Секрет крысы

      Его малышка ночью плохо спит.       Нет.       Джульетты дочка ночью плохо спит, и Бруно её слышит постоянно, …       …когда проскальзывает под покровом ночи к кухне,       …когда пытается набрать воды,       …когда читает книгу, спрятавшись в своих песках.       Малютка Мирабель совсем легонько хнычет. Джульетта часто так выматывается за день, что не способна пробудиться под едва заметный писк, пока он в плач не переходит. И младший из тройняшек Мадригаль тихонько, нарушая все границы, крадётся в комнату сестры.       У Мирабель особый запах: немного молока, чуть масла виноградных косточек и самый главный – аромат семейного тепла. Ему с его крысиным обонянием – пьянящая услада. Он здесь четвёртый или пятый раз. Или… Какая разница. Пророк здесь ненадолго. Ему всего-то нужно одеяло и, по засевшим в голове инструкциям от мамы, закутать дочь, как он когда-то это делал с Исабеллой.       Они идут гулять. Опять. Да ночью, но под звёздами спокойней. Касита щёлкает замком, и Бруно, выскользнув на улицу, идёт от города подальше, в горы. Они высокие, но и не надо далеко. Всего лишь, чтоб Энканто как ковёр у ног стелился.       Пусть Бруно сам себя не видит, но на лице его задорная улыбка. Он так не чувствовал себя давно. Ему легко. Малышка восхищенно смотрит в небо.       – Ах, Мирабель, смотри, касита фонари зажгла. Красиво… Давай сегодня представлять, что мы на море. Это наш маяк. Куда плывём с тобой?       Девчушка улыбается и выдаёт немного хриплый бульк.       – Согласен, будем новый остров открывать. А может материк? Как повезёт. Смотри, вон видишь колокольня церкви. А это острая скала, нам о неё бы не разбиться. Плывём по звёздам! Видишь Млечный путь?       И вновь в ответ “бульк” и “гугук”.       – Возьмём вот эту палку, будет астролябией. А камень тот – секстант. И вся поляна – капитанский мостик.       Немного погодя, умаявшись, ребёнок засыпает. И Бруно ненадолго замирает с дрожью в сердце и нежностью в руках. Она его… Нет… Да… его любимое дитя. Под звездами немного можно помечтать, проклятье ночью спит.              Не каждый раз у Бруно лёгкий. Однажды Мирабель немного простудилась, Джульетта со своими снадобьями как могла, пыталась с хворью совладать. А для младенца приготовить смесь – особое искусство. Но младший из тройняшек Мадригаль всё так же слаб душой, пока его… Джульетты дочка хнычет. Когда погода холодна, или когда малышка борется с недугом, он так же тихо из–под сестринской опеки с собой уносит Мирабель на кухню, к очагу.       – Ты знаешь, милая, однажды будет книжка… А, может, есть уже… Опять запутался, что было и что будет… Так вот, однажды будет сказка про живой очаг. Представь, что дом живой, поскольку живо его сердце. И это сердце чародея. Огонь не злой, но он не может жить и не гореть, поэтому сжигает то, что бьётся. Ещё, огонь тот тоже вроде как бы жив. Он целый дом в движение приводит. Живой… Ходящий по долинам дом… Семья, свободная от проклятого места…       Пророк замолк, и кажется на миг, хоть Мирабель раз пять ему лепечет свои “бурьк” да “хмык”. Из грусти Бруно сложно возвратить, про это знают все, но только не младенец. Она ладошки вынимает и пытается поймать застывший где-то рядом длинный тонкий палец. Когда же, радостно схватив добычу, малышка хлюпает смеясь, у Бруно проступает старая любимая каситой чуть смущённая улыбка. Как мама, так и дочь способна из норы на свет выманивать худую чёрную расстроенную крысу.       Джульетта знает, про прогулки Бруно с его дочкой. Мельком она ловила пару раз тот миг, когда с горящими глазами её любимый младший брат с огромной нежностью в кроватку Мирабель тихонько клал. Ах, если бы его вернуть к семье…       Но Бруно снова прячется от всех в своей норе, треклятой башне.              – Мамита, – Джульетта входит к матери без стука. – Я думаю, что Мирабель пора жить в комнате отдельно от меня, ты можешь Пепу придержать с Камило?       – Не хочешь объяснить?       – Потом, когда пойму, что получилось.              У Мирабель совсем не чуткий сон, из пушки не разбудят мама, сёстры. И дело вовсе не в Энканто, магии и чае с чабрецом. У младшей дочери Джульетты есть секрет, ей ночью снится чародей, кудесник. Он поначалу с ней играл полночи в детской, рассказывал истории, писал мелками шаржи. Потом же, как капризный братик на соседней койке поселился, кудесник показал ей горы, лес, родную крышу. Он только города боялся как огня. Они под пальмами играли в мушкетёров, у речки отправляли в плавание большие корабли, и Мирабель так нравилось, как чародей ей улыбался. Как солнце, как ребёнок, словно друг. Как будто он её отец.