Долгий путь домой | The Long Way Home

      День похорон Фреда Уизли был ярким и солнечным. Как будто погода отражала личность Фреда, желая подбодрить плачущих людей на кладбище. Конечно же, это было невозможно. Они потеряли так много, слишком много, и Фреда особенно любили все. У него было много друзей и большая семья.       Взгляд Гермионы скользнул по множеству рыжеволосых людей, стоящих вокруг гроба. Молли громко всхлипывала в розовый носовой платок, а плачущий Артур держал её за плечо, его обычно доброе лицо было искажено горем. Уизли так много потеряли на войне, и у Гермионы было ощущение, что потребуется много времени, чтобы их раны зажили — если они вообще заживут. Особенно Джордж, вероятно, никогда не оправится от удара, вызванного потерей своего близнеца. Они с Фредом были неразлучны, по крайней мере, до тех пор, пока смерть не оторвала Фреда от Джорджа — Джорджа, которого нигде не было видно на кладбище.       — А где Джордж? — прошептала Гермиона Рону, который молча сжимал её руку с тех пор, как они вместе вошли на территорию Хогвартса.       С момента финальной битвы Гермиона почти не видела своего друга, поскольку Рон проводил как можно больше времени со своей семьёй. Гермиона осталась с Гарри на площади Гриммо, занимаясь подготовкой к поездке в Австралию. Она ещё не рассказала Рону о своих планах, но сделает это, как только он почувствует себя лучше, когда бы это ни случилось. Она надеялась, что он поймёт её потребность увидеться с родителями и вернуть их, если такое вообще возможно после того, что она с ними сделала. Даже если ей удастся восстановить их воспоминания, неизвестно, простят ли её родители когда-нибудь ей то, что она сделала, и посмотрят ли на неё без страха. Гермиона не смогла бы винить их, если бы этого всё же не произошло.       — Я не знаю… — голубые глаза Рона торопливо оглядели толпу, собравшуюся на территории Хогвартса.       Директриса Макгонагалл решила сделать небольшое кладбище рядом с Запретным лесом, чтобы дать павшим героям Хогвартса место, где их всегда будут помнить. Сначала Молли Уизли протестовала против этой идеи. Она хотела забрать сына домой, похоронить его в Норе, но по какой-то причине она уступила и позволила похоронить Фреда здесь, со всеми другими молодыми жертвами, которых унесла битва.       — Он ушёл из Норы раньше тебя? Потому что я не помню, чтобы видела его с тех пор, как мы пришли. Может быть, он всё ещё дома?       Рон покачал головой.       — Я уверен, что Билл и Флёр привели его в Хогвартс. По крайней мере, они сказали, что сделают это. Раз уж они здесь… — он указал на своего старшего брата, его рука подрагивала от переживаемых эмоций.       Гермиона кивнула, сжимая его другую руку.       — Тогда где же он? Похороны вот-вот начнутся, а Джордж…       Рон вздохнул.       — Послушай, Гермиона. Я не знаю. Джорджа здесь нет. Я знаю, что он должен быть, но, может… может быть, он не хочет. Ему нездоровится с тех пор, как… ну… ты знаешь. Он был не в себе, и, возможно, где-то прячется, не желая признать тот факт, что Фред… мёртв, — голос Рона сорвался, по его лицу потекли слёзы. — В конце концов, ему придётся это сделать, но, возможно, он ещё не готов.       — Возможно, — повторила Гермиона, её охватило странное чувство. Что, если Джордж задумал сделать что-то безрассудное, что-то… Нет, он не стал бы, правда? Джордж любил свою семью. Он знал, как много они потеряли, что они не смогут вынести потерю ещё одного сына. Тем не менее, это щемящее чувство в глубине её сознания никуда не делось, заставляя Гермиону чувствовать себя неспокойно и тревожно. — Рон? — прошептала она, ища голубые глаза друга. — Я скоро вернусь, хорошо? Я только кое-что проверю…       Рон кивнул, глядя на неё покрасневшими глазами, в которых читалась потерянность.       — Насчёт Джорджа? Он может быть где угодно, Гермиона, а похороны…       — Я ненадолго, обещаю. Но у меня есть идея, где он может быть. Обещаю, я не приведу его сюда, если он не захочет. Я просто хочу проверить, всё ли… в порядке ли он.       Рон послал ей безрадостный смешок.       — Никто из нас не в порядке, Гермиона, особенно Джордж. Но иди, если хочешь. Просто… вернись, как только сможешь.       — Обещаю, — пробормотала Гермиона и с последним сжатием отпустила его руку. — Я скоро вернусь, — слегка улыбнувшись, она развернулась и побежала к замку.       Она понятия не имела, что не сможет сдержать данное Рону обещание; она не вернётся к нему. Как и Джордж.

***

      Джордж бесцельно бродил по пустому замку уже больше часа, его пальцы ощупывали стены, которые он знал вдоль и поперёк. Они с Фредом находили потайные ходы и прятались в тёмных нишах. Эти стены были для него домом, пока одна из них не рухнула и не похоронила Фреда — Фреда, который был другой половиной его души. В одно мгновение его оторвали от него, оставив Джорджу пустую оболочку человека, которым он когда-то был. Потому что для него ничего не осталось. Совсем ничего.       — Где ты, Фред? — прошептал он вслух сквозь их связь, не получив ответа. Голос, который Джордж столько лет слышал в своей голове, стих, и не было ни одного ответа, пока он шёл по пустынным коридорам замка.       Часть его надеялась, что Фред мог стать призраком. Ими становились умершие люди, у которых остались незаконченные дела здесь, на земле. Но Фред ушёл, по-настоящему ушёл, его тело хоронили снаружи, в холодной, сухой земле.       Когда Джордж снова пришёл в себя, ноги сами понесли его на седьмой этаж, прямо в коридор, где всё и произошло. Это было всего неделю назад, но кто-то уже восстановил стену, оставив её чистой и без каких-либо следов, будто ничего не случилось.       Джордж покачал головой, направляясь к тому месту, где он держал на руках своего брата, прижимая его безжизненное тело к груди. Как только он дошёл до этого места, его колени подогнулись, ударившись о землю с мягким стуком. Фреда не было ни здесь, ни где-либо ещё в замке. Он ушёл, но нет, этого не может быть, так не должно быть… Джордж не может быть без Фреда. Его душа и его магия нуждались во Фреде так же, как ему самому нужно было дышать, пить, есть и спать. Проведя без своего близнеца неделю, Джордж понял, что так больше продолжаться не может, что он сам больше так не может.       Дрожащими пальцами Джордж залез в карман мантии и вытащил спрятанный там хрупкий магический инструмент. Было трудно заполучить маховик времени, но Джордж был настроен решительно. После войны в Министерстве всё ещё царил хаос, и никто даже не взглянул на него дважды. Может быть, это потому, что Перси заработал там себе репутацию, а может быть, ему позволили находиться там из жалости к его потере своего близнеца-волшебника. Это и была причина, по которой он искал Невыразимцев — чтобы спросить, как это повлияет на него, если его душа будет разорвана на две части. И Джорджу не понравился их ответ, даже несмотря на то, что он сам уже об этом подозревал.       Теперь у Джорджа был лишь один путь. Либо вернуть Фреда, либо быть убитым при попытке сделать это. В любом случае, скоро они снова будут вместе.       — Джордж? Вот ты где…       Он как раз собирался начать возиться с маховиком времени, когда его заставил вздрогнуть женский голос, окликнувший его.       Устало вздохнув, Джордж поднял голову и увидел густую копну волос Гермионы Грейнджер, спешащую в его сторону. Он тихо застонал от разочарования. Он должен был знать, что рано или поздно кто-нибудь придёт его искать. Неужели эти назойливые тугодумы не могли оставить его в покое хотя бы на секунду?       В считанные мгновения девушка оказалась рядом с ним, её карие глаза смотрели на него сверху вниз, полные жалости. Он знал, что она видела, но Джорджа это мало заботило. Он не брился несколько дней, а душ был заменён поспешными очищающими чарами, хоть они и довольно скупо выполняли свою работу именно в этом плане. Джордж знал, что он не высыпался как следует и почти не ел, чтобы выглядеть здорово. Но всё, что он клал себе в рот, имело вкус пепла или смерти.       — Все ждут тебя… — пробормотала она, медленно опускаясь рядом с ним.       — Не могу представить, зачем, — процедил он, избегая её взгляда. Вместо этого он сосредоточился на полу и на своих руках, пытаясь унять в них дрожь. Было бы неправильным дать ей знать или повредить маховик времени, который он всё ещё держал в сжатом кулаке. — Не то чтобы они здесь из-за меня.       — Нет, — мягко ответила Грейнджер. — Но я полагаю, они думают, что ты не захочешь упустить шанс попрощаться с Фредом. Я имею в виду…       Джордж покачал головой.       — Не трать зря своё время, Грейнджер. Я не приду… Не могу.       — Знаю. Я понимаю, Джордж…       Он чувствовал, как проклятые слёзы подступают к его глазам. Джордж поспешно подавил их, зажмурив глаза, чтобы они исчезли. Но эта девушка как будто сама испытала его чувства, так как он внезапно почувствовал, как её рука взяла его за руку. Но Джордж отдёрнул её не только потому, что не хотел, чтобы она узнала о том, что он украл маховик времени. Он также презирал, когда его жалели.       — Нет, не понимаешь. А теперь оставь меня, — прорычал он, поднимаясь на ноги. Ему нужно было избавиться от этой любопытной. Это был его последний шанс сделать то, что он планировал. Он был в нужном месте, и только с помощью маховика можно было вернуться назад. — Возвращайся к тому, кто ценит то, что ты рядом.       Грейнджер уставилась на него, моргнув один раз, затем ещё, прежде чем тоже подняться. Джордж чувствовал на себе её взгляд, когда она, нахмурившись, сосредоточила на нём немигающий взор.       — Я так не думаю, нет. Ты неважно выглядишь, Джордж. Я не думаю, что тебе стоит быть одному сейчас. Нам не обязательно возвращаться на улицу, если ты не хочешь. Я могу остаться здесь с тобой или прогуляться по замку. Всё, что ты захочешь, Джордж.       — Я хочу, чтобы ты оставила меня в покое, Грейнджер, — вновь прорычал Джордж, крепче сжимая в кулаке маховик времени. — Поверь мне, я уже несколько дней не был один. Все чувствуют, что у них внезапно появилось право навязывать мне своё присутствие, и с меня достаточно. Я устал от заботы людей, которые думают, что знают, что для меня лучше. Потому что ты понятия не имеешь, чего я хочу, что мне нужно…       Предательская слеза скатилась по его щеке, и Джордж поспешно вытер её. Тем не менее Гермиона это видела.       — Чего же ты тогда хочешь? Что тебе нужно? Может, тебе поможет проклясть кого-нибудь или поплакать?       Джордж стиснул зубы. Прислушалась ли она хоть к одному слову, которое он сказал?       — Что мне нужно, Грейнджер, так это чтобы Фред был здесь прямо сейчас. Он нужен мне живым и счастливым, а не лежащим в тёмной холодной могиле, где он для меня недосягаем. Мне нужно увидеть его улыбку, посмеяться с ним, а не быть раздавленным этой пустотой, этой болью! Потому что сейчас я не могу дышать, не могу спать, не могу думать.       Постепенно гнев и разочарование охватили его. Он направился к девушке, его глаза сфокусировались на ней, и она очень медленно попятилась от него, широко раскрыв веки. Джордж не закончил.       — Мы всегда были вместе. Каждый день нашей жизни, Грейнджер. Мы поклялись, что всегда будем вместе, что бы ни бросала нам судьба. Я сделаю всё, чтобы вернуть его, Грейнджер, потому что без Фреда я ничто. А теперь оставь меня, блядь, в покое!       Он не собирался кричать на неё или бить свободной рукой о стену рядом с её головой. Но его характер взял над ним верх, и он всё же сделал это.       — Я… — девушка смотрела на него широко раскрытыми глазами, которые медленно наполнялись слезами, а её нижняя губа задрожала. Она, вероятно, в любую секунду убежит, и хотя Джордж сожалел о том, что напугал Гермиону, ему не будет жаль, если она уйдёт.       Но упрямая девушка не шевельнула ни мускулом, просто уставилась на него, ещё раз просканировав его глазами. Внезапно они остановились на его другой руке, сфокусировавшись на тонкой золотой цепочке, свисающей через его пальцы.       — Что у тебя там, Джордж? Что это такое?       Джордж дёрнул плечом, глядя на неё суровым взглядом.       — Это не твоё дело. Ты больше не староста и…       Грейнджер покачала головой.       — Ты не можешь использовать его, Джордж. Это не сработает. Прошлое нельзя изменить. Дамблдор…       — Дамблдор мёртв, — рявкнул Джордж и вопреки своему здравому смыслу подошёл ещё ближе. — И наперекор всему, во что ты веришь, Грейнджер, этот человек не знал всего. Всё, что мне нужно сделать, это вернуться на неделю назад, подождать здесь и бросить щитовые чары, когда эта проклятая стена рухнет. Это легче лёгкого, и…       Девушка покачала головой, огорчённая его словами.       — Это так не работает, Джордж. Вмешиваться во время опасно. Что, если тебя тоже убьют, потому что ты наткнёшься на группу Пожирателей, ожидая в этом коридоре? Твоя мама не может потерять ещё одного ребёнка, она…       — Ты не отговоришь меня от этого, Грейнджер. Здесь у тебя нет права голоса, абсолютно никакого. Я вернусь и спасу Фреда, или умру, пытаясь.       Он хотел отступить от неё на шаг, но внезапно Гермиона устремилась к нему, схватив маленькую цепочку, свисающую с его пальцев. Одно неверное движение, и тогда всё, казалось, произошло мгновенно. Маховик времени полетел, выскользнув из его руки и сквозь пальцы Грейнджер, ударившись об пол прямо между их ногами. Повсюду разлетелись песчинки, врезаясь в их ладони, когда они оба нырнули за инструментом, пытаясь его поймать. Но было слишком поздно. Маховик лежал сломанный, а надежды Джорджа были разбиты, как стекло перед ним на полу. Или он так думал…       — Что это? Что происходит? — голос Гермионы дрогнул, девушка перед ним сползла на землю. На мгновение Джордж не понял, что случилось, но затем увидел это — голубой свет, сияющий на их руках, прямо там, где песок маховика времени коснулся их кожи. — Джордж!       «Что-то происходит», — подумал Джордж, и хотя он и не знал, что именно, но бросился к девушке, схватив её за руку в глупой иллюзии того, что он поступает правильно.       Но в тот момент, когда их кожа соприкоснулась, мир изменился, его желудок сжался, словно Джордж собирался спрыгнуть со скалы. «Плохо дело», — снова подумал он, взглянув на испуганное лицо Грейнджер, прежде чем в его глазах потемнело. И затем они ощутили будоражащее чувство падения.