Наша академия искусств

— Эй, Земля вызывает Тоню Шастун, — Девушка помотала головой и повернулась к другу. — Чего? — Ты уже минут пять мне не отвечаешь. Я, конечно, все понимаю, но так откровенно пялиться… Может ты уже ей признаешься? — Отвали, Дим. Ниче я не пялюсь… Просто задумалась. — Да, да, вставай, мисс «не пялюсь», у нас сейчас пара по рисунку начнется. Нельзя опаздывать, — парень толкнул её в плечо, заставляя встать. — Ой, фи. Не хочу, он опять будет ворчать. — Ну знаешь, если ты начнешь делать то, что он просит, ваши отношения станут гораздо лучше. — Свободный художник идет против системы, — Дима ничего на это не ответил, лишь закатил глаза.       Они шли по коридору академии, рассматривая уже привычные портреты и пейзажи. Их крыло было, пожалуй, одним из самых красивых. По крайней мере они так считали. несколько студентов сидели на полу, что-то быстро рисуя в блокнотах. Тоне нравилась эта атмосфера. Она всегда хотела сбежать из старой обшарпанной однушки в Воронеже, где она жила с мамой, бабушкой и сестрой. Ей там было тесно, неуютно. Она не могла раскрыть свой потенциал по-настоящему, хоть и родные старались ей всячески помочь. И она им благодарна, бесспорно. Но все же именно в академии она чувствует себя на своем месте. За полгода обучения её уровень в рисовании значительно вырос, и раньше об этом она могла лишь мечтать. Знаете, говорят, что Москва меняет людей. Наверное, это действительно так. Именно в этом городе она начала жить: подружилась с Димой, нашла подработку в кофейне и теперь, чаще всего, работает с очень милой сменщицей. Наконец-то она свободна. — Ты иди, я в туалет зайду и догоню тебя. — Давай, только сильно не опаздывай. Нет желания слушать его крики.       Холодная вода привела в чувства. Тонкие длинные пальцы чуть подрагивали, и девушка смотрела на них не отрываясь. Несколько глубоких вздохов и мысли пришли в норму. Тоня подняла голову, встретившись глазами сама с собой в зеркале. Подводка почти стерлась, а блестки теперь были не только на глазах, но и на щеках. Последствия сна на парте. Рукава кофты в пятнах краски, которые уже намертво впитались в ткань. «Жалко, хорошая была кофта — одна из лучших находок в «сэконде» за все время»       Дверь открылась, возвращая Тоню в реальность. Черноволосая девушка подошла к соседней раковине и, смочив руки водой, начала поправлять распушившиеся волосы. — У тебя всё хорошо? Выглядишь неважно, — внезапно прервала она тишину. — Спасибо, — Тоня усмехнулась.- Всё хорошо. Просто нужно больше спать, наверное. — Видела тебя сегодня в столовой. И не только сегодня. Ты бы хоть, не знаю, шифровалась что-ли… Твой друг верно подметил — ты палишься.       Шастун покраснела и опустила голову. — Да ладно, забей. Всё хорошо. Я Арсения Попова. С актёрки, — девушка протянула руку. — А… Я э… Тоня Шастун. Живопись и графика, — промямлила девушка, пожимая руку. — Я, кстати, сразу подумала, что ты актриса. Энергетика у тебя такая… — Какая? — Есеня улыбнулась и заглянула Тоне прямо в глаза. — Актерская…       Девушки рассмеялись. — Ой, у меня же рисунок. Я побежала. Пока! Надеюсь, ещё увидимся. — Да, я тоже. Добавься ко мне в инстаграм, хватит смотреть «сторис» без подписки, — Попова рассмеялась от того, что снова заставила девушку покраснеть.       Шастун стучится в высокую обшарпанную дверь. — Ох, Антонина Шастун, как приятно видеть вас на моём занятии. Соизволили все же прийти? — Мужчина лет пятидесяти ехидно улыбнулся, как только девушка вошла в кабинет. — Извините за опоздание. Можно? — Ну проходите. Такая честь для меня, — мужчина сделал жест руками, приглашая девушку пройти. Дима в самом углу пытался подавить смех, прячась за планшетом. Тоня быстро прошла мимо перешептывающихся одногруппников и села рядом с Димой, который заботливо занял ей место. — Тупой козёл, — шикнула она и села на кривую неудобную табуретку, которая, судя по состоянию, принадлежала ещё прабабке этого заносчивого препода. — А я тебя предупреждал — Ой, завались. Зато я поговорила с ней, — Дима нахмурил брови, не понимая, послышалось ему или нет. — Шастун! Позов! Я вас сейчас выгоню с занятия, — хрипло прокричал преподаватель.       Друзья одновременно показали ему средний палец, пряча руку за планшетом. — С ней? — непонимающе прошептал поз. — Ну, с ней, — Дима закатил глаза и тяжело вздохнул. — Её зовут Арсения, она учится на театральном факультете. И знает, что нравится мне… — А я тебе говорил, не нужно так пялиться. — Но, мне кажется, я ей тоже не безразлична, — Тоня улыбнулась, поджала губы и отвела глаза, явно представляя что-то, о чем Позову знать не стоит. — Ладно, держи в курсе. И, давай начнем работать, а то дед уже идет сюда с не самыми хорошими намерениями, — Шастун быстро взглянула на преподавателя и, встретившись с его заинтересованным и подлым взглядом, уткнулась в незаконченную работу, вспоминая все замечания, которые она услышала на прошлой паре.       День пролетел на удивление быстро, и вечером, после обязательной ежедневной прогулки с Димой, Тоня, наконец, вернулась в общежитие. Её соседки — пара самых милых девушек, которых она только знала, ушли на свидание. Часто они просили Шастун сходить «погулять», но всегда угощали её тортиком или пирожным, поэтому она была не против. Переодевшись в самую любимую футболку, растянутую донельзя с парой небольших дырок от сигарет, и клетчатые пижамные штаны, которое тоже ей были совсем не по размеру, она завалилась на кровать, громко выдохнув.       Женя Мильковский в её телефоне тихо перебирал струны гитары, своим пением расслабляя и очищая от негативных мыслей. Зайдя в «инстаграм» она по привычке заходит на аккаунт, который знает уже вдоль и поперек. Но сейчас она не просто посмотрит. Закрыв глаза, она быстро нажимает кнопку «подписаться» и кидает телефон на другую сторону кровати, пряча лицо в подушку и тихо пищá от счастья. Мелодию заглушает звук уведомления. Тоня осторожно, будто нехотя тянется к телефону, путаясь в большой одежде, чуть не падает с кровати. Уведомление о новом сообщении заставляет её сердце ускорить свой темп. — Всё-таки решилась? — Видит сообщение Тоня от аккаунта «arseniyapopova» — Угу — Класс, тогда как насчёт погулять? — Уже поздно, из общаги не выпустят. — О, так ты тоже тут живешь. Тогда приходи в 305. Жду. «Всмылсе жду… Всмысле приходи… Как мы пришли к такому? Ещё вчера ты знать меня не знала»       Но отказываться было бы глупо, поэтому, перерыв весь шкаф, девушка наконец нашла черную кофту, которую берегла для особого случая. Завязав кудрявые волосы в невысокий хвост, она ещё раз глянула в зеркало. — Ты красотка! — сказала она себе и вышла из комнаты.       301, 303, она проходит мимо комнат, вглядываясь в потертые номера. Наконец заветная 305 комната. За дверью слышится негромкая музыка и тихий голос Арсении. Шастун громко стучит в дверь и, как только Попова открывает её, неловко улыбается и машет рукой в качестве приветствия. — Привет, проходи, — хозяйка делает шаг в сторону, пропуская гостью.       Комната выглядит гораздо просторнее, чем у Тони. Гирлянда, тянущаяся по периметру всей комнаты, пробковая доска с большим количеством фотографий, записки, стол с большим количеством учебников и тетрадей, а также небольшой деревянный балетный станок. — У тебя мило. — Спасибо. Проходи, вот моя кровать, — Есеня указывает на кровать, стоящую у окна, на которой громоздились разноцветные подушки. — Можешь туда сесть. — У вас комната на двоих? — Да, плюсы быть популярной любимицей всех и вся. Выпросила у коменды. Теперь живу с четверокурсницей с танцевального. Очень удобно, станок её, куча спортивных штук тоже, ни на что тратиться не надо, — Арсения открывает две банки пива и протягивает одну из них Тоне. — Спасибо. Это все так неожиданно… Ещё вчера мы даже знакомы не были, а сегодня уже сидим, пьем пиво у тебя в комнате, — девушка делает глоток, двигаясь, чтобы собеседница присела рядом. — Я сегодня так устала. А все эти люди вокруг уже так раздражают. Хочется чего-то нового. — Жестоко, — хмыкнула Шастун — Зато правда. Сегодня целый день репетировали этюд. Мой партнер дебил каких поискать. Ни одной юбки не пропускает, отвлекается, забывает текст. — А твой партнер это… — Серёжа Матвиенко, — Арсения поворачивается на Тоню и улыбается. — Офигеть! Я в шоке. Как ты вообще с ним работаешь? От него же все девочки страдают. Я, кстати, когда впервые о нем услышала, подумала, что он тут не учится, а просто тусит с кем–то. — Да, по нему не скажешь, что ему нравится актёрство. Но, на самом деле, он хороший. Я его с пятого класса знаю. Он переехал к нам в Омск из Армавира, тяжело адаптировался, а я всегда была одинока. В классе меня не любили, потому что я была «не такая». Так мы и подружились: новенький и изгой. А все его нынешние приколы лишь маска. Он добрый на самом деле. Когда у меня были проблемы с едой, у него всегда была конфетка или шоколадка, чтобы вытащить меня из приступа и восстановить сахар. Вот так мы из никому ненужных стали знаменитостями этой академии и главными суками, которых все уважают. — Ого, неожиданно. Спасибо, что рассказала. Для меня это действительно важно. Ну, ты, наверное, и сама знаешь, — Тоня делает очередной глоток и смотрит на Есеню. — Тогда и я расскажу. — Вся во внимании, — Попова открыла ещё одну бутылку, ставя пустую к ножке кровати. — Я из Воронежа, там было… Пусто. Да, мама и сестра помогали мне, но только тут я почувствовала себя свободной. Эта академия, творчество. Это все моё родное. Я наконец нашла настоящего друга. Мы с Димкой знакомы всего-ничего, а по ощущениям целую вечность. И ты… — Тоня замолчала и опустила глаза — Да говори, все нормально. Я всё равно знаю, а тебе легче станет. Расскажи. — А что ты ответишь на это? А то я сейчас расскажу, а ты посмеешься и на этом мы разойдёмся. Не хочу так. — Всё позже. Пока что мы просто разговариваем. Считай это исповедью. — Хорошо, святой отец. Так вот, ты мне нравишься, — Тоня поворачивается на Есеню, и та видит, насколько тяжело далось ей это признание. — Но когда я в первый раз увидела тебя, ты так на меня посмотрела, что мне аж не по себе стало. Я поспрашивала, все сказали, что ты стерва. Димка ещё тогда сказал, что я влипла… И вот мы здесь. — Это мило, что ты не повелась на эту маску. Я привыкла врать, недоговаривать, играть роли даже вне сцены… И все мне всегда верят. Ну, кроме тебя. Ты тот самый дотошный зритель, который найдет до чего докопаться. — Да, уж извини.       Тишина заполнила комнату. Они молчали. Сидели напротив друг друга, смотрели глаза в глаза, пытаясь прочесть, будто книгу. Тоня чувствовала, что сейчас она видит именно ту самую Есеню. Настоящую, неидеальную. Такую восхитительную. И неизвестно, что движет ими: пиво или атмосфера, но Попова кивает, Шастун кивает в ответ, и вот они уже сидят настолько близко, что могут почувствовать дыхание друг друга и стук сердца. Почти в унисон. — Блять, Сеня, ты охуеешь… — дверь открывается так, будто её пнули с ноги. В проходе появляется высокая стройная девушка и тут же замирает на месте. — А, нет, я охуею. Извините, я, наверное, не вовремя. — Она улыбнулась и добавила шепотом. — Ты бы хоть предупредила.       Попова отстраняется и с нескрываемым разочарованием громко хмыкает, поворачиваясь на девушку. — Тонь, это Ляся, моя соседка. Как всегда приходит вовремя. — Привет, — Шастун неловко машет рукой, чуть двигаясь к Есене. — Да не бойся меня, я хорошая, если не голодная. Ну, я, наверное, пойду ещё погуляю. — Да нет, не стоит, я, наверное, пойду. Надо домашку доделать ещё, а то этот старый хрен опять будет ворчать. Спасибо, — они с Поповой неловко обнимаются и Шастун быстро убегает.       Девушки остаются в комнате одни. — Это та самая Тоня? — с ухмылкой интересуется Ляся, падая на свою кровать. — Да, она самая. И ты только что помешала нашему первому поцелую. — И не жалею. Никакой романтики. Сень, она же «та самая», могла бы придумать что-то покруче, чем поцелуй под пиво в общаге… — Ещё раз назовёшь меня Сеней, я кину в тебя чем-нибудь. Ты представляешь, как мне было стремно сегодня. Я же к ней в туалете подошла и заставила её чувствовать себя неловко. А если бы это всё не сработала и оказалось бы, что я ей не нравлюсь? Представь, как было бы стыдно… Но она такая ваушная… Ты видела эти мягкие кудри? А её духи? Я схожу с ума. — Ты влюбленная нищенка, не я придумываю правила. Да и как оно могло не сработать. То, как она смотрит на тебя не заметит лишь слепой. Хотя и тут спорно… — Ой, всё. Ладно, придумаю что-то другое. Надеюсь ей понравится. — Как иначе? — Ляся подходит к соседке и обнимает её. — Ты же королева. И покоришь кого угодно. Поняла? — Есеня кивнула. — Ну вот и славно, пошли, я тортик купила.