Pyromaniac

Первым делом, после приезда в Берлин, было посещение управы. Там его уже ждали. Зайдя в кабинет, Тилль увидел неожиданного гостя. Это был Вессельски. Встав с кресла, он сказал: — Наконец-то ты соизволил приехать. Я уже заждался тебя. Мужчины пожали друг другу руки, и сели. Один за свой рабочий стол, а второй напротив него. — И сколько мы с тобой не виделись? — спросил комиссар. Алекс ему ответил: — Где-то лет восемь. Я рад, что мы снова с тобой встретились. — Лучше рассказывай, где ты был все это время. Достав с кармана куртки пачку сигарет, собеседник сказал: — Вроде ничего прямо такого интересного вроде не было. Зажигалка будет? Тилль протянул прошеное. Закурив Алек сказал: — Последние, 2 года жил в Лейпциге. Конечно, преступность там ужасно зашкаливает. Пришлось немного попотеть. На личном фронте, все по старому. А ты? — Скоро стану отцом. Мальчик и девочка. А так работа, работа и еще раз работа. В городе сейчас появился Поджигатель, поэтому будь осторожнее. Алек открыл зажигалку, а затем спросил: — Ты никогда не думал, почему огонь так красиво горит? Сейчас мужчина был похож на маленького ребенка. Его увлекало, то как пылает огниво. Забрав зажигалку Тилль сказал. — Нет. Сейчас меня больше интересует этот Пироманьяк. И не нужно устраивать здесь поджог. Мой кабинет мне еще нужен. Давай встретимся где-то послезавтра, у меня в загородном доме. Я как раз буду свободен. Вставая Вессельски проговорил: — Тогда до скорой встречи. Когда Алекс ушел, Тилль взял телефон и набрал номер своего знакомого психиатра. — Добрый вечер Петер. Мне нужно с тобой встретиться. Через несколько секунд, Тилльхен ответил: — Можно у меня… Да я один. Встреча была назначена на 9-ть часов вечера. **** Петтер приехал ровно в назначенное время. Пропустив гостя к себе в дом, Линдеманн сказал: — Мне нужна твоя помощь. Проходи в зал, я сейчас приду. Через несколько минут он вернулся с двумя чашками зеленого чая. Когда мужчина уселся, доктор спросил: — Что тебя именно интересует? — По каким признакам можно выяснить, что у человека огромное влечение к уничтожению, всего живого, огнем? — Ты имеешь в виду то, что у человека пиромания? Комиссар удовлетворительно кивнул. — Точные причины происхождения пиромании, к сожалению, еще неизвестны. Я так понял, тебя интересуют лишь симптомы? — Угу.- Ответил Тилльхен. — Первые проявления психического расстройства появляются уже в раннем детском возрасте. Ребенок чрезмерно интересуется способами добычи огня, берет спички без разрешения родителей, устраивает бытовые поджоги. Уже после первых поджогов тяга и азарт, к процессу, усиливаются. Пироманы во взрослом возрасте совершают поджоги импульсивно, без цели нанесения ущерба. При планировании пожара человек становится возбужденным, полностью охваченным своей идеей. А наблюдая за пламенем, он ощущает наслаждение, восторг, сексуальное возбуждение. В периоды между устраиванием поджогов пироманы постоянно думают о пожаре и источниках огня. После очередного поджигательства у них наступает временное облегчение. Однако со временем напряжение снова нарастает, и вновь появляются навязчивые мысли. — Допустим. Но зачем человеку с манией к огню, убивать маленьких детей? — Прости, но мне это не известно. Возможно, к этому его подтолкнула детская травма. Может, слишком жесткое воспитание было. А тебе зачем? — Да вот пытаюсь разобраться в самом поджигателе. Может чего-нибудь покрепче? — спросил страж порядка. Петтер отклонил предложение и проговорил: — Был рад встретиться с тобой. Но я уже должен идти. — Ну тогда спасибо. Возможно, я тебе через несколько дней снова позвоню. Когда гость ушел, Тилль взял сигареты и вышел на балкон. Было ощущение, будто зимы и не было. Сейчас комиссару не хватало одного человека- Хельги. Только с ней он чувствовал себя спокойнее, и только с ней на душу приходило умиротворение. Настроив на будущий день планов, Линдеманн ушел спать. **** Огонь. Вокруг мужчины только оранжевые языки пламени. Где-то вдалеке слышатся чьи-то голоса. Тиллю они были до боли знакомы. Весь обзор заслоняла оранжево-красная пелена. Затем, как из ниоткуда, пред комиссаром предстала его жена, с двумя малышами на руках. Она со злобой проговорила: — Ты ужасный муж! Как ты мог! Офицер спросил: — Что случилось? Почему ты так считаешь? Подойдя ближе, Хельга ответила: — Ты не смог уберечь меня и малышей от смерти! Из тебя никакой отец! Затем за ее спиной показался чей-то грозный силуэт. После, все начало пропадать и рушиться. В процессе разрушения, Тилльхен летел в огромную черную пропасть, но потом… …. Офицер резко подскочил на кровати. Как оказалось, это был всего лишь, самый обычный кошмар. На часах всего четыре часа утра. Этот ужасный сон отбил всякое желание продолжать спать. Комиссар пошел в кухню, чтобы заварить себе чай. Буквально через несколько минут, после того, как чайник закипел, ему позвонили и сказали, что пироман снова устроил поджог. А также ему сообщили, что есть выжившие. Это известие очень обрадовало шефа полиции. Расправившись с питьем, Тилль отправился в управление. Линдеманн начал с самого главного: — Вы говорили, что кто-то выжил. Кто? Начать решил капитан Круспе: — Уцелевшую зовут Мари Вагнер. Мать одиночка, у нее двое детей. Старший сын, который с ней не живёт и 4-летняя дочь Софи. Когда капитан закончил, начал Лоренц: — Я заметил одну, очень странную вещь. Прежде чем поджечь сам дом, наш неизвестный оглушал своих жертв сильным ударом по голове. — Это делалось для того чтобы жертвы не смогли убежать и не заявить на него. Ландерс, что у тебя, по камерам? — К сожалению, тоже, что и на прошлом нападении. Лишь незначительный расплывчатый силуэт. Затем перешли к Кристофу. — Что у тебя, Шнай? Усатый ответил: — Тоже ничего. Огонь разрушил дом почти до самого основания. Но тут и пеньку понятно, что это умышленный поджог. Когда криминалист закончил, капитан протянул шефу какую-то бумажку и сказал: — Это снова адресовано тебе. На небольшом кусочке бумаги было написано: «Часики тик-так, тик-так. Ты следующий, Тиль. И не думай, что ты сможешь спрятать от меня Хельгу. Я все равно ее найду!» Это немного разозлило мужчину. Увидев, что у шефа настроение изменилось не в лучшую сторону, молчавший, Ридель сказал: — Мы, наверно пойдем, шеф. Последующие несколько дней прошли без происшествий. То, что рассказал Петер, было интересно, поэтому Тилль решил проверить одну свою догадку. Но для этого ему нужна была огромный, безопасный кусок земли. Такое подходящее место было за городом, в загородном доме. Чтобы принимать в нем гостей, для начала там нужно было убрать. Этим комиссар и занялся. К назначенному времени все было готово. Ровно в семь вечера Алек стоял у порога дома. — Вечер добрый.- Сказал Вессельски, проходя в дом. На столе, как всегда присутствовал чай. Зеленый. За разговорами мужчины и не заметили, как от чая перешли к чему-то более крепкому. Допив второй стакан виски, Тилльхен сказал: — Пошли, покурим. Оказавшись на улице, офицер спросил у Алекса: — Где ты был последние полгода перед выпуском из академии? — Вынужден был покинуть Германию на неопределенный срок.- Сделав затяжку, тот ответил, смотря на звездное небо. Докурив Линдеманн, как бы ненароком уронил горящий окурок на землю. В нескольких метрах от него загорелся огонь. Офицер сразу же обратил внимание на своего друга. Эта внезапная вспышка огня воспроизвела у Алекса неописуемый восторг. Он смотрел на пламя, как маленький ребенок, который увидел что-то, что очень давно хотел. Затем он спросил: — Можно его сделать немножко больше? Осмотрев Вессельски с ног до головы, страж правопорядка ответил: — Нет. Его нужно затушить. Не дай бог перекинется на другие дома. Комиссар пошел к шлангу, чтобы затушить огонь, но его остановил крик Алекса: — Нет! Не нужно.- Совсем по-детски проговорил он.- Пусть сам догорит, Пожалуйста. Прошу. Увидев, что площадь возгорания не такая уж и большая, Тилль решил не тушить его. Когда пламя затухло, офицер затоптал оставшиеся угольки. На этом встреча старых друзей закончилась. Проанализировав всю ситуацию за чашкой чая, страж правопорядка пошел спать. **** После отъезда Хельги прошло 3 дня. Все это время комиссару снились кошмары. Один хуже другого. Сегодня настал первый день весны. Ее приход очень чувствовался. На улице стало намного теплее, из-под земли вылезли подснежники. Жаль, что того, кому можно было их подарить, отсутствовал. На этот день у Тилля было много планов: нужно было съездить в Белиц-Хайльштеттен, в управление, а затем к родителям Алекса. Линдеманна очень беспокоила внезапная пропажа Вессельски, во время, второго семестра, последнего курса. Первым делом было решено поехать в психбольницу к Тэгтгрену. Офицер поступил так, как думал. **** В Белиц-Хайльштеттен было спокойно. Тихо. Тилль приехал в медучреждение как раз тогда, когда больные вышли гулять. Увидев странного посетителя одна из медсестер спросила: — Вы на прием или к пациенту? — Мне нужен доктор Тэгтгрен.- ответил Линдеманн. — У него сейчас пациент, поэтому советую вам немного подождать.- сказала девушка.- Мне кажется, я вас где-то видела. Мы с вами нигде не пересекались? — Возможно, вы видели меня по телевизору. Тилль Линдеманн.- представился мужчина. — Эмилия Шредер. Вы с доктором Тэгтгреном давно знакомы? — Можно сказать, что да. Он часто неплохо помогал в расследованиях. Чисто чтобы был психологический портрет преступника. Посмотрев на время, Эмми сказала: — Герр Тэгтгрен уже завершил сеанс. Можете подниматься к нему. Поблагодарив девушку, Тилльхен ушел. **** Идя по коридорам, комиссар ощущал себя одним из тех больных, которых видел на улице. Белые стены навевали спокойствие, умиротворение и еще что-то непонятное. Что именно страж правопорядка никак не мог понять. Дойдя до нужной двери, он постучал. Когда сказали, что можно войти, офицер открыл двери. — О! Каким ветром тебя сюда занесло? — Все совпало! Все симптомы, которые ты называл, присутствовали во время проведения эксперимента! — Ты о чем сейчас? — переспросил Петер. — Несколько дней назад, я встретился со своим старым другом. Его слишком тянуло к огню. Поэтому я спрашивал, по каким признакам можно, хотя бы чуть-чуть понять, что у человека мания к огню. Так вот. Вчера я с ним снова встретился и провел небольшой эксперимент, в ходе которого мне пришлось выжечь небольшой кусок земли, на заднем дворе своего дома. Когда я хотел затушить его, он прям, как маленький ребенок запротестовал, чтобы я не тушил его. Еще немного и он попадет к тебе. — Хм… На одного пациента больше, на одного меньше. Наверно скоро уволюсь. Надоело мне все это. Людей с манией огня нужно немедленно ловить и отправлять в психушку. — Согласен. Он нанес городу и населению, слишком большой урон. Вставая с кресла Тилль, сказал: — Спасибо, что выслушал меня.