Аура лилий

Прошла ровно неделя с момента, когда Путешественница вернулась в Ли Юэ. Её запах отчётливо ощущался по всей территории просторного здания Ваншу. В каждом уголочке места отдыха будто бы распускались невидимые цветы. Будто бы девушка случайно рассыпала семена и теперь растения прорываются сквозь почву одаряя свежим ароматом Путешественницы. Сначала Сяо решил, что окончательно теряет рассудок, ведь он знал, что Путница находится далеко в Инадзуме и абсолютно никак не может быть здесь. Он был в этом уверен, вот только, мягкий дух сесилий вперемешку с лилиями твердили обратное. Да, он запомнил её запах. Абсолютно точно не по какой либо причине, кроме как, что он Адепт — более чуткое существо, чем человек. И вообще, как можно не запомнить запах Люмин? Такого больше нигде не сыщешь, нигде не купишь такие духи, нигде не найти замены Путешественнице. В любом случае, Сяо думал, что сошёл с ума — ведь даже если и Путешественница вернулась, а в преддверии Праздника Морских Фонарей такое более чем могло произойти, её аромат был слишком насыщенным. Таким, будто она жила здесь уже продолжительное время, дня три точно. Но Сяо знал — Люмин предпочитает местным постоялым дворам свежий воздух или обитель Адептов в чайнике. А услышать запах с чайника — Сяо сомневался, что такое возможно. Кроме того, аромат пробился в самые дальние уголки сознания и особенно сильно сгущался ближе к вечеру, когда контролировать себя было сложнее. Но с того момента, как он возник, парень ни разу не видел девушку и это было странно: Сяо очень внимательный, не смог бы упустить её из виду, а Люмин с каждым своим появлением в Ли Юэ помнила про Адепта и иногда навещала, она бы точно пришла к нему. Может быть, даже принесла бы порцию миндального тофу и начала бы спор о том, что Сяо стоит быть более людимым. И пришла ведь. Когда Адепт увидел знакомые светлые тонкие локоны волос, то не поверил своим глазам. Очередная галлюцинация — точно призрак, не реальность. В свете Луны она смотрелась странно: непривычно загадочно, но так подходяще нежно. Днём она была солнечной и яркой, а сейчас таинственной и мягкой. Он невольно потянулся рукой к маске — вдруг это какой-то обман, мара, пытается одурачить его шаткий из-за тысячелетних битв рассудок. Но девушка мягко улыбнулась, тихо поздоровалась и Сяо понял: он пропал. Люмин настоящая, точно такая же настоящая, как и его румянец на горящих щеках. Шёпотом она приказала быть тихим, чтобы не разбудить Паймон и Сяо не смел противостоять её приказу. Отчасти и потому, что спутница девушки иногда раздражала, хотелось больше слышать Люмин, а не её подружку. Хотелось слушать, как Люмин говорит о последнем путешествии, как Люмин просит помощи в чём либо, как Люмин хвалит местную еду. Слушать, слушать, слушать, слушать, слушать. Совершенно точно лишь потому, что Сяо сам не очень любит разговаривать и не знает, как лучше поддержать диалог с человеком. И какая кому разница, что слушать он согласен лишь Путешественницу? — Сяо? Ты здесь? — лицо девушки оказалось невероятно близко, она не понимающие помахала рукой, взгляд был обеспокоенным, она ждала ответы на вопросы. — А-а... Да. Какая разница? — Сяо не был уверен, на что он ответил. Она сначала нахмурилась. И Адепт мысленно поклялся больше не делать ничего, что могло бы заставить её лицо выглядеть так. Но потом расслабилась. — Нам следует поговорить о многом. Ты же всё равно не спишь по ночам? И мне сегодня не спится, так что, давай прогуляемся? Естественно, Адепт успел обвинить себя уже сто раз, ведь, конечно же, она не может уснуть из-за его ауры. Из-за чёрной, раздирающей души, злобной бессмертной ауры павших Архонтов. Если подумать, из-за неё Сяо всегда пытался избегать Путешественницу. Боялся причинить вред хрупкой людской душонке. Но неожиданно, та оказалась крепким орешком, это, в свою очередь, напугало Адепта, но одновременно вызвало неподдельный интерес, подавляемый боязнью все-таки причинить боль из-за собственной неосторожности. С ней парень был будто между двух огней, метался от желания узнать побольше до первородного страха, страха убить близкого человека. Если не близкого, то хотя бы ближе, чем все остальные люди точно. — Сяо… Я соскучилась. Сяо потерялся. Он не знал, что ответить. И лишь продолжил размеренно идти рядом. Сказать, что тоже соскучился? Растерять всю гордость Адептов? Да какая, на самом деле, гордость? Если он просто боится. Боится, что она не поймёт его, боится, что не сможет выдержать, что не примет и не поддержит. И он просто продолжал молча идти, не роняя ни слова. Её, почему-то, это совсем не отталкивало, и время от времени, заглядывая в демонические глазки, она продолжала рассказывать о недавних событиях. Они шли медленно, и Луна освещала им путь. — И... Ты теперь здесь живёшь? — он Все-таки решился что-то спросить. Девушка на это, кажись, оживилась. — Да, небольшие проблемы с чайником и кое-какие срочные дела. Ну, ничего нового, как обычно. Сейчас удобнее жить в Ваншу. Но я ненадолго. — Это хорошо. — выдохнул Адепт. Девушка непонимающе подняла взгляд: «Это ещё почему?». — Карма… Быстрее съедешь — меньше вреда тебе принесёт. — Я же говорила, что меня так легко не возьмёшь? Или есть другая причина, по которой ты не хочешь меня видеть? — она тотчас зло нахмурилась, но злости в её глазах не было. — Нет? Нет. — сначала неуверенно, позже спокойно ответил Адепт. Она заметно улыбнулась. — Знаешь, Инадзума, конечно, очень красивое место, но Мондшандт и Ли Юэ мне гораздо роднее. Я рада, что смогла вернуться, хоть и ненадолго. Тонкая полоска света упала на белоснежное платье, пачкая его жёлтым свечением. Выглядело. сказочно. Вещество, которым пахло от Люмин тоже больнее обычного ударило по чувствительным рецепторам носа. — Сяо? Сяо? Ты меня не слушал? Пойманный с поличным Сяо сложил руки на груди: — Почему Паймон спит, когда не спишь ты? Разделяться опасно. — нападение всегда было лучшей тактикой и лучшей защитой. — Пх, глупый. — нет, Сяо никогда не простит такой наглости по отношению к Адептам! Как вообще можно так говорить, да он! Он, последний Якша, сильнейший, серьёзный и смертельно опасный! Да он сейчас выскажет всё своё недовольство! Сяо ещё раз показательно складывает руки на груди и… краснеет. — Разделяться опасно, но мы же находимся в безопасном месте. Тем более, здесь есть ты, а ты обещал придти на зов, даже если я далеко. А когда я в паре метров от тебя, то точно не о чём беспокоиться? Оу. Она помнит о его обещании. Приятно. Она ни разу не позвала Сяо в опасной ситуации, так что он начал верить в то, что Люмин забыла саму суть. И это, конечно, хорошо, но бояться нужно как раз Сяо. Он не говорит этого вслух, но всю оставшуюся ночь думает об этом. — И сколько ты здесь будешь? — Думаю, ещё три-четыре дня, пока не решу все проблемы и не выполню поручения. — Ты можешь позвать меня. — Я знаю, я ценю это. Она умеет смутить лишь одним предложением. Они ещё недолго болтают, затем Люмин желает спокойной ночи, хотя знает, что Адепт почти не спит. Таким действием она будто бы приравнивает его к обычному человеку и это почему-то не раздражает. Она удаляется в слабом свете отеля и возвращается к себе в комнату. Сяо понимает, что их комнаты почти совсем рядом, и всё ещё не понимает, почему не мог никак заметить её раньше. Он садится на подоконнике и рассматривает Луну. Время для Адепта льётся не то рекой, не то ручьём, водопадом — быстро и стремительно; годы для Сяо ощущаются как дни, дни как часы, а часы как секунды, мгновения. Тем не менее, сегодняшняя ночь очень длинная и наполненная событиями. В глубине души, Сяо, может, совсем немного рад, что хоть что-то начало меняться, дни перестают быть такими одинаковыми и похожими своей «одинаковостью» на ночные кошмары. Но так же изменения пугают, их тяжело принять. Опять этот сладкий дурманящий аромат. В этот раз намного приторнее и... воздушнее? Похоже, Люмин спит — запах немного отличается от обычного, а ещё от него веет свежим холодком, так обычно пахнут сны. Медленно пахучесть начала меняться и бывший Пожиратель Снов узнал в новом аромате сон человека безмерно скучающего по другому. И вот, Сяо обнаружил себя здесь, полной грудью жадно вдыхающего аромат сна. Настолько жадно, что клыки зубов будто бы стали острее, а ногти на руках длиннее. Сон Люмин, наверное, должен быть вкусным. Сяо даёт себе пощёчину таким мыслям: нельзя, есть чужие сны опасно и для него, и для человека, это вызывает привыкание, и вообще… Как же обещание Мораксу? Да, он точно не будет есть сон Люмин. Но тяжёлое желание дурманит разум. Хочется, до потери пульса, хочется. Клыки остреют, во рту собирается слюна, а нос щекочет чертовски притягательный запах. Лишь немножко тихонько подсмотрит из-за чего так сильно приятно пахнет. Ничего же страшного не произойдёт? Сжимает руками простынь. Всего лишь один сон. Только один лишь разочек.