Личный счёт

«Ты прекрасная, нежная женщина, Но бываешь сильнее мужчин. Тот, кому ты судьбой обещана, На всю жизнь для тебя один». Быть может, после бурной ночи люди украдкой притягивают тебя за руку, целуя заметные венки на запястье, а потом сладко-сладко касаются губами нежной кожи за ушком. От чего сразу появляется легкая улыбка на лице, а ноги становится ватными. — Вот скажи, — тихо шептал мужчина, перебирая ее светлые волосы, — Зачем ты устроилась в министерство? М? — едва коснулся кончиком носа оголенной шеи. Они лежали в спальне, время было около двух часов ночи. Кругом тишина и лишь лёгкий звук из открытого окошка доносился до их слуха. Это были озёрные лягушки. — Работать, Толь, — усмехнулась Ирина, поправляя одеяло. Всегда стеснялась. — Или мне мозг пилить? — улыбнулся мужчина, подперев голову рукой. Он не переставал смотреть на нее. Такую родную. Домашнюю и крайне редко спокойную. Ее лёгкие волны на волосах позволили мужчине погрузиться в поток неизведанных и путающихся мыслей. Зачем она всегда их выпрямляла? А эти уколы красоты… Черт бы их побрал. Он считал ее привлекательной женщиной, вечно бегущей за убегающей молодостью. А в глубине души понимал — старалась удержать его. Ничего не помогло… Но она стала только лучше. Сердце предательски сжималось от мысли, что кто-то другой касался ее, имел право говорить по утрам: «доброе утро», а по ночам целовать перед сном. Ему неприятно было думать и том, что она теперь старалась не для него… Как получилось, что жизнь их развела? Смотря на нее, Анатолий не мог ответить на этот вопрос. Казалось, что развод — это участь любых других людей, вечно ругающихся из-за непониманий о том, в какой цвет лучше покрасить стены. Но точно никогда не коснётся их… Как же они ошибались. И как глупо играли своими чувствами, пренебрегая возможностью просто быть рядом… — Ты меня вообще слышишь? — Ирина вернула бывшего мужа в реальную жизнь. — Слышу, Ириш, — не сводя глаз, ответил он. — Лучше все оставить, как есть. Не ворошить прошлое. Не ворошить прошлое… А как ворошить то, к чему не хочешь возвращаться? Их развод Алеников считал по истине самой глубокой ошибкой, которую совершили в порыве эмоций. Не смогли договориться, обсудить и выслушать. — А вот ты не боишься, что наша юла зайдёт? — Анатолий игриво прижал ее к себе спиной. — Поэтому я и собираюсь пойти спать, — улыбнулась уголками губ блондинка, вдыхая побольше воздуха в лёгкие от таких объятий, — И вообще… — она взглянула в глаза Анатолию, — что ты опять про работу вспомнил? — но ответа она не получила. Он что-то шептал ей на ухо, она лишь прикрыла глаза, на лице осталась непринужденная улыбка. Что скрывать, с ним ей было спокойно, как ни с одним из тех, кто пытался занять место Анатолия на протяжении всего времени после развода.

1993

Анатолий снова задерживался на работе, Ирина, качая Артема на руках, пыталась успокоить сына. Колики не давали покоя. То и дело она задавалась одними и теми же вопросами: «Почему? Почему, Алеников, ты не с нами?! Я одна, мне нужна твоя помощь. Артёму нужен отец. Неужели твоя чертова работа так важна?!». По ее щекам пробежала слеза от бессилия. Чувство одиночества овладело молодой девушкой сегодня, как никогда. Она вышла замуж за человека, для которого работа была на первом месте, но так боялась признаться в этом самой себе. После долгой попытки уложить сына, Ирина аккуратно положила в кроватку спящего Артема, наблюдая за тем, как он похож, даже сейчас, на своего отца. Сил не было, она присела у кровати, положив голову на ручку. Сон овладел этой худенькой, светловолосой и усталой девушкой раньше, чем та могла бы подумать. Грохот в коридоре. Резко включённый свет. Ирина вернулась из сна в настоящую жизнь. Изначально, не понимая, где находится и почему кто-то так шумит у них в коридоре, она проверила, не проснулся ли Артем. Затем тихо вышла на недовольный голос. — Сраная обувь! — мужчина сидел на пуфике в коридоре. Пытался разобраться с обувью. — Ты что, пил? — недовольно спросила она. — О, Ириша! — Анатолий улыбнулся и встал. Его уже не заботила грязная обувь. — Я задала вопрос. Какого черта ты так нажрался? — не крича, так как могла нарушить покой сына, Ирина последовала за мужем. Анатолий зашел на кухню, доставая коньяк. — Повышение отмечали. — Чье? — Ирина прикрыла дверь кухни. — Мужа твоего! — он резко повернулся к Ирине, выпив из горла. — Не кричи, Артем спит. — Артем… — задумчиво сказал мужчина, беря жену за руку, — Артем спит. Его речь была мало разборчива. Но действия все равно оставались отточенными и достаточно резкими. — Иди спать, Толь. Он улыбнулся, прижав ее к себе. — А ты пойдёшь? — губы начали касаться кожи на шее, а руки хаотично снимали одежду, что препятствовала касаниям. — Толь, я не хочу! — она оттолкнула мужчину от себя, — Я очень устала! Алеников, сжав зубы, продолжал сверлить Ирину взглядом. Такое поведение жены его явно не устраивало. — Устала? — усмехнулся он, — А что ты делала? — Я что делала? С сыном твоим я была! — А я работал, Ир! Работал! — он развёл руки, — Но почему я не пилю тебе твой мозг, когда приезжаю с этой вонючей работы?! — резко смахнул со стола тарелки и бутылку коньяка, — Я тоже устаю! Ирина, испугавшись такого поведения, прикрыла лицо руками. — Я делаю все для тебя и Артема! Так что нехрен мне говорить о усталости! Она молчала. — Я зашиваюсь на этой работе! Я… — он сел за стол, — Ты можешь просто хотя бы улыбаться мне, когда я прихожу домой? Или я не заслуживаю уже? Она убрала руки от лица и медленно подняла взгляд на мужа, который сидел за столом, а в глазах его блестели капельки слез. Таким она видела его крайне редко. — Я тоже человек, Ирина…

Настоящее время

— И принесите мне, пожалуйста, отчеты за поставки на той неделе, — Ирина подписала документы, что принесла секретарша. — Хорошо, Ирина Алексеевна, — девушка записала себе в блокнотик указания начальницы и удалилась из кабинета. Как же хотелось забыть то, что было на той неделе на даче… Ирина не могла перестать вспоминать его касания на своём теле. Грубые и в то же время нежные руки. Ей хотелось повторить? На рабочую почту пришло уведомление. «Добрый день, Ирина Алексеевна. Это беспокоит заместитель главврача. Мы получили оборудование и медикаменты. Чеки передали лично вам. Спасибо, с уважением, Леонид Михайлович». Ирина машинально отметила письмо прочитанным и отправила уже готовый текст, что обычно отправляла остальным. Работала не могла позволить женщине полностью погрузиться в свои мысли, чему она была безмерно благодарна. Ведь сейчас в ее голове царила полная неразбериха. Анатолий Борисович закрыл ноутбук и взглянул на коллегу. Его пальцы отбивали чёткий ритм на рабочем столе, что был сделан из дорогого красного дерева. Затем начал диалог: — Вы сделали то, о чем я просил? Мужчина в чёрном костюме и с нервной привычкой поправлять очки, откликнулся на вопрос своего начальника: — Да… Только я не понял, для чего это? — Ты бы мне их отдал, а потом задавался вопросами, — Анатолий уверенно забрал из рук коллеги конверт, а затем самодовольно улыбнулся, — Остальное тебя не касается. Иди работать. — Это же не причинит никому вред? — Только во благо медицины, — улыбнулся мужчина, — Ты свободен. После того, как сотрудник закрыл дверь с другой стороны, Анатолий распечатал конверт. — Во благо медицины, — Анатолий Борисович повернулся к окну, наблюдая за тем, как медленно плывут облака. Хуже, чем непробиваемость человека — это лишь его собственное эго и мнение о том, что беспроигрышный ход последует лишь за ним одним.