Решающий выбор

…

Ты когда-нибудь задумывался, какой исход может быть в ситуации, если бы принял другое решение?

      

Один выбор может изменить вашу жизнь навсегда, и это очевидный факт. Чтобы удостовериться в этом, я напишу маленькую историю, в которой сюжет будешь строить именно ты. Да, ты!

Начнём же, мой милый читатель.

…

      Первая неделя лета. Совсем недавно распустили школьников на долгожданные каникулы. Многие из них отправлялись в детские лагеря, санатории, некоторые оставались дома… А вот герой этого произведения против своей воли отправлялся в село к бабке с дедом на всё лето.       — Почему я не могу остаться дома, а должен ехать куда-то?! — кричит мальчик, чуть ли не плача от возмущения.       — Это не обсуждается! Ты едешь туда и всё.

***

      — Соня!!! София!!!       Девочка вскакивает с кровати и быстро бежит на кухню, откуда до неё пыталась докричаться разъярённая мать.       — Что случилось? Почему ты будишь меня в шесть утра? — ещё будучи не до конца проснувшейся, хрипло спрашивает девочка.       — Иди корову подои, помоги матери!       — Но мам! А если она меня лягнёт?       Мать уже хотела ответить всем известной фразой «не мамкай!», но её опередили, а, точнее, опередила кое-кто другая.       — Что ты разоралась? Корова в три раза больше ребёнка, а ты хочешь её послать доить! Ты в своём уме? — сменив взгляд на ласковый, бабушка посмотрела на внучку и потрепала её по тёмным волосам. — Иди, спи на здоровье.       — Я уже не хочу, пойду лучше прогуляюсь с Гошей.       — Ах, значит, ты лучше погуляешь с каким-то монстром, нежели матери поможешь?! — взревела молодая женщина.       — Хватит! — вновь прикрикивает бабка на дочь. — Если она родилась с особенностью — это не значит, что надо её заваливать заботами по хозяйству. Иди, иди гуляй, — последняя фраза была обращена к её внучке.       Теплые лучи солнца согревали девочку, что было довольно странно, семь утра как-никак. Роса почти испарилась, а цветы распустились.       — Подожди, Гош. Скоро выпущу.              Продолжая перебирать ногами, девочка потихоньку направилась к озеру, которое изначально все называли «Золотое», но сейчас это «Вшивка». Девочка любила ловить там разных стрекоз, да и просто наблюдать, как её питомец купается или гоняется за насекомыми. Обычно у озера никто не ходит, ведь рыба там не водится, а вода грязная… Но не сегодня. В паре метров от воды сидел мальчик в голубой футболке и чёрных шортах, на голове была кепка.       «Никогда не видела его в нашем селе. Приезжий?», — промелькнуло в мыслях ребёнка. Её догадки были обоснованы, ведь все сельчане знали друг друга в лицо, даже если не общались.       Мальчик сидел и кидал маленькие камушки, палочки, клочки травы в воду. Очевидно, ему скучно. Девочка решилась подойти и заговорить с ним.       — Привет.       — Привет, зачем ты подошла ко мне? — подняв индифферентный взгляд на девочку, произнёс мальчик.       Странный и отпугивающий вопрос. Он явно не в настроении.       — Да так, не видела тебя здесь раньше и решила подойти, познакомиться… Ты приезжий?       После недолгого молчания мальчик ответил:       — Да, приехал вчера утром.       — А у тебя есть здесь друзья?       — К чему такие вопросы? Нет, я здесь впервые.              — Значит, я буду первой, кто станет твоим другом в этом селе! — радостно обещает девочка, протягивая руку своему новому другу.       — Правда?       — Правда-правда! А как тебя зовут?       — Фёдор. Фёдор Достоевский. А как зовут тебя? — он пожимает её ручку своей.       — Я — Соня. Соня Рыбченко, — весело сказала девочка и пожала руку Фёдору. — А сколько тебе лет?       — Мне восемь, в ноябре будет девять. А тебе?       — А мне семь, я в этом году в школу пойду. Хм, в школу идут в семь, — первый класс, — то есть, — Соня задумчиво почесала затылок, — Ты уже пойдёшь во второй класс!       — Нет, в третий, — мальчик гордо поднял голову и добавил: — Я в шесть лет в школу пошёл.       — Ого. Я не знала, что так можно…       — Да. Моя мама сказала, что чем раньше я пойду, тем раньше стану взрослым.       — А что мы тут сидим? Надо же тебе село показать! — воодушевлённо воскликнула девочка, уже представляя интересную прогулку с приезжим.

…

      — Смотри, это — поле, где пасут овец, коров и коз. Один раз мы с сестрой по-тихому подоили чужую корову. Во-о-он ту! — брюнетка указала пальцем на белую корову с серыми пятнами. Она была крупнее остальных, и мальчик быстро понял, на кого та показывает.       — Понятно. А что ещё тут есть интересного, кроме полей и коров?       — Лошади.       — Лошади?       — Да, ты катался когда-нибудь на лошадях? — вопросительно уставившись на Фёдора, спросила девочка.       — Нет…       — Это мы исправим, через пару дней приедет двоюродная сестра, а я упрошу её прокатить тебя на Аське! — мальчик кивнул, и они продолжили экскурсию.

…

      — Вон там школа, туда я пойду первого сентября.       — Ага. Пошли дальше.

…

      Обойдя ещё пару мест, таких, как: ещё одно озеро, в котором уже можно купаться; маленький лесок, в котором собирают ягоды и грибы по осени; пару ларьков, где ничего не купили, ведь денег нет — и, наконец, малыши зашли на улицу, где жила Рыбченко.              — А вон и мой дом! Я живу с бабушкой и мамой. Ой, там моя бабушка на скамейке сидит! Пойдём, познакомлю!!! — девочка схватила мальчика за тёплую ручку и побежала в сторону старой голубой облупленной скамейки, где сидела мать её матери.       — Баба Надя, баба Надя! А у меня новый друг появился!!! — радостно обращаясь к родственнице, улыбалась девочка.       — Правда? И кто же это? — она посмотрела на Фёдора оценивающим взглядом, а потом заговорила с ним.       — Кто таков? Я тебя раньше здесь не видала.       — Меня зовут Фёдор, вчера приехал сюда.       — Не Достоевский ли? — приподняв брови, спросила у мальчика бабушка.       — Достоевский…       — О-о, так и знала! Мне Тонька позавчера говорила, что внук приезжает, Федькой зовут, — Надежда продолжала его осматривать, попутно улыбаясь.              — Правда, я не таким тебя представляла, худой ты больно. Ай-да чай пить, я пирожков с капустой напекла.        Брюнет робко молчал, не зная, что ответить. Его впервые пригласили на чай, тем более бабушка девочки, которую он знает меньше дня. Он бы так и молчал, но Рыбченко-младшая решила эту проблему.       — А… А мама ругаться не будет?       — А чёй мне твоя мама? Я ей сама мама. Пойдём-пойдём, — она открыла калитку, пропуская детей на территорию. Но как только Фёдор ступил одной ногой за ворота, собака буквально вылетела из будки, яростно гавкая на малыша.       — А ну цыц, Бим, свои!       Но собака не хотела повиноваться и идти обратно в будку. Тогда бабка взяла веник и загнала пса в его будку.       — Проходите. Девочка продолжала держать мальчика за руку.       — Пошли, Федь.       Федь. Его впервые так назвали. Походу, он не пожалеет, что приехал в это село.

…

      — Садись за стол. Сонь, ставь чайник, а я пойду разберусь с твоей мамашей. А то придёт гостя пугать.       Когда бабушка ушла, дети опять начали разговаривать.       — А ты, кстати, откуда приехал?       — Из Санкт-Петербурга.       — Ого! Да ты ещё и городской!!! А надолго ты приехал-то?       — На всё лето.               Девочка хотела ещё что-то спросить у Федьки, но зазвонил кнопочный телефон, лежащий на столе рядом с коробкой, наполненной таблетками и какими-то книгами. Зазвонил тот самый, в современное время легендарный Нокиа тридцать три десять. По маленькой гостиной разносилась громкая мелодия «Over the Horizon». А вот между детьми повисло напряжение. Кто звонит? Читать умеет только Достоевский, но и тот не полезет за телефоном без разрешения.              — Я возьму трубку, вдруг что-то важное, — сказала девочка, беря в руки телефончик. — Алло? А это кто?             Как оказалось, это звонила бабушка Достоевского. Потеряла внука.       — Внука своего я потеряла, Федьку, — бабка была раздражена.       — Не беспокойтесь, он у нас, — радостно постаралась успокоить Соня старую женщину, но та в свою очередь сказала:       — Передай ему трубку!       Рыбченко послушно протянула телефон мальчику.       — Тебе сказали передать.       — Алло? Да. Я…       После он замолчал, слушая бабку. Она явно не говорила ему ласковых слов, и малец просто молчал, не зная, что сказать. Она ему слова вставить не давала. Прошла минута, две, три… После послышались гудки, что означало сброс трубки.       — М-мне домой пора, — Фёдор говорил это с тревогой, что смутило девочку.       — Почему? Что не так?       — Мне баба сказала быстро идти домой.       — Ладно, давай провожу тебя до дома, а то ещё заблудишься, и тебя по-настоящему потеряют, — мальчик кивнул.       Дети прошли мимо собаки на цепи и вышли за ограду.       — Что она тебе говорила? Ты выглядел напуганным.       — Ничего важного.       Пройдя одну улицу, они наконец дошли до дома бабы Тони.       — Ну, пока.       — Пока…       — А ты завтра выйдешь гулять?       — Не знаю. Ладно, я пошёл.               Девочка легонько приобняла его и ушла домой.               «Что же она ему сказала?».

…

      На следующий день девочка пришла к дому Достоевских — звать новоиспечённого друга гулять. Но дед Василий вышел и сказал, что он никуда не пойдёт, грядки полит. Девочка не ходила к нему ещё пару дней, пока не зазвонил телефон бабы Нади.       — Баба! Ба! Телефон звонит!       — Сейчас, бегу!               Как оказалось, звонил Федя, звал гулять. Через полчаса дети уже встретились.       — Привет.       — Приветик. Ну, куда пойдём?       — Не знаю, может, те качели на детской площадке?              — Пошли, возможно, мы встретим других ребят!               Детская площадка — популярное место в селе, ведь это — одно из немногих мест, где можно развлечься. Она маленькая: всего одни двойные качели, уже покрывшиеся в некоторых местах ржавчиной; железная горка, которая нагревалась на солнце до такой степени, что на ней никто не катался; песочница с засохшим в камень песком; скрипящая карусель и пара лавочек, где сидели бабки. Тут собирались дети со всего села и играли с утра и до позднего вечера. Играли во всё: догонялки, пятнашки, мячик — а, если не будет взрослых, можно поиграть в более взрослые игры, например в карты или бутылочку на желание. Подобные «взрослые игры» не одобряли «высшие» и быстро пресекали, отбирали все атрибуты и разгоняли по домам. Но Сонечку никогда не ловили на таких играх, хотя она была большим любителем такого. И это только из-за того, что эти игры являлись запрещёнкой.       Кстати, до этой площадки было идти довольно-таки далеко, учитывая то, что дети шли от дома бабушки Достоевского. Нужно было пройти мимо школы, в которую пойдёт Рыбченко осенью, пройти пару улиц вниз, обойти Купалку и спуститься на улице «Вторая Набережная». Расстояние составляло примерно километр-полтора, нужно предупредить взрослых, что они пошли именно туда, а то потеряют их ещё… Сказав, куда малыши направились, Фёдор и София побежали до детской площадки. Быстрым бегом до места развлечений можно добежать за пятнадцать минут, но, учитывая, что Достоевский — хилый ребёнок, пришлось идти тихим пешочком, и на дорогу пришлось затратить почти час времени.

…

      Солнце печёт маленькие головы, чертовски хочется пить, но они идут, идут, чтобы быстрей оказаться в «прекрасной стране развлечений». И вот, уже виднеется забор из кривых палок, еле как прибитыми друг к другу гвоздями. Открывается скрипучая калитка, и дети победным шагом заходят на территорию игр. Как оказалось, там были и другие дети. И все они были знакомы Соне, но для Фёдора были никто.       — О, Сонь, привет! А это кто?              — Привет! Сейчас познакомлю.       На площадке было всего пятеро детей, считая Рыбченко и Достоевского. Трое незнакомых детей до этого сидели в тени деревьев на каком-то старом пледе и играли в карты. Походу, играли они на конфеты.       — Так, давайте по порядку. Это Фёдор, он приехал на всё лето из Петербурга.       — Ого! Городской в нашей Калуге! Я — Пашка Попов, — мальчик пожал руку Достоевскому.       Павел представлял из себя высокого мальчика с тёмно-рыжими волосами почти до плеч. На вид ему лет десять. Не более. Большой любитель экстрима: часто крадёт морковь с чужих огородов, катается на велосипеде без тормозов, плавает на Вшивке и в самом глубоком месте Купальни. Каждое лето с восьми лет ломает себе кости из-за вышеупомянутой любви к экстриму.       — Приятно познакомиться… — неуверенно и даже стеснительно сказал Федя, пожав руку в ответ.       — А меня зовут Серафимой! Можешь называть меня Фимой! — подбежала девочка лет восьми-семи с белокурыми волосами и множеством веснушек на личике.       «Выглядит невинно…», — думает Достоевский, глядя на девочку.               Остался только один мальчик, но тот, похоже, не очень хотел с ним знакомиться, он сидел на красном пледе, перебирая карты. Тасует. Собирается раздавать на новую игру.       — Вы играть будете? — спрашивает тощий белобрысый.       — Ты, Федь, играть умеешь?       — Да, я умею играть в дурака: подкидного и переводного. Умею играть в говно, пьяницу, сто одно… Больше-меньше.       — Саш, раздавай на пятерых!       Саша — именно так зовут того тощего мальчика. У него довольно короткие белобрысые волосы и голубые глаза. Бледный. По виду часто болеет.       — У вас хоть есть, на что играть?               Брюнет порылся по карманам шорт и, как оказалось, там был клад! Сосательные конфеты «Шипучка», на них-то и можно играть в карты.       — Есть шипучки. Пойдёт?               Пашка подбежал и недоверчиво посмотрел в руку Фёдора, как бы ожидая, что он их обманывает.       «Шипучка» тоже была в разделе запрещёнки, ведь многие сельчане, в особенности бабки, считали, что шипучая начинка очень вредна для детских организмов. Старшее поколение считало, что там намешаны всякие химикаты и яд, хотя всё это — слухи. Сода и лимонка — вот, что на самом деле было в начинке. Ничего опасного, правда? А вот ты докажи это старикам и матерям, которые яро стоят на своём.              — Ого! Это же раритет! — Попов похлопал малыша по плечу. — Во пацан! Ты где их достал-то?       — Мама дала, когда уезжал из Питера.       — Слушай, Паш. А у вас воды нет? Пить охота, — спросила девочка, вспомнив про жажду.

…

      Они уселись на плед и начали играть в переводного дурака. Играли все с азартом, ведь каждый хотел получить хотя бы одну запретную конфету.       Через пару конов Достоевский понял, что хуже всего из четырёх детей играет Рыбченко, а лучший в этом деле Сашка. Умный, походу. Что ж, Сашка — интересная личность, таинственная. Да, Федь, если человек старше… То он сразу таинственный… Только выходил из игры, он брал в руки книгу, лежащую рядом и читал, не обращая внимание на дальнейшую игру других.