Все попадают на ТНТ через постель

Где-то в десять минут второго часа дня Матвиенко все же дозвонился до домофона от квартиры. Позов, удивленный тому, что кто-то вообще пожаловал, поднял трубку — Кто там? — Поз, это ты? Это я, Сережа Матвиенко. — Сережа? Ты что тут делаешь? — Впусти, пожалуйста, нам надо поговорить. Поднявшись на 4 этаж, Косичка буквально ввалился в чужую квартиру, оглядываясь по сторонам. — Антон тут? — Антон? Нет, он с Арсом в кафе. — С Арсом!? Блять, это далеко? — Минут 15 пешком, а что? — Побежали пока Попов не совершил какую-нибудь хуйню! — О чем ты? — Нет времени объяснять, быстрее!

***

— Здравствуй, Арс — с невозмутимым недовольством Антон устроился на стуле напротив собеседника. — Привет.. — снимая очки, Попов с дурацкой улыбкой не мог отвести взгляд от Шастуна. Тысячи звёзд искрились в обнаженных озерах, выдавая все эмоции актёра — Как ты поживаешь вообще? — Ты серьёзно приперся из Питера в Воронеж, чтобы поговорить о том, как мои дела? — Нет, но было бы не вежливо так просто взять и начать... — Похуй. Начинай. — Слушай, Шаст. Мне жаль, что так вышло... Из-за меня разрушился весь проект.. — Да. Ты прав. Из-за тебя разрушилось все, что было дорого многим людям. И не жаль тебе вовсе. Если бы было жаль, ты бы думал, прежде чем приглашать меня непонятно куда и делать все, что тебе вздумается. — Послушай, ну...ну ничего же толком и не произошло, если так поглядеть... — Серьёзно!? — резко поднимая взгляд на Попова, зеленоглазый нахмурил лоб — А тебе не кажется, что любое действие, сделанное против моей воли уже не «ничего»? — Ладно, да, ты прав, я виноват... Я козёл. Но мне правда жаль... — Мне много раз повторять не нужно. Мне и с первого похуй. — Ты мне нравишься — Арсений резко перешел на слезливый шепот, опуская взгляд в стол — Прости. Я заметил тебя еще на репетиции. И я ничего не мог с собою поделать, я влюбился как школьник какой-то. Постоянно твой образ перед глазами. И кастинг...который я придумал — это все отвратительная попытка познакомиться. Я перед нашей встречей выпил, чтобы чувствовать себя увереннее, но мне... мне просто не хватило силы духа, чтобы вести себя прилично. Мне безумно больно от того, что я обидел такое чудесное создание, как ты. Я признаюсь честно, мне много кто был симпатичен в этой жизни: я встречался со звёздами, с великими людьми, но никто из них...никто не мог затронуть меня так глубоко. Прости, пожалуйста, я умоляю тебя, Антон... На последних словах шатен упал на колени перед кудрявым. По ходу своей речи выражение лица Шастуна заметно менялось: сначала он не выражал никакой заинтересованности в словах коллеги, но вскоре его взгляд стал мягче, будто слова Арса действительно разжалобили парня. Как только Попов оказался на коленях перед юношей, тот удивленно и обеспокоенно начал крутиться по сторонам, надеясь, что никто не заметил выходки актёра. — Встань, блин, дурак, ты че делаешь? Мы же в общественном месте — дождавшись, пока собеседник займет свое место, Шаст тяжело выдохнул — Блять... — Тош... Я лишь прошу о прощении. Я готов на все, лишь бы проект вернулся, и все были счастливы. Я виноват, я очень виноват, правда... — Блять, Арс, уймись. Ты действуешь мне на нервы. — Ну что... что я делаю не так? - отчаянным голосом процедил старший, закидывая голову назад — Все просто. Ты просто думаешь, что раз у тебя есть авторитет, то ты все можешь. Думаешь, что я просто растаю под твоими словами и прощу, как ни в чем не бывало. Ты бы видел мое состояние после того дня. Мне пришлось выложить очень много сил, чтобы не вмазать тебе еще при «первом знакомстве» в студии. И заметь, я никому не рассказал. Я попёкся о твоей репутации, хотя ты не только меня обманул, но и пытался трахнуть против воли — долгое молчание повило между парнями, Попов все пытался поймать взгляд Шастуна, но тот не желал смотреть в чужие глаза. Наконец прерывая тишину, он громко цокнул — Арс, думай потише. Нихуя из-за тебя не слышно. Или уже озвучь хоть что-нибудь из твоих гениальных доводов. — Мне нечего сказать, Антон... — проговорив все размытым шепотом, Попов сглотнул слюну, что мерзко скребла по сухому горлу. Шмыгая носом, он поднял взгляд. Небесные глаза обрамляли кружева слёз. С тяжелым отчаянием, Арсений отвернул голову, покрываясь оболочкой беспомощности и разочаровании в самом себе — Ты просто прав. Прав во всем. Я повёл себя как эгоистичный козел, а ты, даже несмотря на это, не рассказал про меня, прикрыл спину... Антон, пожалуйста, если я поговорю со Стасом, и проект вернется, ты пойдешь туда? — Пойду — надежда промелькнула в глазах Попова — Но если ты уйдёшь. Твердый и непреклонный взгляд Шастуна позволял лишь выдохнуть и безысходно смириться. — Так будет справедливо... Я позвоню Стасу завтра. — Не нужно. Я еще вчера обо всем договорился. Просто исчезни и все. Громкий шум на входе, исходящий от упавшего Матвиенко, обратил взгляды всего зала. — Все хорошо, не обращайте внимания! — поспешил успокоить всех Дима, который уже помогал подняться другу. — Вот они! — выискивая в посетителях, Сережа указал на коллег — Пошли. Останавливаясь у столика, Дима оглядел ребят: Арсений с дрожащими пальцами и красными глазами и безэмоционально сверлящий взглядом Антон. Стало не понятно кому вообще нужна помощь. — У вас все хорошо? — скептично поправляя очки, поинтересовался Позов — Да, а что это за эффектное появление сейчас было? — Антон выгнул бровь — Просто не вписались в поворот. Ну, вы пришли к какому-то компромиссу? — Да — вставая с места, Шастун оттянул кофту — Арсений уйдет из проекта. С последними словами зеленоглазый направился к выходу. Все уставились на Арсения, который за все это время не вымолвил ни слова. — Арс, это правда? Ты уходишь? — Арс, ты как? — Косичка сел напротив друга — Все нормально, спасибо. Да, правда, так будет лучше для всех. Главное, что проект вернется. — Вернется? — Да, Антон уже обо всем договорился — смотря на опечаленные лица ребят, Арс поддержал атмосферу легкой улыбкой — Да ладно вам, пацаны, обещаю, что буду смотреть вас по телевизору. Обнимая Попова, Дима слабо улыбнулся в ответ, горечь проблескивала в глазах каждого. — Ладно, Арс, может еще увидимся... Я пойду догоню Антона. Было приятно с тобой работать. Удачи. Выходя следом за кудрявым, медик скрылся из виду. Матвиенко, внимательно наблюдающий за поведением Арсения, аккуратно взял его за запястье, накрывая своей ладонью. Тепло в шоколадных глазах согревало актера, который теперь переминал чужие пальцы в своих. Сердце Сережи при каждом прикосновении замедлялось, он хотел поддержать друга, поэтому пытался подобрать в голове самые подходящие слова. — Арсюш... Мы с тобой как виделись до проекта, так и будем видеться сейчас. Уверен, тебя ждет еще много работы, и ты точно не останешься без дела. Помни, что я всегда рядом. Даже если тебе кажется, что все от тебя отвернулись, ты можешь прийти ко мне, я приму. Ты мой самый близкий друг и я готов за тебя отдать жизнь, если потребуется. — Я не такой идеальный, как тебе кажется... — У тебя в голове дымящиеся руины войны, мучительный голод, чума и дегтярное мыло. Тебя всегда было сложно понимать. Порой ты неделями не идёшь на контакт — делая недолгую паузу, Матвиенко сжал чужую руку сильнее — Но ты никогда не отворачивался от тех, кто тебе действительно дорог. Нет, правда. Помнишь, как у тебя умерла бабушка? Ты из дома не выходил несколько дней, постоянно грустил, не ел ничего. А потом мне как-то удалось до тебя дозвониться. И ты услышал, что у меня в голосе что-то не так. Ты спросил, а я рассказал, что у меня умерла собака. Сивка, помнишь? И ты примчался сразу же. И успокоил меня — замечая, как Арс меняется в лице, брюнет продолжил — Или когда ты сломал руку на сноуборде, но все равно полез в драку, когда на меня напали. У тебя же тогда потом осложнения были... Ты помнишь? — Ну, не мог же я тебя оставить. Они бы тебя перебили. — И я об этом. Ты не плохой, тебе просто нужна помощь. И поддержка. Расцветая в благодарности, Попов усмехнулся — Ладно, развёл тут сопли, поехали ко мне в номер, закажем выпить и посмотрим какой-нибудь фильм. И да... Я рад, что ты у меня есть, Сергуль.