Зависимые

Прошёл уже год с описанных событий. Жизнь наших героев значительно поменялась, причём в лучшую сторону. Но обо всём по порядку. Лиза родила Серёже сына. Мужчина получил сообщение от жены, что родился мальчик, в самом начале рабочего дня, и начальник его и Арсения отпустил. Попова нарекли следить за Матвиенко, чтобы тот от радости не потерял сознание. Полицейский готов был поклясться, что ничего милее, чем плачущий с ребёнком на руках Серёжа, он не видел в жизни, поэтому втихую сфотографировал его и вечером показал Шастуну. А на следующий день, после работы, Попов повёз своего парня к молодой мамочке в роддом, чтобы тот вживую поглядел на своего крестника. Хоть и официально крестным был только мужчина, но молодой человек активно помогал еще беременной Матвиенко, постоянно находясь рядом с ней и разговаривая с ещё не родившимся Сашкой — имя мальчику, кстати, тоже придумал юноша. Арсений умилялся тому, как его парень обращается с ребёнком, и даже подумывал взять кого-нибудь из детского дома. Арсения и Матвиенко после поимки наркодилера Самойловского начальник повысил до подполковников и выдал в качестве благодарности одному декрет, чтобы тот провел время вместе с женой и сыном, а второму отпуск на двоих, на две недели. Попов, не долго думая, взял с собой Антона, потому что любимее этого человека у него никого не было, а путёвка на хороший курорт, на юг, ещё никому не вредила. Поэтому мужчина решил совместить приятное с полезным: и поправить окончательно здоровье после ранения на теплом море, и вдвоём с любимым провести целях две недели вдали от повседневной суеты и преступников. После этого отпуска Арсений снова вернулся к делам и работе, снова бегал по подворотням и клубам, вязал преступников и вместе с Серёжей раскрывал дела. Только сейчас он был осторожнее, чем раньше, потому что его теперь есть, кому ждать дома, а мужчине есть, кого защищать от всяких ублюдков. С работы полицейский возвращался не всегда вовремя, задерживаясь в отделе над особо сложными делами. Но Шастун к этому уже привык: на тихо входящего в квартиру в половину двенадцатого Арсения он давно перестал сердиться, а просто встречал того коротким поцелуем в щеку и предлагал тому поужинать перед сном. Антон тоже жизнь свою поменял. Попов помог ему устроиться работать в институт, где он преподавал историю отечественной литературы. Судимости и подобной уголовщины у парня не было, поэтому сделать это довольно просто: диплом парня был действителен, реален, знания тоже, да и стаж учительский в трудовой книжке тоже сыграл свою роль. Шастуна приняли без лишних расспросов о жизни и прошлом, чему тот был несказанно рад. Он быстро освоился на работе и действительно ей горел. Антон охотно отвечал на вопросы и проверял задания обучающихся, объяснял материал и проводил дополнительные семинары. Денег ему платили достаточно, и Шастун смог-таки купить машину, на которую долго откладывал. Попов его поддерживал во всём, советовал, как лучше преподнести тот или иной материал студентам, помогал по мере возможности и делал всё, чем мог быть полезен. Антон такую заботу со стороны мужчины ценил и дарил тому в благодарность лёгкий поцелуй, заставляя Арсения в улыбке расплываться и себя героем чувствовать. Про прошлое Антона оба договорились не вспоминать и не разговаривать. Для парня это было тёмной страницей его биографии, поэтому он просто вычеркнул её из памяти, оставив, конечно, некоторые наиболее яркие моменты того периода жизни. Попов согласился с установкой своего парня и впредь молчал, чтобы не ворошить прошлое. Дилера, которого Арсений засадил в тюрьму, по некоторым сводкам убили там же после нескольких месяцев заключения. То ли он сам решил отправиться в мир иной, не желая выносить двадцатилетние муки тюрьмы, то ли это были его враги, которые не хотели конкуренции — никто не знал, но всем было абсолютно побоку. Особенно Попову, который после таких новостей от начальника тюрьмы выдохнул спокойно, потому что всё ещё боялся, что этот упырь после выхода мог Антона выследить и с ним радикально расправиться. А сейчас он мёртв, так что на одну проблему было меньше. Полицейский рассказал об этом Шастуну, и в тот вечер они первый раз за всё время их знакомства оба напились, а утром мучались от жуткого похмелья. «Зато будет, что вспомнить» — сказал после этого утром мужчина, переводя дух после очередного свидания с унитазом. Опасность никуда из жизни парней не делась. Всегда кто-то норовил Арсению какую-то очередную херню сделать и всячески поднасрать. Но мужчина дела свои решал быстро и чётко — ударом в нос или в челюсть, чтобы не пиздели много зря. Больницу он стал посещать намного чаще, чем делал это раньше, потому что Антон сурово смотрел на своего мужчину и иногда даже не пускал того домой без проверки своего тела на наличие сломанных костей или вывихов из-за драк. И Попову приходилось, скрипя зубами, ехать в ненавистное здание, к травматологу, за справкой о том, что он не нуждается в гипсе или повязке, фиксирующей конечность. Но ради юноши мужчина готов был горы свернуть, не то, что за маленькой бумажкой заехать. В личных отношениях Попова и Шастуна всё шло замечательно. Они любили друг друга сильно, поддерживали и дарили своей паре столько тепла, сколько за всю жизнь не получали ни от кого. После того, как они съехались, Антон помогал своему парню с документами, когда тот приносил большие папки домой, чтобы разобраться, ведь он прекрасно помнил, что Арсений терпеть не мог заполнение бумажек. А полицейский в свою очередь заботился о парнишке: спрашивал про здоровье и самочувствии, почти как тогда, во время ранения — во время их первой встречи, — привозил вкусняхи под конец недели и старался проводить выходные с Шастуном. Антон читал ему вслух Ремарка и Жюля Верна, а потом они долго беседовали над тем, что прочитали или услышали. Они ссорились по мелочам, а потом мирились, целуя друг друга в лоб и обнимаясь крепко, потому что не могли друг без друга. У них был всё такой же страстный секс, прямо как в их первый раз — тогда, после заседания по делу о Самойловском; оба чувствовали друг друга, добавляли что-то новое, экспериментировали и наслаждались не самим процессом, а друг другом. Они планировали следующий отпуск вместе с семьей Матвиенко на побережье Испании или Франции, чтобы научить всей своей компанией маленького Сашу плавать. А Попов хотел в шутку сделать предложение Антону на закате, просто потому, что ему хотелось посмотреть на лицо юноши, когда мужчина опустится перед ним на одно колено и достанет маленькую коробочку с декоративным кольцом. И он обязательно сделает это, потому что уже подполковник от своих слов не отказывается. К полной семейной идиллии их пары не хватало только собаки и ребёнка, как в типичных книжках о влюблённых, но им и вдвоём было хорошо. Они любили друг друга сильнее всего на свете и готовы были пожертвовать всем, что они имели, лишь бы только не расставаться надолго. Потому что они зависели друг от друга душой.

***

Вот как оно бывает. Два совершенно разных человека, отличающихся характерами и судьбами, которые стояли по разные стороны от границы между их мирами, стали друг для друга чем-то важным и особенным. Чем-то родным и любимым.