Создатели миров

Биатрисса привела новобранца к зеркалу. Парня немного потряхивало то ли от волнения, то ли от страха. Перед тем, как проводить действия над зеркалом, девочка уточнила у близнецов, которые во что-то играли за своей стойкой, в кабинете ли сейчас ее “госпожа”. Мальчишки одобрительно кивнули и продолжили возню. Тогда Биатрисса начала рассказывать: - Понимаю, прозвучит немного безумно, но это зеркало – часть нашего мира, да и не только нашего…В общем, суть в перемещении. Это, казалось бы, обыкновенное зеркало может доставить тебя в любую точку всех реальностей. С нашей, правда, не все так просто, но об этом чуть позже… - Погоди-ка! Ты сейчас говоришь о том, что зеркало телепортирует? – перебив девочку, странным тоном прошептал парень. - Да, так и есть! У каждого места, а если быть точнее, зеркала, которое находится в определенном месте, есть номер. Поэтому, если необходимо куда-то попасть, то надо знать номер места. - И сколько этих мест? - Столько же, сколько зеркал. - А зеркал сколько? - Очень много. - И ты знаешь номер каждого? - Нет конечно! Есть специальные справочники, которые работают как, например, телефонные книги. - И где найти эти справочники? - Господи! Ты дослушаешь меня когда-нибудь или нет?! – крикнула Биатрисса, не выдержав наглого любопытства, после чего парень наконец-то закрыл свой рот. – Итак, есть номера, есть места, есть зеркала. Тут все ясно. В нашей реальности всего два зеркала, одно из которых сейчас перед тобой. Его номер –2, поэтому, если хочешь в него попасть из какого-либо другого зеркала, набираешь 3.2. - 3 зачем? - Первая цифра показывает номер реальности, а мы, как известно, находимся в третий. Следовательно, отсюда и номер – 3.2. Это номер этого зеркала, а мы хотим попасть в кабинет Госпожи, в котором находится первое зеркало, значит его номер… - 3.1, да-да, я понял. – снова перебив Биатриссу, сказал парень. Девочка, нахмурив брови, взглянула в наглую морду, после чего вывела пальцем заветные цифры. Зеркало издало еле заметный жужжащий звук и немного подсветилось. Биатрисса искоса посмотрела на застывшего от удивления парня, и, не сказав ни слова, зашла в зеркало. Парень замер. Он ждал чего-то, правда непонятно чего, но ждал. Даже дождался. Биатрисса, высунув руку, потянула парня за рукав куртки и затащила к себе. Очутившись по ту сторону зеркала, парень снова чуть было не выронил книги, благо их сразу же отобрала рогатая девчонка и понесла к столу. Парень попал в большое темное помещение. Все стены, кроме той, что была зашторена каким-то бордовым занавесом, были заставлены шкафами с прозрачными дверцами, доверху заполненными различного рода книгами. Перед массивным деревянным столом на паркете, глядя в который можно было рассмотреть висящую на потолке хрустальную сверкающую люстру с ее свечами и гроздями четырехугольных изумрудов, лежала пушистая шкура бурого медведя. Сбоку от стола находилась еле-еле заметная, сливающаяся с темно-зеленой стеной, черная лестница, ведущая куда-то вверх. Пока парень разглядывал с открытым ртом этот пафосный кабинет, Биатрисса успела разобрать доставленные книги и получила другую партию для доставки обратно, в библиотеку. Госпожа, сидящая за столом в огромном черном кожаном кресле, поблагодарила девочку, после чего та ушла, напоследок хмуро глянув на парня, все также стоящего возле зеркала. Женщина пристально уставилась на гостя. Подперев голову рукой, она начала стучать длинными ногтями по столу. Вдруг из неоткуда появился деревянный стул, и тетка пригласила гостя присесть. Парень неуверенно поплелся к нему. Тем временем женщина достала стопку каких-то бумаг из ящика в столе. Наконец парень сел, отстранив корпус подальше от дамочки, и началась беседа: - Итак, Тимофей, восемнадцатый год пошел, был найден в полумертвом состоянии и, в последствии, спасен мною и моим спутником. Так? - Вам лучше знать. – грустно сказал новоиспеченный Тимофей, отведя глаза в сторону. - Да, точно, ты прав. Ну что ж, хочу уверить тебя в том, что тут безопасно и бояться нечего. Но, к сожалению, домой вернуться не сможешь, так как видел все мои владения, что крайне секретно. Прости, c’est la vie! - Но как же тогда… - Не волнуйся, никто из твоих близких и знакомых тебя не вспомнит, если где-нибудь встретят, то не признают, собственно, как и ты их. Ты исчез из людского мира, точнее выражаясь, на данный момент ты никогда не рождался. Тебя нет! - И-и-и что теперь? – заикаясь и квакая спросил Тим. - Ты нужен здесь. Тебе предстоит важнейшее поручение, но это в будущем. Сейчас просто наслаждайся жизнью. - А кто Вы такая? - Ай! Всегда забываю представиться! Можешь называть меня как тебе угодно: Мисс, Мадам, Сеньорита, Сударыня и т.п. Но, пожалуйста, никаких тетя, женщина и прочих непристойных вариаций. А вообще, у ребят в обиход вошло Госпожа, что меня вполне устраивает! – женщина громко рассмеялась, а Тим смотрел на нее как на сумасшедшую. - А что насчет настоящего имени? – немного приблизившись к столу настойчиво спросил парень. - Тебе оно ни к чему. Ах, да! О чем это я?! – проворно сменив тему продолжала Госпожа. – Ты находишься в Телониа – это уникальное место, и его аналогов не существует ни в одной другой реальности. Тут живут превосходные создания. Никто плохого слова тебе не скажет, и ты не говори! У нас здесь, понимаешь ли, идиллия царит, не хочу, чтоб ты, ненароком, сломал ее. - У вас тут, типо, цирк уродцев? - Ну, в таком случае и ты урод… Следи за языком, мальчик! - Зачем я Вам? - Ты особенный. - И в чем же? - Дай-ка руку. – Госпожа поводила пальцем, подзывая парня к себе. Тимофей насторожился: «Это еще зачем?». В раздумьях, он немного помялся на стуле, потер нос, поглядел по сторонам. Госпожа в ожидании крутила чернильную ручку между пальцев, в то же время читая бумаги, выброшенные ею на стол. «А что она может сделать? -думал он. - Палец мне отрежет? Да ну, бред!» Словно слыша его мысли, женщина оторвала взгляд от бумаг и с улыбкой посмотрела на парня. Тот, тяжело и тревожно вздохнув, протянул руку. Госпожа недолго подержала ее, потом положила на стол вниз ладонью, погладила вдоль, и с размаху воткнула свою чернильную ручку, пробив кисть насквозь. Удар был такой силы, что письменная принадлежность застряла в столе, из-за чего Тим не мог сдвинуть руку с места! От испуга сперло дыхание. Тимофей сначала посинел, потом пожелтел, а дальше и вовсе позеленел! - Что Вы творите?! – истерично провопил парень. - Больно? – спокойно поинтересовалась чокнутая дамочка. - Я-я не знаю! – заикаясь, отвечал Тим. – Я не понял! – Госпожа подозрительно подняла брови и, схватившись за кончик ручки, торчавший из кисти, начала елозить и крутить им, от чего парень пришел в дикий ужас. - А сейчас? – не прекращая, с любопытством спросила женщина. - Нет, не больно! Но это не повод протыкать меня ручками! – уже не крича, но обеспокоено, отвечал парень. - Твоя болезнь называется наследственная сенсорно-вегетативная невропатия IV типа или, проще, врождённая нечувствительность к боли. Теперь, зная это, следи за тем, чтобы не откусил свой язык! Я читала, это распространенная проблема. Тим выпал в осадок. Он действительно ничего не почувствовал. Он, уж было, подумал, что это какая-то шутка, розыгрыш, вот только со стола на пол ручьем стекала кровь. - То есть Вы знали о моей болезни? - Да, я даже изучила этот вопрос! - Тогда зачем протыкать надо было? - Чтоб знать наверняка! - А если бы не было болезни, что тогда? - Тогда бы ты сейчас мучился от дикой боли. Но пронесло! Тим смотрел на Госпожу, заливающуюся смехом, с каменным лицом, дожидаясь, когда она закончит. После неловкой паузы женщина, собравшись с мыслями, продолжила разговор: - Тимофей, тебе какие числа больше нравятся: однозначные, двухзначные или трехзначные? - Мне тоже нужен номер? – смекнув что к чему, спросил парень. - Я понимаю, это может выглядеть достаточно дико, но так надо. – вздохнув, сказала Госпожа. - Для чего он? - Все тебе расскажи! Как же, разбежался! Сам поймешь! - Почему не можете сказать сразу? - Так, значит двухзначные, хорошо… - женщина разложила на столе журнал в кожаной обложке. Она долго листала его, проводя пальцем по каждой странице. Затем, ее палец остановился, и она пристально посмотрела в лицо Тимофея. Пожав плечами, она приложила четыре пальца в центре листа, немного подержала и, придерживая голову парня, сильно надавила этими пальцами ему под левым глазом. Когда эта странная процедура была окончила, Госпожа заулыбалась и довольно потерла руки. Не почувствовав в себе никаких изменений, Тим неподвижно сидел и пытался что-то понять, но он не знал, что именно ему нужно было понимать, поэтому в голове летало перекати-поле. Еще раз осмотрев парня, поворачивая его голову то в одну сторону, то в другую, Госпожа с упокоением сказала, что тот может идти заниматься тем, что его душе угодно. Но потом спохватилась, что Тим до сих пор припаян ручкой к столу. Громко расхохотавшись, женщина без всяких усилий вынула ее, хотя Тим как мог старался это сделать самостоятельно, но все было безуспешно.