Опиши мне этот мир

— И так, позволь мы начнем нашу экскурсию… Парни шли по коридору достаточно спокойно, а не так, как ожидал Лань Чжань. Он думал, что ему придется носиться по этажам или еще что-то в этом же духе, потому что в памяти парня еще свежи обстоятельства их первой с Вэй Ином встречи. Коридор, крик преподавателя, а потом резкая боль из-за столкновения двух тел. Но, по-видимому, это был разовый инцидент, так как во все остальные разы, когда парни виделись Вэй Ин вел себя довольно спокойно и сдержанно. Вполне возможно, что он гораздо лучше, чем всем, включая Лань Чжаня, может показаться на первый взгляд. — Ну что ж, факультет искусства и культуры довольно молодой, и я не про его создание, ведь оно совпадает с другими факультетами, а про то, как тут все устроено. Лет десять назад в этом кампусе было, как и везде — скучные стены, куча правил и скучнейшие пары, которые совершенно не способствовали твоему развитию как художника, но все изменилось, когда один добрый и довольно обеспеченный господин решил полностью проспонсировать этот факультет. Но у него было условие: все здешние правила будут написаны им, и переписать их смогут только студенты с помощью честного голосования, на что совет университета, пусть и не очень охотно, но согласился. С того момента у наших студентов практически нет ограничений, не считая правил пожарной безопасности и еще нескольких исключений. Просто удивительно! Лань Чжань и представить такого не мог. Ладно представить, но почему он даже ни разу не слышал о подобном месте в университете, где он учится уже два года и проводит чуть ли не девяносто процентов своего времени? Хотя, если учесть то, что парень ни с кем не общается, не любит сплетни и полностью погружен в учебу, тогда его неосведомленность вполне нормальна. Именно поэтому у него сейчас есть это непреодолимое желание узнать как можно больше, да и к тому же бонусом к этому является счастливое лицо «экскурсовода». — Значит, рисунки на стенах… — Ага, раньше о чем-то таком и речи быть не могло, но благодаря спонсору правил, говорящих, что можно и нельзя делать со зданием, не стало. Тогда старшекурсники и подумали, как было бы здорово сделать это место таким, чтобы при первом же взгляде стало понятно, где ты находишься. С этой идеей они пошли к спонсору и совету университета, ведь в конце концов речь шла о росписи здания, а такое решать студентам самостоятельно все же нельзя. Сначала верхушке это не понравилось, так же, как и отмена практически всех правил ранее, но опять же, благодаря спонсору, идею таки одобрили. Множество рисунков в разных техниках, всеми возможными материалами украсили стены наших коридоров буквально за пару недель — в итоге университет даже попал в новости, что очень подняло его репутацию. Кстати, после этого любые идеи на факультете принимаются гораздо проще. Чем больше Лань Чжань узнает, тем более невероятным кажется это место, правда, это так же добавляет все больше вопросов… — Но почему тогда в кабинетах стены обычные, а не как в коридорах? — А, ну это было решение самих студентов. Просто красочные рисунки — это, конечно, здорово, но не тогда, когда тебе надо рисовать что-либо в абсолютно противоположной технике. Немного отвлекает. И если у старшекурсников с этим было бы не так много проблем благодаря опыту и навыкам, то новичкам это приносило бы неудобства. В итоге, пусть нам никто и не запрещал, все единогласно решили, что кабинеты должны быть чистыми. Так же на факультете раз в три месяца проводится день чистоты, который тоже придумали студенты. Это когда все стены коридоров перекрашиваются, чтобы на них снова можно было рисовать, не устраивая при этом цветовую кашу, а кабинеты и территория факультета подвергаются полномасштабной уборке, так что по чистоте мы вполне можем посоревноваться с медицинским корпусом… Посоревноваться? Да такой сплоченности, как здесь, можно только позавидовать. В то время, когда другим факультетам приходится вводить строгие правила и ограничения, чтобы студенты вели себя хорошо, здесь это совершенно не требуется. И объяснить это Лань Чжань не в силах… — Кстати, на следующей неделе как раз будет один из таких дней, тебе стоит на нем побывать, это довольно весело. И не волнуйся, к нам часто захаживают из соседних корпусов, так что проблем не будет. — Да, я не против, к тому же будет полезно, если я пойму секрет такой идеальной дисциплины у студентов вашего факультета, может тогда в других корпусах такое тоже станет возможно. На самом деле тут нет никакого секрета: просто ребятам дали столько свободы, что они в благодарность решили создавать как можно меньше проблем. Но Вэй Ин не скажет об этом вслух, ведь он хочет, чтобы у Лань Чжаня был хоть какой-то повод увидеться снова. Только вот неизвестно, сработает ли это, когда Ханьгуан-Цзюнь узнает, по какой причине все его родные против общения с этим улыбчивым и дружелюбным парнем… *** — Следующий кабинет — наша самая крупная мастерская. Там, как правило, собираются ради групповых проектов. Еще иногда его используют для мастер-классов, проходящих после пар, или как склад во время выставок… Дальше несколько обычных кабинетов для занятий. В них особо нет ничего примечательного, кроме, разве что, работ студентов предыдущих лет на стенах… И вот так Вэй Ин описывал практически каждый кабинет, который они с Лань Чжанем проходили за последний час их экскурсии. Нет, не подумайте, этот факультет и правда невероятно интересный, и даже в самых, казалось бы, обычных кабинетах для Ханьгуан-Цзюня есть на что посмотреть, но… Чем дольше парни гуляли по кампусу и чем больше Вэй Ин рассказывал, тем громче в голове Лань Чжаня звучал один вопрос, который он никак не мог озвучить: как Вэй Ин ориентируется? За всю экскурсию парень ни разу не ошибся с тем, возле какого кабинета они проходили. Ни разу! И дело не в том, что он слепой. Например, если бы Лань Чжань показывал кому-то корпус своего факультета, то смог бы назвать лишь основные места и кабинеты, в которых бывает сам, однако Вэй Ин… Казалось, что он знает тут каждый уголок, и при мыслях о том, как именно эти знания ему дались, Хангуан-Цзюню почему-то очень больно, и, судя по следующим словам парня, чувства его не подвели… — Ну, это почти все, осталась только библиотека. Она недалеко, всего лишь одиннадцать шагов вперед по коридору, а затем тридцать шесть вправо. Только не отказывайся, там правда… — Ты считал шаги? Наконец Лань Чжань не выдержал. На протяжении всего пути он только и делал, что просто кивал, боясь сказать или спросить что-то не то, но, услышав о числе шагов, взятых явно не из пустоты, парень не смог промолчать. — Вот как ты все время ориентируешься, считаешь каждый свой шаг? Вэй Ин даже немного растерялся из-за такого вопроса, ведь всех его знакомых такое уже давно не удивляет, но, когда он вспомнил, что с Лань Чжанем они знакомы от силы пару дней, на вопрос все же решил ответить. — Ну, не совсем. Да, в знакомых местах и без трости, подсчет шагов — мой основной способ ориентироваться, но он далеко не единственный. Запахи, звуки, тактильные ощущения — вариантов много. Все зависит от ситуации, и сейчас, например, для меня удобнее было считать шаги, а не вслушиваться или лапать стены и таблички каждого кабинета. А ведь и правда. Вот Лань Чжань удивляется, что парень не пользуется дорожкой для слепых, которая есть на всех факультетах, или не пытается ориентироваться по табличкам, висящим у каждого кабинета, где все надписи продублированы на шрифте Брайля, однако, если задуматься, то становится ясно: для Вэй Ина эти вещи просто бесполезны, да и не только для него. Начнем с дорожки для слепых: да, она протянута по всему университету, только вот на ее состояние просто больно смотреть. Вся кривая, приклеена абы как, если вообще приклеена, во многих местах есть зазоры или обрывы. И речь не об одном шаге или двух, речь о нескольких метрах, на которых непонятно, как ориентироваться. А таблички у дверей… Конечно, если ты пришел сюда на один раз, то по ним очень удобно искать нужный кабинет, но если тебе приходится здесь учиться и сталкиваться с этим ежедневно, то не будешь же ты каждый раз проверять все таблички в поисках нужного кабинета… Этот университет позиционирует себя как учебное заведение, способное предоставить равные возможности для обучения всех и каждого, включая и инвалидов, но по факту… Не удивительно, что с таким раскладом Вэй Ину было проще просчитать шаги… — Но я же здесь. Просто сказал бы мне, и тогда… — Да, все нормально, я уже привык, и теперь это как-то на автомате получается, так что не беспокойся. И снова эта улыбка, которая абсолютно не подходит той теме, на которую парни разговаривают, но Лань Чжань впервые совершенно не обратил на это внимание, так как все его мысли сейчас заняты только его словами. «Я уже привык» — как же от этой фразы веет одиночеством… — Прости, можно немного личный вопрос? — Эм, да, конечно… Да, это может быть неправильно, лезть в чужую жизнь, но Лань Чжань просто не может этого не спросить. — С каких пор ты не видишь? На этот вопрос Вэй Ин практически никак не отреагировал, а лишь почти моментально открыл рот, чтобы быстро ответить, словно бы уже давно заученным текстом. Похоже, это один из тех вопросов, на который парню приходится отвечать чуть ли не каждый день, только вот, внезапно, Вэй Ин почему-то дрогнул и неуверенно прикрыл рот обратно, так ничего и не сказав. Передумал отвечать? — Если не хочешь… — Четыре года… Просто несчастный случай… Просто? Один день, нет, одно мгновение понадобилось для того, чтобы вся жизнь Вэй Ина кардинально и навсегда изменилась. А для него это «просто несчастный случай»? Да и к тому же этот парень, вместо того чтобы попросить Лань Чжаня следить за дорогой, считал шаги… Он вообще знает, как полагаться на других? Нет, вернее будет задать другой вопрос — у него вообще есть кто-то, кого можно просить о помощи? Как он вообще жил эти четыре года?.. Стоп, а почему Ханьгуан-Цзюня это вообще волнует? Верно, Вэй Ин для него всего лишь незнакомец, которого недолюбливает вся семья Лань Чжаня, и только лишь интерес по этому поводу заставил парня прийти на другой факультет и заговорить с тем, на кого в любой другой ситуации он бы даже не взглянул. Да, надо просто получить ответ и закончить с этим, а чужая жизнь и проблемы, связанные с ней, Лань Чжаня совершенно не касаются… Ведь правда же? — Ладно, это в любом случае уже в прошлом, так что давай не будем об этом? Пойдем лучше, я все-таки покажу тебе библиотеку. Там собираются студенты, у которых есть свободное окно, чтобы не толпиться в коридоре. А еще там… — Вэй Ин, подожди… Конечно, Лань Чжаню не хотелось бы расстраивать парня, но он уже просто не может откладывать этот разговор. — На самом деле мне уже пора идти. Я смог прийти только потому, что у меня было свободное окно, но скоро начнется следующая пара, на которую нельзя опаздывать. — О, конечно, я понимаю. Тогда стоит поторопиться, а то до твоего факультета довольно далеко топать… С этими словами Вэй Ин уже начал было идти туда, откуда они с Лань Чжанем недавно пришли, чтобы, по-видимому, проводить парня. Однако, схватившая его за запястье, чужая рука не дала сделать и шагу. — Но сначала, ты не мог бы все-таки ответить на мой вопрос? — А? Какой? — Что случилось между тобой и Лань Цижэнем — моим дядей? И снова этот чертов вопрос. На самом деле Вэй Ин прекрасно о нем помнил и, если быть честным, совершенно не хотел на него отвечать. Нет, дело не в том, что ему стыдно, ведь стычки с учителями для него давно стали нормой, и такая мелочь, как чья-то ненависть, просто не может его волновать. Тут дело в другом… Что, если после получения ответа Лань Чжань просто исчезнет? Что, если он не захочет разговаривать или даже просто видеть Вэй Ина? Такого итога парню очень хотелось бы избежать, но бегать вечно просто невозможно… Значит, именно здесь их общение и закончится? В коридоре? Так себе, если честно… — Ну, с чего бы мне начать…