Лодка на двоих

Карлос сглотнул. Внимательно наблюдал, как они танцуют на поляне, и это ни капли не радовало никого, кроме Роберта, наблюдающего чужую ревность. Оскар, однако, только и делал, что наблюдал, да иногда пытался вяло следить. Будь Карлос на его месте, давно бы разбил себе лицо за подобное, а он… Карлос выдохнул. Он посмотрел на Роберта. С ним они почти ежечасно зажимались по разным углам уже в течении, кажется, пары дней, а то и больше, притворялись, будто тайно встречаются. Этот мальчишка даже защипал свою шею настолько, что на ней появились пятна, напоминающие засосы. Только вот, если присмотреться, то обман быстро раскрывался. Только идиот бы повелся на его выходку. — Скоро там? — не выдержав, спросил Карлос, продолжая кружиться в танце с Робертом, а тот, глядя ему в глаза, но будто зная, что Оскар сверлит их, ответил: — Скоро… Сейчас часть первая. Давай. Карлос незаметно кивнул. Он, сделав вид, что они запутались, повалился на землю, прижимая к себе Роберта, и кинул на Оскара самодовольный взгляд… Тот взбесился. Это было видно невооружённым взглядом, а, значит, всё прошло отлично и… Карлос напрягся. Рядом с парнем показался Камило. Его лицо не выражало ничего хорошего. По нему было видно, насколько тому не нравится происходящее. Мало того, что они находятся под риском выдать себя, так ещё и его парень вот так ведёт себя с другим… Даже если это игра, это больно. «Мне жаль», — только и смог взглядом передать «подарок» своему любимому, который уже развернулся и пошёл прочь, не желая смотреть на происходящую картину. Роберт же, резко поднявшись, потащил Карлоса с поляны. Вторая часть уже наступила. Быстрее, пока Оскар не заметил, они убежали прочь, скрывшись в какой-то подворотне, и затаили дыхание… Уже через пару минут он пробежал следом. Мимо. Робби усмехнулся. Он и не сомневался, что всё обернётся вот так. Впрочем, теперь у него появилась идея, которую он желал поскорее воплотить. Обернувшись обратно к стоящему рядом Карлосу он, оттянув ворот рубашки, подставил ему свою шею — Ставь, — тихо скомандовал он. Лицедей уже хотел спросить, что ставить, однако задумавшись, быстро всё понял и встрепенулся, — Совсем ебнулся?! Мы договаривались без этого! — Ставь, говорю! Не беси меня, — шикнул тот в ответ, слегка толкнувшись, — Ты хочешь всё испортить? Посмотри, как мы далеко! Он должен поверить ещё сильнее, так что живо! Ставь засос! — Блять, — только и прошипел Карлос на чужую болтовню. Он скривился, глядя на чужую тонкую мягкую шею… Вдохнув поглубже, он закрыл глаза, представляя перед собой Камило. Руки слегка сжались на чужих плечах для удобства. Приоткрытые губы коснулись кожи, всасывая её, сначала несильно, потом грубее, жёстче. Чтобы точно был эффект, Карлос вонзил зубы. Роберт сглотнул. Он сдержал тихий стон, терпеливо ожидая, когда же от него отстранятся. Когда лицедей всё же отпустил его, то на шее появилось ярко-красное пятно, именно то, что ему нужно. Довольный проделанным, Роберт тихо улыбнулся. Растрепавшись, они вместе медленно вышли обратно, продолжая игру, однако единственное, о чём теперь думал Карлос — как извиниться за произошедшее перед Камило… Впрочем, тот и так всё понимал. Он знал, что это необходимо, что это всё ради их же блага. И, что если этого не делать, то обоим придётся несладко… Камило переживал. В отличие от Карлоса, актёр из него был никудышный. На лице сразу вырисовывались все его настоящие чувства, что очень мешало временами, такими, как сейчас, когда он, заметив, как его парень медленно и двусмысленно обсасывает чужие пальцы, выдал себя, прячущегося в проходе, и теперь был прижат взбешённым Оскаром к стене. — Ты, блять, всё видел! Почему ты это игнорируешь?! Что, блять, происходит?! — прошипел Оскар, настолько громко и злостно, что Камило невольно нервно сглотнул. Он, дрожа, отвёл взгляд в сторону, чтобы его глаза не выдали не страха, ни лжи, пусть и знал — всё это и так видно невооружённым глазом. — Что п-происходит?.. Всё… Всё в порядке… Т-ты себя накручиваешь… Молчать. Это единственное, что требовалось от Камило. Ничего не рассказывать Оскару, держаться от него подальше, не высовывать язык. И даже с этим Мадригаль едва справлялся. Сейчас он чувствовал себя ужасно беспомощным, и это давило на мозги, точно так же, как переполненный злостью взгляд напротив. Не выдержав, он всё же добавил: — Всё это закончится, когда ты признаешь, что любишь его. И, только тот хотел что-то возразить, как его за шкирку отдёрнул прочь Карлос. Его взгляд тоже был гневным теперь, но Камило уже не смотрел: он, воспользовавшись моментом, побежал вверх, по лестнице, скрываясь на втором этаже, в тихой тряске и волнении. Парень обнял себя… Почему-то покатились слёзы. Внизу послышался крик: — Какого чёрта тебе нужно от моего парня?! «Моего парня», — вздохнул лицедей сверху, успокаивая себя. Всё верно, Карлос его парень. Он его защита. Даже если всё пойдёт наперекосяк, то один Камило точно не останется, верно? У него всегда будет его защитник… Он же сейчас и поднимается вслед за ним, разобравшись с полоумным парнем внизу. Завидев свою любовь, «подарок» мигом подбежал, мягко его обняв, и утёр маленькие слезинки с глаз. — Тише, не волнуйся, — прошептал он, хмурясь, — Всё хорошо, он ничего не понял. — Карлос… — тихо прошептали ему в ответ, — Т-тебе нужно обратно на кухню… Они… О-они… — К чёрту, — прыснул лицедей, не позволив своему парню договорить, — Сами разберутся. Я побуду с тобой. — Карлос… А если… Е-если всё провалится?.. Они же в-все… Про Марко… Камило думал, что справится. Он думал, что сможет спокойно спросить про это, однако, эмоции его думали иначе, и, стоило раскрыть рот на эту тему, как его снова тут же затрясло. Карлос обнял его ещё крепче, начиная гладить по спине. Послышалось тихое успокаивающее шипение. — Всё хорошо, не узнает, — продолжал успокаивать его «подарок», — Пока что просто отвлекись, хорошо? Давай я с тобой побуду? — Не стоит, — Камило вздохнул поглубже, пытаясь привести свои нервы в порядок, и, наконец, натянул улыбку, — Я пойду к Эру. Думаю, он меня развеселит. А ты лучше вернись к ним. Карлос поджал губы. Он кивнул, провожая своего парня взглядом, и лишь надеялся, что тот сможет продержаться до завтра. Завтра… Всё кончится.

***

— Я не буду этого делать! Всё пошло наперекосяк. Они, вновь зажатые в углу меж церковью и пекарней, спорили с Робертом, что же им, блять, делать. До этого они договаривались не больше, чем на легкий поцелуй для вида. Теперь же этот мелкий чёрт просит, чтобы его насильно зажали у стенки. Мальчишка оскалился. — он не поведётся на один чмок! — шикнул он, на чужой отказ, — если уж играть, так до конца! Осталось всего-ничего! — Блять, а идеи получше нет?! — продолжал Карлос. Роберт цыкнул. Они теряли время, вот так разговаривая друг с другом. Нужно было как-то уговорить лицедея, пока не появился Оскар… Роберт вздохнул. Он, рискуя, вытащил из кармана кусок красной ткани, с которым не расставался до этого ни на секунду, и кинул «подарку» в лицо. — Забираешь сейчас в обмен на игру, — проговорил он. Карлос сглотнул, взглянув на него. Он пытался незаметно забрать его ранее, но всё никак не удавалось. Теперь же едва не главная улика против них лежала прямо у него в руках. Он посмотрел на ожидающего Роберта… «К чёрту», — вздохнул он, решившись. Мальчишку прижали к стене, крепко сжав над головой его руки. Он плотнее прижался к нему губами, вталкивая свой язык внутри чужого рта, наперекор протестующим стонам. Колено вклинилось меж чужих ног, слегка приподнимая его вверх., начиная давить. Роберт замычал. Он старался думать о Оскаре, который вот-вот придёт, однако чужие действия слегка сбивали с мыслей. Он, конечно, попросил об этом сам, но не обязательно было лезть с таким напором.Когда «ласки» усилились, Роберт замычал ещё громче и недовольнее. Из глаз, словно по команде, покатились слёзы, но внутри, за своей маской, он сиял ярче солнца. Просто потому, что, наконец, из-за угла появился его любимый… Этот любимый Карлосу синяков и наставил. Лицедей, бедный и измученный, сидел сейчас рядом со своим парнем, который наконец принёс ему стряпню Джульетты и кормил. После первого же кусочка раны затянулись, однако фантомное чувство боли и воспоминания о ней оставались яркими. Карлос вздохнул, ещё раз посмотрев на клочок ткани в своей руке. Он не мог поверить, что всё, наконец-то, кончилось. — Будешь ещё сырник? — спросил его Камило, теперь уже, довольный. Они с Эрнандо уже успели провернуть «похищение» и только-только выбрались из амбара. Первый за прошедшее время действительно хороший день. Карлос кивнув чужим словам, приоткрыл рот, принимая в себя ещё одну штуку. Солнце скоро начнёт садиться. — Тебя буду, — вдруг прошептал «подарок», прижав к себе Камило, успокаиваясь, забывая, наконец, об этом чёртовом спектакле. Больше не нужно притворяться. Только забыть произошедшее поскорее. — Только сначала рот с мылом помою. Наконец-то всё кончилось…