Всё началось с тиканья часов и старого фотоаппарата

Журчание воды закладывает уши, но помогает проснуться внутренне. Экскурсия по танцевальным залам. «-Утомительно, дайте утонуть среди водорослей и морских коньков, прошу.» В залах было просторно, пахло свежестью, может и хлоркой. Кажется если включить музыку, это место превратится в нечто важное для многих. Что на счёт новых соседей? «Присутствия духа» точно не дождешься. У каждого свои тараканы в голове. Иногда их настолько много, что они готовы лезть откуда только можно и нельзя. Чонвон хён, Джей хён и Хисын хён, стали одними из главных персонажей жизни Рики. Тело ватное, пуховое, если дунуть, то точно улетит. Усталость сковывает всё ржавой проволокой. Как бы не пришлось клеить на места ран пластыри. По-видимому ещё никто никогда так приторно с благославением не радовался законченной тренировке. Упражнения выполнены, практика побеждена, можно отправиться  на тысячелетний отдых прямо на подаренном мамой велосипеде. Жаль, что это лишь мысли и несбывшиеся мечты. Даже свободное время находилось в состоянии лишённом тишины и постоянном беспокойстве. Шум становился проклятьем. — Если ты не умеешь, то и не берись делать! Как ты мог умудриться сломать мои карандаши?! — Тогда почему ты вчера сломал моё йо-йо?! Крики становились все услышанными, даже музыка уже не «избавляла от уничтожения». Шум мешал и смешивал всех в одной тарелке. Короткий стук в дверь и в комнате безмолвие. Секундный мир. Можно начинать игру в гляделки. Чонвон «оказался при пиковом интересе», он и должен говорить. Разговор со старшими сравним с дуэлью, где ты не станешь победителем. Перед Чонвоном приходилось извиняться очень долго. Вечер обретал свои жёлто-оранжево-красно-розовые краски. В комнате становилось темнее, с темнотой приходили и идеи для рассказов страшных историй. Истории страшные, но атмосфера шоу с анекдотами повисла здесь надолго. Хисын что-то умело вырезает из картона, приклеивая всё на старый ночник. Сердечки, смайлики, цветы и звёзды, теперь всё  находилось на потолке, а не в части блуждающей души. Открытая банка газировки, которую стащили часом ранее, осталась недопитой, бурлила и пузырилась на столе, словно в попытках поговорить. Джей возмущался игре Чонвона, потому что тот не умеет, всегда проигрывает, а винит в этом других. Игры сыграли свою роль, но не выиграли в этой жизни. Рики в свою очередь было скучно до безумия, хоть стой на голове или смотри в стену. Лампочки в голове давно лопнули и перестали светить. Пора отправиться на лунную поверхность, повыше к ветру и небу, может заметишь лунную розу. Первая, вторая, третья... Ступеньки пересчитывать легче, чем колличество овец перед сном. Этажи однообразны, один на другой похожи. Клоны. Смерть от жажды, самая распространённая среди цветов. Они здесь похоже скоро совсем исчезнут. Ступени кончились на цифре сорок два и ушли далеко в надзвёздные сферы. Лунная поверхность открывала вид на космос и старое поле для футбола. Космос жил и созерцал, а поле похоже погребено под сырой землёй. Выглядит достаточно убитым, чтобы жить. Спокойно и тихо, скорее так и должно быть. Лунную розу он в тот день точно видел, но была ли она цветком?