сука

интересный молодой человек. это первые мысли караморы, которые промелькнули в его сознании во время первой встречи с этим кудрявым парнем. чуть позже он смог составить некий его портрет. это миловидный, умный, преданный делу, одним словом – настоящий товарищ. такой действительно может сгодиться в неком импровизационном отряде. проблема была в том, что петя ему доверял. это доверие было даже не смотря на то, что знакомы они от силы неделю. в предыдущей своей команде ему понадобилось несколько месяцев, чуть ли не год, чтобы установить доверительные отношения. а здесь... здесь было что-то на духовном уровне. мозгом каразин понимал, что так нельзя, но некий другой голос в его разуме утверждал обратное. и сделать анархист с этим ничего не мог. пока его это не пугало, ведь если доверяешь человеку, то это неспроста? нобель, хотя умелый химик, был ужасно неуклюжим. все время у него что-то то взрывалось, то он что-то разбивал или разливал. со временем каразин к этому привык. удалось свыкнуться и с запахом гари в доме. каразин мог свыкнуться со всем, кроме своих мыслей. через некоторое время после знакомства он начал ловить себя на том, что ему невероятно нравится наблюдать за кучерявым товарищем и даже за его несчастными попытками сделать хоть что-то без его неуклюжести. наблюдения было не самым страшным. самым страшным замечанием самому себе было то, что каразину нравилось касаться нобеля. мельком, хотя бы случайное соприкосновение буквально кончиками пальцев во время того, как они передавали друг другу револьер. с этого петю будто током прошибло, о чем говорила целая спина мурашек. быть может, все из-за того, что нобель работал и с электричеством. уже который день делал какую-то пушку... охотник хотел себя оправдать тем, что он был слишком уставший, он слишком мало общался и контактировал с людьми последнее время, и поэтому даже на прикосновения мужчины его так будоражат. думал он. на самом деле петя просто боялся и не признавался в самом очевидном. каразин пытался отогнать от себя эти мысли, пытался бороться. даже в бордель ходил, чтобы отвлечься. ничего не помогало. совсем. это доводило его чуть ли не до слез. в какой-то момент петя решил, что самый оптимальный вариант – меньше видеться с товарищем. так он и делал... пытался.

***

электрическая пушка была готова и гений этой команды уже продемонстрировал ее мощь в своих руках. пете эта мощная штука не то, чтобы понравилась. он был от нее в полном восторге и был в полной уверенности в том, что с таким изобретением они одержат победу с явным преимуществом. осталось научиться пользоваться изобретением. у караморы получалось не очень хорошо владеть таким оружием. оно было достаточно тяжелым, если неправильно его взять, громадным, еще и не всегда петя мог найти кнопку-включатель. шайтан-машина, безусловно, была чудом из чудес, но пользоваться ею было невыносимо тяжело. проще уж пули с серебром. а со стороны, чуть ли не из-за угла, за ним наблюдал нобель. карамора его не видел, именно поэтому так яро материл оружие, попутно его пиная ногой. будто это могло ему помочь. вдруг карамора услышал уже знакомый хриплый кашель.       – вы неправильно располагаете вес. из-за этого и роняете, – наконец заговорил нобель, выйдя из тени ближе к пете, вызвав у того крайнее недоумение. парень вытер кровь со рта и снова заговорил, – и вообще, руки находятся не там, где надо. я ведь специально сделал держатель. вы бы хоть глаза раскрыли.       – ты здесь откуда? – начал было петя.       – мимо проходил, услышал маты. мне приятно, что мое изобретение вам настолько по душе, но попробуйте теперь его еще и правильно держать. петя закатил глаза.       – как я могу найти здесь держатель, если тут его нет?       – то есть по-вашему я идиот и даже не стал делать хоть что-то для комфортного использования оружия?       – заметь, что это не я это сказал.       – товарищ карамора, позвольте я вас поправлю. я уже держал эту пушку в вашем присутствии, но, видимо, вам все равно не понять. тогда практика – лучшее учение.       – ну, тогда я прошу вас, научите. нобель откашлялся и подошел сзади к пете. обхватив своими ладонями руки караморы и уложив их на ствол орудия, он начал:       – левая рука придерживает спереди, поэтому пожалуйста, вытяните руку, – конечно, руку каразина он протянул вперед и без помощи самого каразина, но ради приличия стоило попросить, – а правую нужно расположить сзади. там же и находится ручник для стрельбы. – опять не встретив сопротивления в руках, нобель передвинул ладонь. – это вам не пулемет, вы понимаете? в пулемете все проще, а здесь... а здесь карамора уже и не хотел ничего слушать. вообще. в ушах уже будто заложило, из головы сами собой улетучились мысли о правильном пользовании оружия, уступив место нобелю. на самом деле, сам нобель не производил впечатления, будто он сильный молодой человек. наоборот, скорее. но эти руки говорили каразину об обратном. чуть сухие, на тыльной их стороне располагалась целая куча ожогов, царапин, да и пушку он держал так, словно это было нечто не большее, чем револьвер. так называемые товарищи часто касались пальцами, но так близко и ладонями – никогда. пока нобель стоял сзади и пытался объяснять что-то, у пети мысли сменились одним вопросом: как быстрее отсюда сбежать? потому что скрывать видное натяжение штанов в области паха было достаточно затруднительно.       – надеюсь, что вы поняли свою ошибку. понял. он больше никогда не будет просить нобеля о помощи.       – да, спасибо, господин нобель, я все понял. – быстро протараторил петя, попутно выбираясь из его «объятий».       – стойте, карамора, куда вы так быстро убегаете? я хотел предложить вам выпить. – прокричал химик.       – а что, больше не с кем? – уже с другого конца зала ответил петя.       – с кем? богров спит и восстанавливается после миссии, танечка с головиным тоже. им не хило досталось, вы помните? одни мы с вами живы и здоровы, – улыбнулся он. – пойдемте. ну вот и как здесь откажешь?

***

уже спустя пару минут товарищи сидели за небольшим столиком, на котором стоял графин с водкой и лежал на тарелочке хлеб. увы, но террористы богатыми не были. пропустив пару рюмок, разговор пошел. ну, как разговор, скорее монолог нобеля. он был из тех людей, которым нравилось говорить. и петя не был против. от слова совсем, ведь сейчас каразин в открытую мог разглядывать нобеля, наблюдать за его мимикой, жестами, за его глазами, которые так и светились во время рассказа. он так увлекся изучением парня напротив, что напрочь забыл то, что он рассказывал. но если быть предельно честным, то карамора даже и не слушал. вернуться в настоящее его заставило тормошение рукава его вязанной кофты.       – карамора, вы слышите?       – а?       – мы всего несколько рюмок выпили, а вы уже вошли в нужную кондицию? – посмеялся химик.       – нет, прости... просто устал.       – ладно, ничего страшного. тяжелый день, понимаю. вы так усердно трудитесь, и все во благо нашей родин... – но нобель не успел договорить.       – прекрати называть меня на вы, – скорее приказал, чем подметил петя. – я не старик какой-нибудь.       – ладно, простите... прости, петя. – быстро исправился нобель.       – вот так и нужно. – слышать свою короткую форму имени из его уст было усладой для ушей каразина. еще спустя заходы и тосты «за милых дам» их диалог приобрел более откровенный характер.       – женщины... прекрасные создания. они делают нас лучше, карамора. – все говорил уже совсем поддатый нобель, но, казалось, что он и вовсе не пил. видимо, мозги не пропьешь.       – отвратительные создания. женщины. – грубо отрезал петя.       – почему это?       – да ну как почему? они такие... наивные, глупые, что ли. только для размножения нужны. – петя выпил рюмку и хотел уже продолжить, но тут по его левой стороне лица пришелся удар кулаком. не самый сильный, но из губы уже сочилась кровь. – блять! ты с ума сошел?       – не смей говорить так про женщин. то, что у тебя не получается налаживать с ними отношения, не значит, что ты имеешь право оскорблять. – нобель не боялся его, но увидев сжатый кулак каразина, он отошел подальше от стола.       – нобель, что ты разбушевался?       – а ты?       – а я... а я не знаю. не испытываю я к ним симпатии. – ответил петя и упал головой на стол. химик, наблюдавший за актом признания, вернулся на свое исходное место.       – как это – не испытываешь симпатии?       – самому бы знать... понимаешь, ну, не нравится мне быть с женщиной. было у меня что-то, но какого-то тепла я не испытываю никогда... не испытывал.       – значит ты просто не нашел свою суженую.       – не нужна она мне.       – а кто нужен?       – не знаю... кто-нибудь такой, как ты. вдруг все затихло, но тут раздался громкий смех нобеля. он был очень своеобразным, но удивительно, что пете нравился от этой своебразности еще больше.       – нобель, че ты ржешь? я серьезно. вот ты – идеал. ты такой умный, сильный... поможешь всегда... да и греха таить не буду, красивый. но главное – преданный, понима... петя не сразу понял, как подсевший рядом нобель впился в его губы самым жадным поцелуем. говоря откровенно, он сам не ведал, что творил. быть может, эксперимент, проверка своей теории. в свою очередь карамора, не теряя много времени, схватил кудрявые волосы на затылке нобеля и притянул его как можно ближе к себе. поцелую был долгим, ужасно мокрым и таким пьянящим, что водка здесь была как будто не причем. с каждой секундой мужчины оказывались все ближе и ближе друг к другу. ладони нобеля уже расположились на бедрах пети, когда тот разорвал поцелуй:       – стой.       – что?       – это неправильно.       – к черту правила. – лишь ответил парень и снова примкнул к желанным устам. каразин пытался возразить, но совсем скоро сам поддался этому дурману и вовсю отвечал парню, при этом притягивая его к себе за подолы рубашки. они поднялись со стульев и, почти не разрывая такого тесного контакта, подошли к стоявшей неподалеку кровати. нобель толкнул петю в грудь, заставив упасть на мягкую поверхность, а сам совсем немного раздвинул его ноги в стороны и уселся меж них. все же петя поднялся, чтобы стянуть со своего желанного такой надоевший жилет, такую сейчас ненужную рубашку. все это вместе со свитером и нательной рубашкой пети полетело на пол, а каразин вовлек нобеля в новый, еще более страстный поцелуй. и вот, разгоряченные и почти совсем обнаженные тела впервые соприкоснулись. на долю секунды пете показалось, что он обжегся. это чувство заставило его издать сдавленный, но все же первый стон. сказать, что нобель был в восторге – ничего не сказать. возбуждение уже давало о себе знать. возбужденная плоть обоих чувствовалась даже через плотную ткань штанов. наконец уложив петю на горизонтальную поверхность, нобель навис сверху, продолжая выцеловывать его. сначала это были губы, затем щеки, дорожкой поцелуев-укусов нобель спустился к шее . петя, чтобы никак ему не мешать, откинул голову назад, стараясь как можно тщательнее сдерживать стоны.       – не сдерживайся, – тихо сказал ученый прежде чем укусить левый сосок. однако петя все еще усердно продолжал держать все в себе, хотя от таких манипуляций он уже давно хотел даже крикнуть. тогда нобель ладонью накрыл пах пети и только это смогло выбить из него внятный и громкий стон. карамора не увидел, но химик улыбнулся, после чего вернулся к своему увлекательному занятию. наконец-то нобель, исцеловав все тело, дошел до самого низа. там он умело расстегнул штаны караморы и спустил их вниз, не без помощи самого караморы. затем ему предстояло справиться с кальсонами, но и это ему удалось без всяких проблем. тут же свободу получил и стояк петра. нобель решил и себя тоже освободить от тесноты в штанах. со своим замком он справился быстро, но решил их не снимать до конца. лишь немного приспустить. член пети был достаточно большим, крепким. однако нобель не стал обращать на это хоть какое-то внимание. вместо этого он вобрал покрасневшую головку в рот. от неожиданности петя вскрикнул.       – нобель... я... я не выдержу... – еле выговорил он, когда нобель старательно посасывал член. – мне же еще тебя трахнуть нужно. нобель отодвинулся и посмотрел на карамору с хитрым огоньком в глазах.       – уверен?       – конечно. у тебя вазелин с собой есть? – с полной уверенностью в своих словах говорил петя. самодовольный ученый снова улыбнулся и решил подыграть.       – да, карамора, я ведь всегда для таких случаев ношу его с собой. – саркастически ответил нобель, а на самом деле потянулся к тумбочке, откуда вынул круглую металлическую коробочку. он открыл ее и вобрал на два пальца побольше смазки.       – тогда предлагаю тебе его использовать. тебя я жалеть не собираюсь. – сказал каразин и обхватил шею парня, чтобы притянуть его обратно и поцеловать. пальцы нобеля уже размазали какую-то часть вазелина по своему члену, а затем, предварительно раздвинув ноги каразина, он смог оставшуюся смазку нанести на сжавшийся анус пети. глаза последнего превратились в небольшие блюдца.       – что ты делаешь?! – вскрикнул карамора.       – подготавливаю тебя, – спокойно ответил нобель.       – почему ты... ну... почему ты мажешь там... мне, а не себе?       – потому что.       – что за ответ такой? нормально ответь.       – я всегда сверху.       – нет. я должен быть сверху, блять! – вскочил петя, когда нобель уже ввел в него один палец.       – должен кому? – спокойным тоном говорил ученый, уже начав двигать в нем пальцем.       – т-ты... боже, прекрати так делать, пожалуйста. девственник. в том месте петя был девственником. нобель уже это понял по его реакции. он чуть корчился от появившегося дискомфорта, иногда проскальзывали выразительные стоны, жалко, что пока они были от боли. но самое явное – каразин был пиздец узким. один средний палец в нем двигался с таким трудом, что нобель не представлял, как в него вставить нечто крупнее, чем палец.       – пока тебе может быть больно. потерпи. потом будет лучше. – закончив моральную подготовку, нобель ввел второй палец. петя закусил губу, чтобы не закричать. на самом деле, нобель старался подготовить его как можно лучше, ведь ему действительно хотелось доставить удовольствие своему "товарищу". для этого он, двигая уже двумя пальцами, смазывал петю изнутри, разводил пальцы ножницами. благодаря вазелину вход уже через пару минут был достаточно хорошо разработан и стал более поддатлив. все это время карамора только и пытался, что соскочить с пальцев, сопротивляться и подняться, но вторая рука нобеля прижала его плечи к постели. добавился третий палец, чтоб наверняка... и вот, спустя время, когда три пальца уже более-менее свободно себя чувствовали в каразине, нобель решил, что нужно действовать. вытянув пальцы, нобель приставил смазанную головку своего члена к разработанной дырке анального отверстия каразина.       – нобель, не см... ай, сука! – вскрикнул петя и зажмурил от боли глаза. конечно было ясно, что член будет больше, чем пальцы. парень не вошел даже до середины, когда петя уже вовсю просил его выйти.       – тише, карамора. ты собирался сражаться с вампирами, готов был умереть, а сейчас не можешь потерпеть? скоро будет хорошо, обещаю. просто расслабься и доверься мне...– прошептал он, оглаживая большим пальцем щеку пети, по которой уже текла слезинка. нобель сцеловал сначала ее, затем поцеловал его в обе щеки, а после перешел на губы, чтобы хоть как-то отвлечь каразина. вторая рука, которая удерживала петю на месте, перешла на его член. делая медленные поступательные движения, он способствовал скорейшему расслаблению пети. вскоре это действительно помогло. болезненные крики и мычания почти прекратились, на смену пришли выразительные, но тихие стоны, которые время от времени заменяли тяжелые и томные вздохи, гортанные рыки. нобель уже не чувствовал слишком сильного сопротивления и чувства сжатости со стороны мужчины, а поэтому вошел в него полностью, до самого основания. нобель дал ему достаточно времени для того, чтобы он привык, а после отодвинулся и снова толкнулся. и так пару раз. сначала было все равно тяжело, но скоро толчки ускорились, а стоны пети стали более пронзительными. с каждым движением внутри становилось все горячее, все жарче. вскоре парень начал изучать петю изнутри. ему нужно было понять, в каком направлении двигаться, чтобы доставить как можно больше приятных ощущений. нужно было найти ту самую заветную точку, которая заставит петю позабыть о боли. почти с каждым разом его толчки меняли угол и вот, в какой-то момент, после очередного движения, ученый услышал характерный протяжный стон и почувствовал дрожь под собой. это был знак того, что он сделал все правильно. нобель толкнулся в ту же точку еще раз и снова петя вскрикнул от новых и еще неизведанных ощущений. видно, что ему стало стыдно от самого себя, поэтому его лицо было закрыто собственными предплечьями, сложенными накрест. увидев это, кудрявый аккуратно взял запястья пети и перенес их к изголовью кровати:       – не закрывайся, пожалуйста. я хочу тебя видеть. – вежливо попросил нобель. красный петя сначала хотел вернуть свои руки назад, но очередное попадание по простате не дало ему толком ничего сказать. только издать еще один громкий стон. хриплый шепот нобеля добавлял масла в огонь ощущений. – ты очень красивый, карамора. темп нарастал с каждой секундой. нависший над петей нобель целиком и полностью контролировал ситуацию. одна его рука держала запястья мужчины, а другая, подхватив каразина под коленом, отодвинула его ногу шире. стоны караморы становились все больше похожи на крики. благо господу, что стонал он уже не от боли, а от чистейшего удовольствия, пробиравшего до самых волос. в унисон звучали и стоны нобеля, но не такие громкие. ноги охотника скрестились сзади, за спиной ученого, а затем петя сам прижал его ближе, заставляя сделать сильный толчок. нобель сначала было удивился, а затем усмехнулся и ускорился, чтобы не заставлять ждать каразина. руки пети давно перекочевали с простыней постели на спину нобеля и уже там он решил отрываться по полной. каразин обнял его и во время следующего движения протянул неравномерно обрезанными ногтями по спине. на коже остались красные полосы, но нобель, казалось, совсем не заметил их. лишь издал тихий вздох. тогда он припал губами к шее караморы и вобрал немного в рот, посасывал, чтобы оставить засос, как бы в отместку за спину. это заставило каразина улыбнуться – его шалость удалась. нобель уже чувствовал приближающийся конец, он вот-вот готов был кончить и был уверен, что петя тоже. тогда он, оставив на шее несколько засосов, прижался к парню как можно ближе и снова втянул его в поцелуй. он был вязким, слюнявым, невероятно страстным и долгим. он переизбытка чувств петя стонал прямо в губы нобеля. это стало финальным аккордом. нобель разогнался до предельной скорости и, войдя в каразина полностью, излился прямо внутрь. оргазм пети не заставил себя долго ждать. с самым громким стоном он изогнулся на и кончил прямо себе на живот, при этом испачкав и ученого тоже. немного погодя, нобель без чувств свалился прямо на петю, стараясь отдышаться. каразин в свою очередь тоже был не в силах встать или даже перевернуться. он только уложил ладонь на кудрявые волосы, сжал их и приподнял ученого, который лениво целовал грудь караморы. зрительный контакт был налажен.       – сука... – рыкнул петя, прежде чем его снова поцеловали в самые губы, самым что ни на есть развязным поцелуем. завтра им предстоит со всем разобраться, а пока они просто хотели спать.