Актер

      Голова Ёнджуна гудела, почти пульсировала. Было совершенно тихо, всё вокруг в кромешной тьме, но его тело ощущалось таким тяжёлым. Тем не менее, он попытался открыть глаза. Когда у него получилось, его встретила залитая светом комната, которая ослепила его и заставила снова зажмуриться.       Где, чёрт возьми, он находится? Он попытался вернуться назад, вспомнить, что он делал перед тем, как уснуть в этом неизвестном месте, но слишком много думать было утомительно. Он снова попытался открыть глаза, медленно, желая поднять руку, чтобы загородиться от света, но не мог даже пошевелиться. Он издал стон, пытаясь привыкнуть к свету. Рядом с ним что-то шевельнулось, поэтому он медленно повернул голову и…       — Тэхён?       Рядом с ним сидел симпатичный мальчик с взлохмаченными красными волосами, половина его тела накрыта одеялом, а остальная часть — в тело Ёнджуна. Они спали здесь, вместе? Ёнджун действительно изо всех сил старался вспомнить, что, чёрт возьми, произошло, но прямо сейчас его разум был пуст, ноющая боль в голове не помогала ему.       — Доброе утро. — Голос Тэхёна звучал устало, но мягко. — Как ты себя чувствуешь?       — Кажется, моя голова сейчас взорвется, — вздохнул Ёнджун, веки всё ещё казались тяжёлыми. Но не настолько, чтобы снова закрыть глаза и упустить нежный взгляд Тэхёна. — Объяснишь, что происходит? Что ты здесь делаешь?       — Я живу здесь, Джун. Это мой дом, — ухмыльнулся Тэхён, снова лёг рядом с Ёнджуном вместо того, чтобы встать.       — А что я делаю в твоем доме? — Ёнджун попытался перевернуться на бок, чтобы лучше видеть Тэхёна. Тот слегка нахмурил брови, услышав вопрос Ёнджуна.       — Ты забыл?       — Похоже на то.       — Я забрал тебя прошлой ночью. Из дома Мина. Бомгю-хён попросил меня, потому что ты был слишком пьян, чтобы нормально ходить, и он не мог позаботиться и о тебе, и о Субине. Ты ничего не помнишь?       — Кажется, я помню, как шёл с тобой домой… И я помню немного вечеринку. Только начало. Ничего больше, — фыркнул Ёнджун, честно говоря, очень смущённый тем фактом, что он так напился, что его буквально пришлось тащить на руках. Но глаза Тэхёна расширились.       — Оу. Хорошо. Ну, вот что я могу тебе сказать, — он застенчиво ухмыльнулся. — Ты довольно прилипчив. Но это мило. Ты всё время приставал ко мне. И говорил милые вещи.       — Ч-что я сказал?       — Ты шутишь или правда не помнишь?       — Не помню, честно!       Ёнджун вздохнул, наблюдая за тем, как выражение лица Тэхёна расслабилось, с некоторым облегчением.       — Ты сказал, что хочешь много обниматься. И ты никогда не хотел, чтобы я оставил тебя, — хихикнул он. Как неловко… Боже, Ёнджун должен надеяться, что это всё, что он больше не сказал ничего, что могло бы раскрыть его любовь. А если и сказал, то Тэхён, он надеялся, воспринял это как шутку или бессмысленную болтовню пьяного человека. — Ты был очень милым прошлой ночью. В любом случае, давай я принесу тебе воды. Ты, должно быть, хочешь пить, и может это немного облегчит твою головную боль.       Теперь он встал и схватил бутылку воды, уже наполовину пустую. Он откинул волосы назад и улыбнулся Ёнджуну.       Термин «бойфренд материал» всегда казался Ёнджуну глупым, но теперь он понял. Потому что прямо сейчас это действительно был единственный способ описать Тэхёна. Его пижама, футболка слегка сдвинутая так, что открывалась часть его ключицы, его спутанные волосы, его усталые, но мягкие глаза, его тёплая улыбка, когда он дал Ёнджуну бутылку с водой… Этот вид очень понравится его будущему парню. Чёрт. Сердце Ёнджуна забилось быстрее, просто глядя на него. Если бы только он мог быть в таком положении, наблюдая, как Тэхён встаёт каждое утро, выглядя таким сонным и красивым.       Он не мог не восхищаться телом парня, его красивой тонкой талией, которая всегда сразу же привлекала взгляд Ёнджуна, когда он не был одет в огромные свитера, полностью скрывающие его тело. Боже, его красивая талия… Как сильно Ёнджун хотел просто обнять его за талию и притянуть к себе. Но это было… слишком много, чтобы думать об этом прямо сейчас.       Он вздохнул, пытаясь сесть, голова снова сильно болела. Он сделал несколько глотков воды, которую дал ему Тэхён, и фыркнул. Тэхён снова сел рядом с ним, глядя на него большими обеспокоенными глазами.       — Сколько ты выпил прошлой ночью?       — Ну… — Ёнджун немного придвинулся к Тэхёну. — Если бы я знал, я бы сказал тебе. Но я даже не помню, как я сюда попал.       — Бомгю сказал, что ты пил больше, чем обычно… — Тэхён опустил голову, его взгляд остановился на руках, лежавших у него на коленях. — Значит, ты сильно напился, несмотря на то, что я говорил тебе быть в безопасности и даже напоминал до этого, что не хочу, чтобы ты много пил.       Теперь Ёнджун почувствовал не только боль в голове, но и укол вины в сердце. Обычно он контролировал себя, но прошлой ночью что-то говорило ему, что нужно просто пить каждый напиток, который попадётся ему в руки. Иногда ему просто нужно было выпить, чтобы очистить разум. И казалось, что в ту ночь у него было много мыслей. Что заставило его разочаровать Тэхёна.       — Я… извини. Похоже, я снова поступил слишком безрассудно.       — Можешь быть благодарен Бомгю за то, что он попросил меня забрать тебя. Честно говоря, я волновался всю ночь, потому что не знал, в порядке ли ты. — Голос Тэхёна сменился с ворчливого на почти грустный. Он играл руками, как будто нервничал.       — Ты… злишься?       — Джун… — Тэхён лишь слегка фыркнул. — Ты спрашивал меня то же самое прошлой ночью. Я не злюсь. Я не имею права злиться на тебя за то, что ты делаешь то, что тебе нравится, я не твоя мама и не твой парень… — Зачем он снова напоминает об этом? — …но я беспокоюсь. Ты же знаешь, я хочу, чтобы ты был в порядке.       — Тэхён… — Ёнджун потянулся к руке Тэхёна, взял её и начал большим пальцем рисовать узоры на её тыльной стороне. — Я понимаю. Мне правда очень жаль. И мне, честно говоря, больно осознавать, что ты волновался из-за меня. Я хочу, чтобы ты был счастлив так же сильно, как ты хочешь, чтобы я был в порядке. Я должен был тебя выслушать. Ты прав, ты не моя мама, но ты мой друг. У тебя есть полное право злиться или разочаровываться во мне.       — Эй, Ёнджун, всё нормально. Я не злюсь на тебя, я говорил тебе. Ты можешь делать всё, что хочешь, но… Просто не делай этого снова. Каким бы милым ты ни был прошлой ночью, тащить тебя сюда было хуже всего. — Он слегка хихикнул, затем посмотрел на лицо Ёнджуна, изучая его.       — Разве я не милый, когда трезвый?       — Я думаю, ты всегда милый. — Тэхён мягко высвободил свою руку из хватки Ёнджуна, чтобы вместо этого обнять его за плечи. — Ну, большую часть времени.       — Когда это я не милый?       — Когда ты кричишь на людей. Или бьёшь их.       — О, да ладно! — Ёнджун рассмеялся и поднял руку, чтобы снова поиграть с волосами Тэхёна. Они всё такие же мягкие и красивые, как всегда, если не красивее, чем раньше. — Когда я вообще кричу на людей?       — На самом деле, очень часто. Буквально, все время. У тебя часто включается защитный инстинкт. Даже немного собственнический.       — Ну. Я не хочу, чтобы кто-нибудь причинил тебе боль, так? Ты ведь мой клубничный мальчик.       Не сказать, что он был его, но Ёнджуну нравилось хотя бы притворяться, что всё так и было. Ёнджун любил мысль о том, что Тэхён принадлежит ему. Он не должен был, но в последнее время не может контролировать свои мысли, когда дело касалось Тэхёна. Он не мог просто перестать думать о том, как сильно ему… нравится Тэхён. Как сильно он обожал его. Как влюблён. Он заставлял себя думать об этом.       — Я твой клубничный мальчик… — повторил Тэхён, снова отпуская Ёнджуна. — Это мило.       — Ты милый.       — Аах, Джуни, хватит! — Тэхён мило хихикнул, его глаза сверкнули. Как мило звучало «Джуни», когда оно исходило от Тэхёна… — Ты не можешь прожить и двух минут, не сделав мне комплимент, а?       — Конечно, я не могу, даже если бы попытался! Может быть, в тебе слишком много того, чему можно отпускать комплименты…?       — Аргх, ну же, перестань! Что ты хочешь, чтобы я сделал? Ответил тебе тем же? Сказать, какой ты крутой?       — Тебе не нужно отвечать мне, Хённи! — Ёнджун рассмеялся. — Не нужно говорить что-то приятное, твоего голоса вполне достаточно.       — Боже, да ладно, теперь ты дурачишься.       — Может быть, немного, да. Но серьёзно. Всё в тебе безумно сладкое. — Даже твои губы. — Ты мальчик-клубничка.       — Твоя. Я твоя клубничка.       Тэхён улыбнулся, но лишь на секунду. Затем его глаза начали рассматривать лицо Ёнджуна.       Как кто-то может быть таким красивым…? Как вообще можно быть таким потрясающе красивым? Как у кого-то могут быть такие мягкие, привлекательные и просто великолепные губы, как у Тэхёна? И почему из всех людей Ёнджун решил попросить такого ангела, как Тэхён, стать его фальшивым парнем, остановившись на том, что не может по-настоящему любить его?       — Ёнджун? — Теперь глаза Тэхёна были прикованы к лицу Ёнджуна. — Ты…       Казалось, Тэхён затаил дыхание, пытаясь удержаться от того, чтобы выболтать то, что хотел. Каким-то образом атмосфера изменилась всего в одно сердцебиение. Как будто всё, что он собирался сказать, является секретом, который они должны хранить между собой вечно.       — Что такое? — Ёнджун попытался повернуться, как-то по-другому расположиться, чтобы лучше видеть Тэхёна.       — У тебя очень красивые губы, — наконец прошептал Тэхён, заставив Ёнджуна на секунду затаить дыхание.       — Твои тоже, — так же тихо ответил Ёнджун. И время остановилось. И Тэхён наклонился вперед.       Его лицо приблизилось к Ёнджуну, его руки легли на грудь Ёнджуна. Ёнджун чувствовал, как его сердце бьётся всё быстрее и быстрее с каждым дюймом, как Тэхён приближался к его лицу. Он собирается поцеловать его? Даже если они одни? Схрена ли ему это делать, зачем ему просто целовать его, несмотря на то, что здесь никого нет?       У Ёнджуна вопросы, мысли, а ещё беспокойства, и все они одновременно бушевали в его голове. Они кружились и кружились и его головная боль только усиливалась, пока что-то в голове не щёлкнуло. И сейчас была только одна мысль.       Я так сильно хочу поцеловать его.       И вот, Ёнджун, наконец, вышел из паралича, переместив руки на талию Тэхёна, немного наклонившись вперёд и наклонив голову.       Наконец-то блять.       Их губы идеально слились, словно они созданы друг для друга. Ничто никогда не казалось таким правильным. И не было по чему Ёнджун скучал бы больше, чем по мягкости губ Тэхёна. А Тэхён хорошо целуется, чёрт, он так хорошо целуется.       Теперь его руки двигались от груди Ёнджуна к его лицу, мягко удерживая, пока он продолжал прижиматься губами к Ёнджуну, слегка двигая ими. Они отстранились всего на секунду, но тут же снова соединились, когда Ёнджун притянул его ближе.       Он так долго ждал этого момента, жаждал вкуса губ Тэхёна, словно это никотин, потому что он пристрастился к нему после их первого поцелуя, даже не осознавая этого. Он был глуп, думая, что может просто остаться с Тэхёном друзьями, когда он знал, что хочет большего, и то, что они делают сейчас — это именно то, чего Ёнджун хотел бы, чтобы происходило снова и снова. Он хотел, чтобы это стало рутиной для них.       Он больше не хотел быстрых фальшивых поцелуев, чтобы развлечь школу, он хотел этого. Он хотел настоящих поцелуев. Он хотел почувствовать, как губы Тэхёна сливаются с его собственными. Он хотел поцелуев, которые заставили бы Тэхёна почувствовать всю любовь и чистое восхищение, которые он испытывал к нему. И он хотел, чтобы Тэхён принадлежал ему. Только ему. Он больше не хотел притворяться. Он хотел настоящего Тэхёна. И он хотел, чтобы это продолжалось вечно.       Но поцелуй закончился. Тэхён отстранился и его губы, его лицо, теперь были ярко-красными. Он уставился на Ёнджуна, убирая руки.       — Ёнджун, я… — он странно запыхался. — Мне так жаль, чёрт! Я не… — Ёнджун отпустил талию Тэхёна. — Прости, мне так жаль, блять! — Он только что сказал «блять»? Он отошёл, уставившись в стену широко открытыми глазами, как будто совершил преступление. — Я не хотел… делать это.       Не хотел? Ёнджун хмыкнул. Оу. Хорошо.       — Всё нормально.       — Забудь об этом, пожалуйста. Я не…       — Всё в порядке, Тэхён. Я уже забыл.       Ёнджун улыбнулся или, по крайней мере, заставил себя. Он не забыл, очевидно. Он не сможет забыть это быстро. Чёрт, он, наверное, никогда не забудет.       — Я не знаю, почему я это сделал, я… — Тот факт, что Тэхён казался серьёзно расстроенным собой, разрушил все последние частички счастья и волнения, которые Ёнджун испытал после этого поцелуя. — Это… больше не повторится, обещаю.       Тэхён быстро облизал губы, ни разу не взглянув на Ёнджуна. Почему? Почему это не может повториться? Повторять этот момент, снова и снова целовать Тэхёна — это действительно всё, чего хотел Ёнджун. Почему Тэхён должен обещать это так, как будто это было чем-то, что не нравилось Ёнджуну, когда на самом деле он так долго ждал этого момента?       — Тэхён… — Ёнджун хотел сказать ему, что ему не нужно обещать, что с ним всё будет в порядке, если они нарушат это обещание в любое время, но… Он не смог. Что вообще он должен был сказать?       — Я… я сейчас принесу что-нибудь, чтобы успокоить твою головную боль. Я скоро вернусь. — Не говоря больше ни слова, Тэхён встал и вышел из комнаты, оставив Ёнджуна одного.       Одного, сидящего на кровати, кровь всё ещё несётся по его телу, губы всё ещё жаждут большего, а сердце болит. Он уже чувствовал что-то подобное раньше. Он чувствовал эту лёгкую боль, как укол, раньше. Но теперь это не было похоже на крошечную иглу, которая вонзалась в его сердце. Это было нечто большее. Может, нож, а может, целый чёртов топор. Это было определенно больно, и это распространялось по его телу.       Чёрт возьми, как он мог не понять, как сильно он влюблён в Тэхёна? Как этот тупой придурок мог подумать, что он просто запал на него и это скоро пройдет? Как он мог подумать, что Тэхён не причинит ему боль?       Ёнджун был влюблён, он был так влюблён в Тэхёна, он хотел быть с ним, на самом деле быть с ним и говорить ему, как сильно он его любит, и целовать его весь день. Единственное, чего Ёнджун чертовски хотел, так это целовать Тэхёна, как можно больше и дольше. И он хотел, чтобы это было правдой.       Но Тэхён не хотел.       Ёнджун вздохнул, прислонился назад и откинул волосы. Это было больше, чем дружба. Больше, чем глупая сделка. Ёнджун был влюблён, заметно влюблён. Тэхён не был. И все же он зашел так далеко и…       — Какого хрена ты меня поцеловал? — Ёнджун мог только пробормотать, массируя виски. — А почему ты в этом так хорош?       Это не имело смысла. Тэхён слишком много флиртовал с ним, слишком близок с ним, чтобы ничего не чувствовать. И всё же Ёнджун просто знал, что Тэхён не чувствует того же. Потому что он слишком серьезно относится ко всему. К репутации, игре, обману людей и… к расставанию.       Когда Ёнджун уже забыл о расставании, Тэхён слишком часто вспоминал об этом. Он собирался сделать это, он собирался закончить эти фальшивые отношения, которые начали превращаться в настоящие, не понимая, что это было нечто большее, чем игра, по крайней мере, для Ёнджуна. Тэхён собирался разбить сердце Ёнджуна. И Ёнджун просто позволил ему.       — Хён. — Тэхён снова вернулся, все еще опустив голову. — Думаю, это должно немного помочь при головной боли.       Ёнджун взял стакан, наполненный водой и чем-то шипучим, и Тэхён снова сел рядом с ним, только расстояние между ними было немного больше, чем раньше.       Сначала Тэхён ничего не говорил, просто играл руками, не смея взглянуть на Ёнджуна. Было очевидно, что он не собирался говорить о том, что между ними только что произошло. Он также сохранял дистанцию, словно возводя между ними невидимую стену, впервые разделяя их, несмотря на то, что они сидели рядом друг с другом.       Затем он, наконец, поднял голову и посмотрел на Ёнджуна. Не прямо ему в глаза, но, по крайней мере, он смотрел на него.       — Ты поедешь домой на автобусе?       — Наверное, — вздохнул Ёнджун. Он заметил, что его голос теперь звучал немного хрипло. — Я вернусь в свою квартиру.       — Верно, теперь ты живешь сам по себе. Каково это?       — Хорошо. Я чувствую себя в безопасности.       — Не одиноко?       — Ну… — Ёнджун почувствовал облегчение в своей новой квартире. Но у него появилось ощущение, что он вот-вот проснётся чувствуя себя одиноко. — Нет. Это приятно. Я всегда могу позвать Субина и Бомгю, у них обоих есть ключи. Тебе нужен мой адрес? Например, на экстренный случай или что-то в этом роде?       — Конечно. — Тэхён кивнул. — Не знаю, какие чрезвычайные ситуации действительно могут произойти, но почему бы и нет?       — Я скину тебе позже.       Ёнджун вздохнул. Если быть честным, между ними действительно возникло странное напряжение. Чёрт, он наконец-то получил то, чего так долго ждал, и как только всё закончилось, вся ситуация стала неловкой, потому что Тэхён на самом деле не имел этого в виду. Ёнджун хотел уйти, избежать этого, и в то же время он хотел остаться рядом с Тэхёном, прямо здесь, и просто дождаться, когда он тоже влюбится.       — Когда мне уйти?       — Как тебе станет лучше. Я не хочу, чтобы ты уходил, когда у тебя всё ещё болит голова или что-то в этом роде. Ты можешь вздремнуть, если хочешь, я не против. — Неужели Тэхён пытался казаться холоднее, чем обычно? Если так, он определенно потерпел неудачу, потому что, хотя его голос был чуть более отдалённым, его слова по-прежнему звучали мягко и заботливо, как всегда.       — Я просто останусь здесь и посижу немного, если ты не против.       — Конечно, всё в порядке, — ответил Тэхён, а затем добавил, немного понизив голос: — Как будто мне когда-либо никогда не нравилось, что ты рядом…       Всё ещё есть слабость к Ёнджуну, да? Возможно, Тэхёну просто нужно было время. Наверное, он должен был сначала подумать обо всём этом, и, может быть, тогда он… тоже что-то почувствует.       Тэхён снова встал.       — Не возражаешь, если я… Вытащу Дэна на секунду?       Ёнджуну потребовалось время, чтобы вспомнить, кто или что такое Дэн. Он вздохнул, затем медленно кивнул. Не то чтобы он боялся змей, но они не были его любимыми животными.       — Это быстро. Я поставлю его обратно сразу после. — Тэхён вылез из кровати, и его лицо начало немного светиться, отчего Ёнджун почувствовал почти облегчение, увидев, что он снова немного больше похож на себя.       Он открыл террариум и потянулся внутрь.       — Привет! — Он поприветствовал змею, которая теперь ползла по его руке, обвивая её. Ёнджун был, мягко говоря, встревожен, наблюдая за этим.       — Так… ты собираешься его кормить или что?       — Не сейчас, время кормёжки будет на следующей неделе.       — На следующей неделе? — Ёнджун продолжал смотреть на змею, которая карабкалась по руке Тэхёна.       — О, да, его кормят два раза в месяц. Я не должен кормить его каждый день, как собаку.       — И… чем ты его кормишь?       — Ну… — Тэхён начал ухмыляться, потянувшись к Дэну другой рукой, когда тот почти соскальзывал с его руки, чтобы поддержать его. — Я не уверен, что ты действительно хочешь это услышать. Но мышами. Хотя смотреть, как он ест, довольно круто. Он обвивает свою добычу, когда…       — Да, знаешь что, может быть, я не хочу знать.       Ёнджун физически содрогнулся при мысли о том, что ему придется кормить эту змею, отчасти от отвращения, а также отчасти от ужаса. Дэн был, конечно, длинным, но не выглядел так, будто он может съесть целую мышь. Но, видимо, мог, отчего он казался ещё более непредсказуемым и, ну, довольно опасным.       — Хочешь подержать его? — спросил Тэхён, удерживая Дэна в направлении Ёнджуна. — Конечно, ты должен быть с ним нежен.       — О, Тэхён, на самом деле нет необходимости… — Ёнджун слегка покачал головой, потому что слишком много движений вызывало у него головокружение. — Аргх. На самом деле, мне не нужно его держать. — Тэхён только пожал плечами, продолжая смотреть, как Дэн ползает между его пальцами.       — Очень жаль. — Затем он поднял взгляд, слегка нахмурив брови. — Ты боишься его?       — Нет? — Ёнджун быстро защищался. — Я не боюсь такой крошечной змеи, как эта.       Он отсмеялся, но опять же, Тэхён не ошибся? Ёнджун не боялся Дэна, как можно бояться змеи по имени Даниэль, но животное немного напугало его. Он обожал Тэхёна за то, что он обращался с ним, как с домашним животным, как с любым другим. За то, что он был таким крутым и естественным, играл с ним и так много знал. Таких, как Тэхён, действительно не было.       Никто другой не был таким привлекательным, уникальным и совершенным, как он. Ёнджун вздохнул, наблюдая, как мальчик играет со змеёй, улыбаясь ей, как будто сегодня ничего не произошло. Голова болела, но сердце болело ещё больше. Тэхён просто продолжал игнорировать это. Не говорить об этом. Продолжать жить своей жизнью, как будто он не…       Ну, по крайней мере, сейчас он улыбался. Может быть, он уже забыл. Возможно, он больше никогда не будет думать об этом. Если бы он действительно забыл, возможно, он не стал бы колебаться в физической привязанности.       Сердце Ёнджуна болело, оно никогда не переставало болеть с тех пор, как Тэхён вышел из комнаты несколько минут назад, и он знал, что оно так просто не перестанет болеть. И он знал, что с каждым днём будет только больнее, пока однажды, возможно, он не разорвётся на части. Но пока всё было в порядке. В конце концов, у него осталась ещё неделя, чтобы более-менее открыто любить Тэхёна, дать ему почувствовать своё восхищение. Осталась ещё одна неделя, чтобы Ёнджун мог смотреть, как Тэхён улыбается и хихикает, обнимать его и смотреть на него так, словно его глаза держат мир. У него осталась ещё неделя, чтобы полностью отрицать тот факт, что его сердце будет разбито, и он ничего, абсолютно ничего не мог сделать, чтобы предотвратить это.       К чёрту это. Сердце Ёнджуна болело всё больше и больше от одной мысли об этом дерьме. Он закрыл глаза, когда боль не переставая пульсировала во лбу. К этому моменту он мог только догадываться, почему так много выпил и не отказывался от очередной порции. Может быть, головная боль заставит сердечную боль уйти. Но он не ожидал, что ночь закончится в постели Тэхёна, он не собирался просыпаться рядом с ним, и он никогда бы не подумал, что, в конце концов, это была сердечная боль, перекрывающая любую другую.       — Ты устал? — спросил Тэхён, заметив, что Ёнджун закрыл глаза. Не устал, а скорее измотался. — Можешь спать дальше, если хочешь. Ты… Ты можешь остаться на весь день, пока тебе не станет лучше, знаешь же?       Ёнджун медленно кивнул.       — Разбуди меня снова через час, — вздохнул он в последний раз. — Я чертовски устал прямо сейчас.