булка

давать трезвую оценку посетителям, внаглую открывающим дверь чуть ли не с ноги и смотрящим на меня так, словно я им что-то должен, не хотелось. то ли я выглядел чересчур добропорядочным для таких индивидов, то ли они просто цеплялись ко всем, но напрягало это ужасно. - послушайте, маковые булочки уже закончились, - в четвертый раз с натянутой улыбкой повторял я, пока воротник моей рубашки нещадно сжимали и тянули вверх - ещё секунда и ноги, по-моему, оторвутся от земли. мужчина напротив - постоянный клиент, агрессивный и с прибабахом, однако мне строго запретили звонить в полицию другие сотрудники, потому что денег он здесь оставляет много. - слышь.. почему у вас их нет именно тогда, когда я прихожу, - за воротник тянут сильнее. я дышу через нос и медленно считаю до десяти. как назло - сегодня остался один закрывать магазин, и этот тип приперся именно сейчас. ни помощи, ни вообще ничего от других ждать, похоже, не стоит. - я уверен, ты запихнул их себе в пакетик и понесешь сейчас домой, а... ну вот, можно прощаться со всеми, я не намерен устраивать драку, из-за которой может пострадать тут как оборудование и я, так и моя зарплата и вообще наличие работы. его рука сжималась сильнее, а я ничегошеньки и не думал делать, только смотрел в сторону и ждал, пока плевательство и угрозы в мое лицо прекратятся. - дяденька, - вздох, и чужой басистый голос разрывает маленькое помещение. - он же сказал, что булки закончились. я вздыхаю тяжело и долго. ввязываться в перепалки с этим мужчиной у меня не было желания, а вот у парня, стоящего за ним и вошедшего так тихо, что никто не заметил, - запросто. только, пожалуйста, пусть они выйдут из булочной и порешают все свои дела за ее пределами, ущерб платить иначе мне. рука, держащая меня, ослабляет хватку, а потом и вовсе отталкивает от себя. поправляю рубашку и фартук, за мужчиной того парня не видно, но я почему-то уверен, что он примерно мой ровесник. составлять психологические портреты всегда интересно, я перенял это из рассказов цвейга, поэтому невольно думаю о высоком светловолосом мужчине в деловом костюме и с дипломатом в руке, наверное, подрабатывает в компании своего отца и параллельно учится в универе, как и я. но в психологических портретах я всегда промахивался, поэтому удивился только самую малость, когда это был действительно высокий парень, но ни капли не светловолосый и ни капли не в деловом костюме с дипломатом. русый и в олимпийке со спортивными штанами, он держал руки в карманах и быковато смотрел на мужчину, не бросив ни одного взгляда на меня. в голове пронеслось: хулиган. ну и влип же я. - пацан, ты щас ч... - выйдем, побеседуем? выдыхаю только тогда, когда они выходят. у меня даже не было времени поблагодарить того парня, потому что растерянность взяла верх. проходит около десяти минут, и до закрытия остается ровно столько же, я уже снимаю фартук, потому что в такое время к нам никто не заходит, и кладу стоявшие на прилавке батоны в пакет, чтоб занести маме и нескольким соседкам, платящим за это вдвое меньше. по правде говоря, жутко распирает от мыслей, что же случилось между теми двумя, но я качаю головой и продолжаю заниматься своими делами, иногда подумывая, что завтра придет этот покупатель и хорошенько меня отделает. - два банановых рогалика, пожалуйста. плечи невольно вздрагивают, а сердце на секунду уходит в пятки. я поворачиваюсь лицом к прилавку, и передо мной - тот самый парень, заходивший десять минут назад. ну, по крайней мере у него лицо не в крови, а значит, скорее всего, не подрались. что еще лучше, чем можно себе представить. - или вы уже закрыты? теперь могу рассмотреть его получше - волосы в беспорядке, кажется, он стригся очень давно, какое-то пятно на олимпийке и брови, которые, наверное, всегда в состоянии хмурости. - нет-нет, - натягиваю приветственную улыбку и щипцами укладываю рогалики в пакет. - скидка тридцать процентов после семи вечера. - ага, знаю, - он в упор рассматривает меня, что доставляет дичайший дискомфорт, но я пытаюсь постепенно привыкать к такому, поэтому только сосредотачиваюсь на кассе и вводе данных. - оплата по кар... - ни разу тебя не видел здесь, ёну. я в тот момент знатно чуть не наложил в штаны. не помню, чтобы говорил свое имя и разрешал обращаться к себе на «ты». но этот парень выглядит как стопроцентный хулиган, а значит нетактичность у него в крови, поэтому этот момент еще можно проигнорировать. в голове перебираю все возможные свои знакомства и места, где я мог бы встретиться с этим парнем и реально заговорить (потому что я опасаюсь таких и обхожу за километр, себе же дороже). - как вы... - бейджик на твоем фартуке. но на мне в этот момент фартука не было. с легким «бадумс» в сердце думаю о том, что, вероятно, он увидел мое имя, пока стоял в очереди за тем мужчиной, хотя я безуспешно пытался поймать его взгляд. похоже, ему нравится всех перебивать. назвав ему сумму покупки и передав пакет с рогаликами, я уже было почти на автомате сказал привычное «заходите к нам еще», но тот, почему-то, всё ещё стоял на месте и пристально оглядывал стойки за прилавком. - у тебя есть аптечка тут? я вздохнул. он явно не собирался уходить. - чем-то помочь? - восемь минут до закрытия. - да, я тут немного... повздорил, - он поднял руку вверх, и только сейчас я заметил сбитые костяшки и кровь, стекающую по пальцам. - но зато этот мужик больше не пристанет. быстро ориентируюсь, где находится аптечка, но в ней только марля, вата и перекись водорода. выхожу из-за прилавка и передаю баночку с ватой парню, а потом с коротким указанием «ждите» несусь до своего рюкзака и выуживаю пачку пластырей, которые валялись в одном кармане с парацетамолом и таблетками от отравления. пока хожу туда-сюда, мой новый клиент выбрасывает куски ваты с перекисью и остатками крови. протягиваю пластыри и молча наблюдаю за тем, как он наклеивает их на руки. - спасибо, - коротко благодарит и, хватая пакетик с рогаликами, выходит из булочной, больше не сказав ни слова. а я даже не успеваю поблагодарить его за побитого противного клиента и сказать дежурное «до свидания, будем ждать вас еще».

***

кое-как взяв срочный отпуск на две недели за свой счет, я провел его, обнимаясь с учебниками и другими материалами, которые помогли мне сдать сессию не на трояк, и без того маленькая стипендия не хотела бы покинуть мой карман. в булочную я забегал только перед закрытием, здоровался с коллегами и потом пулей мчался учить материал, списывать я, увы, не умел. поэтому для меня стал раем тот день, когда я с облегчением заявился на работу, надел свой выглаженный и чистый фартук с «джи ёну» слева, а потом с особой радостью принялся раскладывать по пакетам заказы. - приветик. и опять он. подошел так поздно, ровно за пятнадцать минут до закрытия, и незаметно, что я чуть не двинул кони. по-настоящему пугающие люди это те, кто может подобраться незаметно, как куроко. - здравствуйте, - с полными штанами счастья, я игнорирую его нетактичность и искренне улыбаюсь. на нём те же спортивки, но уже другого цвета олимпийка. - готовы сделать заказ? - э-э, да. два банановых рогалика, - вспоминаю, что в прошлый раз он заказывал их же. - и апельсиновый сок. упаковывая все в пакет, напеваю себе под нос песню, ощущая кожей, как дышать, сдав сессию, становится легче. - держите, - он оплачивает, но, кажется, не спешит удаляться, потому что занимает место на небольшом столике, кладет туда рогалики и больше не притрагивается к ним, изредка попивая сок из трубочки и печатая что-то в телефоне. но выгонять его я не могу, к тому же, он мирно сидит на месте и не буянит, поэтому я только убираю помещение и протираю полки на прилавке. - давно тут работаешь? - из мыслей опять вырывает его бесцеремонно вторгнувшийся голос. - не совсем, - но составить ему компанию я не против. - не видел тебя тут, я сюда частенько заглядываю, - теперь он поворачивается ко мне. - и всегда берешь банановые рогалики? - интересуюсь, снимая с себя фартук и закатывая рукава белой рубашки. парень мнется, но потом кивает. это странно, веду беседу с человеком, которого не знаю от слова совсем, хотя обычно меня такое отталкивает, и я бросаю только короткие «ага» и «неа», а потом быстро сливаюсь, потому что это высасывает все силы. но это, наверное, у меня просто настроение такое. сдавшаяся сессия не всегда бывает. мы вышли из магазина вместе. он - с рогаликами в руках, а я - с безупречным настроением. мне нравилось жить в пригороде из-за количества видимых звезд на небе и отсутствия большого потока машин, и сейчас было лучшее время за весь день - казалось, небо опустилось ниже, а сверчки затарахтели тише. весенняя ночь укутывала, точно одеялом, и я совру, если скажу, что идти в тишине было неприятно. - мне в ту сторону, - указываю пальцем на мост и сжимаю лямку рюкзака покрепче. - ага. и мне, - парень отвечает, не глядя. - тебя как зовут? - сам невольно перехожу на «ты», стирая границы между нашими недавними ролями продавец/покупатель. - тэхун, - он либо не многословный, либо о чем-то в данный момент думает, но я не настраиваю его на диалог, и дальше мы идем так же молча, как и до этого. тэхун изредка бросает на меня взгляды, но потом продолжает пялиться вперед. теперь, когда он не за чертой магазина, подмечаю, что у него довольно широкие плечи, длинные худые ноги и, к моему стыду, взгляд облапал его полностью, очень тощая задница. пожав плечами, не сбавляю темпа и продолжаю разглядывать. он, конечно же, это замечает, но не говорит ни слова, точно своим молчанием дает добро на мои действия. - хорошая сегодня погода, - вырывается у меня, но я уже ни о чем не жалею. разговорчивость - не мой конек, но... - ага. и его тоже, похоже. ветер поднимается неожиданно и растрепывает волосы. отплевавшись, убираю их с лица и ворчу, никогда не нравилось идти против ветра. тэхун молча сканирует меня взглядом, как я его недавно, а потом, видимо, что-то решив про себя, кивает. - мне сюда, - мы дошли до моего дома позже, чем я это обычно делаю. - пока? - до завтра, - бросает тэхун и продолжает идти вперед, не оглянувшись. до завтра?