Место под солнцем Инадзумы

— Но это же просто потрясающая возможность! – воскликнула Аяка и тут же прикрылась веером. — Извините, Казуха, не хотела кричать. Я бы использовала любой предлог, чтобы вернуться в Инадзуму. Я так скучаю по брату и дому. Но, возможно, вы и правы: госпожа Воля Небес многое отдала ради вашего воспитания. Казуха вздохнул. Далёкая-далёкая Инадзума. Страна Вечности и молний. Сердце так сильно ныло по родным краям, по тому воздуху, что казался совсем другим нежели в Ли Юэ. Аяка мягко улыбнулась. — Казуха, я ведь вижу вы уже решились. Так что позвольте мне немного помочь вам. Девушка встала с травы, на которой они удобно сидели и отряхнула своё платье. Казуха тоже поднялся и склонил голову к плечу. — Чем же, госпожа Аяка? — Сейчас покажу. Идите за мной. Камисато направилась в сторону жилых домов, и Каэдэхара послушно последовал за ней. Многие из инадзумцев так и не стали носить одежды Ли Юэ, сохранив верность традициям родной страны. И это чертовски сильно выделялось на фоне пейзажа Ли Юэ, ведь большинство населения всё ещё были детьми города торговли. Благодаря благотворительным вечеринкам Нин Гуан, Казуха знал, что жители Ли Юэ за одиннадцать лет так и не приняли беженцев, хотя и пытались помогать им обустроиться, как могли. Дом Аяки находился в центре деревни Цинцэ. Она попросила подождать у входа и скрылась в глубине жилища. Казуха неловко скрестил руки в замок. Девушка вернулась довольно быстро с конвертом в руке. Аяка настойчиво протянула его Каэдэхаре. — Это письмо для моего брата. Если вам понадобится помощь, обратитесь к Аято, и он вам точно не откажет. Казуха, я надеюсь, что вы вернетесь в целости и сохранности, и обязательно расскажете, как дела на родине. Казуха спрятал письмо в рукав кимоно и низко поклонился девушке. — Я очень благодарен вам, госпожа Аяка. Я мог бы навестить вашего брата и передать ему привет от вас. — Если представится возможность, то буду благодарна. Однако напомню: Комиссия Ясиро служит не Райден Эи, а сёгуну, и я не советовала бы вам как-либо переходить Аято дорогу. По крайней мере, пока он не будет знать, что у вас нет злых намерений. Казуха выпрямился. — Ещё раз хочу выразить свою благодарность. Увидимся. — До свидания и хорошего путешествия.

***

Глаз Капитан Бей Доу сверкал восторгом и насмешкой. — Мать моя каракатица, ты и вправду пришёл. Обычно люди так сильно привязываются к Нин Гуан, что начинают зависеть от неё. А у тебя хватило сил, умница. Каэдэхара с трудом сглотнул. — Госпожа Нин Гуан, как мне кажется, не только с меня потом три шкуры сдерёт. Капитан рассмеялась и ткнула кулаком в плечо стоящему рядом матросу. — А ведь ты прав! Мне как минимум понадобится два года, чтобы у Воли Небес пропало желание задушить меня. Добро пожаловать на борт Южного Креста, милый. Она взошла по мостику и поманила его рукой. Казуха сжал лямку сумки, в которую сложил немного одежды и перо с бумагой, и поднялся на корабль. — Хай Лун покажет гамак, который будет твоей кроватью на следующие три дня. Роскоши, как в Нефритовом Дворце, здесь нет, но ты быстро привыкнешь. Бей Доу в последний раз сверкнула улыбкой и тут же спустилась обратно на пристань, чтобы попрощаться с ожидавшими её детьми. Она не позволяла приходить жителям Ли Юэ провожать Южный Крест, потому что верила, что это может привезти к неудаче, однако детям, как и Нин Гуан, не отказывала. Хай Лун прокашлялся в кулак. — Мы обычно не обсуждаем слова Капитана, но... Она буквально выкрала тебя у Воли Небес? Казуха моргнул. — Похоже, что так. Мужчина потер пальцами переносицу. — И мало на нас штрафов висит? Как бы не арестовали за такое. Свои причитания он продолжать не стал, прервавшись на экскурсию по Алькору. Корабль был большим, но и состав оказался немаленьким. Хай Лун показал его место, каюту Капитана и трюмы, в которых они хранили всё, что привозили из других регионов в Ли Юэ. — Что ж, — сказал Хай Лун. — Как только отчалим от берега, можешь приступать к работе. Каждый день мы дежурим в разных местах: на кухне, на палубах, в трюмах. После Инадзумы держим курс на Фонтейн, а потом может и в Ли Юэ. После того, как мужчина закончил говорить, он вручил верёвку и показал как перевязывать паруса.

***

Наверное, это были самые длинные три дня в жизни Казухи и не только потому что душа томилась в ожидании Инадзумы. Он был прекрасно закалён тренировками и ранними подъёмами, но даже к такому его жизнь не готовила. Как и сказала в один из дней Бей Доу, Каэдэхара стал неженкой, живя в Нефритовом Дворце и после этих слов нагрузила его ещё большей работой. На руках быстро появились мозоли и за неимением лучшего Казуха перевязал их бинтами. Они не особо мешали, да и к тому же ладони меньше болели от натёртостей. Ему дали мазь, но понадобилось время, чтобы излечить маленькие ранки. Но несомненно самым тяжёлым моментом оказался день прибытия. Сначала появились грозы. Казуха не понимал, как Капитан и рулевой так ловко управлялись с кораблем, однако ни одна из молний не попала на Алькор. Их трясло, качало на волнах, и Каэдэхара подумал, что такими темпами у него разовьётся морская болезнь. Однако это не продлилось долго, и через несколько часов снова был штиль. А потом, когда линия гроз была преодолена, на горизонте замаячил порт Инадзумы, и Казуха уже ни на чём не мог сосредоточиться. Каэдэхара поднялся на самую высокую точку мачты и сидел там, до боли раскрыв глаза. Дом. Как... Как он мог когда-то покинуть это место? Остров Рито ещё не покрылся сакурой и потому казался почти голым. Не было видно людей, что в детстве Казухи, казалось, никогда не покидали порт, но это ничуть не портило картины. Так хотелось, чтобы корабль прибавил ходу, но как на зло погода была безветренной. Внезапно по пальцам пробежался холодок, а затем на ладонь легло что-то тяжелое. Казуха опустил взгляд и чуть ли не упал с мачты. Селестия даровала ему свою милость. Глаз Бога, – анемо, – сверкал в лучах дневного солнца, и Каэдэхара сжал его в своих пальцах, чтобы убедиться насколько это правда. Он был точь в точь, как тот, что имелся у Бей Доу, но отличался элементом. И за какие заслуги Глаз Бога достался Кадэхаре? Хоть Инадзума и радовала уставший взор, однако на сердце скребли кошки: он предал доверие Нин Гуан, просто растоптал и вряд ли сможет вернуться в Нефритовый Дворец по прибытию. Если так и случится, то Бей Доу точно не откажет приютить Казуху на Алькоре. Наверняка, Кэ Цин со злости выкинет все его оставшиеся вещи в окно, а комнату прикажет переделать в склад ненужных безделушек и бумаг. Гань Юй сочувственно улыбнется Воле Небес, которая будет сидеть в своём кресле с идеально ровной спиной и смотреть в одну точку, стараясь собраться с мыслями и понять, как ей выкрутиться в глазах общественности. Она, несомненно, подумает о том, чтобы дети не разнесли по всей гавани весть об отбытии её преемника вместе с экипажем Алькора, ведь они могли увидеть Казуху, входившего на борт. Все мысли о Воле Небес и Глазе Бога вылетели из головы, когда Бей Доу прокричала: — Выгружаемся! Казуха за считанные секунды спустился на палубу и направился на корму, где стояла Капитан. — Что такое, неженка? — улыбнулась она. — Нервы сдают? Подожди пару минут, скоро высадимся и сможешь гулять по Инадзуме столько, сколько душеньке будет угодно. — Я хотел показать это. — и протянул Капитану свой Глаз Бога. Бей Доу вскинула брови и потрепала по голове. — Я не сомневалась в тебе. В конце концов, ты ведь избранный самой Волей Небес. Казуха поморщился, и женщина тут же отправила его помогать команде.

***

Бей Доу не пыталась скрыть корабль, словно не боялась, что сёгун мог настигнуть её. Сикнув якорь, половина экипажа высадилась, а вторая осталась следить за Алькором. Каэдэхара одним из первых спустился на причал, и ноги его едва не ослабли. Наконец-то, наконец-то, наконец-то он здесь. — Скажи же здесь спокойнее, чем у нас. — Бей Доу хлопнула Казуху по плечу. Каэдэхара кивнул. — Сейчас сходим с тобой в одно место, а потом я покажу, где мы обычно ночуем. — Сходим куда? Капитан приложила палец к его губам, прося не задавать вопросов, и, взяв за плечо, повела внутрь острова. Бей Доу не останавливалась ни у одного дома, более того, Казуха понял, что они покидают Рито и идут... Ну да, для него это был секрет. И только у подножия горы Ёго Каэдэхара заметил знакомый силуэт. Яэ Мико стояла к ним лицом и улыбалась. За одиннадцать лет Гудзи ни капли не постарела, даже наоборот расцвела и выглядела ещё лучше, чем в день, когда Скарамучча объявил себя сёгуном. Казухе стало немного обидно. Да, Яэ Мико часто повторяла: она лишь Жрица, единственная её обязанность – давать благословения и устраивать праздники, но и последнее она делала редко, обычно сваливая всё на Комиссию Ясиро. Если Гудзи не было в Храме, то она точно находилась с Эи и это всё, что мог сказать о ней Казуха. Неужели, ей настолько было плевать? — Капитан. — Гудзи. Яэ Мико перевела взгляд на Казуху. — А ты?.. — Казуха Каэдэхара. Приятно снова видеть вас, Госпожа Гудзи. Она немного прищурилась. — Неужели, ты родом из Инадзумы? С Южного Креста ко мне никто так не обращается. — Я уехал отсюда на кораблях, отправленных Волей Небес. — Во всяком случае, — влезла Бей Доу. — Места для ночлега ещё есть? — А куда бы они делись, Капитан. — фыркнула Яэ Мико. — К вечеру я жду свои книги. — Книги? — спросил Казуха. — Потом расскажу. — отмахнулась Бей Доу. — Значит, увидимся вечером, Гудзи. Она махнула Жрице и снова схватила Каэдэхару за плечо, уводя от горы Ёго. Казуха не мог не обернуться, чтобы напоследок взглянуть на Яэ Мико – и вздрогнул, заметив как она пристально смотрела им вслед. — Так что за книги? — переспросил Казуха, когда они вернулись на Рито. Бей Доу недовольно скривилась. — Эта Жрица сдаёт нам в аренду дома, принадлежащие Храму, в обмен на книги из Ли Юэ. В Инадзуму же довольно давно не поставляли товара, так что чтиво тут закончилось. Каэдэхара решил промолчать о том, что Яэ Мико оказалась довольно продажной.

***

Стопка новых книг стояла на столе и радовала взгляд. Гудзи не могла налюбоваться, но решила, что это можно отложить на потом. Ох, не зря же она не несла это всё в Тэнсюкаку. — Великая Селестия, что тебе опять нужно? — Скарамучча громко раскрыл сёдзи и остановился на пороге. — Серьёзно? Решила дать мне книжек в свободное время почитать? Яэ Мико... — Эти книги вовсе не для тебя. — тут же прервала его Жрица. — Я просто хотела похвастаться новыми покупками, неужели ты мне в этом откажешь? Скарамучча едва сдержал фейспалм. — За кого ты меня принимаешь? Своей подружкой? — Ну вообще-то приёмным сыном. Яэ Мико казалось, что он её сейчас ударит. — Чтобы я больше тебя не видел! Скарамучча повернулся спиной и почти ушёл, как тут же затормозил. — Подожди-ка... Откуда ты взяла новые книги? Ни один корабль не прибывает в гавань... Яэ Мико с трудом сдерживала смех. Ох, до Эи бы тоже так долго доходило. — Южный Крест снова здесь. — Скарамучча сжал руки в кулаки. — И ты молчишь об этом. — Ты не спрашивал. Если бы сёгун сделал несколько шагов, то мог бы вплотную оказаться к Жрице и придушить её. Желание было невероятно сильным. Её шея выглядела такой тонкой и хрупкой. — Как давно они сюда приплывают? Гудзи внимательно рассматривала картину на стене, не спеша с ответом. — Ох, дай-ка подумать... Около шести-семи лет?.. Прям с того момента, как ты пытался их изгнать в прошлый раз. Скарамучча зашёл в комнату. Он сел на татами, снял шляпу и отложил в сторону. Капитан Бей Доу была невероятно смелой. В прошлый раз причал был превращён в кровавую баню, усыпанный трупами экипажа Южного Креста. Как она вообще смогла вернуться после такого? На зло ему? Однако более всего интересовала даже не Капитан. Скарамучча впился взглядом в стоящую фигуру Яэ Мико, которая смотрела на него в ответ. — Почему ты мне об этом рассказала? Ты не моя союзница и рядом не стояла. Яэ Мико села напротив него. Теперь между ними стоял стол с книгами. — Я тебе кое-что расскажу, а верить мне или нет, уже твоё решение. — Я тебе никогда не верю. Яэ Мико покивала головой с таким видом, словно разговаривала с маленьким ребенком. — О, тебе точно не понравится то, что я расскажу. Знай, Эи, это всё только ради тебя.