Невидимая черта

      Вот и наступает новый день. Он мог быть счастливым, ведь рядом с Ваней лежит важный ему человек, но всю его радость истребляет адская головная боль. Он мысленно себе обещает больше не притрагиваться к алкоголю.       Ваня приподнимает голову и поворачивается к Сереже. Тот лежит совсем рядом, не укрытый одеялом, ведь его полностью забрал Бессмертных. В телефоне он смотрит какое-то видео, Ваня не совсем слышит, о чем оно, ведь громкость стоит минимальная.       И на Пешкова так приятно смотреть, честно признаться. Понимать и видеть, что он находится всего в сантиметрах пятнадцати от тебя, что не уйдет никуда, будет всегда рядом. Ваня улыбается и, кряхтя, тянется к кудрявому, чтобы улечься мордашкой на его плечо и обнять одной рукой.       – О, с доброй утрой, – улыбается Сережа, сворачивая свое занимательное видео в телефоне, убирая его подальше.       Он перекладывается в такое положение, в котором удобнее всего обнимать Ваню в ответ.       С одной стороны Бессмертных рад, что напился, ведь в трезвом уме он бы осмелился подойти к кудрявому и спросить его о происходящей хуйне между ними только через месяц, если не больше. Но с другой стороны голова болела очень сильно от количества выпитого вчера алкоголя, что хотелось просто об стенку ближайшую влететь.       – Доброе, – хрипит он в чужое плечо, прокашливаясь, чтобы горло прочистить.       – Ебать, ты так хрипишь, что у меня аж хуй встал.       Иван усмехается, щипая Сережу за бок за такие шутки. Он очень скучал по ним, но на всякий случай взгляд вниз опускает, чтобы проверить, действительно ли Сережа шутит.       Вздыхает облегченно.       – Я скучал, – признается Бессмертных, бубня в грудь кудрявого.       – Я тоже, – поддерживает его Пешков, – Очень.       Сережа отстраняется и смотрит прямо на парня своими внимательными карими глазами. Растрепанные волосы приглаживает и легко, беззаботно улыбается, по носу пальцем тыкая. Щеки Бессмертных краснеют, а глаза блестеть начинают.       – Голова болит? – интересуется Сергей, на что получает кивок головы, потому что Ваня не в силах и слова сказать – засмотрелся на кудрявого, – Давай я таблетку принесу.       Ваня ответил тихое «угу», после которого Сергей выбрался из слабых объятий парня и вышел из комнаты. Ваня перевернулся на живот, оглядывая комнату. Он вчера даже не заметил того, насколько тут было не прибрано: на полу валялись одежда и фантики от еды; на столе огромная гора из учебников и листов альбомных, которая может упасть от простого порыва ветра; на доске все так же написано маркером «я люблю тебя» и нарисованный котик рядом. Не стер. От этого улыбочка на устах появляется.       Пешков достаточно долго не приходит, потому Ваня встает с кровати и чуть ли не падает, когда от резкого движения в глазах темнеть начинает. Смотря в зеркало, Ваня удивляется, ведь на нем не было уличной одежды, а лишь штаны спальные. Видимо, кудрявый его переодел посреди ночи, а он просто не проснулся из-за того, что спал крепко. Либо просто забыл – то же самое случается, когда тебя родители будят посреди крепкого сна и говорят что-то, а после второго окончательного пробуждения ты не помнишь сказанные тебе фразы.       На стул рабочий накинуты вещи неаккуратно, но Иван свою толстовку бежевую видит и джинсы, которые сложены аккуратно и положены на сидушку. Вот она – забота. Незначительная, но от нее до жути тепло внутри становится.       Парень выходит из комнаты и направляется на кухню, где Сережу у плиты находит. Слышен шум кипящего масла, из-за которого Ваня понимает, что его «друг» жарит что-то.       Подходит тихо, ладони свои на плечи мягкие кладет, из-за чего Сережа вздрагивает от испуга и Ваню отталкивает от себя инстинктивно.       – Долбоеб, блять, какого хуя ты творишь?! – восклицает испуганно Пешков, за сердце держась и глубоко вздыхая, – Не делай так больше.       Ваня смеется, игнорируя жуткую головную боль. Спустя какое-то время он кивает и, успокаиваясь и вытирая слезы с глаз, заглядывает кудрявому за спину.       – Что готовишь?       – Блины с мясом подогреваю, – пожимает плечами и поворачивается обратно к плите, следя за происходящим на конфорке, – А то я уверен, что ты не ел вчера на Наташиной попойке.       Бессмертных в ответ молчит, потому что, да, так и было. Его глаза тогда сразу алкоголь заприметили, а руки не выпускали его весь вечер.       Парень за стол кухонный присаживается, наблюдая за кудрявым. Любуется и осознает, что о нем в который раз за день заботятся. Еду готовят ему, чтобы он с голоду не помер прямо на этом столе.       – А где твои родители?       – Они на работу уехали рано утром еще, – плечом ведет Сережа и выключает плиту.       Ваня наблюдает, как кудрявый к верхней полке тянется, чтобы достать чистую тарелку, кладет на нее подогретые блины с мясом. Воду в стакан наливает и из аптечки, уже известной Бессмертных, достает цитрамон.       – Бон аппетит, – он ставит завтрак на стол, на который Ваня уселся, – Тебя как кота со стола обеденного прогонять?       Парень посмеивается и самостоятельно сползает на стул, беря вилку в руки.       – Спасибо большое, – благодарит он, когда ему дают таблетку от головной боли. Смотрит, что Сережа напротив садится, но без какой-либо порции для себя, и спрашивает: – А ты не будешь есть?       – Я поел уже, пока ты спал.       Ваня кивает понятливо, цитрамон запивает водой и кушать начинает, старательно вилкой деля блин на несколько частей.       Не чувствовалось никакой напряженной атмосферы между ними, пока Бессмертных ел под взглядом «друга» – на трезвую голову кудрявого своим возлюбленным было очень смущающе называть, хотя он давно признал этот факт. Правильность ощущалась в том, что они сейчас рядом друг с другом находятся.       Сережа тишину прерывает вопросом:       – Мы ведь не будем говорить сейчас, да?       Ваня вспоминает вчерашний поздний вечер, когда они с Пешковым в объятиях лежали, разговаривая о недомолвках, случившихся между ними. Он тогда в чувствах своих признался. Знатно ему алкоголь язык развязал, но никуда не денешься уже. Бессмертных Сережу поцеловать даже хотел, но его вовремя остановили, и он за это очень благодарен.       Они могли бы поговорить сейчас, Ваня достаточно трезв, но похмелье не прогружало полностью всю мыслительную систему в данный момент. Потому он с кудрявым соглашается:       – Да, – он кивает, тыкая в блин вилкой, – Сейчас я воняю перегаром и вообще в целом противный.       – Кушай тогда, – смеется он, рукой голову свою подпирает.       Ваня кивает согласно и продолжает есть.       Повисает комфортная тишина. Ваня спокойно кушает свой завтрак, осматривая помещение вокруг себя и кудрявого перед собой, а Сережа в телефон втыкает, иногда поглядывая с улыбкой на Бессмертных и показывая ему смешные видео, которые попались ему в ленте.       Но тут вдруг слышится звук открывающейся двери, который заставляет напрячься обоих парней. Ваня, не жуя, проглатывает последний кусок и видит то, как Пешков сжимается.       – Какого хуя? – тихо спрашивает он, ведь пришедший человек мог с легкостью услышать сказанные им слова.       Молчание. Сережа прислушивается к чужим шагам, а потом облегченно выдыхает и плечи расслабляет, смотря на Ваню и говоря:       – Это сестра, все норм.       – Ты членов семьи по шагам определяешь?       – Сложное детство, – пожимает плечами Сережа, улыбаясь слабо. Ваня недобро усмехается, ведь шутки на подобные темы его пугали, особенно когда Пешков действительно смеялся с происходящего в его жизни пиздеца.       Ваня ставит грязную посуду в раковину и слышит приближающиеся на кухню шаги, из-за которых напрягается слегка. Он не был знаком ни с одним членом семьи Сережи, а тут он еще в таком потрепанном виде и с похмельем.       – Привет, – входит сестра в комнату, не замечая сразу Ваню. Она треплет сидящего брата по кудрявой голове и смотрит в сторону, где стоял гость, от чего пугается и вскрикивает: – Ебанный в рот!       Сережа смеяться громко начинает, то на сестру, то на Ваню смотрит. Девушка успокаивается спустя пару секунд, а потом на парня внимательно смотрит. Поворачивает голову к брату и спрашивает:       – А с каких пор у нас по дому ходят полуголые красивые мальчики? – с искренним интересом спрашивает она у младшего брата, а тот краснеть начинает от смущения. Старшей же было все равно на такого же покрасневшего Ваню, который все отчетливо слышал.       – Амелия, блять, – произносит Сережа, стонет от безысходности, лицо свое протирая ладонью, – Это Ваня.       Услышав имя паренька, у старшей девушки бровки забавно поднимаются. Сережа молча на это кивает, смотря испепеляющим взглядом.       Это какой-то заговор против Вани? Что происходит?       Девушка улыбается уголками губ и подходит к гостю немного напуганному, руку протягивает в приветственном жесте.       – Амелия, приятно познакомиться.       – Взаимно, – улыбается парень в ответ, руку маленькую и холодную пожимая.       Пешковы были до жути похожи. У обоих темные глаза и волосы, только у девушки они, естественно, прямые и чуть длиннее будут – по плечи. Такой же прищур у старшей был, как и у ее брата. Рост средний, но ладошки были маленькими и холодными в отличие от Сережи, у которого ладони были большие и до жути теплые.       – И оденься, кстати, – просит девушка, как бы подкалывая парня, – А то в другом случае я даже внимания не обращу, что у нас с тобой разница в семь лет.       Иван жутко краснеет, но кивает. Он таких слов в свой адрес от девушек никогда не слышал, тем более от тех, которые его старше на лет пять минимум.       Амелия проходит мимо брата, который смотрит на нее пристально, а потом выдает:       – Да не смотри ты на меня так, не собираюсь я Ваню твоего красть.       Ваня лишь усмехается, ловя себя на мысли о том, что у Сережи слишком длинный язык, ведь он про него рассказывает уже какому человеку. Но, наверное, сестре он рассказал все же больше, чем остальным.       Через какое-то время Бессмертных свой телефон проверяет и читает сообщения от Наташи, осведомляющие о том, что она еще вчера написала его матери и сказала, что тот останется на ночь у своего друга. За это он очень благодарен своей подруге, ведь он бы вчера своей матери не написал в таком угашенном состоянии, из-за чего бы она переживала все оставшееся время и, возможно, подняла всех знакомых на уши, чтобы связаться со своим сыном.       Сестра уезжает через час, если не меньше, ведь она сразу сообщила, что ей нужно найти свои вещи тут. Девушка совсем недавно – чуть больше недели назад – переехала в отдельную от родителей квартиру, потому приезжала к семье и вещи свои забирала, которые забывала взять при переезде.       Оставшееся время парни проводят в комнате Пешкова. В какой-то момент Ваня возмущается его беспорядку и начинает убираться, чтобы хоть как-то стало чище – головная боль прошла, так что ему с легкостью давались такие физические нагрузки. Ближе к вечеру они заказали на Самокате чипсов и Доктора Пеппера, который так сильно хотел Ваня, и начали просмотр научных видео про квантовую физику. Не совсем все понимали, конечно, но смотреть было очень интересно.       Бессмертных домой собирается только под вечер. Сытый, довольный и счастливый.       На пороге квартиры Сережи он стоит долго, не хочет уходить от него и общается с ним до последнего. Но когда мать пишет ему, спрашивая, скоро ли он придет домой, Ваня вздыхает. Смотрит на часы и понимает, что уже достаточно поздно.       – Мне уже идти нужно, – сообщает Ваня, после чего кудрявый кивает.       Сережа тянется обнять Ваню, а тот крепко в ответ обнимает, прижимает к себе парня теплого, а потом отстраняется, кладя свои ладони на чужие щеки, и целует парня в лоб. Губы на пару секунд задерживает, а потом отходит на шаг.       Пешков глазами блестящими смотрит на него, а потом улыбается легко.       – До завтра.       – До завтра?       – Завтра понедельник, Ванюш. В школу надо.       Ваня рот открывает, вытягивая долгое «а-а-а». Выходные пролетели совсем незаметно, он даже не успел отдохнуть полностью за это время. Да он еще за домашнее задание даже не садился, но парень понимал, что в такое позднее время он уже ничего делать не будет. Выкрутится как-нибудь в школе, ничего страшного.       Он машет кудрявому всю дорогу от его двери до лифта, а когда слышно становится, как тот дверь закрывает, то на сердце сразу тепло становится. Но вместе с этим теплом красуется чувство тревоги.       Весь путь до дома он думает о том, что если бы они поговорили сейчас, то не чувствовалось некое ощущение недосказанности между ними. Ваня все еще без понятия, что думает Пешков по поводу чувств его друга к нему. То, что они оттягивают разговор, делает все немного сложнее.       Бессмертных, придя домой, первым делом перед мамой извиняется за такое позднее прибытие, а та лишь смотрит на сына с легкой улыбочкой и к столу приглашает. Женщина все поняла, просекла причину отсутствия Вани, но ничего не прокомментировала по этому поводу.       Вторым делом, поужинав с матерью перед этим, он задумывается написать Сереже и обсудить все сейчас. На него уже действует безысходность, а через пару минут раздумий Ваня понимает, что лучше поговорить в жизни, как они и планировали сначала. На чистую голову, без вечерних тревог и воздействия алкоголя.       Чтобы не задумываться по этому поводу лишний раз и не сотворить чего-то лишнего, Бессмертных все-таки садится делать домашнее задание. Вроде бы немного задали, так что он справится за час максимум.       Когда парень спать ложится, ему прилетает сообщение от кудрявого: спокойной ночи       А далее следовал видео-стикер с милым котиком, на чьей спинке были сердечки. Ваня улыбается и посылает в ответ забинтованное сердечко, убирает телефон, предварительно ставя его на зарядку.       Он чувствует, что завтра будет замечательный день.       Ваня просыпается намного раньше будильника. И все было бы хорошо, если он мог уснуть дальше, но сна не было ни в одном глазу. Пришлось вставать с кровати.       Парень успел хорошо позавтракать, что достаточно редко делает из-за недостатка с утра времени, умыться и одеться полностью в школу. Но когда часы показывали, что до занятий осталось минут сорок, он вздыхает.       Приходит идея. Чтобы не скучать дома лишние минут двадцать, он может дойти до дома Пешкова, чтобы встретить его и пойти вместе до школы. И Бессмертных выходит из дома через пару минут, поняв, что идея замечательная.       Он приходит всего за минут десять, хотя путь от его дома до Сережи обычно в два раза больше. Садится на скамью и телефон достает, ожидая увидеть кудрявую макушку. На каждого выходящего из дома человека свой взор поднимает, но видя, что Пешков еще выходить не собирается, он втыкает в телефон.       Через минут десять ожидания к нему подходят. Ваня голову поднимает и видит своего кудрявого, в губах у которого покоится сигарета. Коричневая такая, с полоской золотой. На оформление знакомые, но название марки он не знает.       Ваня, не вставая со скамьи, обнимает подошедшего парня за талию, утыкаясь ему в живот щекой. Чувствует на своей макушке поглаживания теплой руки, от которой мурчать сразу хочется, но через некоторое время контакт все же приходится прервать.       Бессмертных встает с насиженного места и, смотря, как Серега сигарету поджигает, смотрит осуждающе:       – И что это за хуйня во рту у тебя?       Сережа показательно затягивается после этих слов, смотря прямо на Ваню. А тот, если честно, любуется тем, как скулы чужие выделяются, как глаза в прищур сужаются и как губы приоткрываются, выдыхая дым. Который летит на Бессмертных, от чего он жмурится.       – У людей потребность сосать хуи проявляется курением, – пожимает плечами и начинает идти в сторону школы, за ним идет и Ваня, – Ты же мне сосать тебе не даешь, вот и замещаю.       Ваня усмехается. Ладно, он очень скучал по этим шуткам, которые, если честно, смущали его иногда, но они были очень привычными. Без них Сережа не был бы собой.       – Так ты и не спрашивал, – отвечает Бессмертных. На секунду в голове появляются картины этого непристойного действия, но он быстро обратно в мир возвращается. По крайней мере сейчас не надо думать об этом.       – Я могу тебе отсосать? – спрашивает его кудрявый.       – Потом, – Ваня уже не понимает, где у них шутки, а где правда, но диалог он поддерживает.       – Ты всегда так отвечаешь, – возмущается Пешков, снова затягиваясь сигаретой. Ладно, одноразки его были намного лучше.       – Ну, так не в школе же, – усмехается Ваня, плечами пожимая.       – Ну, хорошо. Если потом, так потом.       После контрольной работы по биологии Сережа достает парня, который уже устало вздыхает. Что за напасть.       – Пошли, Ванюш, мы быстро туда-обратно сгоняем.       – Нельзя из школы выходить во время учебного дня, Серый.       – Да я тысячу раз выходил, охранники даже пропускают. Всем похуй.       Ваня обдумывает все плюсы и минусы. Понимает, что вставить им пизды не смогут, потому что Бессмертных на ушах стоит у учителей и администрации за его отличные оценки и выигрыши соревнований по баскетболу. Приличный мальчик, можно и простить проступок.       – Пошли.       Пешков радостно восклицает и чуть ли не бежит к гардеробу. Парни одеваются быстро и так же быстро выходят из школы, чтобы не быть замеченными. Все проходит успешно, так что они забегают за дом перед школой и спускаются по лестнице в подвальчик с наружного входа, чтобы снег не намочил сигарету.       Сережа вновь достает сигарету и поджигает ее. Ваня задумался о его курении.       Вот одноразки он постоянно парил. В школе, на улице, дома. А сигареты он курит, когда домой возвращаться еще не скоро – не так часто, как ашки. Так что курение сигарет для него, если рассуждать логически, будет приносить для него меньший вред.       Они молча стоят под этим козырьком. Ваня отдаленно слышит, как в школе звенит звонок, осведомляющий о том, что начался урок. Думает о том, что им еще на четвертый этаж подниматься.       – Хочешь попробовать? – спрашивает Сережа, протягивая сигарету.       По привычке хочется отказаться, но Ваня думает, что если раз попробовать, то ничего не будет. У него нет предрасположенностей к зависимостям, так что он не начнет курить после одной затяжки.       Потому он затягивается слабо, так как в первый раз это делает, и жмурится от неприятного вкуса. Прокашливается слабо и подытоживает:       – Хуйня полная.       – Ну и хорошо. Два курящих человека в семье – беда.       Ваня усмехается лишь на это. Да, один в семье должен курить, а другой пиздюлей вставлять первому за то, что он курит. Что они с Пешковым, в принципе, и делают на постоянной основе.       Они через минут десять заходят в школу. Снимают верхнюю одежду в раздевалке, все спокойно, но тут подходит к Ване девочка.       Он не видел ее прежде. У девушки были темные длинные волосы и выразительные светлые глаза. Была она намного ниже Вани, что тому приходилось наклоняться, чтобы услышать, что та говорит.       – Что? – переспрашивает Ваня.       – Ты ведь Ваня Бессмертных, да?       – Пока да, – кивает, улыбаясь, и вешает свою куртку на крючок. За спиной девушки видит подошедшего Сережу, который смотрит вопросительно.       – Я Алина, к слову. В одиннадцатом «А» учишься? – интересуется.       Ваня согласно кивает, взгляды кидая одновременно и на новую знакомую, и на Пешкова, чьи брови нахмурены слегка были.       – Слушай, ты не хочешь сходить в кафе? Просто…       Иван дальше не слушает. Он смотрит на Серегу и отмазку пытается найти, потому что грубо отказать – не в его манере. В голову приходит не совсем оригинальная отговорка:       – Прости, но я гей.       Девушка на него смотрит удивленно.       – Поняла.       Иван кивает в знак прощания и выходит из раздевалки, откуда за ним выходит Сережа.       – Ну, ты и динамщик ебанный. Милая же девочка, что не согласился? – спрашивает его кудрявый.       Ваня даже застывает на месте от такого вопроса. Он к Пешкову поворачивается, смотря на него хмуро, и говорит:       – А тебя не смущает, что я в тебя влюблен? – Ваня не стесняется, ведь сам кудрявый уже знает об этом.       Тут уже очередь краснеть Сереже. Он взгляд в сторону отводит на секунду, а потом на Ваню возвращает. В его темных глазах играют блестки. Задумал что-то?       – Не хочешь пойти в кино сегодня?       – Хочу, – молниеносно отвечает Бессмертных.       Их за опоздание несильно отчитывают, ведь, как и говорилось, такого примерного ученика ругать не будут. На уроке парни ищут подходящий фильм и сеанс, выбирают на семь часов вечера и покупают билеты.       За час до фильма они встречаются у торгового центра. Сережа так же с сигаретой, так же Ваня засматривается на него непроизвольно. Они заходят в фудкорт, чтобы поесть, ведь оба парня не поели нормально за то время, которое им давалось на сборы.       Кушая чикенбургер, Ваня смотрит на посмеивающегося Сережу и улыбается. Ощущение, словно они на свидании. Ну, потому что какой нормальный человек, не имеющих взаимных чувств, приглашает человека в кино после его – повторного – признания в чувствах? Правильно, никто, так что…       Да, Ваня уверен, что его чувства ответны. Он очень проницательный, но, когда он сам влюбляется, то все его умения читать людей притупляются. Но тут, открыв глаза, он все увидел.       – Мы на свидании, да? – спрашивает неожиданно он, пьет газировку с трубочки из их общего стакана.       Сережа молчит пару секунд, смотря на Ваню, а потом отвечает:       – Да.       И Бессмертных улыбается.       Они приходят на фильм на пять минут позже, но он еще не начался – проигрывалась реклама. Парни садятся на предпоследний ряд в середину. Ваня замечает, что людей не особо много пришло на сегодняшний сеанс, ведь это были последние дни проката фильма, а все остальные люди уже давно на него сходили, либо же едут домой с работы.       Ваня сразу узнает знакомого актера, внешность которого поменяли для этого фильма: волосы были подстрижены специально по моде того времени.       Фильм, конечно, интересный, но кудрявый парень, сидящий рядом с ним, был намного интереснее. Бессмертных то и дело поглядывал на него, ловил взгляды и кивки в сторону экрана, означающие, мол, смотри не на меня, а на происходящее на экране.       В середине кинофильма Ваня чувствует тепло на своем бедре. Голову опускает и видит ладонь чужую, смотрит на Пешкова, а тот в экран смотрит внимательно. Ну, ладно, раз уж руку так захотелось положить на его ногу, то пусть.       Но вот через пару мгновений ладонь заводят на внутреннюю сторону бедра, от чего Ваня ноги сводит и привлекает внимание Сережи, который ухмыляется. А парень под таким взглядом краснеет, хоть этого и не особо видно в темноте кинозала.       Когда Пешков свою руку не убирает по итогу, продолжая водить по бедру и рисовать пальчиками всякие узоры, у Вани все внимание к фильму испаряется. Если говорить честно, то он держится, чтобы у него член не встал, ведь в животе от этих прикосновений жутко все сворачивалось.       Все, надо поговорить с кудрявым, теперь обязательно. Самый подходящий для этого день и время.       Когда они выходят из зала, Ваня чувствует облегчение.       – Ну, как фильм? – спрашивает Сережа.       – Я из-за тебя нихуя не уловил, – признается Ваня, чувствуя, что его щеки все еще горячие.       А Сережа посмеивается лишь, а от этого смеха только радостнее становится.       Ваня решает провести кудрявого до его дома, как настоящий джентельмен, а заодно и поговорить. Когда они стоят у подъезда Пешкова и болтают, Ваня вдруг спрашивает:       – Давай поговорим сейчас на счет вчерашнего?       – Я только хотел сказать об этом.       Ваня кивает, а потом понимает самое главное: он нихуя не понимает. А что говорить, если все и так сказано?       – Ну, я в тебя влюблен?       – Ты спрашиваешь меня? – отвечает издевательски Сережа, на что Бессмертных глаза закатывает.       – Нет. Я просто говорю об этом в третий раз уже, – вздыхает.       – И давно?       – Не помню. Ну, достаточно, чтобы мне приснился влажный сон с тобой, и чтобы напиться от невзаимных чувств, – он пожимает плечами, совсем немного смущаясь со своих сказанных слов. Ну, а что ему уже терять?       – А вот это неправда, – парирует Сережа, смотря прямо на парня, который выглядит озадаченно.       – В смысле?       – Ты мне тоже нравишься.       У Вани сердце начинает стучаться с удвоенной скоростью. Да, он подозревал об этом, но его подозрения могли оказаться и неправдивыми.       Это первый раз, когда Бессмертных чувствует такие сильные эмоции из-за человека и из-за осознания того, что он приносит человеку такие же чувства.       Молчание повисает слишком долгое, потому его прерывает пришедший в себя Ваня:       – Ну, обычно после признаний предлагают встречаться.       – Я не знаю, – перебивает его Сережа, смотря не на него теперь, а за его спину. Ему становится страшно, он это видит по глазам чуть широко открытым и бровкам приподнятым, – Я не готов еще, наверное, – смотрит на Ваню и ближе к нему подходит, – Я доверяю тебе, но отношения действительно сложная вещь. Тем более с тем, которого ты действительно очень любишь и боишься потерять.       Ваня улыбается слегка, мысленно соглашаясь с Сережей. Но, несмотря на это, он все равно будет его ждать. Неделю, месяц, полгода.       – Я подожду, пока ты не поймешь, что готов, – улыбается Ваня.       – Правда? – искренне удивляется кудрявый.       Ваня молча соглашается, кивая головой, и втягивает Сережу в объятия. В макушку его мягко целует, по спине водит ладошками.       – Хоть год буду ждать, – уверенно произносит Бессмертных.       Сережа смотрит на него своими блестящими темными глазами, а потом спрашивает тихо: – Я могу тебя поцеловать?       Вместо ответа Ваня тянется первым, к его губам прикасаясь своими. Они мягкие и сладкие из-за сигарет – для Бессмертных это пока единственный плюс «медленной отравы». Он мягко сминает чужие пухлые губы, на что следует ответная реакция в виде ладоней на его щеках. Сережа язык вдруг использует и прикусывает губу Вани, на которой так много незаживших ранок, но ему абсолютно все равно.       У Бессмертных все сворачивается внутри от ощущения чужих губ и языка. Так приятно целовать кудрявого, потому что тот через свои прикосновения и подрагивающие пальцы полностью передавал всю нежность и весь спектр эмоций, которые тот испытывает.       Ваня даже согревается, хотя на улице не очень-то и тепло. Но Сережа отстраняется первым и смотрит с легкой улыбочкой на парня, который так же тепло улыбаются. Честно, два идиота, смотрят друг на друга и улыбаются.       И Ваня чувствует себя самым счастливым человеком на всей планете Земля, когда спустя пару минут после ухода домой Сережа начинает его заваливать стикерами с котиками и сердечками.