Гарри и Гермиона - наследники Тьмы

"Странно. Не думала, что на уроках этого маразматика будет так интересно," - подумалось темноволосой волшебнице во время лекции. Как ни странно, Снейп рассказывал интересно и со знанием дела. Он не зачитывал нудные определения из треклятого учебника, заменяя всё своими словами, что довольно странно. Возможно, Гермиона была не права, когда считала, что уроки декана Слизерина будут скучными. - Конвергенция - особый вид магии, в которой принимают участие сразу несколько волшебников, - его тихий, чуть низкий грудной голос был единственным звуком в помещении. Всё-таки эта громадная летучая мышь умела наводить страх на учеников. Даже столь любимый им факультет змей сидел тихо, быстро строча пером по пергаменту. "Я тоже такого не ожидал, но, как видно, Мерлин-таки решил сжалиться над нами, предоставив реального специалиста в этой сфере," - последовал ответ от друга, а Гермиона спиной почувствовала изумрудный взгляд на своей спине. Гарри Поттер сидел точно за ней, взглядом скользя по хрупкой фигуре подруги. "Надеюсь, что когда дойдем до практики, ничего не изменится," - очередная реплика со стороны девушки. А ведь по внешнему виду и не скажешь, что сейчас эта симпатичная рыжеватая девушка телепатически общается с другом. Расслабленный вид и полная сосредоточенность в глазах не допускают даже намека на то, что мыслями гриффиндорка далеко не в теме урока. И лишь длинные пальцы, сжимая ручку, быстро записывают нужные слова в тетрадь. В отличие от других учеников Хогвартса, которые пользовались пергаментами и перьями, Гермиона и Гарри уже со второй половины второго курса пользовались магловскими школьными принадлежностями и находили, что ими писать гораздо легче и быстрее. Гарри первым начал использовать маггловские принадлежности, искренне считая, что от ручек гораздо больше пользы, нежели от быстро ломающихся перьев. Когда на первой лекции профессора Локонса Грейнджер заметила, чем и на чём пишет её друг, она удивилась. Не было ещё такого случая, чтобы волшебник, учащийся в знаменитом Хогвартсе, пользовался маггловскими штучками. Это было необычно, оттого и не принято никем, кроме самих детей. Гарри и Гермиона не видели ничего плохого в том, чтобы быть не как все, поэтому-то им практически не составило труда уговорить профессора Дамблдора утихомирить других учителей, которые были недовольны такой вольностью двух подростков. Но против директора не попрёшь, как говорится. Но дальше двух гриффиндорцев сие занятие не продвинулось. Даже Рон, который сначала заинтересовался всем этим, отказался писать ручкой, не желая отвыкать от столь привычного пера. Что ж, это его выбор, и Гермиона с Гарри боле не пытались внедрить маггловские принадлежности в круги школы. Не хотят - не надо. Пусть мучаются. В конце концов, мучиться не им, а непонимающим элементарного ученикам. Вспомнив это, шатенка мельком посмотрела на рыжего друга. Он со страдальческим выражением на лице конспектировал всё, что говорил этот учитель из Ада. Судя по тому, что остановился он где-то на середине, писать с помощью пера он не успевал. Конечно, много времени же тратится на то, чтобы смочить кончик в чернилах. Дурак. - Сейчас я буду вызывать по двое, - голос профессора вернул девушку в реальность. А вот это уже интересно. За последние пару лет они практически не занимались практикой на этом уроке, поэтому сделать хоть что-то, даже с профессором Снейпом, было очень умно. Дети должны уметь постоять за себя, чёрт возьми. И одного знания материала явно не достаточно. - Первыми пойдут Рон Уизли и Лаванда Браун, - услышав имя первой пары, Гермиона едва заметно усмехнулась. Что же, они хорошая пара. Ни Браун, ни Уизли нельзя было назвать хорошими волшебниками. Да что там говорить, волшебниками они были отвратительными. Когда они колдуют, лучше отходить на безопасное расстояние, а то мало ли. А ещё Грейнджер была рада, что не попала в пару к кому-то из этих двоих. В конце концов, лишиться магической силы из-за дурости кого-то из них ей явно не хотелось. Да, отношения между рыжим и Гермионой нарушились. Ей не нравился он, ему не нравилась она. Всё честно. Но ради поддержания звания "Золотого Трио" им пришлось играть на публику. Гермиона, как ни странно, это хорошо умеет. Браун и Уизли вышли в центр. Судя по раскрасневшемуся лицу парня и по побелевшему личику девушки - волшебники жутко боялись. Конечно, ведь Снейп довольно сильно запугал всех, уверяя, что, если что-то пойдёт не так, ребята могут лишиться магических сил. Наверное, это самое ужасное. - Возьмитесь за руки и произнесите: "Риктусемпра", - последние указания со стороны профессора, и он отходит в сторону, позволяя себе насладиться зрелищем. Он знал, чем всё это закончится. Знал и ждал. Лаванда кивнула и взяла за руку рыжеволосого гриффиндорца. Судя по всему, у неё тряслись руки. Причём сильно. Гермиона и все однокурсники напряглись от ожидания чего-то необычного. "Ставлю галеон, что у них что-нибудь да получится," - азартный голос в голове заставил девушку усмехнуться. Поттер в своём репертуаре. "Ставлю два, что ни черта у них не выйдет. Они слишком безнадёжны," - мысленно усмехаясь, отозвалась гриффиндорка. "Посмотрим". "Посмотрим". А гриффиндорцы в центре комнаты лишь прикрыли глаза и сосредоточились. В кабинете повисла тишина. Все ждали. И Гарри с Гермионой в том числе. Резко распахнув глаза, Рон и Лаванда чётко произнесли заклинание, бледнея ещё сильнее. Все уже ожидали увидеть что-то новенькое, но ничего не произошло. В помещении по прежнему было тихо. Со стороны Слизерина послышались смешки, да и Грейнджер не смогла удержаться. Искривив губы в улыбке, она опустила взгляд, видя, как расстроенно опустились плечи рыжеволосого идиота. Что и требовалось доказать. "С тебя деньги, милый," - сладко протянула шатенка, осматривая профессора Снейпа. Он довольно улыбался, прислонившись плечом к каменной стене. Взгляд почти чёрных глаз выражал лишь одно: «что же еще можно было ожидать от этих неумех?». Это позабавило девушку. Надо же, в чём-то они сошлись. Весело живём, однако. Следующими были вызваны Драко Малфой и Блейз Забини. Оба слизеринца действовали уверенно и непринуждённо. "Ещё разок?" "Да ну тебя, Гермиона, - раздражённо прозвучало в ответ. - С тобой без денег останешься". Девушка ничего не ответила, лишь ещё сильнее улыбнулась. А вот в двух парнях с противоположного факультета, что сейчас стояли в центре комнаты, она не сомневалась. Прекрасно зная способности и Малфоя, и Забини, гриффиндорка ожидала чего-то мощного. В отличие от первой пары, у второй всё прошло гладко. После произнесения заклинания вокруг их скрепленных рук образовался шар, который впоследствии уничтожил несколько мишеней. Довольные собой, выступающие прошли на свои места. Молодцы, ничего не скажешь. "Интересно, почему у Рона с Лавандой ничего не получилось, а у Драко с Забини наоборот?" - тихий вопрос заставил самую умную ученицу Хогвартса задуматься. "Я точно не уверена, но, мне кажется, дело в том, как колдующие относятся друг другу". "Браун влюблена в Рона по уши. Этого мало?" "Я разве говорила что-то о любви? - ехидный вопрос. - Это могут быть даже приятельские отношения, главное, чтобы они были взаимны. Драко и Забини общаются с самого детства, и между ними установилось хоть какое-то, но все-таки доверие. У Рона с Лавандой этого доверия нет, и, каким бы ни было сильным чувство, которое испытывает один из колдующих по отношению к другому, ничего не получится". "Наверное, ты права, Ми". "Я знаю, Гарри," - мысленно улыбнулась волшебница. А урок продолжался. Снейп вызывал всё новые и новые пары. Честно сказать, получалось у них всё через раз. Даже не все слизеринцы смогли справиться с этим заданием. - И, наконец, Гарри Поттер и Гермиона Грейнджер, - судя по настороженному взгляду мужчины, он ожидал чего-то лучшего, чем смогли сотворить другие ученики их факультета. Поттер и Грейнджер - единственные, кто действительно могли выполнить это задание. И ему, как бы ужасно это ни звучало, приходилось признавать, что оба подростка довольно сильны в данной сфере. В будущем, без сомнения, ребята смогут стать прекрасными бойцами. Причём к девушке это тоже относится. Её магия сильна, несмотря ни на что. Услышав свои имена, друзья переглянулись и поднялись. Все внимательно следили за ними. Окружающие видели, как изменились двое из "Золотого трио". Не сильно, но заметно. И никто не мог сказать точно, когда всё это началось. Медленно, даже лениво ребята прошли в центр зала. Кругом стояли различные мишени, которые им нужно сбить. - Приступайте, - велел профессор, задумчиво смотря на пару. И всё-таки они похожи... И Грейнджер. Эта вечная зазнайка жутко напоминает ему кого-то. Эти черты лица, чуть вздёрнутый нос, едва заметный рыжий цвет... Нет, этого просто не может быть. Нет-нет-нет, он просто переутомился. С этими гриффиндорцами ничего путного не будет. А мысленно обсуждаемая девушка лишь улыбнулась другу, хотя у самой внутри всё в нетерпении подпрыгивало. Казалось, что сейчас должно произойти что-то... Что-то такое, что она запомнит. Такое уже было у неё, и все эти ощущения впоследствии приводили к тому, что ребята находили неприятности на свои многострадальные задницы. "Гарри, успокойся, у нас всё получится," - заметив, что её друг совсем не пылает уверенностью, произнесла шатенка, даже не глядя на него. "Просто тишина бесит. Смотрят так, словно мы им что-то должны, - раздражённый голос заставил девушку бросить беглый взгляд на однокурсников. Все они следили за каждым их движением, ожидая, как она поняла, чуда. Что же, чудо так чудо. - Ладно, не буду обращать на них внимания. Ну что, солнце, готова показать, чего мы стоим?" "Готова," - тихо, почти неслышно отвечает она, чувствуя, как рука друга уверенно обхватывает её. Быстро обернувшись, она едва заметно улыбается брюнету, глаза которого странно зажглись. Но девушка уверена: то же самое творится и с её глазами. Они чувствуют друг друга, словно единое целое. Резкий выдох, и оба подростка уверенно закрывают глаза, чётко проговаривая заклинание. Сначала ничего не было, и они даже успели испугаться, что у них ничего не получилось, как вдруг что-то произошло. И произошло что-то такое, что совсем не планировалось. Такого не должно быть, они уверены. Гермиона почувствовала огромный прилив магической энергии. Она заполнила её всю, изнутри, отчего покалывало в кончиках пальцев. В груди сдавило, словно дух лезет наружу. Резкий выдох и боль в голове. Странное шипение заставляет зажмуриться. Перед глазами проносится нечто странное: девушка в древнем длинном платье в круге пентаграммы читает заклинание, дует сильный ветер, который, казалось, Грейнджер могла ощутить телом. А потом приходит Она. Бездна. Та, что уже несколько лет обучает её тёмной магии. Та, которую она уже привыкла видеть, и больше не боялась. Бездна. Она пришла к кому-то. На этом картинка обрывается, но начинается другая: красивая рыжеволосая женщина лежит на больничной койке, а на её груди покоятся два свёртка. Розовый и голубой. Два ребёнка. Рыжая счастливо улыбается, а по её щекам текут слезы. Она счастлива. Всё снова резко меняется, и теперь Гермиона видит стильно обставленную гостиную, где на диване сидит всё та же рыжая девушка. Только теперь она рыдает горькими, обжигающими слезами. Её тонкие дрожащие руки крепко прижимают к себе розовый свёрток. Она что-то шепчет, медленно качаясь. Словно сумасшедшая. А потом заходит какой-то мужчина. Вернее... Отец Гарри. Его точная копия. Не узнать его нельзя. Джеймс Поттер медленно подходит к жене, нежно проводит по шелковистым волосам, что-то говорит. Жена поднимает на него полный боли изумрудный взгляд. Совсем как у Гарри... Неужели? Да, это родители её друга. Родители Гарри Поттера. И вновь картина исчезает. На этот раз навсегда. Теперь перед глазами девушки лишь темнота. Яркая темнота, в которой не видно даже собственной руки. Но ей не страшно. Она уже привыкла к такому. Когда ты столько лет знакома с некой Бездной, невольно полюбишь тьму во всех её формах. Но даже темнота была недолговечный. Спустя определённое количество времени, девушка увидела летящий к ней кроваво-красный шар. Он был большим и излучал колоссальную энергию. А ещё он был горячим. Жутко, почти обжигающе. И этот сгусток энергии направлялся к ней, опаляя кожу горячим ветром. Приятно, как ни странно. Ещё пара секунд, и неизвестная субстанция, которая висела в метре от неё, неожиданно быстро преодолевает расстояние между ними и с тихим хлопком бьётся о грудь Гермионы. Воздух вырывается из лёгких с едва слышным хрипом. Тело трясётся, как при лихорадке, а девушка чувствует, как по крови растекается огненная масса, сжигая изнутри. Хочется сделать вдох, но изо рта вырывается лишь дым. Пальцы колет, а на их кончиках появляются зелёные искры. Волосы сами по себе поднимаются выше, словно наэлектризовываются, а глаза, если бы Гермиона только видела свои глаза! Угольно-чёрные без белка. Просто чёрные глаза. Словно две дыры, поражающие силой, мощью. Магия... Она везде. В голове, сердце, ногах. Казалось, что стоит взмахнуть рукой - и все великие волшебники падут перед ней. Она всесильна, могущественна, непобедима. Столько силы было в юном теле! И шатенке нравилось это. Она практически не видела, что происходит вокруг, позволяя силе растекаться всё быстрее и быстрее. Кожа пылала, а шрам, который всегда был у неё на шее, и вовсе, казалось, загорелся. Было больно. Словно кто-то вспарывает этот чёртов шрам, и, девушка могла поспорить, кровь действительно капала по шее, скатываясь по спине. Безумие. Темно, жарко, больно, сильно. Эмоции зашкаливают, заставляют мысли путаться. Слишком горячо. Слишком больно. Слишком сильно. Нереально. Всё кружится. Эйфория. Ещё пара мгновений, которые Грейнджер провела в каком-то странном коматозе, и всё резко прекращается. Боль отходит, жар спадает и лишь колоссальная сила внутри по-прежнему продолжает пылать, но уже более терпимо. Она может сделать всё, что угодно. Может, и сделает. Резкий выдох. Распахнув глаза, шатенка даже не зажмурилась. Свет, который был в помещении, хоть и был неприятен, но довольно легко принял её обратно. Принял из мира Тьмы. Кабинет был полностью разгромлён, что заставило юную волшебницу удивиться. Парты были перевёрнуты, а ученики, которые когда-то сидели за ними, оказались лежащими в самом конце кабинета. Кто-то был без сознания. Все с ужасом смотрели на них. Огромные окна, которые и пропускали свет, были выбиты, а их осколки валялись под ногами. На стенах множество выжженных кругов. Складывалось такое ощущение, словно тут прошло войско Волан-де-Морта. Но даже разнесённый к чертям кабинет не удивил шатенку так, как осознание того, что они с Гарри, по-прежнему держась за руки, парили в воздухе. Вокруг них было какое-то странное тёмное сияние, которое приятно холодило кожу. Оно окутывало их, как кокон. Едва слышимый смешок со стороны друга заставил её повернуться к нему. Гарри с поистине дьявольской усмешкой на тонких губах осматривал то, что, как можно было предположить, сделали они. В его изумрудных глазах появились тёмные искорки. И сейчас он был красив, как никогда. Угольно-черные волосы неведомым образом оказались аккуратно уложены, и без того бледная кожа побелела еще сильнее, а губы, напротив, стали яркого, насыщенного цвета. А ещё, девушка могла поклясться, у её друга подкачалось тело. Плечи стали более широкими, талия узкой, а мощные руки и шея невольно приковывали внимание. Поэтому, если парень и раньше привлекал многих девушек, то теперь стал слишком красивым. Можно даже сказать - чертовски красивым. Гермиона невольно засмотрелась на друга. Что, чёрт бы всех подрал, произошло? Почему кабинет разгромлен, почему Поттер неожиданно стал секс-символом, и что за странная энергия, которая заставляет её злобно усмехаться, смотря на застывших в углу однокурсников, пылает внутри? А Гарри Поттер тем временем так же пристально осматривал подругу, не веря своим глазам. На месте его привычной подруги рядом с ним стояла, а если быть точнее, висела, шикарная рыжая девушка. Не то, чтобы раньше Гермиона была страшной, но то, что с ней стало сейчас - просто не лезет ни в какие ворота. Она переплюнула даже Панси Паркинсон, которая с детства следит за своей внешностью. Волосы стали ещё длиннее, чем были когда-то, приобретая оттенок меди. Ещё не огненно-рыжий, но совсем близко к нему. Карие глаза, которые всегда напоминали Избранному шоколад, неожиданно стали яркого янтарного оттенка. Как виски. Дорогое и горячее, как и сама девушка. Кожа побледнела, а веснушки, на которые вечно жаловалась гриффиндорка, исчезли без следа. А ещё, как ни странно, у девушки изменилась фигура. Не сильно, но всё равно заметно. Талия чудесным образом стала более тонкой, а из-под школьной формы стала выпирать немного увеличившаяся грудь. Казалось, даже ноги стали длиннее. Это нереально. Она словно хлебнула Оборотного Зелья какой-то неземной красавицы. Неправильно. Что вообще произошло? Никто не знал. Ни сами ребята, которые потрясённо оглядывали друг друга; ни их сокурсники, что гурьбой валялись в углу, боясь сказать хоть слово, ведь от Поттера и Грейнджер исходила такая энергия и сила, что даже самый гордый человек заткнётся и будет молчать в тряпочку. Им хватило яркого полёта через весь класс и болючего удара об стену; так же не понимал и профессор Снейп. Он в шоке наблюдал за всем, что произошло. А увидеть удивлённого декана Слизерина - это вам не хухры-мухры. В общем, всё было очень странно. - Мистер Поттер, мисс Грейнджер, - аккуратно, словно пробираясь в клетку к драконам, начал мужчина, делая осторожный шаг к ним. Тёмное свечение, которое находилось вокруг них, сильным разрядом тока шарахнуло ничего не понимающего профессора, отчего он сдавлено зашипел сквозь стиснутые зубы. Из-за того, что адская парочка висела в воздухе, ему пришлось поднять голову. Напрягшись, оба подростка резко повернули головы к брюнету, прожигая его странными взглядами. Только сейчас профессор заметил, как изменились его ученики. И такого он за всю его жизнь ещё не видел. - Профессор? - приятным, мелодичным голосом спросила Гермиона, тряхнув головой, словно прогоняя наваждение. Напряжение спало, а магия внутри наконец улеглась, позволяя контролировать тело самой владелице. Тёмная аура рассеялась, оставив после себя лишь лёгкую дымку, а ребята медленно, как это обычно бывает во многих маггловских фильмах про сверхспособности, опустились вниз. - Что это было? - в голове звенело от небывалой мощи, а в теле была непривычная лёгкость. Как будто она до сих пор висела в воздухе. - К директору. Немедленно, - видя, что двое вроде как успокоились, декан Слизерина резко схватил их за руку, желая быстрее вывести из кабинета, так как могли пострадать и другие, но резко разжал ладонь, где кожа вмиг покраснела и покрылась волдырями, как при очень сильном ожоге. Боль была соответствующая. Снова зашипев, учитель бросился к столу, где всегда были его зелья. Даже в кабинет ЗОТИ ему удалось перетащить половину кабинета Зельеварения. Профессия, как никак. Порывшись в ящике, он осторожно, стараясь не причинить себе новой боли, достал какую-то склянку и, открыв её зубами, полил на руки. Ожоги вмиг затянулись, волдыри лопнули и исчезли, краснота спала, а брюнет сделал себе заметку: впредь не хватать этих ненормальных за руки и другие участки тела. Рядом не всегда может быть отвар из календулы. А сами такого не ожидавшие Гарри и Гермиона в ужасе шарахнулись от него в сторону. Никто не понимал, что происходит. Всё это было похоже на сон, который невиданным образом перерос в реальность. Многое из того, что было сейчас, уже показывала Бездна во снах, уклончиво говоря, что скоро и они так смогут... Неужели это всё она? Она сделала всё это, наградив незнамо чем? Вполне возможно. Бездна... Кто она? До сих пор ни один, ни другая не могли дать ответ. Единственное, что было известно, - она сильна, как никто иной. Возможно, она была самой жизнью, а может, даже Смертью. - Простите, - брякнула Грейнджер, поправив медного цвета волосы. Пока что это единственное отличие, которое она у себя нашла. И, нужно признать, этот цвет ей нравится гораздо больше. - Собирайте свои вещи и марш к директору, а вы, - теперь профессор Снейп посмотрел на уже поднявшихся учеников, которые, панически оглядываясь, в ответ смотрели на него, - спишите домашнее задание с доски и идите на следующий предмет. Урок закончен! - и с этими словами он вылетел из класса, откуда уже успели выйти два подростка, которые всего лишь одним прикосновением перевернули целый мир... История меняется. Судьба достаёт новые нити, и швеями теперь будут они - Гарри и Гермиона Поттер. *** Оказавшись у горгульи, охраняющей ход в кабинет Дамблдора, девушка и парень остановились и стали дожидаться профессора Снейпа. Тот шёл слишком медленно, явно о чём-то думая, вновь и вновь бросая взгляды на рыжеволосую. Сейчас она ещё больше напоминала ему ту самую, которую он любил всем своим чёрствым сердцем. Лили... Грейнджер была почти точной копией его возлюбленной, разве что цвет глаз отличался. Глаза у неё, как у Джеймса... Нет, чушь. Эта дрянная магглорождённая волшебница не может быть ещё одним ребёнком Поттеров. У них же был один! Гарри Поттер, этот несносный мальчишка, который так похож на своего отца. Но тогда почему такая схожесть? Логики не было. И это плохо. Не прошло и пяти минут, как в коридоре показался профессор. Быстро подойдя к ребятам, даже не взглянув на них, он произнес: - Лакричные пряники, - в этот миг горгулья отодвинулась в сторону, а на ее месте появился проход. Первым в проход зашел профессор Снейп, немного погодя и непонимающе переглянувшись, зашли и Гарри с Гермионой. Минуты две они втроем шли по лестнице, не сказав ни слова. Подростки медленно переваривали происходящее, а мужчина просто старался понять, что всё-таки за чертовщина тут творится. Ни один волшебник, каким бы сильным и могущественным он не был, не может левитировать без помощи других и, тем более, обжигать окружающих всего лишь прикосновением. Это неправильно, страшно и аморально. Вскоре они оказались в кабинете директора. Дамблдор сидел в кресле за своим столом, беглым взглядом читая пергамент. Услышав скрип, он подняв взгляд на вошедших, и всего на секунду на его лице отразилось удивление. Увидеть в кабинете таких, как Гермиона Грейнджер и Гарри Поттер - это ещё полбеды. Гораздо более удивительное было в их образе. Их было практически не узнать. Именно сейчас они напоминали ему каких-то зазнавшихся деток аристократов с высокомерным взглядом. Да и сила у них нехилая. Стоило двум подросткам показаться в данном помещении, как и директора обдало волной полностью чёрной энергии, отчего его седые волосы невольно стали дымом. Обычно невозмутимый Дамблдор резко выпрямил спину и, впишись взглядом в детей, заговорил тихим голосом: - Что-то случилось, Северус? - Эти... Дети, сэр, довольно странно повели себя у меня на уроке, - явно подбирая слова, выдал мужчина, сцепив руки в замок за спиной. Чёрные волосы свисали вдоль лица, а настороженный взгляд бродил по кабинету директора. Что-то здесь не так. - Что-то противозаконное? - Я не уверен, что о подобном поведении есть закон, профессор, - отчеканил Северус, поджав тонкие губы. - А впрочем, посмотрите сами, - с этими словами брюнет достал палочку и, приложив к виску, вытащил из головы нужное воспоминание. Старик тут же подскочил, предоставляя для учителя проход к нужной чаше. Белёсая нить воспоминаний уже маячила рядом. - Неужели всё так плохо? - улыбнулся директор Хогвартса, готовясь окунуться в воспоминания помощника. - Вы всё увидите, сэр, - по-прежнему холодно отозвался декан Слизерина, окунув, наконец, кончик палочки в прозрачную воду, видя, как в ней растворяется его память. Пожав плечами, Дамблдор опустил голову в чашу, отдаваясь навстречу потоку информации. Остаётся только ждать. Темноволосый мужчина повернулся, окинув довольно спокойных детей взглядом. Казалось, им плевать на то, что произошло. В карих и зелёных глазах было видно лишь лёгкое удивление и безграничная власть. Это совсем на них не похоже. Словно подменили. Тишина давила на уши, но никто не смел нарушить её. И ведь Снейп не знал, что прямо за его спиной подростки ведут диалог: "Думаешь, это Бездна?" - спокойный голос Гарри раздался в голове Гермионы довольно неожиданно. После этого происшествия их возможности заметно возросли, и они это уже заметили. Даже телепатическая связь стала сильнее, хотя у них ещё не было возможности этого проверить. Они просто чувствуют, и всё тут. В конце концов, на чувства полагаться нужно чаще, чем на разум, пусть и говорят обратное. "А как, по-твоему, это можно объяснить?" - в ответ спросила Грейнджер, вздёрнув подбородок. Что-то странное творилось внутри. Хотелось пойти и показать глупым учителям то, чего они не знают. Показать свою силу, мощь... И эти мысли, в какой-то степени, пугали девушку. Вроде бы она никогда не отличалась особенным величием и злостью, но сейчас... Ей как никогда хотелось пойти пальнуть в кого-нибудь запретным заклинанием. Сама не зная почему, рыжая была уверена, что у неё оно выйдет очень даже хорошо. "Но почему сейчас? Нам нет даже восемнадцати," - снова вопрос, который невольно вывел из себя Гермиону. Да она-то откуда знает? Если она умнее, чем он, это совсем не означает, что она обязана знать всё. Есть такие вещи, о которых девушка даже не слышала. И это - наглядный пример. Но её друга, похоже, это вовсе не волновало. Он ждал ответа, хотя в его сторону и полыхнуло ледяным дыханием подруги. Странно всё это... Но совсем не страшно. Словно так и должно быть. Правильно. Разумно. И до безумия приятно. Да, чувствовать эту энергию внутри было приятно, а ещё - возбуждающе. "Возможно, - стараясь держать себя в руках, произнесла девушка, - для этого требовалась именно конвергенция." "Ты злишься," - скорее как факт, нежели вопрос, произнёс брюнет, улыбаясь краешком губ. Он чувствовал её злость. Она была частью его собственной злости, поэтому-то он знал, когда лучше замолчать, дабы не нарваться на гнев милой подружки. "Да, - не стала скрывать она, сложив руки на груди и раздражённо выдохнув. Профессор странно на неё посмотрел. - Меня бесит вся сложившаяся ситуация. Как будто мы сами что-то знаем. Спорим, что сейчас, когда этот старик вынырнет из воспоминаний, он накинется на нас с расспросами?" "Будь спокойней, милая. Ничего плохого не произошло". "Но скоро произойдёт," - буркнула она, заметно напрягаясь, когда Дамблдор стал приходить в себя. Он вытащил голову из чаши, развернулся и огромными глазами уставился на детей. Честно, и Гермиона, и Гарри первый раз видели такого директора. За все шесть лет такого не было ни разу. Сейчас же он, казалось, был удивлён, словно увидел летающих слонов. Хотя, кто знает, что есть на этом свете. Поражённо оглядывая учеников, директор сел за стол, сложив руки на гладкой столешнице. Невероятно. Просто магическое совпадение! - Впервые вижу, чтобы кто-то так конвергировал, - сокрушённо покачав головой, он почесал бороду и прикрыл глаза. - Что же вы стоите? Садитесь, - и он рукой указал на два кресла напротив. Переглянувшись, друзья аккуратно сели, как-то напряжённо поглядывая на столь же напряжённого директора. - Последними, кто так мог делать, были все четверо Основателей и то потому, что между ними всё же были родственные связи. Брови Грейнджер удивлённо полезли вверх. - Основатели были родственниками? - удивлённо произнесла она, непонимающе посмотрев на картины этих людей. Они величественно смотрели на них в ответ. Красивые. Очень красивые. Но ведь они совсем не похожи. - Это очень запутанная история, мисс... Грейнджер, - на её фамилии он замер, словно забыв её. Голубые глаза сверкнули из под очков-половинок. - Но да, они действительно были кровными родственниками. Именно поэтому они смогли создать такой сильный выброс энергии. Родственные узы всегда сильнее, нежели дружеские или романические. В них одна кровь, одна энергия, которая просто разделена пополам. Особенно сила велика у братьев и сестёр... - К чему вы всё это ведете, сэр? - вдруг громко спросил Гарри, скрипнув зубами. Странная тема для разговора об их ситуации, не находите? Только, если, конечно, он не хочет намекнуть им о... Ну, нет. Это уже полный бред. - У Лили и Джеймса Поттер было двое детей, - в лоб сказал он, видя, как расширяются глаза всех присутствующих. - Я, если честно, даже забыл об этом. - Простите, что? - парень в очках посмотрел на любимого директора, как на больного; изумрудные глаза в шоке распахнуты, а в них читается полное непонимание. Он что, шутит? Двое детей? - То есть, у меня был брат... Или сестра? - Тридцать первого июля у Лили Поттер - в девичестве Эванс - родились двое детей. Мальчик и девочка, - словно воздух из груди выбили. Все трое были настолько шокированы этим фактом, что забыли, казалось, как дышать. Они лишь глупо открывали и закрывали рты, не в силах вымолвить ни слова. Даже сдержанный мистер Снейп оказался подавлен и жутко удивлён. У его Лили... Милой, нежной Лили было двое детей. От Поттера. И эти дети сейчас здесь, в этом помещении. Так вот почему Гермиона так похожа на его возлюбленную. Она её дочь. Родная, часть его маленькой Лили. - Гермиона и Гарри Поттер пробыли с семьёй всего несколько недель. После я узнал, что Том узнал о пророчестве и начал охоту за Гарри. Но, так как о девочке в пророчестве ничего не было сказано, разумным было отдать её туда, где руки Волан-де-Морта не смогли бы до неё дотянуться. - Стоп-стоп-стоп, - дрожащий голос Гермионы прозвучал как гром среди ясного неба. Карие глаза полыхали злобой. Она взглянула на директора. - То есть, вы хотите сказать, что я - Гермиона Поттер? Сестра Гарри? И всё это время вы молчали? - Я думал, что ты сейчас в какой-нибудь аристократической семье... Не думал, что ты окажешься у магглов, - поспешил оправдаться директор, но неожиданно отлетел к противоположной стене, отброшенный неудержимым потоком энергии. Старик, ударившись об стену, с грохотом повалился на пол. Оба подростка медленно встали, делая несколько шагов к седому мужчине. Он удивлённо смотрел на них, но не делал попыток защититься. Во-первых, хотелось узнать, что будет дальше, во-вторых, нужно узнать их силу, чтобы в дальнейшем обезвредить. А с самими Гарри и Гермионой творилось действительно что-то странное. Снова появилась та самая тёмная аура, которая заставила все близстоящие предметы буквально рассыпаться в прах. А что было бы с человеком... Потоки магии наполнили помещение, а за окном грянул гром. Волосы наэлектризовались и теперь свободно парили в воздухе, создавая жуткое зрелище. Но даже не это было самым страшным. Самым ужасным, отчего бросало в дрожь даже таких волшебников, как Северус Снейп и Альбус Дамблдор, - были глаза. Четыре бездонных колодца. Угольно-чёрные и совершенно нечеловеческие. Глаза демонов. Тварей Ада. Но никак не человека. - Вы издеваетесь? - вдруг спросил Поттер, делая ещё один шаг в сторону директора, который всё-таки решил взяться за палочку. Но она самым странным образом отлетела в сторону, прямо в руки усмехающийся Грейнджер... Или Поттер? Неважно. В руки ужасной девушки, которая чуть ли не с наслаждением смотрела за страхом, который промелькнул в голубых глазах старика. Они не понимали, что делают. Сознание словно помутнело, не давая мыслить трезво. Враньё. Сколько вранья было в их жизни. Все врали, молчали о том, что они брат и сестра. Мерзость. - Вы забыли? - прошипел брюнет, оказываясь совсем близко от непутёвого волшебника. Гарри смотрел на него сверху вниз, разминая сильные кулаки. Чёрные глаза заглядывают в самые потаённые уголки души. А ничего не понимающий профессор Снейп только двинулся в сторону Дамблдора, дабы помочь, как невидимая сила остановила его. Развернувшись, он встретился с глазами рыжей. Она сидела на столе директора, закинув ногу на ногу и улыбалась. А если быть точнее, скалилась. Обычно мягкие черты лица ожесточились, а глаза поражали злобным прищуром. Дикая. Она была дикой, и любой шаг мог стать последним. Маг не сомневался, что ей хватит взмаха руки, чтобы убить его. И сейчас, когда она даже не отдаёт себе отчёт в собственных действиях, она действительно может это сделать. Страх сковал тело. Вообще, Северус редко когда боялся. Работая на двух сторонах, невольно забываешь это чувство. Но сейчас, при взгляде в эти чёрные глаза, животный ужас накрывает с головой. Кажется, что смотришь в глаза самой смерти, которая уже занесла над тобой косу. - Не рыпайся, - сладко пропела она, игриво помахав пальчиком. Алые губы искривились в усмешке. Безумие вновь накрывает с головой. - Дай мальчику поговорить с ним. - Мисс Грейнджер, - мужчина искренне старался достучаться до сознания девушки, которая сейчас действительно напоминала чёрта. Только крыльев и рожек не хватает. - Да, профессор? - протянула она, легко спрыгивая со стола и начиная медленно ходить по кабинету. Тонкие пальцы быстро пробежались по спине Поттера, отчего тот едва заметно улыбнулся и вновь направил злобный взгляд в сторону директора. Тот нервно сглотнул. Так страшно ему не было ещё никогда. Да он уже и забыл это чувство. - Придите в чувство, мисс Грейнджер. Не дайте тёмной стороне поглотить вас... - он говорил тихо, делая несколько шагов от неё. Всё-таки не знаешь чего ждать от этой рыжей бестии. - Тёмной стороне? Вы ещё не видели мою тёмную сторону, сэр. - Я понимаю, что это шок, но... - Умолкни, - велит она, вновь переходя на "ты". - Ты, ничтожество, даже не понимаешь, что я сейчас чувствую... Столько лет думать, что ты жалкая грязнокровка, вытерпеть столько боли и унижений... А всё из-за чего? Из-за тупого старика, который забыл? О, Гарри, может, вставим ему мозги, чтобы больше не забывал? - злобно прошипела она, оборачиваясь к брату. Тот задумчиво смотрел на Альбуса, который даже не делал попыток вырваться. - Ещё успеем, милая, но сейчас я хочу сказать ему всего несколько слов, - брюнет чуть пригнулся, хватая величайшего волшебника за бороду и притягивая его лицо к себе. Ни жалости, ни сочувствия. Лишь жгучая ярость, что разливается по телу. Идеально. - Уважаемый профессор, - ядовито начал он, заглядывая в голубые глаза. Очки-половинки валялись где-то рядом, - знаете ли вы, как я вас ненавижу? Решили поиграть в кукловода? Что же, похвально. Но только не с нами. Я не собираюсь быть марионеткой в ваших старых руках. И Гермионе не позволю. Столько лет я делал для вас всё. Жертвовал всем, что у меня есть, висел на волоске от смерти, а всё ради чего? Чтобы победить какого-то лысого маразматика, решившего захватить мир? Кстати говоря, даже в ненависти ко всему миру Тома виноваты вы. Думаете, я не вижу вашу душу? Она гнилая, жалкая и совершенно не ценная. Вы ничтожество, которое возомнило себя королём. Боюсь, мне придётся поправить вашу корону, сэр. - Ты не понимаешь, что говоришь, Гарри, - просипел старик, жмурясь от боли. Всё-таки у парня очень сильная хватка. На эту реплику в ответ послышался лишь смех подростков. Они смеялись громко, запрокинув голову. - Это ты не понимаешь, на кого нарвался, старик, - отсмеявшись, произнесла Гермиона, после чего резко застыла. - Гарри, нас вызывают. - Уже? - расстроенно протянул брюнет, выпрямляясь. - Что же, продолжим в другой раз, - он снова чуть пригнулся к Альбусу. - С этого дня я больше не работаю на тебя. И на Тома тоже, если ты опасаешься, - видимо, заметив панический взгляд директора, добавил парень. - Я сам вас всех по стенке размажу, если нужно будет. И ещё, пока нас не будет, постарайся вспомнить ещё пару деталей своего прошлого. Мы проверим, - и он улыбнулся. Грозно, отчего бегут мурашки, обнажая белые зубы. И он наконец отошёл от него. Лениво подойдя к рыжей, он приобнял её за плечи, а она доверительно прижалась к сильной груди. "Это не Гарри Поттер и Гермиона Грейнджер", - думали учителя. Это просто не могли быть они. И никто не знал, что это - действительно они. Настоящие они, без масок и без ограничений. И, боюсь, теперь они будут такими всегда. Бездна постарается сделать их именно такими. - Ах да, - "вспомнила" Гермиона. - Я очень надеюсь, что наша маленькая ссора останется исключительно между нами. Даже не старайтесь натравить на нас Министерство или авроров. Нам не нужны лишние смерти. Я доходчиво объяснила? - а в ответ тишина, которая явно разозлила юную волшебницу. - Не слышу: вам понятно? - девушка щёлкает пальцами и тела профессоров оказываются висящими в воздухе, а из горла вырывается хрип. Тело начинает ломать. Слышится хруст костей. - Ну-ну, не кричите вы так, я просто жду ответ. - Мы поняли, - корчась от боли, просипел Северус, мешком падая на пол и стараясь отдышаться. Как выяснилось, кости были целы, а вся эта боль была лишь иллюзией. Да кто они такие, чёрт возьми? - Ну, вот и ладненько, - рыжая радостно хлопнула в ладоши и, схватив брата за руку, потащила в выходу, - отдыхайте. И они скрылись из виду, оставляя двух самых серьёзных и уважаемых людей в школе корчится от боли и стонать, понимая, что это точно начало. Начало конца для всего, что не понравится этой Адской парочке. *** Ни Гарри, ни Гермиона не понимали, как очутились в гостиной. Последнее, что они с ужасом вспомнили, - это то, что именно они делали с директором Дамблдором и профессором Снейпом. Они видели, что делали, что говорили, но не могли понять, когда и как они это делали. Словно смотрели фильм со своим участием, содрогаясь от самих себя. Те Гарри и Гермиона были действительно прекрасны. Сильны, уверенны, могущественны и, самое главное, бесстрашны. Они удивили самого Альбуса, поставили на место Северуса, и теперь и тот, и другой до жути боятся их. Что это было? Почему всё было так? И что за наваждение такое? Неужели, если такое будет ещё раз, они действительно убьют их? Ответ есть: да. Они убьют любого, кто появится на пути. И только сожалеть они не будут, так как тайным желаниям невозможно сожалеть. А им понравилось. Им понравилось то, что они видели. Им понравились они в таком виде. Всё то, что было в них, вырвалось в те мгновения, позволяя почувствовать себя кем-то другим, иным, более сильным и высшим по рангу. И, если бы была такая возможность, и девушка, и парень, без сомнения, хотели бы быть такими, ведь... Темнота всегда была прекрасной. - Знаешь, у меня такое ощущение, что нам нужно будет бежать из магической Британии сломя голову. Дамблдор это так просто не оставит. Он же нас теперь Злом похлеще Тома считать будет, - нервно хохотнул Гарри, поправляя очки и прикрывая глаза. Всё по-прежнему казалось сном. Невероятным сном. Сейчас они сидят в пустой гостиной, тихо переговариваясь. Остальные на обеде, так что ещё около часа у них есть, чтобы побыть в тишине и, возможно, покое. Чёрт возьми, они - брат и сестра. Как такое возможно? Хотя, если посмотреть с одной стороны, то они действительно похожи. Есть сходство в чертах лица, пусть и они похожи на своих родителей, почти как вторая капля дождя. Гарри - на папу с глазами матери, а Гермиона - на маму с глазами отца. Всё просто, всё верно. Но это так необычно... Считать друг друга чем-то большим, чем друзья. Хотя чему они удивляются? Ведь неспроста же они так трепетно общались друг с другом. - Не придётся, - вдруг раздаётся знакомый женский голос, который заставляет внутри ребят что-то дрогнуть. Что-то, что скрывает их истинную сущность. - Если вы, конечно, научитесь быть такими, какими были сегодня, - и черноволосая девушка улыбнулась, проходя к ним и усаживаясь на диван. Взгляд бездонных глаз заскользил по лицам детей. - Да, это то, что я хотела. Вы прекрасны, дети мои, - и она снова рассмеялась приятным смехом, больше похожим на перезвон колокольчиков. - Бездна? - вопрошали два голоса, а брови брата и сестры поползли вверх. Она никогда не приходила в реальности и, тем более, сразу к двоим. - Знаю-знаю-знаю, я не в своём репертуаре. Но время пришло. Пора принять должность и стать графом и графиней Ада. - Прости, что? - Вы мои наследники, ребята. Вы полностью принадлежите мне и подземному миру. ********* От соавтора: Дорогие подписчики, прошу отписаться, так как на эту главу у меня ушло очень много времени. Предупреждаю сразу, многое тут не так, как планировалось у автора, потому, если вам не понравится, мы можем исправить на вариант нашего любимого главного автора ^^