Живая машина

Энджел хорошо жил последние несколько месяцев. Добрая принцесса, на которую его вывел Вокс, организовала целый отель, где тебе всего-то нужно быть паинькой, чтобы жить бесплатно. И как только технодемон узнавал о таких мерероприятиях? Теперь Энджел практически не зависел от Валентино, становясь слегка заносчивее и развязнее, за что ему было немного стыдно, ведь он не стеснялся сам искать себе богатенького папочку на ночь, хотя раньше от одной мысли было противно. Но всё изменилось слишком стремительно для одного дня, утром принцесса была на седьмом небе от счастья, сумев-таки выбить себе время на главном канале. Паучку всё было интересно, с чего Вокс так брыкается с этим эфиром, но позвонить и спросить так он не мог, мало ли кто окажется рядом с любой стороны. Но вот принцесса выступила, если судить по апатии, царившей в машине и позже в отеле, неудачно. А после появился Аластор и порноактёр на стенку готов был лезть от того, насколько старался показаться тупеньким. Не знает он радиодемона, как же, хорошо наслышан. Это второй человек во всем Аду, после которого Вокса приходится собирать по кусочкам, первое всегда с почётом занимал Валентино. А после этот демон заявил свои права на участие в проекте и подкрепил защитой от случайного вторжения старикашки-змея. Энджел полез в социальные сети, как только остался один, следовало убедиться, что его «любимое» начальство и лучший друг не находятся в разгаре свидания или чего похуже, но, к собственному удивлению, нашёл совсем другое. Они были в ссоре, снова из-за какого-то пустяка. Воровато оглянувшись, чтобы никого не было рядом, он поскорее набрал номер. Технодемон ответил практически сразу. — Привет, ты в порядке? — скороговоркой спрашивает паучок, на что получает повторяющийся лагающий вздох. — Не хуже, чем обычно. Он промахнулся, только вскользь задел. — Если будет совсем тяжело, приходи ко мне, я помогу, обещаю. — Боюсь, мне там рады не будут, Энджи. — на фоне слышны окрики съёмочной команды и порноактёр прикусывает губу, чувствуя вину за то, что оторвал друга от работы. — Ладно, давай там, не пропадай надолго. — Береги себя, дебилорд. Вокс усмехается напоследок, звонок окончен и Энджел с чувством бьётся головой об стену, он не звонил и не отвечал на звонки чуть больше месяца. Он думал, что делает одолжение, не докучая Воксу и не мелькая в его жизни, а оказалось пропустил накаление не особо благоприятных отношений. Он не видел, как за угол шмыгнул незаметный тёмный шпион. Аластор обустраивал отданный ему одному этаж, конечно, все крупные и тяжёлые вещи двигала магия, но было какое-то особое очарование, руками разложить всю мелочь по только выбранным местам. Его тень бегала где-то в отеле, изучала территорию, впрочем, это было только на руку, поэтому когда проворный шпион вернулся так рано, он был удивлён. Тень обменялась с хозяином информацией и снова скрылась. — О, как замечательно. Выходит, этот Энджел мне ещё пригодится, может даже стоит пообщаться с ним поближе. Аластор очень заинтересовался, когда до него дошли слухи о том, что глупый телевизор, хватавшийся за всё подряд, по какой-то неизвестной причине не допускает эфира с дочерью Люцифера и вот наглая девушка добилась своего, ещё больше привлекая к себе внимание. Но от Вокса не последовало никакой реакции, даже за разгромленную студию счётов не прислал. Может, конечно, олень торопил события и всё это, включая злющего технодемона, свалится им на головы после, но короткий подслушанный разговор говорил об обратном, молодой лорд не станет приближаться к отелю без веской причины. Каннибал не понимал, как можно оставить такое презабавное мероприятие без внимания. Тем не менее, этот разговор в который раз подтолкнул его к мысли, что врагов нужно держать максимально близко. Ему определённо следует на время изъять у одного из подчинённых пластиково-металлическую дощечку, поднимавшую такой отклик в обществе. Так появились внезапные планы на ближайший вечер. К удивлению каннибала, новообретённый потугами Нифти телефон Хаска оказался не столь дьявольской машиной, сколько рисовался долгие годы, даже социальные сети, на которых в последние годы все помешались, не были столь отвратны. Он даже не думал, что наглый мальчишка сорвал куш в чём-то действительно важном, но один неоспоримый плюс его творения отрицать было нельзя. Вокс был лучшим информатором, не от того, что имел самых лучших агентов и не от особой магической силы, дающей всезнание, а от того, что жители Ада, не задумываясь, скармливали ему за бесценок все самые интимные подробности своих жизней. Порядком удивившись халатному отношению к информации о себе, олень перешёл к самому интересному, а именно страницам троих конкретных демонов, решая не оттягивать с самым интересным, открыл профиль Вокса. В котором было поразительно пусто, чтобы удостовериться в своих догадках он открыл страницу Энджела и точно понял, что где-то на пол пути система дала сбой — у паучка было до безобразия много записей, каждый день да не по разу. У технодемона же редко и словно нехотя? Хотя все немногочисленные фото делились на два типа: побитый Вокс и непривычно расслабленный Вокс, это казалось каннибалу чем-то диким. Зачем показывать публике свою боль и своё искреннее счастье? Вернувшись к странице Энджела, он быстро счёл её скучной и перешёл к Валентино, тут же чуть не выбросив телефон от увиденного, ничем не прикрытого пошлого подтекста на фото. Всё же, переборов себя, он полез дальше. Хэй девочки, папочка сегодня свободен. Глупый смайлик с поцелуем. Как этот идиот мне надоел. Не могу сдержаться~ Какой же Вокси иногда идиот… И прочие подобные подписи, предлагавшиеся к фото где демонстрировался либо процесс, либо последствия издевательств над Воксом. И это оказало не самый ожидаемый результат для радиодемона, он злился на Валентино, посмевшего ломать его лучшего врага, которого, вот уж совпадение, не видно не слышно в последнее время. — Думаю, можно нанести одной зарвавшейся шлюхе визит вежливости. Каннибал собрал все свои распущенные на исследования местности тени, незаметно вернул гаджет в ящик барной стойки и переместился недалеко от клуба мотылька. Любой повелитель чувствовал вторжение на свою территорию, сутенёр не был исключением, спустя несколько минут пафосно появившись в дверях. — Твоей безмозглой боксёрской груши здесь нет, Бемби. — К счастью, я сегодня здесь не ради него. Валентино удивлённо приподнял бровь, усики на голове резко дёрнулись. Обычно скрытая третья пара рук вылезла, крепко сжимая изящные пистолеты. — Тогда я рад приветствовать тебя парой свинцовых пуль. Снаряды, выпущенные в голову, прошли совершенно мимо. Аластор выпустил целый десяток щупалец, остановленных густыми клубами малинового дыма. В отличие от Вокса, умело комбинировавшего ближний и дальний бой, как сам каннибал, мотылёк брезгливо держался на расстоянии, не желая пачкать ни руки, ни одежду. Но, кажется, это было его преимуществом, легко блокируя дальние атаки радиодемона и продолжая нападение, не давая и шанса ответить. — Ты трус, сражайся честно! Потрёпанный Аластор отфыркнулся от набежавшей со лба крови. Мотылёк лишь погано ухмыльнулся, заряжая пистолеты святыми пулями. — Я не идиот, Бемби, и не стану специально подставляться, как Вокс, чтобы потешить твоё самолюбие. — послышался щелчок предохранителя пистолета и первый выстрел. — Ты проиграл. Олень взвыл от раскатившейся по простреленному животу боли. Аластор сотню раз успел пожалеть об импульсивном решении заявиться к сутенёру, но даже свою смерть решил принять достойно, широко улыбаясь. Он собирался поднять взгляд, но его закрыла от выстрела тёмная худая фигура. — Что ты творишь, Вал? — Ставлю зарвавшихся животных на место. С дороги. — Нельзя. Его. Убивать. Ты нарушишь баланс, отступи, ты уже выиграл. Валентино злобно рычит, но пистолет опускает. — Ты жалок Вокс, я мог навсегда избавить тебя от этого. Но тебе, как всегда, нужно всё испортить. Пренебрежительно фыркая, мотылёк удалился обратно. Вокс неспешно обернулся, с лёгким разочарованием глядя на держащегося из последних сил каннибала. — Зачем ты только к нему полез? — Не твоё… нгх… дело… Технодемон закатил глаза и схватил Аластора за целую руку. — Пойдём. — несмотря на сопротивление, Вокс смог переместить не только себя, но и храбрившегося до последнего вынужденного врага у которого от святого металла была заблокирована магия. — Пуля в тебе или прошла навылет? Каннибал до скрипа стиснул зубы, наблюдая за носившемся по собственной кухне технодемоном в поисках средств первой помощи, кожный покров и кровеносная система у него лишь чуть-чуть отличаются от человеческой. — Я позволю тебе копаться в моих кишках только через мой труп. Младший лорд скептически поднял цифровые брови, смотря на нетвёрдо стоящего на ногах оленя. В принципе, ответ на свой вопрос он получил. — Если ты мечтаешь покинуть вечность в ближайшее время, то конечно. Есть пожелания того, где хочешь скопытиться? — в ответ он получил только недоверчивый взгляд с требованием продолжать объяснения. Вокс разложил найденное на столе. — Эта крыса смазывает свои пули каким-то ядом, который со временем действует сильнее и, если ты не умрёшь в ближайшее время от кровопотери, та дрянь тебя добьёт. Так что выбирай: либо я достаю пулю и мы расходимся, как в море корабли, либо ты уходишь, ну либо я тебя перемещаю, чтобы Вал хорошо поржал, когда ты внезапно свалишься замертво. Аластора такая перспектива совершенно не радует, тем более он уже начал чувствовать нарастающее жжение вокруг раны. — В чём подвох? — Ну, это будет больно. — беспечно пожимает плечами, стараясь незаметно замять тему отвечает Вокс. Когтистые пальцы старательно вымочены антисептиком и готовы срезать присохшую местами одежду. — Ты знаешь, я не об этом. Что я буду тебе должен? Каннибал пытается отступить, теряет равновесие и падает на упругий кожаный диван. Из-за резкой смены положения всё вокруг безжалостно плывёт. Вокс недовольно шипит помехами, не позволяя себе волноваться. Он и так очень рискует, идя против прямого приказа короля, с другой стороны, ему никогда не запрещалось помочь Аластору, правителю нужна была только показная вражда. — Ничего мне от тебя не нужно. — он невесомо касается главной раны, отмечая в памяти ещё несколько требующих внимания. Олень не сдерживает болезненного стона. — Поспи, пока не закончу. Последнее, о чём с ужасом думает каннибал: у его врага есть способность отправлять в беспамятство и тот ни разу не применял это в битвах. В сознание он возвращается медленно и к удивлению спокойно, как будто вынырнул из тёплого пухового облака. Это состояние оказалось весьма приятным. Вокруг было темно и мертвенно тихо. Грудь слегка сдавливалась плотными повязками, как руки, ноги и даже голова. Сильно напрягая зрение, он смог рассмотреть поднятую к лицу руку, затем разглядел и комнату, где находился. Плотные шторы, не дающие красному свету улиц проникнуть внутрь, крупная кровать с шёлковым бельём и мягким одеялом и огромный экран на пол стены. А как же, он ведь оказался в логове врага. Он выбирается из кровати, стараясь не тревожить раны, в комнате приятно тепло, однако находиться в одном белье не слишком-то приятно, каннибал щёлкает пальцами, ни на что не надеясь, в самом деле, не станет же Вокс так рисковать, оставляя его без присмотра и со способностями. Но одежда привычными слоями закрывает тело. — Как самонадеянно. Взглядом найдя дверь, он покидает комнату, чтобы найти хозяина дома и высказать ему всё, что думает о нём и его глупом поступке. Второй этаж, где он проснулся, изобилует всего двумя комнатами и огромной ванной, практически крытым бассейном, притом вторая комната явно не для человека, дверь в отличие от других открывается простым толчком в обе стороны, да и сделана она не в пример шире других. Первый же этаж удивляет отсутствием стен, хотя пространство красиво разделено на условные четыре зоны. За барной стойкой в зоне кухни копошится что-то крупное, догадаться, что комната наверху принадлежит этому чему-то, не сложно. Но это не волнует радиодемона, ему нужен только хозяин этого дома, которого на удивление сложно найти в таком открытом пространстве. На нескладную фигуру, неудобно завалившуюся на диван, Аластор натыкается взглядом совершенно случайно. Сначала он думает, что старый враг просто решил над ним поиздеваться, но, подойдя ближе, видит нечаянно заснувшего с открытым, но уже погасшим ноутбуком технодемона. Свет, источаемый экраном, сильно приглушён, а из приоткрытого рта скатывается вполне настоящая капелька слюны. Аластор замирает в нерешительности. С одной стороны, он может хоть сейчас разделить плоскую голову с носителем. С другой, мальчишка хорошо о нём позаботился и будет очень подло убить его вот так, без прелюдий, без честной драки, а ещё где-то на подкорке всплывает правило о нелетальной борьбе между лордами. В последний раз взглянув на Вокса, Аластор позвал свою тень, чтобы та притащила младшему лорду плед и отобрала ноутбук, а сам переместился в отель. Ему ещё выяснять, сколько он отсутствовал и придумывать сказку для принцессы на тему почему. — Ал, тебя не было три дня, я так волновалась! Стоило переступить порог и на него набросилась взволнованная Чарли. Олень не мог сказать, противно или приятно такое внимание его персоне, но уверенно мог сказать, что сочинять ложь на ходу ему не нравится. Вспомнив, что повязку на голове демонесса таки заметит, каннибал решил отталкиваться от этого. — Ты ни за что не поверишь, моя дорогая, но меня застал врасплох собственный книжный шкаф! Несколько абсолютно не притянутых за уши слов о количестве книг и величине комнатной мини-библиотеке и Чарли извиняется перед ним за незнание о травмах и обещает помочь с перевязкой, если потребуется. Но Аластор умело отнекивается и спешит в свою комнату. Ему нужно узнать новости за последние три дня, узнать, что болтливый мальчишка рассказал общественности. И после часа старательных поисков не находит ничего, ни освящения случившейся драки, ни её последствий, даже никаких слухов. Словно кто-то старательно всё вычистил. Он скалится в благодарной, но недоверчивой улыбке. Каннибал ждёт ещё четыре дня, три дня в напряжении, что Вокс вот-вот выставит на всеобщее обозрение его провал, но СМИ продолжают хранить гробовое молчание, пока в один из дней он не слышит разговор Ниффти и Хаска. И не замечает на брошеннном без присмотра телефоне знакомую страницу сутенёра. Как сладка бывает расправа над предателями. На фото Валентино с самым довольным прищуром облизывал нож, заляпанный знакомой неоновой кровью. По заднему плану можно было легко понять, что тот совсем не в своих владениях. Тёмные оттенки и геометрические формы были почерком другого существа. Оправдывая себя мыслями, что он просто проверит, Аластор отправил к башне и к дому технодемона по группе теней. На студии не было ничего необычного, рядовые демоны сновали, выполняя свои обязанности, даже когда Вокса там не было. А вот тени, отправленные в дом, приползли поджимая хвосты, у кого они были, не горя желанием что-то рассказывать. Рядом раздался звон разбитой посуды, недовольные крики и быстрый хлопок входной двери, олень решил выглянуть из своего закутка, чтобы узнать о случившемся и дать теням время всё рассказать. — Тупой паук, то сидит на жопе ровно, то подскакивает, как ужаленый, — недовольно ворчала Вэгги, помогая Нифти собрать осколки чашки. — Что приключилось, дорогая? — Даст странно себя ведёт. — Да босс, он сказал что-то наподобие: «Проклятье! Деби… мор? лор?..» и убежал. Каннибал уже слышал это слово в исполнении паука, и сопоставить в голове эти моменты было несложно. Неприятно было понимать, что он знает, о ком говорил Даст. — Что ж, пойду прогуляюсь, может, смогу вернуть заблудшую душу. Девушки желают ему удачи, возвращаясь к работе. Олень спокойно выходит из отеля и телепортируется недалеко от дома Вокса. Он должен убедиться, что это всего лишь дурацкое совпадение.