Личный счёт

«Они оба разыгрывали из себя крутых циников, независимых одиночек, которым никто не нужен, и, чтобы не выбиваться из образа, не позволяли себе проявлять нежность друг к другу — самую обыкновенную нежность, в которой и он, и она так отчаянно нуждались». — Я не знаю, что мне делать… — Ирина нервно перебирала папки в своих руках, пока Анатолий Борисович внимательно изучал поведение своей бывшей жены. — Да уж… Как вы могли не заметить, что поставили абсолютно другие цифры? Думаете, если вам удалось устроиться в министерство, то с таким же успехом получится со всем справляться? — орал вышепоставленный начальник — Громов. — Я… я и понятия не имею, как… — растерялась женщина и посмотрела в глаза разгневанному начальнику. Анатолий Борисович в это время молча наблюдал за картиной. — Знаете что, Ирина Алексеевна! Это вам не шутки! Вы указали конкретную сумму, вы знаете, что за это можно понести довольно суровое наказание?! Аленикова стояла молча, лишь слегка наклонив голову вниз. — Пишите по собственному! Алеников вынул правую руку из кармана брюк и, отойдя от стены, на которую удобно наклонился, подошел к столу. — Ладно, — весьма спокойно и размеренно начал мужчина, — С кем не бывает? Ну ошиблась. Егор Петрович, ты бы удалил эти отчеты, чтобы проблем не было, — краем губ улыбнулся Анатолий Борисович и взял из рук Громова эти бумаги, сминая их с некой опаской, — Ирина Алексеевна больше не будет. Она подняла взгляд на коллегу-бывшего мужа, а в глазах читалось: «Что ты делаешь?». Такого положения дел она явно не ожидала, а тем более защиты от человека, который так яро хотел вышвырнуть ее из кабинета начальницы. — Но, — начал Егор Петрович. Но более уверенный голос его перебил. — Переделайте отчеты на число, соответсвующее протоколу и исправьте по регламенту, что предоставили вам ранее. Как я понял, сумма ещё не была внесена. Поэтому, разберитесь с этим, Егор Петрович, — Алеников одним движением кинул смятый лист в мусорку и вышел из кабинета. Ирина выбежала за ним, дабы догнать. — Что это было? — женская рука остановила идущий вперёд без оглядки танк. — А что было, Ирина Алексеевна? — Анатолий внимательно посмотрел на коллегу, но идти не прекратил. — Зачем тебе меня защищать? — А я тебя не защищал. Мне самому не хочется исправлять за тобой погрешности, а если тебя попрут, считай, придётся отвечать за… — Анатолий посмотрел на Ирину, — схожесть фамилий. Они зашли в кабинет Анатолия, Ирина при этом продолжала пребывать в состоянии непонимания. — Спасибо, Толь, — слегка улыбнулась женщина, заправляя прядь волос за ухо. Анатолий повернулся к Ирине, прижав ее своим телом к стене. Казалось, что он не принимал никаких усилий в том, чтобы сдвинуть ее с места. Глаза женщины превратились в пятирублевую купюру от удивления, а дыхание стало частым. — Вот почему мне всегда приходится прикрывать твой зад? — голос мужчины вибрациями доносился до мозга костей. Он специально делал его ниже, грубее… Шепот всегда сводил ее с ума. — Что значит… — сглотнула блондинка, — всегда? — Вот всегда, Ирина Алексеевна, — руки бесцеремонно легли на пятую точку в бежевой юбке. — Ты что делаешь? — усмехнулась Аленикова и посмотрела в глаза мужчины, зрачки которого почти перекрывали голубоватый цвет глаз. — А что я делаю? — спокойно спросил чиновник и слегка сжал ягодицы. Ирина нервно усмехнулась. Одна рука Анатолия поднялась к шее блондинки, слегка притягивая к себе. — Зачем ты сюда пришла, м? — также тихо говорил Анатолий, коснувшись губами ее губ, — мучить меня? — зубы легка оттянули нижнюю губу женщины. — Анатолий Борисович… — Ирина прикрыла глаза, не в силах сделать шаг назад, да и куда было идти? Сзади — стена. Ее губы нерешительно ответили на касания. — М? — Анатолий обеими руками прижал Ирину за талию, а губы жадно целовали ее. Казалось, что под ногами нет ничего. Она старательно тянулась к нему, из-за разницы роста даже на каблуках. Этот поцелуй был ядом для обоих, спустя столько лет… Голова предательски закружилась, — Что за духи? — не отрываясь от ее губ, Анатолий нашёл минуту для вопросов. — Подарили. — Кто? — Не твое дело, — улыбнулась начальница, укусив за губу Анатолия. Он удивленно посмотрел в глаза своей бывшей жены. — Любовник? — Анатолий поставил руки на стену, чтобы она не смогла сбежать. — Может быть, — глаза Ирины смеялись, а на губах остались следы размазанной помады. — Я действительно скучал по тебе, Ир, — Алеников сам аккуратно заправил вновь выбившуюся прядь волос за ушко, нежно проведя большим пальцем по горячей от нахлынувшей страсти щеке. — Это всё зря, Толь. Ты ведь знаешь, что мы не сможем быть вместе. — Двадцать с лишним лет могли, а теперь — нет? Ир, мы взрослые люди, у нас внучка уже. Может, уже хватит включать свою гордость? — А кто сказал, что я хочу быть с тобой? — А что, не хочешь? — Анатолий опустил руку с щеки бывшей жены. — Я хочу жить спокойно, а с тобой это не получится, Алеников. Тебе ж всегда будет мало меня одной, не так ли? — прищурила слегка глаза хирург. — Ты будешь теперь всю жизнь это вспоминать? — Я просто хочу сказать, что больше не хочу наступать на одни и те же грабли, милый мой. Давай оставим все, как есть и не будем усложнять. — Эх ты, — улыбнулся Алеников, нежно разглядывая ее родные черты лица, — Вот всегда вредничаешь, не разрешаешь себе жить сердцем. — А я просто не хочу больше привыкать… Хорошего дня, — Ирина поправила пиджак и довольно быстро покинула кабинет начальника. Если бы кто-то спросил, какой формулировкой можно описать двух любящих людей, которые из-за какой-то внутренней глупости и детскости не могут сохранять сердца друг друга в покое и сохранности? Анатолию и Ирине подошло бы что-то вроде: «Их тела спят в разных местах, но сердца принадлежат друг другу». Как глупо мы иногда теряем важных людей в своей жизни? Из-за гордости, из-за недопонимания чужой души, которая также может страдать, чувствовать и желать побыть наедине с собой. И когда говорят, что человек — это разумное существо, начинаешь задумываться, так ли это на самом деле? Homo sapiens. — Тем, ты знаешь своего отца. Ничего не сказал, взял и приехал в Москву… — Ирина сделала глоток чая. — Мам, ну причём тут это? Вы уже развелись сто лет назад, — усмехнулся Артем, сев за стол с остальными, — тем более, это праздник бабушки, она нас всех ждёт. — Артём, вот скажи, как мне находиться с ним под одной крышей все выходные? — женщина поставила чашку на стол, а затем посмотрела изначально на сына, затем на невестку и на внучку, которая особо не вникала в разговоры взрослых, и иногда, улыбаясь бабушке, расчесывала кукле волосы. — Вы же не вместе ночевать будете, мам! — Ирина Алексеевна, ну правда, это же день рождения Тамары Михайловны, каждый год у них что-то отмечаем… — Да я понимаю, Оль. Просто Толя — невыносимый человек. Мало того, что мы работаем вместе, так ещё и выходные придётся терпеть его шуточки и замечания, — вздохнула блондинка. — Бабушка, а ты снова будешь танцевать с дедой? — улыбнулась девочка и слезла со стула, подойдя к Ирине. Остальные лишь засмеялись. — Ладно, черт с вами, — Ирина слегка улыбнулась, — потерплю как-нибудь… — Вот и отлично. Тогда ты с папой на машине поедете, а то у нас одни коробки, — улыбнулся Артем, подмигнув матери. Ирина молча представила предстоящую поездку на выходные к родителям бывшего мужа, вспоминая то, как проходили прежние годы их семейных праздников…