рода заведение, по его памяти, лет в одиннадцать. Как впервые там оказался - влюбился, да навсегда. Частой практикой является тот факт, что многие родители, своим не социализированным детям, ставят ультиматум, на ту самую поездку в летний лагерь. И часто дети отнекиваются, не хотят выходить из своих уютных комнат, и готовы в хлам рассориться с близкими, лишь бы никуда не ехать. А если их изощрённые планы, чтобы остаться дома, не срабатывают, и они, всё-таки, едут в это «страшное» место, то ведут себя там, как правило, всего тремя образами: 1. Отшельники. Нелюдимые, ни с кем не общаются, проще сказать «мотают свой срок». С такими общаться невозможно, но их легко распознают по нескольким позициям, например по позе: голова и плечи опущены, стоит отдельно от отряда, оперевшись на что-то. Но несовершеннолетние дети приезжают сюда не психоанализ составлять, а отдыхать (кто-то мотать срок). 2. Агрессоры. На любое проявление к ним внимания, даже самого малейшего, реагируют со злобой. Часто такой тип очень конфликтен, они всегда будут стоять на своей позиции до последнего, проще говоря - упёртые. Им никогда не нравится лидер отряда, им не нравится ничего, потому что, напоминаем, их заставили сюда приехать, буквально, насильно. Приехать-то они приехали, а как себя вести - условий не было, так что всю накопившуюся злобу можно выливать на незнакомых людей, оставаясь в их памяти блеклой вспышкой воспоминаний. 3. Притворщики. Самый распространённый тип. Это люди, которые изначально хотят показаться как два пункта выше, но по своей натуре они не такие. Добрые, ранимые, а самое главное общительные. К таким нужно найти правильный подход, узнать их вкусы и интересы, и дружить можно хоть до скончания веков. Не все, правда, готовы такие махинации проворачивать, потому что жертв для общения хоть пруд пруди, но факт в том, что такие есть. И у «притворщика» на третий - пятый день смены появляется верный спутник, который с ним и в огонь, и в воду, в общем, принцип вы поняли. Сергей ездит в лагерь по своей воле. Раньше (с одиннадцати до четырнадцати лет) он ездил, чтобы найти новых друзей, отдохнуть от родителей, покинуть родной дом, дабы успеть соскучиться. Провести время с молодыми и веселыми вожатыми, участвовать в активностях, по сути в полной мере прочувствовать всю «сладость» лагеря. Он помнит каждого/ую вожатого/ую, будет помнить всегда, как в конце смены все прощались, обнимались под заезженные треки, по типу «Батарейка» и тому подобное. Из года в год все обещали вернуться следующим летом, но увы, этого не происходило. Вожатые каждый год менялись, на более молодых и активных, а тех людей, с которыми семь дней были самыми насыщенными, он больше не видел. И это быстро забывалось, на фоне того, что новые лучше старых, но некая тоска. И всё же не повод раскисать. Потому что чем старше он становился, тем равнодушнее он относился к вожатым. В пятнадцать лет он приехал, и впервые попал в старший корпус. Там были подростки от четырнадцати до семнадцати, и это для него было в новинку, ведь ранее со старшими он общался редко, лишь со своими сверстниками, да и интересы у них были, так скажем, слегка «искажённые». Когда девочка из первого отряда (Серёжа был во втором), пришла ночью в общую комнату, в которой проживали четверо мальчиков, и позвала Сергея, отвела в свою комнату, где познакомила со своими подружками, а потом вручила термос, из которого несло крепким алкоголем. Водка. Это была его первая водка, смешанная с яблочным соком, это была его первая рвота от алкоголя, и это было первое похмелье на утро. Вожатые почувствовали запах перегара, но им, видимо, настолько всё равно, что одна из них (на этой смене парой наставников оказались две девушки) всего лишь бровью укоризненно повела, сложила руки на груди, и гордо ушла, не обращая потом на Пешкова внимание до конца отдыха (так рассуждать, не настолько ей и всё равно было). А ему уже неинтересно было, разговаривает с ним вожатая или нет, у него появились девочки старше его, которые научили всему плохому, но с ними было так весело, словами не передать. В шестнадцать лет он вновь приехал, попал в первый отряд, и эти летом познакомился с девочками и мальчиками, своего возраста или на год старше. В этом возрасте ему впервые дали сделать тягу, как сейчас помнит этот синий «Парламент». Тогда наставники уже всё поняли, чем значительно отличались от предыдущих дам. Дали втык, забрали все сигареты, но не забрали термос. Термос, с очень большим объёмом, в котором водка была рассчитана на все семь дней. И почему старшие тогда не поинтересовались, зачем летом нужен термос, дабы сохранять тепло напитка внутри. Зимой актуально, но не летом же. Этого вопроса никто не задавал, рано или поздно они поймут, но это будет тогда, когда их поколение уже не сможет приехать на очередную смену, когда их поколение будет думать не о веселом лете, а о поступлении в институты, вузы и так далее. Взрослая жизнь, как никак. И опять он здесь, в последний раз. Но, пока что, не будем о грустном. Автобусы полностью готовы к отправлению, администрация просит отдыхающих сесть на свои места, приготовиться к поездке. Когда Пешков садится на предпоследнее сидение, сзади него садятся организаторы, которые узнали его (трудно не запомнить человека, который шесть лет к вам ездит. Даже с тем учетом, что администраторы, организаторы и вожатые меняются каждый год/два года), и начали рассказывать как скучали по нему (а это был тот тип персонала, который работает дольше, чем остальные), какую прекрасную программу подготовили, а Сергей кивает, думая, как ему незаметно сделать тягу из электронной сигареты, которая у него в кармане. Рядом садится девочка, но она намного младше его, так что единственными собеседниками будут те, кто в шесть утра онлайн, либо организаторы. На самом деле, все эти люди не скучные и не зануды. Они старше подростков на два, максимум, четыре года. Если отдыхающий сможет войти в доверие, то ему будет позволяться больше (но тут смотря от характера, конечно. Много нюансов, так что будьте аккуратнее). Организаторы, они как «те самые крестные» или любые другие родственники. Девушки которые очень добры, милы, если ты накосячил - отмажут перед администрацией, и так далее. Дорога длительная, остаётся только включить музыку в наушниках, и медленно засыпать, чтобы потом сонной мухой весь день не ходить. *** Во многих лагерях бывает от одного до семнадцати отрядов, или чуть меньше, но в лагере, в который ездит много лет Сергей, немного другой порядок. Существует всего семь отрядов, седьмой - это самые маленькие дети (семь - восемь лет), а самые старшие - это первый отряд (шестнадцать - семнадцать лет). На первый отряд всегда ровняются, из года в год они держат статус ответственных и взрослых. И не суть, что таковыми они не являются, дети, проходя мимо них, здороваются, обращаются на «Вы», и иногда просят помощи. Старших всегда любят, с ними есть о чем поговорить, они самостоятельные, а не как детки, которых нужно везде водить, всё объяснять, и остальная нудная работа. Вы скажите: «Но в этом же суть работы вожатым!». Да, так и есть, но все мы люди, и всем нам может начать подобное надоедать. Остальной возрастной контингент в отрядах между седьмым и первым, вам понятен, принцип везде одинаковый. Есть ещё один пунктик, это проживание. Первый корпус - (или как его, в шутку, называет персонал: «место пыток») - это корпус маленьких. В нём живут отряды от седьмого до третьего, и хотя в третьем уже ребята возрастом от тринадцати до четырнадцати(иногда до пятнадцати), что является подростковым возрастом, их всё равно к старшим не селят. Но это не значит, что не находятся такие, которые бегают к своим друзьям постарше, в соседний корпус. А во втором проживает всего два отряда, с тем учетом, что в каждом всего по двадцать - двадцать пять человек, и плюс вожатые, админы и персонал, то во втором, от силы, проживает шестьдесят человек, в то время как в первом происходит полнейший хаос (можете самостоятельно посчитать сколько человек находится там, если на один отряд по два наставника, а у детей с седьмого по шестой - три). Как только все выходят из автобусов, забирают свои чемоданы и катят их к главной сцене, их ожидают наставники и двое ведущих. Маленькие бегают друг за другом, кричат и по ним видно, как они рады свежему воздуху, спустя четыре часа в душном автобусе. Старшие сидят на лавках, машут на себя первым попавшимся предметом, чтобы создать ветерок, и хотя жары спала немного, никого это не волнует. Пешков завязывает верхний слой волос в пучок, сканируя каждого присутствующего взглядом. Главная сцена находится на улице, сверху её прикрывает крыша, от солнца, дождей, и других погодных условий. Территория большая, ведь здесь проводят ночью дискотеки. В самом конце периметра расположена, как раз, та самая сцена, обычная, как в актовом зале любой школы. Увешана она в стиле тематики этой смены, в этом году «Мультфильмы». Как Сергей (да и все остальные) узнал об этом? Вчера вечером на телефон его матери поступил звонок с неизвестного номера. - Добрый вечер? - женщина была удивлена столь позднему звонку, ведь приличные люди никогда не стали бы набирать после десяти вечера, это невежливо. - Здравствуйте, простите, что так поздно! - начало многообещающее, - Меня зовут Диана, я вожатая Вашего сына. Меня попросили передать, что тематика смены будет «Мультфильмы». Вы не первый год к нам ездите? - Нет, - мама садится за стол, упираясь лбом в собственную ладонь. - Отлично, тогда меньше слов! - голос её был задорный, будто она проспала пятнадцать дней, а сейчас бодрая такая, - Каждый день, но пока неизвестно каждый-ли, конечно, будет проходить в стиле мультика, который за день до этого нам сообщит администрация. По возможности, если есть яркие вещи или что-то такое, пожалуйста, положите ребёнку в чемодан. Будем очень благодарны! Никакой яркой одежды никто не брал, нахер она нужна? Ему семнадцать лет, а не девять. И может он считает себя сильно взрослым, но в такой тематике учавствовать не горит желанием. Он ездит сюда, отнюдь, не для этого. Резко на колонках включается музыка, ведущий выходит в центр сцены, все обращают на него своё внимание. Столько лет парень сюда ездит, а ведущий всё тот же, даже не стареет. - Приветствую вас, наши любимые дети! - начинает он, но басит его голос так сильно, что шумом в ушах отдаётся, - Мы рады видеть вас снова, готовы поспорить, что благодаря нам, вы получите этим летом морю эмоций, и только позитивных! Далее идут базовые слова, которые слышатся каждый год, напутствия на хорошее поведение, отличные отношения с вожатыми, в общем, вы поняли. Следующий этап, это распределение по отрядам, как правило начинают с самых младших, так что будущий первый отряд многозначительно вздыхает, ведь пока двадцать фамилий в шести отрядах назовут, так ещё пока они все выйдут, от скуки и умереть можно, факт. Время идёт быстрее чем оказалось, на сцену приглашаются вожатые первого отряда. - Вожатые первого отряда: Ваня и Диана. На виду у всех появляется миловидная девушка, очень низкая, с длинными, красными волосами. Он приветливо улыбается, встречая подростков, фамилии которых звучат из уст Влада (так зовут ведущего). Очередь дошла и до Сергея, так называемый Иван вручает ему лиловую кепку с названием лагеря, такого же цвета ленточку, и просит его встать позади всех, из-за того, что Пешков достаточно высокий, и если встанет впереди, то остальных будет плохо видно. В каждом отряде есть свой цвет, который выбирается рандомно, ещё до начала первой смены. В этом году попался лиловый. Кепка ужасная, ничего не скажешь, носить её никто не собирается, а вот ленточку (или галстук, называйте как хотите) нужно повесить, на первое время, на шею, да хотя бы на руку. Это для того, чтобы вожатый смотрел на всех отдыхающих, и по цвету галстука определял его это ребёнок или нет. Их носят, обычно, до тех пор, пока наставники не запомнят всех. Старшие отряды перестают носить их уже на второй день, а кепки вообще выбрасывают, ну они правда уродские, тут ничего не сделаешь. Диана смотрит на своего напарника, что-то ему рассказывает, а Ваня смущенно улыбается, отворачиваясь от подростков, басистым голосом, отчетливо говорит, что нужно направляться в столовую. В столовой тоже присутствует схема разделения. Только отряды с седьмого по второй, кушают в одном зале, а первый, вместе с персоналом и наставниками, во втором. Второй зал значительно меньше, но там и народу немного. Диана просит всех рассесться за столы, которые уже накрыты, и полностью подготовлены к приходу отдыхающих. Нужно разделиться либо на группу по четыре человека, смотря сколько стульев за столом, либо по парам. Вспоминаем, что, всё те же, три типа подростков, которых заставили, всё ещё присутствуют, и они садятся одни, дожидаясь, пока к ним кто-то сядет. Серёже не с кем садиться, ребята, с которыми он познакомился утром, попали во второй отряд, а на данный момент он ещё ни с кем не знаком. Он чувствует, что его под руку кто-то хватает, опускает голову вниз, и видит девушку, которая сидела перед ним в автобусе. По росту такая же маленькая как Диана, достаточно миловидная, волосы чёрные, блестящие, видно, ухоженная. Сама она улыбается и что-то говорит, но Сергей, ей богу, из-за разницы в росте и её тихого голоса ничего не слышит. Он максимально наклоняется вниз, чтобы услышать, что от него хотят, от этого действия девушка хихикает, но молчит, параллельно с этим отводя его к столику на четыре персоны, за которым уже сидит две девушки. - Меня зовут Саша, а это мои подруги, - теперь брюнетку слышно, Пешков кивает головой, здороваясь с остальными девушками, запоминая имя каждой, - а тебя как зовут? - Серёжа, - юноша усмехается, отпивая немного чая из стакана, слушая историю одной из девушек. Особо в смысл не вникает, ищет глазами вожатых, понимает, что они сидят в самом конце зала, и особо не торопятся начинать трапезу. - А вы курите? - бестактно перебивает он Александру, за что в спешке извиняется, а когда получает в ответ утвердительные покачивания головой, предлагает невероятный план-капкан. А суть плана в том, чтобы забить на этот завтрак, и молча выйти из столовой. Вожатым всё равно плевать, да и тем более не запомнили ещё никого, так что если они сейчас уйдут, потом вернутся, когда дела свои сделают, все только из столовой выходить будут. Девушки соглашаются, так что пора выдвигаться в путь. Без особых колебаний они выходят из здания, бросая короткие взгляды на главную сцену, на которой стоят чемоданы всех отрядов. Они проходят большую спортивную площадку, которая включает в себя сектор для волейбола, баскетбольный сектор, футбольный, теннисный, сектор с тренажёрами и различными полосами препятствий. Лагерь детский, но спортивный и оздоровительный, здесь постоянно проходят активности. За это его и любят. Далее следует небольшое здание медпункта, на крыльце стоит стол и лавка, за которым сидят медсестры, распивая чаи, совершенно не обращая внимание на подростков. Вообще столовая - это разграничитель территории. Пойдёшь налево от неё, придёшь к главной сцене и первому корпусу, пойдёшь, соответственно, направо попадёшь к беседкам, спортивному полю и второму корпусу (рядом с ним ещё находится небольшая аллейка, которая ведёт к зданиям с душевыми кабинками, но об этом позже). Пройдя это расстояние, вдалеке можно заметить сторожа с собакой, и ворота, которые напрочь закрыты, так плюс ещё и охрана. Сергей туда идти даже и не собирался, он идёт к, опять же, небольшому зданию с душевыми кабинами, но они принадлежат первому корпусу. Отходя за них, ребята приступают к тому, зачем пришли. Серёжа давно не курил, так что первая тяга настолько сладка и прекрасна, что хочется этот момент растянуть навечно. Девушки курят, о чём-то говорят между собой, пытаясь привлечь внимание парня, чтобы он тоже влился в диалог, но тот вежливо отказывается, продолжая наслаждаться долгожданным курением. - Первый отряд! Ну вы же не седьмой, не разбегайтесь, идите спокойно, ребята! - слышится недалеко голос Ивана, и Пешков шикает новоиспеченным политурам. Они быстро соображают, тушат сигареты, носком обуви затаптывая их, пряча под траву, чтобы не так в глаза бросались. В первый день все отряды проходят осмотр, в том самом медпункте, а парень забыл об этом, он хватает Сашу за запястье, таща за собой так, чтобы незаметно влиться сзади к строю, дабы не заметили, что их до этого тут не было. Они выбегают, со скоростью света, становясь по парам в самом конце, и именно в тот момент, когда они встали по местам, Диана оборачивается, поднимая одну бровь вверх. Она отправляет Ваню дальше вести подростков в медпункт, а сама уверенно направляется к группе отдыхающих. - Нам пизда, - шепчет Пешков, нервно сглатывая вязкую слюну. Девушка быстро оказывается рядом, скрещивая руки на груди. - Вас тут не были минуту назад, я готова поклясться, что вас тут не было, - она осматривает каждого из четырёх сверху вниз, - вопрос: где вы были? - голос её серьёзен, явно не шутит. - Дыхни, - она обращается к Александре, ведь та единственная одного с ней роста, к ней тянуться не надо. Попала под горячую руку, так попала. Брюнетка смело выдыхает вожатой в лицо. Последняя долго думает, после закатывает глаза, и вновь улыбается, будто ничего не было. - Блин, нос заложен, не чувствую ничего, - она улыбается, нервно убирая прядь волос за ухо, - дорогие, вы извините, что я так резко, но вы тоже поймите, проверить надо, - ребята начинают кивать, дескать: понимаю, да, - пойдёмте на осмотр, а потом Ване дыхнёте, ладно? Я верю, что вы не курили, или что там ещё вы могли делать, не знаю, вы же не курили? - отрицательно машут головами, а Саша вообще начала повторять «никогда в жизни, ты что?», - вот и бояться вам нечего. - Нам пизда, - шепчет брюнетка, когда Диана уходит вперёд, подзывая ребят за собой. Медосмотр в лагере - это банально посмотреть ногти на руках, проверить голову на наличие вшей, померить температуру и проверить справки, пакет которых должен был быть собран ещё перед началом смены. Когда очередь смотреть голову доходит до Пешкова, медработница усмехается, нежно перебирая пальцами его кудри, слегка взлохмачивая на макушке. Она говори комплименты по поводу его волос, ещё пару раз накручивает пряди на тонкие пальцы, вновь треплет и отпускает его. Диана шепчется с Ваней, после чего он сразу подходит к этой команде супергероев. - Ну что, фантастическая четвёрка? - он смотрит с прищуром, так укоризненно, - Давай, кудрявый, - звучит оскорбительно, но из его уст прозвучало мягко, как кличка и ничего более, без злобного подтекста. Иван немного выше младшего, так что голову слегка ниже опускает, в то время как парень неуверенно с ноги на ногу перетаптывается. Старший шепчет «не боись», после чего Сергей, всё-таки, подходит к нему, выпуская из уст тонкий поток воздуха ему куда-то в подбородок. Иван закатывает глаза, вновь смотря с укором. Пешков дышит точно так же, но уже в губы оппоненту. - Я чувствую от тебя запах сигарет, - вожатый возвращается в прежнее положение, - этих, - он обводит девушек взглядом, - я даже нюхать не буду, вместе же были, значит вместе курили, следовательно..? - Вместе понесём наказание? - Серёжа очень рассчитывает на ответ «нет». - Верно. Первый день, сто процентов, проигрышный. Так быстро ещё никогда не палили, просто этот новенький Иван, такой проворный, всё ему надо, везде влезть, показаться таким взрослым и крутым, а сам, скорее всего, на годик-то и старше будет. Их уже расселили по комнатам, парню попалась четырехместная. С соседями, пока что, не познакомился (их не было в комнате, наверное, на спортивном поле. Там сейчас половина лагеря). Диана забрала всех девочек ещё полчаса назад, половину отправила к хореографу, а со створной половиной пошла рисовать плакат. На самом деле, хореограф здесь - это не в открытом доступе услуга, но как вам было известно ранее: у первых всегда привилегии. Вот вожатая пошла, договорилась с хореографом, лучший танец на открытие смены готов, пока другим отрядам хореографию ставят их наставники, несмотря на то, что многие из них и танцевать не умеют. Вот вожатая пошла, договорилась с организатором, который умеет петь, лучшая песня на открытие смены готова, поёт самая яркая девочка из отряда и на фоне помогает её учитель, пока другие делают всё сами. А вот вожатая пошла, договорилась с администраторшей, которая училась на архитектурном, нарисовали шикарный плакат, с ней же придумали название отряда и девиз. Всё замечательно, все зрительские симпатии у них. Суть этой смены заключается ещё в том, что у каждого отряда свой мультик. Немного тут не повезло, попался «Робин Гуд». Но ничего страшного, по старой схеме вожатая договорилась с костюмером, к вечернему показу номеров всё будет готово. Сергей долго собирается с мыслями, но в конечном итоге решился. Он уверенно несётся по коридору, к комнате вожатых, сначала постукивая по двери три раза, а когда слышит громкое «войдите», начинает сомневаться. Почему курили вчетвером, а отдуваться только он идёт. Остаётся только надежда, что его подруг так закошмарят на хореографии, что они полумёртвые вернутся. - Это я, - кудрявый просовывает голову в дверной проем, виновато глаза в пол опуская. - Заходи, чего жмёшься там, - Ваня раскладывает продукты в холодильник (им попался единственный номер с холодильником). - Я хотел..в общем, - младший мямлит, не знает, как подобрать слова, что лучше сказать? Мысли путаются в один большой клубок забытых ниток, - Извини меня? Ладно? Я не хотел сделать что-то плохое, - он смотрит в потолок быстро моргая. Откуда такая бурная реакция на собственные слова? - или повыделываться перед девочками, у меня зависимость. Я не могу с собой сделать ничего, - чистосердечное же всегда в копилочку плохим людям? - Не переживай так, всё нормально, но ещё раз почувствую запах сигарет из твоего рта или от твоих волос - пеняй на себя, - вожатый сильно хлопает дверцей холодильника, выходя на балкон, чтобы забрать мокрые вещи с сушилки. Пешков кивает головой, выходя из комнаты. Он точно знает, что не курить не выйдет, нужно быть более скрытным и аккуратным. *** На часах пять вечера. Старшие дети пошли с вожатыми на пляж, посмотреть обстановку, немного там посидеть, (всё равно солнце уже не печёт) да и просто морским воздухом подышать. Спросите, почему не взяли маленьких? Во-первых: их вожатым настолько лень сейчас за ними следить, да и плюс, по расписанию сегодня нет выхода на пляж. А во-вторых: они все шкоды такие, отвернешься на секунду, они уже в море прыгают, хотя администрация ещё буйки не установила. А кому потом по шапке надают? Явно не детям. Сергей видит небольшой магазинчик, в трёх минутах от моря, говорит вожатой, что пойдёт купить воды, а сам в кармане уже нащупывает зажигалку. Нужно делать всё очень быстро, чтобы не заметили, что его долго нет, а по возвращению не обнюхивали его. Во всех лагерях запрещено привозить с собой быстропортящиеся продукты (молоко, сыр, по сути, вся молочка), газировки, вредная еда, например: снеки, про алкоголь, энергетики, сигареты (как обычные, так и электронные) даже и говорить не надо. Только в некоторых, вожатые могут вывести детей в, самый ближайший от лагеря, магазин, и то всё время стоять рядом с ними, контролируя их покупки. Такая процедура доступна лишь раз в два-три дня. И сейчас Сергею дали напутствие, что он купит только воду и ничего более (другие продукты покупать нельзя, даже если там нет ничего запрещённого, ведь магазин не проверен, мало ли, может там просроченные продукты или что-то подобное. Ребёнок отравится, и всё, конец), в противном случае с ним пойдёт один из наставников, а это было некстати, так что он поклялся всем чем можно, что купит то, зачем отпрашивался. Ему эта вода не сдалась, но очень удобный случай отойти за магазинчик и спокойно покурить. И плюс, всё на той же точке, можно купить жвачку, так что вообще песня. Солнце медленно опускается за горизонт, хотя по прогнозу закат обещали не раньше шести. Он подкуривает, становится лицом к прохладному ветерку, подставляя темные кудряшки под светлые, уходящие лучи. Он в голове держит мысль, что у него есть всего три минуты, будет здесь дольше - вы сами знаете, какая процедура будет проводиться, из-за, уже подорванного, доверия к нему. За пару минут он успевает скурить лишь до половины. Тушит о ближайший камень, пряча вторую половину «на потом». Возвращается обратно с небольшой бутылкой, садится к своим новым подругам на постилку, переходя в лежачее положение. Саша спрашивает где он был, и почему пахнет сигаретами, а когда в ответ слышит лишь молчание, сама всё понимает и начинает смеяться. Саша милая девушка, забавная, местами глуповатая, но все мы не без греха. С ней комфортно общаться, она не бывает злой и во всём видит только хорошее. Сейчас её длинные волосы переливаются на свету, сверкая, а прядки рассыпаются, плавно покачиваясь из-за потока ветра. Первый поцелуй Сергея произошёл в этом же лагере, она была хорошей девочкой, немного старше его. Когда это произошло он был окрылён невероятно нежным чувством, ходил за ней всё время, проявлял знаки внимания, и всё такое. Она тогда аккуратно, чтобы не ранить и не обидеть, сказала, что поцелуй ни к чему не обязывает, и у неё есть молодой человек, который давно с ней в отношениях. Юноша тогда понимающе закивал. Позвонил матери, соврал, что плохо себя чувствует. Мама приехала на следующий день и отвезла его домой. После этого он месяц ходил и клялся самому себе, что больше никогда в этот лагерь не поедет, но это всего лишь детская обида, которая быстро забылась, стоило новому учебному году начаться. Парень часто думал о своей тяге к людям, о собственной тактильности, откровенности, общительности, почему он так любит людей? Абсолютно всех. Он коммуникабельный, найдёт подход к каждому. Целовался он и с парнями. Когда обдумывал этот случай, пришёл к выводу, что губы у всех одинаковые и какая вообще разница, зачем по этому поводу как-то париться, думать, копаться в себе и остальное. Было и было, мир не рухнет. Он любит женщин, ему нравятся мужчины, в принципе, ему нравятся абсолютно все. И Саша ему нравится как личность, с ней хочется общаться бесконечно, может, это пока так кажется, они знакомы очень маленький период времени, но первое впечатление, более чем, приятное. По возращению в лагерь первыми в душ пошёл второй отряд( в здание для старших отрядов, имеется в виду). В женский душ всегда очереди огромные, и первый долго ждёт, пока второй намоется вдоволь. У парней чучуть проще. Второй быстро сходил в душ, буквально, десять минут, и уже парни первого стоят в очереди, но между собой. В одном душевом секторе (который разделяется на женский и мужской) пять кабинок, мальчиков в отряде десять, так что за двадцать минут душевой отдел будет свободен, и банные процедуры могут принимать вожатые. Первые пять парней зашли, а Серёжа тем временем, сжимая свои вещи в руках, отправляется, как и в первый раз, за здание. Поджигает вторую половину той сигареты, параллельно пишет Саше сообщение, спрашивая, как там у них дела и скоро подойдёт их очередь? В ответ приходит гневное голосовое сообщение, в котором девушка кричит, что второй отряд заходит по два- три человека, закрывает двери и очень много времени там проводит. А вода, набранная в бочки для подачи воды заранее, не бесконечна. Рассчитана она, конечно, на два отряда, плюс вожатые, но не рассчитана на вот такие вот ситуации. Парень хихикает с голоса девушки, который до смешного злой, но резко его бросает в дрожь, когда он (прям как по расписанию, что в первый раз, что во второй, удивительно) слышит голос своего вожатого. Тушит сигарету, забрасывает в рот две подушечки жвачки, по опыту понимая, что та ничего не перекроет, но что поделать? Надежда умирает последней. Он выскакивает из-за угла, делая вид, что разговаривает с мамой, таким образом оправдает, что он делал один за зданием. Проходит мимо Ивана, «прощается с мамой», вновь становясь в очередь, но старший не намерен это так оставлять, уверенно подходит к юноше, уже открывает рот, чтобы что-то сказать, но Серёжа награждён с детства смекалкой. - А почему ты здесь? Там у девочек какой-то беспредел происходит! - он отходит на два шага назад, чтобы тот не почувствовал запах табака, - Второй отряд моется уже тридцать минут, по три человека на сектор, такими темпами вода кончится, пойди поговори с ними! - Что мне, к девочкам в душ зайти и разогнать? - Ваня засовывает руки в карманы, а глаза его сверкают, он что-то знает, о чём-то догадывается. - Ты вожатый и девочек тоже, должен им помогать, - разумно, но неясно как на практике это сделать. - Хорошо, - он пожимает плечами, вручает Серёже свои принадлежности для душа, а сам ретируется в соседнее здание, там, всего-то, метров десять пройти. Вожатый стучит по двери к девочкам второго отряда, грозно просит выйти из помещения, и даёт им минуту, чтобы одеться и выйти. Этим должна заниматься Диана, но она сейчас помогает в столовой, готовиться к ужину, да и вообще, её пока дождёшься, легче самому. Двери в душевой сектор закрывать изнутри нельзя, там, в любом случае, кабинки, которые тоже закрываются, а парни никогда к вам не зайдут, да и какая разница, зайдут или нет, если, повторюсь, кабинки закрываются. Ровно через минуту дверь открывается, три девочки вылетают из помещения, направляясь к корпусу. В очереди их отряда ещё десять человек. - Некоторые могут вдвоём в одну кабинку, - подаёт голос девочка, смущенно рассматривая пол. - Как хотите, мне главное, чтобы мои девочки попали в душ через пять минут. Ваше время пошло, - он на пятках разворачивается, идёт к соседнему зданию, с гордо приподнятыми подбородком, а-ля: разрулил. Наставник, Сергей, и три его соседа по комнате проходят к кабинкам. Пешков залетает в самую дальнюю, сразу стягивая с себя футболку, вешая её на крючок. Он настраивает воду, уже собираясь снимать низ, как по двери стучат. Ваня. Что-то его за один день слишком много, прям переизбыток. - Да? - спрашивает юноша. - Открой дверь, ты не отдал мне вещи, которые я с собой принёс для гигиены, - Сережа смотрит на две небольшие сумочки с нужными вещами, одна его, а вторая.. - Голым? - Оденься? Игра разумов, а не диалог. - Но я уже разделся? - Не морочь голову, просто приоткрой дверь и отдай мои вещи, - вожатый начинает злиться. Пешков приоткрывает дверь, просовывая в щель руку с сумочкой, и когда её забирают, хлопает дверцей, уже полностью снимая одежду. По волосам пробегает тёплая вода, он смывает с лица сегодняшнюю усталость, проводит руками по коже, как сам называет её, поцелованной солнцем. Мочалкой трёт плечи, гель для душа пахнет лаймом, свежесть аромата разлетается по всему сектору. Промывает волосы сладким, до одури, шампунем, протирает тело махровым полотенцем, надевает чистые вещи и покидает кабинку. В секторе уже нет никого, только на улице стоят вожатые других отрядов, двое из которых парня узнали, спрашивали как его дела, и просто начали болтать о чем только можно. Первый отряд собрали на ужин, Диана сказала отправляться в столовую, пока она с Ваней шла сзади всех, и пересчитывала всех, кто в строю. Первый день подходит к концу, остаётся только ужин и показ на главной сцене всех отрядов. Суть в том, что весь день, все семь отрядов, готовили номера, сценки, песни, танцы, что угодно, чтобы показать тему своего отряда (у первого это «Робин Гуд»), ещё нужно нарисовать плакат, который потом повесят в вашем корпусе, в коридоре, на стену, и девиз, который вы будете проговаривать на различных мероприятиях. Александра рассказывает, как долго они сегодня рисовали этот плакат, и как она не хотела учить танец. Но заставили ведь, по старой причине: «Вы - самые старшие, на вас ровняются остальные, держите планку». И держат ведь. У первого отряда на этой смене всё, что только можно. Плакат с гравировкой названия, которую помогала рисовать та самая подруга-архитектор, хореография, и песня(!). И на репетиции это выглядело прекрасно, а в красивых платьях, девушки; и парни, одетые в тематике их мультика, украсят сцену, с участием холодного света софитов… Александра рассказывала об этом с такой любовью, с таким трепетом, что Сергей смотрел на неё, принимая это тепло. Парни, соседи Серёжи, учавствовали в хореографии. Они примеряли костюмы, которые принесли им, как бог-помощь, декораторы. Тем временем бездельник Сергей и его верный наставник Иван, раскрашивают перья, и клеят их на зелёную шапку-треуголку. Младшему это не нравится, он думал, что во всей этой спешке перед началом мероприятия, вожатые забьют на них, и он спокойно на балконе покурит. А нет же, Диана помогает девочкам накраситься, а Иван тут творчеством занимается. Пешков окунает кисточку в зелёную гуашь, а когда подносит её к трафарету, чтобы закрасить перышко, случайно пачкает вожатого краской. - Ой, прости, - юноша убирает пряди волос за ухо, бегая глазами по столу, в поисках салфетки. Находит. Начинает сильно тереть по чужой коже, немного растирая краску, максимально стараясь убрать следы своей неосторожности. - Нормально, всё нормально, - он продолжает дальше рисовать, но берёт и целенаправленно делает широкий мазок по руке оппонента, с вызовом смотря в темные глаза напротив. Пешков загорается от ярости, он только недавно из душа, а этот пачкает его, ну что за дела? Он мажет кисточкой по щеке Ивана, тот поднимает одну бровь, тянет кисть к лицу младшего, пытаясь оставить след на носу, но он быстро уклоняется, прячась под стол. - Ты же первый начал, и первый сбежал, - Ваня смеётся, стирая с щеки краску, пока младший виновато смотрит, немного вылезая из под стола. - Я же случайно, - канючит он, возвращаясь в исходное положение, и продолжает заниматься своей работой. Из колонок громко играет музыка, отряды садятся по своим местам. Кто-то ещё репетирует свой номер, а Пешков, с некоторыми парнями, пошёл за столовую на перекур. Там вообще никого, никогда нет, так что можно не бояться, что спалят. На сцене слышно, как ведущий объявляет седьмой отряд. Им досталась сказка «Белоснежка и семь гномов», там много есть вариантов для презентации, парень до сих пор эту сказку помнит от А до Я, а «Робин Гуд» он смотрел ещё до нашей эры, помнит только саму идею мультика, а чем там закончилось и всё вот это, хоть убейте, вспомнить не может. Пять девочек из отряда подходит к ним. На них красивые, белые платья, чуть ниже колена. Верх платья сделан с открытыми плечами, кромку придерживает резинка, широкие рукава, а на запястьях манжеты, после которых идёт легкая ткань, сделанная, как под юбку «Солнышко», точно так пушится. Низ платья, если покрутиться вокруг своей оси, разлетается, так что под юбку девочки надели белые велосипедки, чтобы, в случае чего, весь лагерь не увидел их трусы. Никому дела нет, но неприятная ситуация получится. Вокруг столовой ходят фотографы (они делают снимки отдыхающих в течении всей смены), так что ребята, которые курят, шугаются, вечно оборачиваясь. Девушки выглядят шикарно, они смеются, общаясь между собой, поправляют, выбившиеся из пучка, пряди волос. Они стоят здесь минут десять, музыка бесконечным потоком льётся из колонок. - Диана звонит, - шикает Саша, приказывая всем замолчать, - алло? - на том проводе музыка ещё громче, видимо, она прям у сцены стоит, - сейчас подойдём, мы возле корпуса сидим, минуту, - девушка сбрасывает, - сказала бежать к сцене, через пять минут наш выход. Когда парень пришёл, отряд был уже за сценой, готовился, когда второй скажет свой девиз и уйдут. Он подходит к вожатой, с которой познакомился ещё года три назад, на этой смене у неё малыши - шестой. Беседа начинается с «Как я по тебе скучала!» и плавно переходит в «Меня эти дети, в первый же день, закошмарили». Свет резко потухает, включается холодное освещение одного софита. На сцене появляется Диана, в платье как у остальных девушек. Диджей включает песню «Последняя дискотека». Самая медленная и приятная песня, из всех, что можно было выбрать. Диана начинает петь, в том время как остальные девочки становятся в рисунок, который им поставили. Поёт вожатая хорошо, даже слишком. Для их выступления взяли лишь тридцать секунд песни, потом что не хотелось долго танец учить, да и время у всех забирать. Девочки двигаются так, словно всю жизнь этим занимаются и столько же готовились. Сергей поворачивается к старой знакомой, в шутку предлагая ей потанцевать, а она и не против, кладёт свои руки ему на плечи, а он на её талию. Танцевать они не умеют, так что двигаются хаотично, при этом постоянно смеясь. Музыка постепенно стихает, ведущий приглашает на сцену первый отряд. Все кто не учавствовали в презентации, должны выйти с плакатом, хором сказать название и девиз. Пешкову вручили плакат, сказали выходить сразу, как объявят, он об этом благополучно забыл, а сейчас мечется, в поиске ватмана. Прибегает самые последний, стоит с этой бумагой, отдышаться не может. Иван говорит в микрофон: - Наш отряд! И отряд дружно кричит название, которые придумали в течении дня, а у парня всё из головы вылетело. Он видит, что их снимают на видео операторы, поэтому просто открывает рот, с улыбкой до небес. Далее вожатый говорит: - Наш девиз! И всё по старой схеме: ребята орут, Сергей открывает рот. Идиллия, не иначе. Судьи записывают результаты в свои блокноты, ведущий говорит о том, что все постарались на славу, а парни, которые танцевали минутой ранее с девушками на сцене, жаловались, что шапка Робин Гуда создаёт трение, от чего голова чешется, хоть убей. Всех отправляют в корпуса, сообщая о том, что через десять минут начинается дискотека. У Пешкова вообще сил нет, какая дискотека? Он бы мог лечь спать, но Саша пришла к нему в комнату, начиная рассказывать как она хочет на дискотеку, пытаясь уломать своего друга, но безуспешно, это первое. Второе: в конце каждого дня проводится свечка. Это мероприятие, сугубо, между отрядом. У каждого она своя, во время неё в комнате выключается свет, свеча (или фонарик на телефоне) находится в руках у наставников, они говорят как прошёл их день, кем они довольны, а кем нет, что им понравилось, а что они хотели бы изменить, или образумить детей, которые вели себя плохо. Суть в том, что все друг друга слышат, осознают свои ошибки, выслушивают, вникают, становятся более открытыми. К вышесказанному ещё прибавляется то, что говорят все шепотом, никто не перебивает говорящего, а в конце каждого монолога есть такая фраза, как: «Пошуршим». Это как аплодисменты, просто человек трёт свои ладони друг об друга, создавая такой «шуршащий» звук, которым как-бы говорят: Я слышу тебя, я тебя поддерживаю. Важная штука, невероятно милая и комфортная, если, конечно, у вожатых не будет очень много претензий, из-за которых настроение упадёт на ноль. Свечку пропускать нельзя, так что Серёжа покорно ждёт конец дискотеки, чтобы подвести эти итоги, отдаться никотину, а после царству морфея. *** - Так, уселись, и молчим, - говорит Диана, выключая свет в комнате. Дискотека закончилась пять минут назад, когда все вернулись в корпус, вожатая вышла в коридор, прокричав: - Первый отряд, на свечку, в триста пятнадцатую комнату! И все пришли, сонные, уставшие, сидят на этих кроватях и засыпают. Для многих, день был выматывающим. - Я начну, - вожатая берет в руки свечку, отдаляя её от себя, чтобы не потушить дыханием изо рта, - этот день был хорошим, вы мой первый отряд в жизни, и сейчас я смотрю, что вы очень хорошие дети. Вы самостоятельные и активные. Какой прекрасный номер сегодня был, мы с Ваней гордимся вами. Судьи, кстати, поставили вам самую высокую оценку! - оно и неудивительно, - Ребята, вы умницы у нас, надеюсь, что так будет всегда, а то сейчас «накаркаю». Спешу вас предупредить, завтра будет проверка комнат, соблюдайте, пожалуйста, чистоту. И будьте готовы сдавать запрещенку, - сказала она с улыбкой, поправляя свои яркие волосы, - Ваня пойдёт смотреть у мальчиков, я у девочек, всё по классике. Я закончила, ещё раз спасибо вам за послушание, вы умнички! Иван шепотом говорит «прошуршим», и все начинают издавать этот звук ладонями, после чего свеча передается ему. - Я раньше работал в лагерях, но такого, как этот, ещё не встречал. Вы хорошие дети, к каждому нужен свой подход, будем стараться. Некоторые меня сегодня чуть-чуть расстроили, - он смотрит сначала на девочек, которые курили, а потом на самого Сергея, ненадолго задерживая на нём взгляд, - но я уверен, всё будет хорошо. Девочки, которые не могли сегодня попасть долго в душ, в следующий раз -,не ждите пока они выйдут,- звоните мне или Диане, мы быстро разберёмся, номера наши запишите после свечки. Я рад, что именно вы нам достались, скажу как Диана, что только первый день, но меня всё радует, надеюсь, вы будете такими же хорошими и дальше. Свеча передаётся по кругу, Пешков задремал, всё равно он самый последний, а до ушей монотонно доносится шепот Саши. - Я никогда не была в лагере раньше, это мой первый раз. Я очень рада, потому что нашла здесь новых друзей, они очень хорошие, я счастлива, что познакомилась с ними. Надеюсь, что пройдёт время и я буду в хороших отношениях с другими ребятами, но это дело времени. Через время юношу толкают в плечо, передавая свечу, он немного мешкает, прочищает горло, думает, что сказать, чтобы не опозориться, и хотя половина уже уснула, всё равно неловко. - Я приезжаю сюда уже шесть лет подряд. У меня всегда были хорошие отряды, иногда попадались не совсем дружные, но этот относится к первому типу. Я быстро сдружился со многими, и мне от этого очень хорошо. Думаю, так будет и далее. Его слова поддерживают «шуршанием», он возвращает свечу Ване, и включает свет. Вожатые прощаются с детьми, желая им доброй ночи. Просят особо не шуметь, если кто-то не спит, и по корпусу не ходить, максимум, в соседнюю комнату, но не дальше. Только Пешков ложится на свою кровать, уже переодевшись в одежду для сна, его голова касается подушки, а волосы разлетаются в разные стороны, он мигом отключается, максимально расслабляясь. Завтра его ждёт насыщенный день, который начнётся с сигареты, но это завтра, а сейчас сон, сон и ещё раз сон.