Личный счёт

Мраморные полы огромного здания, что располагалось в центре Москвы, отвечало взаимным цоканьем. Туфли на высоком каблуке, когда тебе чуть за… носить не совсем удобно, да и не хотелось. Ирина Алексеевна поправила темно-коричневый пиджак, что идеально сочетался с юбкой-карандаш, хотя это был не костюм. Но это был ее маленький женский секрет. Просто удачный поход в магазин напротив дома. Под пиджаком виднелась тщательно проглаженная блузка, с незастегнутыми верхними пуговицами. Взглянув ещё раз на ручные часы, женщина открыла перед собой дверь кабинета, где вот вот решится ее судьба. Решение о смене рабочего кресла — не лучшее решение, когда на прежней работе был довольно видимый успех. Она — начальница, которой постоянно хочется большего. Это остановило от внезапного замужества ещё в студенческие годы, а потом и не совсем в студенческие. Два месяца назад, когда к ней начал подбивать клинья заведующий кардиологией. Хотя, любви сейчас и заботы хотелось куда сильнее, чем просиживать на работе по двенадцать часов, размышляя о том, как бы не разварилось отделение. — Добрый день, — улыбнулась Ирина, взяв ручку чёрной сумки в обе руки. Может, волнение делало своё дело, и приходилось выполнять непроизвольные движения собственного тела. Перед ней сидел мужчина в темно-синем костюме, элегантно поправляющий очки. Казалось, что эти секунды длятся вечно. Она успела разглядеть в нем едва заметные седые волосы на висках, четкую линию на отглаженной рубашке, а затем ее взгляд упал на знакомые черты лица. И почему она не обратила внимание в первые секунды на столь родные и в то же время чужие глаза, опущенные изначально на листы бумаги? Что-то автоматически кольнуло в левой области грудной клетки. — Здравствуйте… — мужчина поднял взгляд на вошедшую в кабинет блондинку. Его взгляд изменился за доли секунды, как только он посмотрел в ее зелёные глаза. Он медленно положил шариковую ручку, где были детально прорисованы инициалы хозяина, а затем и вовсе, приподнялся с места. — Я не знала, что ты вернулся, — своё отвращение женщина не скрывала. Она пренебрежительно откинула прядь волос назад и села за деревянный большой стол, не дождавшись разрешения. — И я рад тебя видеть, Ирина Алексеевна, — вздохнул мужчина и откинулся на спинку кожаного кресла. Дорогого кресла. — А я нет, — улыбнулась Ирина. — Какими судьбами в министерстве? — улыбнулся в ответ Анатолий Борисович Алеников. Хотя, в его глазах не было ни веселья, ни радости. — Твой зам прочитал мое резюме и предложил занять должность чиновника. Уж с чем, с чем, а с поставками в своё отделение я справлюсь куда лучше. — Да ну? И как докажешь? — спокойно говорил мужчина. — Алеников, какого черта ты забыл в Москве? — не стерпела она, — Разве ты не остался со своей молодой фифой в Питере? — видимо, они не были расположены к мирному диалогу спустя то… такое количество времени, что находились врозь. — Как видишь, моя дорогая бывшая женушка, здесь сижу я, — он слегка сделал грубее тон, — И никакой молодой фифы тут нет. Тут есть только старая шкатулка, которая зачем-то полезла в министерство, — усмехнулся Анатолий. — Вообще-то ты меня старше, милый мой. — Это значения не имеет, мужчина стареет всегда позже, — улыбнулся чиновник, — Какого. Ты. Тут. Делаешь? — отчеканил начальник, взяв в руки ручку. Его ноздри слегка расширялись на выдохе, что означало одно: негодование. — Я здесь буду работать. — Что? — округл глаза Анатолий Борисович, — Нет, — смеясь, он открыл ее резюме в ноутбуке. — Странно, Артём мне ничего не говорил… — Так и я ещё ничего не говорил Артёму. Ир, прекрати дурака валять, твое место в твоём этом… Склифе. Ты там уже обжилась, что тебе тут делать? — Знаешь что, мой милый бывший муж, если я захочу — я буду тут работать! — Ирина встала, слегка улыбнулась, — И ты мне не помешаешь. — Уверена? — Да. Или ты хочешь, чтобы я помешала тебе? — Как? — улыбнулся Анатолий и встал из-за стола. — Например, расскажу Артему истинную причину нашего развода. Хочешь? — Ирина Алексеевна аккуратно закрыла ноутбук чиновника, глядя ему в глаза. — Годы идут, а ты все такая же противная. — А ты все такой же несносный чурбан! — Ир, сядь. — вздохнул мужчина, слегка ослабив галстук, — Мы не виделись три года, а ты вот так… — Знаешь, с тех пор, как ты уехал, было куда спокойнее, — Ирина Алексеевна всё-таки садится напротив своего бывшего мужа, с которым развелась почти четыре года назад, — И не я начала скандал. — Я хочу быть рядом с детьми, ты это прекрасно знаешь, — Анатолий Борисович положил одну руку на край стола, слегка нависая над женщиной. — Ты прекрасно знал, что Артём всегда был против, чтобы ты уехал в Питер… — Знаю. Я поэтому и вернулся. Я нужен Артёму, нужен Варе, — так звали четырёхлетнюю внучку Ирины и Анатолия, — Мне не двадцать, я хочу пожить для них. И придётся меня потерпеть, Ирина. Их брак когда-то казался для всех идеальным примером того, как должна выглядеть образцовая семья врачей. Но иногда даже самые близкие и родные люди причиняют куда больше боли, чем чужие. Их брак развалился по одной простой причине: недоверие и непонимание друг друга, вследствие которого произошла измена. Они, казалось, отомстили друг другу за все обиды, пролитые слёзы. Но остановиться не смогли. Развод. Анатолий уехал в Питер, дабы скрыться от собственного уничижения, он не мог понять, как в один момент потерял все. Что чувствовала она? Три года Ирина всячески старалась забыться, увлеклась работой, полностью отдавая себя пациентам, карьере. Их невидимая нить — семья, что попрежнему осталась неразрывной, давала малейшие шансы на какое-либо общение этих двух любящих в тоже время ненавидящих людей. — Приехал и тут мне жизнь портить? — сложила блондинка руки на груди. — Ир, ну это же все не твое, — Анатолий раздвинул руки, показывая на обширность здания, важность их работы, — Тебя в твоём Склифе любят и уважают, что тебе среди мужчин-чиновников делать? — Это не тебе решать. Мне сказали, что договор о моем назначении уже готов, — улыбнулась она. Сжав кулаки, Алеников снова посмотрел в глаза жены. Бывшей жены. — Я добьюсь, чтобы тебя убрали. Быть чиновником в нашей семье могу быть только я! — Анатолий Борисович нервно поправил бумаги, — не суй свой женский нос в эти дела! — А ты не ори на меня! — в ответ повысила она голос, — И да, мы уже давно не семья! В кабинете раздался глухой звук. — Войдите, — Анатолий Борисович снова отпил кофе, сигарет под рукой не было, а нервы были на пределе. — Анатолий Борисович, Мешков попросил вам занести этот приказ, — молодая и достаточно красивая секретарша с аккуратно уложенными волосами, красным маникюром. А это, между прочим, слабость почти каждого мужчины, зашла в кабинет и подошла к столу начальника. — Спасибо, Марина, можете идти. Девушка положила на стол экземпляр, а затем, улыбнувшись уголками губ, удалилась из помещения. — С ней тоже спишь? — улыбнулась Аленикова. — Не твое собачье дело, госпожа Аленикова. — Завтра мой первый рабочий день? — Ирина встала из-за стола, разглаживая юбку. — Первый и последний, Ирина Алексеевна, — Анатолий поднял взгляд на женщину, а затем вальяжно прошёлся по ее внешнему виду, — Костюм тебе к лицу. Развод на тебя хорошо влияет. — Лучше, чем на тебя, — улыбалась врач. — Ну не скажи, я заметно подкачался. Вот, смотри, — Алеников встал из-за стола, начиная расстегивать рубашку. — Верю, — прервала его Ирина Алексеевна. — Значит так, с этого дня я объявляю тебе войну, милая моя. Ты и дня тут не продержишься. И вообще, может, тебя взяли только из-за фамилии? — усмехнулся чиновник. — Устанешь пыль глотать, Анатолий Борисович, — фыркнула Аленикова и пошла к двери. — Бёдрами так не виляй! У нас одни мужики. В ответ она лишь недовольно посмотрела на мужчину и вышла из кабинета. На ее лице играла легкая улыбка. Но вот только род этой улыбки она понять не могла? Неужели ей спокойнее, что он где-то тут, рядом?