3 дня

Утром по телевизору не показывали ничего стоящего моего внимания. Но я его всё равно включал, чтобы не чувствовать себя одиноко пока занимаюсь своими утренними делами. Пока одеваюсь, кто-то расскажет про погоду. Пока умываюсь и чищу зубы, кто-то расскажет про политику. Пока ем свой завтрак, кто-то расскажет про экономику. Темы разные, но суть у всего для меня одна. Мне не важно, будет ли завтра дождь. Мне не важно, какие договоры подписали страны. Мне не важно, сколько люди потратили денег. Мне важно чувство того, что я не одинок. Да, чувство мнимое, но на протяжении многих лет именно оно не давало мне окончательно свихнуться. Не сказать, что одиночество сильно давило на меня. Если бы я кого-то любил до этого, то, конечно, мне было бы трудно обходиться одним работающим телевизором. В общем, сегодня я почувствовал, что телевизор перестал помогать… После всех занятий я не знал куда себя деть. Надо было бы позвонить Йеннифэр, но что я бы ей сказал? Что у меня не встал, потому что у меня стоит только на Геральта? Бред, мне просто нужно пустить всё на самотёк и будь, что будет. На часах было 12:00, оставалось 4 часа до того, как мы с Геральтом пойдём гулять. Я уже продумал маршрут нашей прогулки. Но сомневался, надо ли ему признаваться во время этой встречи. Меня не только волновало то, что он не поймёт мои чувства, но и то, что все мои чувства могли быть просто временными и где-то через недельку-две, я бы снова возбуждался от вида женских грудей, а не члена Геральта, которого я, к слову, ни разу не видел (а жалко). Но, как в случае с Йеннифэр, я тоже решил пустить всё на самотёк. Я не привык что-то планировать. Импровизация была моей фишкой. Часы всё тикали, а время всё никак не хотело быстро приближаться к 16 часам. У меня начиналась ломка. Я не знал, чем себя занять. Дрочить не хотелось. А что, если я переборщу и Геральт почувствует от меня запах? Нет, надо было занять руки чем-то другим. Например, лютней. Хотя нет, надоело, я и так сижу над ней слишком долго последнее время. Может, написать Цирилле? Зачем? Спросить про Геральта? Но я же с ним скоро увижусь. Может, пойти приготовить что-то? Или убраться в комнате? Или ещё больше прихорошиться? Пять минут таких размышлений, и вот я уже сижу с опущенными штанами готовый наяривать. К слову, окончание было не хуже, чем вчера. Скорее всего, я просто уже вошёл во вкус и представлять Геральта в разных позах и ракурсах стало легче. Не зря говорят, что, когда дрочишь, время летит быстрее (или это в переносном значении имелось). Вот уже 15 часов дня и мне бы пора идти на остановку, чтобы добраться до центра. До центра я добрался относительно быстро, 30 минут и я уже на месте. У меня было ещё полчаса времени, но, к своему удивлению, я заметил, что Геральт тоже уже приехал. Видимо мы оба не умеем рассчитывать время. Он заметил меня и пошёл навстречу. — Здарова — улыбнувшись сказал Геральт. Мы по-братски пожали руку друг другу и обнялись. — Мммм, новый аромат ты себе подобрал? Вкусно пахнет — сказал Геральт. Очень странно, потому что в этот раз своим одеколоном с запахом терпкого крыжовника и сладкой сирени я не пользовался, так как боялся того, что Геральт воспримет это несерьёзно. Да и запаха никакого я от себя не чувствовал, который был не естественным от меня. Но я сделал вид, что всё так и есть. — Ну так что, куда мы идём? — спросил с неприсущим ему интересом Геральт. — Я думал сначала сходить в парк развлечений… — сказал я. — Ахахаха, прям как в детстве. — Да, бывает приятно иногда вспомнить те времена. — Те времена, когда мы с тобой в очередной раз искали козу ворожея в чаще леса? — Ахахаах, да, те самые — расхохотался я. — Ладно, пойдём, но сразу после, я хотел бы сходить в свой любимый трактир, где говорят начали делать новый вкус крафтового пива, от именитой производительницы напитков — Доры. — Кто такая? — Не знаю, но многие хвалят её напитки. Поговаривают, что она даже из члена Василиска способна сделать хорошую крепкую настойку. — Я бы попробовал… — К слову, ты не знаешь, что случилось с Йеннифэр? Она последнее время со мной не общается совсем, ходит такая грустная. Я вчера ближе к ночи написал ей, она прочитала и ничего не ответила. Я даже немного волнуюсь за неё. Тут начала играть моя ревность. Я не мог себе и представить того, что Геральт будет волноваться о ком-то ещё кроме меня. В любой другой ситуации, я бы сказал правду, но спешить рассказывать о своих чувствах, тем более таким образом, через печаль другого человека, я не хотел. Поэтому просто сказал: — Понятия не имею, мы с ней не так часто пересекаемся. Да и вообще, Геральт, тебе не стоит переживать насчёт Йен, она сильная, может, что-то её и выбило из колеи, но она выкарабкается из этого сама. Как никак она сильная и независимая. — Ладно, раз уж ты так говоришь. Мы уже подходили к парку. Там было много людей. В основном это были родители с детьми и всякие парочки, которые к середине весны были на том этапе отношений, когда подобные походы всё ещё кажутся милыми. И как-то странно было видеть двух уже весьма зрелых мужиков в таком месте. Не то чтобы на нас кто-то косился, но мне было явно немного не по себе. Но меня успокоил настрой Геральта. Его явно такое не волновало. Он просто был со мной, а где и как мы проводим время, его, видимо, совсем не интересовало. Я даже на секунду подумал, что моя любовь к нему взаимная. Но я что-то уже начинаю спешить и придумывать. Надо надеяться на худшее. Мы вошли в парк, и первым делом пошли на самые экстремальные аттракционы. Не то чтобы я любил подобное, но мне хотелось не отставать от Геральта. Геральту нравились такие покатушки, а вот мне… В общем, пока что, пакет был мои партнёром, что касался моих губ, пока я блевал. Но улыбка моего (ещё не моего, но всё же) ведьмака, пока он похлопывал меня по спине, была прекрасна. И ради неё я готов был страдать так. После этих «экстримов» мы перешли в более лёгкий отдел со всякими маленькими палатками, где надо было что-то сделать и получил бы приз. К слову, вы помните, что я ничего не умею, кроме как играть на лютне и харизматично вести себя на публике. Поэтому я как маленькая девочка ходил за Геральтом по пятам, ожидая, что его привлечёт какая-то забава и, когда он в ней победит, а он это обязательно сделает, отдаст приз мне. — Хочешь во что-нибудь поиграть? — спросил Геральт. — Да как-то не особо, но с радостью я бы посмотрел, как ты будешь в чём-то участвовать. На лице Геральта промелькнуло лёгкое покраснение. — Так, хорошо, стрельба из арбалета. Мы подошли к стойке с арбалетами. Заплатили сумму. У Геральта было всего пять стрел, и соответственно нужно было все пять всадить прямиком в движущихся маленьких виверн. Геральт взял арбалет, зарядил его, прицелился… И попал. Первая стрела вошла в маленькую виверну прямо в области рта. Я подумал о том, что так же пальцы Геральта могут входить в мой рот, и я смогу насладится их вкусом и текстурой, облизывая их. Геральт опять зарядил арбалет. Хорошенько прицелился и… Попал во второй раз. Теперь стрела поразила грудь виверны. Прямо как мои губы поражали бы соски Геральта во время нашего страстного пребывания вдвоём… В моих мыслях. Снова арбалет был заряжен, в третий раз. На выдохе Геральт сделал выстрел. Попал прямо в заднюю часть виверны. Проник так, как пальцы Геральта, что я недавно отполировал своим языком, проникали в мой задний проход. Опять же, только в моих мыслях. Четвёртый выстрел. Попал прямо в голову. Попал так, как обычно Геральт спускал на моё лицо свою свежую, горячую, липкую сперму, и которую я с большим наслаждением собирал и брал в рот. Но в мыслях… Остался последний выстрел. Не было сомнений, что Геральт уже победил. Но они всегда должны быть. Он не попал. Но у Геральта всегда был запасной план. Он использовал знак Аксий на владельце шатра и убедил, что попал последним болтом. Так он и выиграл приз. Мы уже собирались выходить из парка, но он никак не хотел отдавать мне плюшевого Грифона. Я видел, что он хотел мне его предложить. Его неуверенные повороты в мою сторону, покраснение, которое уже явно было заметно на его лице, потный лоб. И в конце концов он выдал: — Забирай. И не то чтобы я тебе его дарю, просто меня Цирилла засмеёт, если приду с таким — смущённо сказал Геральт. — Ахахаах, это очень мило с твоей стороны — усмехнулся я. — Ой, не начинай, лучше давай поспешим в трактир. Мы направились прямиком в трактир. Сели за столик и, конечно же, заказали то крафтовое пиво, про которое говорил Геральт. Пока мы ждали заказ, мы решили сыграть партейку в Гвинт. Я был заядлым игроком, поэтому в классе мне не было равных, да и колода у меня была приличная. Но с Геральтом мне всегда нравилось играть, его стратегия не была похожа ни на одну из ранее мною виданных. Сыграв пару партеек, мы сошлись на ничьей, и принялись пить пиво. Оно было великолепным. По сравнению с другими напитками, это был напиток Богов. Интересно было бы узнать, как его произвела та самая производительница. Мы с Геральтом отлично проводили время. Мы уже были пьяны, но ещё в более-менее нормальном состоянии, когда реальность пока что действительна. Я заметил лютню. И понял, что нужно исполнить песню, что я готовил для него. Я встал, попросил лютню и сказал всем молчать. Когда все умолкли, я начал: — «Когда скромняга бард отдыхал от дел С Геральтом из Ривии он песню эту пел…» И понеслась, весь зал задорно пританцовывал под мою песню, пиво текло рекой, бабы плясали, Геральт улыбался и хлопал в такт, в общем, это было шедеврально. После того, как я закончил, овации не прекращались ещё долгое время. — Ну как тебе? — спросил я у Геральта. — Это было очень круто, спасибо тебе за такую песню. — Ой, да ладно, это тебе за все те разы, когда ты меня спасал. — К слову, я хотел бы с тобой поговорить, но не тут — отводя глаза сказал Геральт. Тут моё сердце стало учащённо биться. Он хочет мне признаться? А может это мой момент ему сказать о своих чувствах? — Хорошо — немного неуверенно ответил я. Мы вышли на порог трактира. На улице уже было темно, и единственное, что освещало пространство вокруг нас, был уличный фонарь. Геральт был ближе ко мне, чем раньше. Он явно нервничал. И я вместе с ним тоже. Мы стояли и молчали, но на этот раз я не мог начать разговор первым. В итоге начал он: — В общем, я тебя позвал сюда, чтобы сказать, что… Люблю тебя. Я был в шоке. Я не думал, что я сейчас нахожусь в реальности. Мне нечего было сказать, точнее, я не знал, что ответить, поэтому продолжил молчать. — Последнее время меня… Влечёт к тебе. Я не знаю почему, я не знаю как, но вот так оно сложилось, видимо. Я всё ещё стоял в ступоре, но смог всё-таки выдавить из себя немного слов. — Помнишь тот день, когда ты помог мне с нильфгаардцами? В общем, я тогда, конечно, не понимал и не принимал свои чувства, но сейчас я могу точно сказать, что тож… Я не успел договорить, как к нам подошли Трисс и Йеннифэр. — Что делаете, мальчики? — спросила Йеннифэр. — После трактира отходим — отстранённо сказал Геральт. — Дышим воздухом, в общем — пытаясь немного развеять напряжённость, сказал я. — А не хотите ли поразвлечься немного? Я узнала, что рядом есть один отель с особыми комнатами, куда могут нас пустить. Что скажете? — Мы и так уже устали и хотели бы пройти домой, Йен— сказал Геральт. — Ой, не будь таким занудой. К тому же, откажетесь, мы всем девочкам расскажем, что вы слабаки и вместо того, чтобы знатно пошалить с лучшими девочками класса, вы предпочли пойти домой. — спарировала Трисс. — Представь, что подумают о тебе другие, Геральт? Начнут думать, что у вас с Лютиком что-то есть. — поддакивала Йеннифэр. Мы с Геральтом переглянулись. Делать было нечего, и мы согласились. Дорога лежала в интим-отель.