Создатели миров

- Как, говоришь, тебя звать-то? – не успели ребята выйти из кабинета, а Игата уже накинулась на Тимофея с вопросами. - Тим… - Предлагаю звать его Тимьяном! – выкрикнул Диафан, подбежавший сзади. - Звучит убого, - нахмурилась девушка. - Можно просто Тим, правда. - Ты хоть знаешь, что такое тимьян? – повиснув у Игаты на плечах, продолжал Диафан. - Какая разница! Чтобы это ни было, звучать все равно будет убого! - Ну, ты как хочешь, конечно, а для меня он теперь Тимьян! Диафана чрезвычайно веселила его придумка, и каждому встречному он старался ее рассказать, от чего лицо Тима превратилось в старый изюм то ли от стыда, то ли от неприязни, а может быть от того и другого. - Куда мы идем? – наконец-то решил поинтересоваться Тимофей, тупо идущий туда, куда его любезно тащит Игата. - Как куда? На греческий конечно! – восторженно пояснил Диафан. - А нам еще далеко? - Уже пришли! Кудрявый пнул дверь какой-то аудитории. Она с грохотом распахнулась, ударившись об стену, и все сидящие за партами тотчас же обернулись и уставились на пришедших. Тим мельком оглядел народ: Биатрисса с Лаем сидят на среднем ряду и о чем-то перешептываются. Видимо, это что-то не особо важное, раз они позволяют близнецам, сидящим за ними, влезать в свой диалог. За первой партой возле окна расположилась Апали, сидящая на 2 подушках, так как стол для нее слишком высокий. Распихнув столпившихся возле двери ребят, в аудиторию гордо вошел Ин, искоса поглядывая на всех, и отправился на задние парты, присев рядом с Вардом, что добродушно заулыбался, увидев Тима в дверях аудитории. Также в кабинете находились еще парочку непонятных человекоподобных существ, с которыми Тимофею еще не довелось пересечься, и та самая девчонка, которая спросила номер комнаты, когда Тима облепила толпа на улице. Диафан уверенно пошел вверх к задним рядам, но остановился возле четвертой парты и с кем-то поздоровался, после чего сел за пятую, приглашая Тима присесть рядом. Игата, идущая позади, подпихнула Тимофея вперед, а сама плюхнулась рядом с парнем, мирно решающим какие-то задачки в тетради. Как только все расселись по местам, Диафан завел разговор: - Эх, Тимьян, как же хорошо, что ты пришел! Сейчас везде будут вводные уроки для тебя неосведомленного! Наконец-то можно расслабиться… - Спорим, он начнет с алфавита? – повернувшись к парням за задней партой, подхватила Игата. - Что? Почему алфавит? – сразу же за кошкой обернулся назад ее сосед. – А! Так это из-за тебя, значит? – взглянув на Тима, добавил парень. Худощавый мальчишка с бледной, немного розово-синеватой кожей выглядел крайне болезненно. Его большие голубые глаза окружили фиолетово-желтые синяки. Некоторые прядки необычных сверкающих золотом волос падали на лицо, а большая часть была убрана за бордовые, словно запекшиеся, кривые уши, или за то, что от них осталось. Его шея и кисти рук, выглядывающие из-под длинных полосатых рукавов, были перемотаны белыми бинтами, немного потемневшими на ладонях. Щеки усеяны мелкими светлыми веснушками, и это, пожалуй, единственное, что придавало его лицу жизни. Тем не менее, он улыбался, то и дело облизывая свои пересушенные розовые губы. - Марс, это Тим. Тим – Марс, – представила друг другу парней Игата. - Приятно познакомиться! – протягивая руку, изворачиваясь, как только можно из-за неудобного положения, сказал Марс. - Взаимно. – Тим замялся, уставившись на перемотанную ладонь, и с досадой обнаружил, что на ней осталось лишь четыре пальца. - Ой! Не надо беспокоиться! Уже давным-давно все прошло! – сразу же пояснил парень, после чего Тим пожал ему руку, все равно делая это предельно осторожно, в отличии от Марса, который, наоборот, вцепился как можно сильнее. Снова раздался противнейший звук, который заставлял всех вздрагивать. Вместе с ним в аудиторию вошел Эней, сильно нагнувшись, чтобы не треснуться лбом об дверной косяк. Все мигом повскакивали на ноги. Тим растерянно остался сидеть на месте, но Диафан вытянул его вверх за шкирку. А Эней, медленно маршируя к столу, не глядя на аудиторию, помахал рукой, и все тут же рухнули вниз. - Добрый день… Сейчас же день? – ища часы на стенах, спросил Эней. – Ладно, наверное, все же день… Вводный урок из-за 62. Кто хочет написать алфавит? Вызвалась та противная девочка с дурацким вопросом. Тим очень хорошо запомнил ее маленькие круглые глазенки, смотрящие все время исподлобья. - Марс, будь другом, поделись листом! – попросил Диафан. Марс молча вырвал лист из своей тетради и протянул назад, закинув руку за голову. – Спасибо! Век тебя помнить буду! - Зачем тебе? – спросил Тим. - Не мне, товарищ, а тебе! Пиши, потом лист к стене приклей над столом! - Мне пальцем писать? - То ему подай, это принеси! У Энея только если. Никто не носит на греческий. Тим вытянул руку как можно выше. Почему-то ему казалось, что его плохо видно с задних парт. Эней тут же заметил этот жест: - Чего тебе? - Есть ручка? - Нет. - А карандаш? Эней вздохнул, открыл ящик в столе, пошуршал чем-то и достал маленький карандашик. - Лови, – легонько замахнувшись, Эней бросил карандаш, который прилетел четко в поднятую руку Тимофея. - Спасибо! Маленький погрызенный со всех сторон карандашик, на кончике которого боролся за жизнь остаток откусанного кем-то ластика. Ребята хихикнули, глядя на прилетевшее счастье, и Тим принялся списывать все непонятные иероглифы с доски. Так странно было слушать, как Эней проговаривает каждый звук, и прекрасно понимать его, но абсолютно не разбирать те же самые звуки в виде букв, выведенных на доске. А ведь любой ребенок точно также начинает учиться писать. В детстве этот момент особо не вызывает странностей и удивления, но сейчас Тиму было очень непривычно чувствовать что-то подобное. Дальше в ход пошли цифры. Сначала арабские, потом римские. Тут с письмом вопросов не возникало. Следом Эней перешел к отдельным словам, затем фразам и предложениям. Он просил кого-то выходить и записывать все проговоренное на доску, а сам с краю лежал в кресле. После этого, самые шустрые ребята кинули каждому на парту по книге, которую дружно принялись читать в слух, а Эней только изредка поправлял и делал замечания. Потом вовсе затих, сладко заснув в мягком и теплом уголке. Но, так или иначе, все послушно продолжали читать, пока Эней не начал храпеть и перебивать голос читающего. Чтение прекратилось, и каждый принялся заниматься своими делами. Все пытались поддерживать тишину, чтоб не разбудить “профессора”, хотя вряд ли его что-то могло потревожить, раз собственного храпа он не слышал. - Эх, не завидую я тебе, – начал Диафан. - Да несложно ведь! - Ага, вот только все книги в библиотеке написаны на греческом, поэтому если вдруг понадобиться перечитать параграф по истории перед контрольной, то начинай за месяц. - Благодарю за поддержку. - Сам то как будто идеально читаешь! – съязвила Игата. - Получше некоторых! Девушка вскочила с места, со скрежетом двинув стул и парту, замахиваясь кулаком на Диафана. Внезапно Эней перестал храпеть. Все замерли. Глаза каждого устремились на Игату с Диафаном, и, к счастью для них, Эней залился храпом снова. - Будьте сдержанней, милочка! – ехидно продолжил кудрявый. - Ты забыл, что я знаю, где ты живешь! Противный скрежет. Все мигом побежали вон из аудитории. В помещении стоял радостный гул. Эней, дернувшись, вернулся в реальный мир. Потирая глаза, он смотрел, как все складывают розданные книги на его стол стопками, пытаясь ответить на каждое «до свидания». Когда кабинет опустел, Тим подошел к Энею и положил перед ним карандаш. - Еще раз спасибо. - Стой, – вставая с кресла, тормознул его Эней. – Отнеси книги в библиотеку. - Все? - Да. - Тут же штук 30! - 29. - Ты серьезно? - Да. - Да я ведь один не донесу! - Найди кого-нибудь, – скрываясь за дверью, эхом из коридора говорил Эней. Тим уперся глазами в коричневые переплеты. В надежде, он оглядел аудиторию. Осталась только Апали, аккуратно складывающая свои подушечки в шкафчик возле доски. Она подошла к Тиму с вытянутыми руками, сгибая пальцы, как бы предлагая свою помощь. Тим взглянул на нее и взвалил на себя две стопки, каким-то образом распределив их в каждую руку. Парень, немного пошатываясь, направился к выходу, а девочка шла рядом, закрывая и открывая двери. Тимофей, с горем пополам, донес книги в библиотеку. Апали он отпустил еще перед выходом из учебного корпуса, поэтому героически доковылял в одиночку. Придя в библиотеку, парень обнаружил, что Варда на месте не оказалось. С начала Тим поставил стопки на низенький столик и уж было собирался уйти, но потом его что-то дернуло, и он решил доставить все книги в нужный отдел. Снова взвалив на себя стопки, парень отправился искать отдел с художественной литературой. Пошатавшись с грузом по огромной библиотеке, парень дошел до гениальной мысли оставить книги и, для начала, найти нужный отдел налегке. Тим пролетел весь первый этаж, но ничего подобного не нашел, поэтому, тяжело вздохнув, поплелся на второй, где и обнаружил шкафы с полупустыми полками, на которых стояли те же книги, что он нес. Упустим все титанические усилия, что Тим совершил, чтобы донести груз к пункту назначения. Скорее всего он заработал себе грыжу или еще чего хуже. Мало того, что парень допер все книги, так он еще и расставить их решил, так сказать, закончить начатое. В процессе расставления, Тим понял, что на одну полку все эти богатства не влезут, а до полки выше он уже не доставал. Идти за стулом? Пф, еще чего! Тимофей брал книгу, подпрыгивал, и наугад пихал ее на полку, вставляя между других книг как попало. Этим он занимался достаточно долго, и вот наконец осталась последняя. Прыжок, рывок и... Что-то мешает. Еще раз... Опять мешает. На полке что-то лежит и не дает книги заехать в упор к стене. Тимофей достал до полки рукой и нащупал какой-то конверт. Достал его, покрутил, открыл - пустой. Странная находка. Что ж, поставив последнюю книгу, Тим отправился вниз, собираясь попутно занести конверт на стол Варда. Но, спустившись по лестнице, сразу же напротив нее обнаружил маленькие шкафчики, наполненные альбомами, тетрадями и конвертами. "Повезло!" - подумал парень и направился к этим шкафчикам. Зайдя внутрь, Тим смело воткнул конверт в удачно расположенную щелочку между двумя другими конвертами. Парень гордо потер руки и повернул назад, собираясь пойти к выходу. Но внезапно обнаружил, что перед ним не помещение библиотеки, в которой он только что бродил, а просторная комната, наполненная теплым желтым светом. Ошарашенный увиденным, в "легком" смятении Тим выдернул конверт с полки. Комната тут же испарилась, и перед парнем снова расстелилась библиотека с коричневым паркетом. Вылупив глаза, Тимофей снова воткнул конверт на полку. Комната. Библиотека. Библиотека. Комната. Библиотека. Комната. Комната. Библиотека. И так еще 10 раз. Побаловавшись с волшебным конвертиком, парень все-таки решил войти и осмотреться внутри комнаты. На полу лежал большой квадратный старый ковер, на котором стоял круглый деревянный стол с красивыми узорчатыми ножками. Его окружили четыре стула: у одного на спинке были повязаны разноцветные ленточки разной длины и ширины, у другого на всех ножках надеты полосатые носки, третий вовсе был весь расцарапан, искусан и лишен нескольких палок, что украшали спинку. Повсюду расставлены свечи, и нет ни одного окна. В воздухе летала пыль крупными хлопьями, и пахло пухом. В углу – сервант со стеклянными дверцами, из-за чего были видны чашки и блюдца, парадно выставленные на полках. Открыв нижний ящик этого серванта, Тим обнаружил множество коробок, ваз и банок, наполненных конфетами в красочных обертках. У стены напротив стоял шкаф с круглым зеркалом на одной из дверей. Он был наполнен поношенной детской одеждой. В этом же шкафу стоял сундук, где хранились старые пыльные игрушки. Они выглядели достаточно странно. Сначала Тим даже не понял, что это такое. Больше всего его поразила блестящая металлическая палочка с наконечником в виде головы единорога. Рядом со шкафом на полу сидел большой плюшевый медведь с оторванными глазами, что выглядело достаточно жутко. Оборачиваясь вокруг себя, Тим приметил еще один стул, стоящий у стены. На его спинке висел фиолетовый шелковый платок. На сидении лежала какая-то старая книга, на обложке которой выровнялся толстый слой вековой пыли. Также, на книге стояла небольшая серебристая шкатулка. Тим покрутил ее в руках и попытался открыть, но, видимо, она заперта на ключ, для которого, собственно, имеет замочная скважина. Разумеется, Тим полез искать что-то похожее на ключ, но, к сожалении или счастью, ничего не нашел. Оставшись под большим впечатлением от своего открытия, Тим решил наконец-таки покинуть комнату. «Интересно, чья она?» - думал парень, подходя к конверту. «Судя по пыли, в ней давно никто не был. Да и зачем она? Вроде там нет ничего ценного». Тим вынул конверт и положил его подальше от места, куда его вставлял. Немного огорченный тем, что, по сути, его открытие ни к чему не привело, парень поплелся к выходу. В дверях стоял Вард, собиравшийся закрыть библиотеку, но услышав крики Тимофея, в удивлении застыл на месте. - Что ты тут делаешь? - Греческий учу! - Ты хоть знаешь, который час? - Прости, я увлекся, – отвечал Тим, поглядывая в окно, за которым уже все поглотила темнота. - Где ты был? Я всегда обхожу всю библиотеку, чтобы случайно не запереть здесь никого! - Да там, на втором, – мямлил Тим. - Меня Эней попросил книги отнести, ну я и отнес… - Странно, я смотрел на втором – там никого не было. - Плохо смотрел! - Но я уверен, что… - Ну и куда же я, по-твоему, мог деться? - И в правду! Что ж, хорошо, что ты вовремя опомнился! А то ночь в библиотеке не самое приятное, что могло произойти. Ребята разошли на лестнице. Придя в свою комнату, Тим почувствовал дикий отлив сил и рухнул на кровать, сразу же отрубившись.