Любовь с ненавистью

Гермиона не успела сдержать мгновенно отражены на лице эмоции: карие брови немного поднялись вверх, а лоб прорезала небольшая морщинка. Она никак не ожидала, что благодаря всего нескольким хорошо обдуманным и заранее подготовленным фразам, Пэнси согласиться на предложенную сделку. Если признаться честно, пока Грейнджер расхаживала по подземелью и лелеяла некую надежду, что Мерлин удержит её от сегодняшних дальнейших встреч, она мысленно уже начала обдумывать план по приготовлению тех десяти зелий, что так любезно, в качестве домашнего задания, предоставил профессор Снейп. И начальный план нравился Гермионе намного больше, чем тот, главной идеей которого были поиски назначенной профессором пары. Да и в подземелье она спустилась только из-за своего внутреннего негодования. Благодаря личному «я», что таилось в Гермионе и всякий раз высказывало своё мнение. Это будто частичка её характера, её самой. Именно через это она пошла в подземелье, таким образом создавая мираж вынужденного, но все же первого шага на контакт. — Ты глухая, Грейнджер? — холодный тембр голоса оповещал о нарастающем гневе, что сразу же вырвал Гермиону из своих мыслей. Пару раз моргнув и поразмыслив над ситуацией она ответила: — Нисколько. Чего не могу сказать о тебе, — сделав небольшой вдох она прокрутила голове все возможные варианты планов, и остановилась на одном, самом подходящем в данной ситуации, — предлагаю не терять столь драгоценное время и сразу перейти к выполнению задания. Я предлагаю заняться этим в одном из пустеющих классом, дабы не привлекать внимания. Но сперва нужно сбегать за ингредиентами для зелий. Тёмные брови Пэнси сблизились в хмурой задумчивости. Глаза забегали по каменной стене за плечом Гермионы, не ища ничего конкретного. — Снейп закрывает кабинет сразу после своего ухода. Но иногда, отставшие по учебе ученики наводят там порядок. — она немного подняла подбородок, отчего взору Грейнджер открылся большая часть бледной кожи, что до этого скрывался в тени. Да, освещение здесь очень скудное. — Ну или те, кто не соответствовал ожиданиям декана. В любом случае такое случается часто. Если поторопиться, можно успеть прийти вовремя и забрать несколько нужных ингредиентов. Стоп. Что? — Ты предлагаешь стащить что-то у Снейпа? — Гермиона окинула тёмный силуэт Паркинсон взволнованным взглядом. Если она на полном серьезе говорит такое, она явно не в себе. — Ты совсем здесь, в подземелье, рассудок потеряла? Пэнси двинулась по коридору, не обращая внимания на требовательные восклики Грейнджер. Зачем вообще её слушать? Она знает лучший вариант, и если её компаньонка этого ещё не поняла, то это точно не её проблемы. Паркинсон прошла так близко, что можно было услышать шелест сатиновой блузки, что их так часто носила Пэнси. Тяжелый аромат орхидей с невесомой ноткой горечи накрыл Гермиону с ног до головы. Будто никакого другого запаха и вовсе не существовало. Может даже показаться, что он начал дурманить голову, вводить в податливое заблуждение. Но это совсем не так. На самом деле, аромат был слишком резкий, будто Пэнси только что вылила на себя около литра парфюма. Он перекрыл любые признаки свежего воздуха, лишая Гермиону возможности нормально дышать. Она поморщилась от нагнетающего запаха, но всё же развернулась и направилась вслед за Паркинсон. — Как ты это себе вообще представляешь? — Гермиона не получила своих ответов, и это очень её беспокоило. Ведь если об этом узнает Снейп, с гриффиндора снимут добрых тридцать очков, и это в лучшем случае. — А вдруг Снейп сейчас там? Что мы тогда ему скажем? Или все узнают об этом? Кто знает, вдруг нас сейчас увидят и донесут деканам, тогда явно от лишних вопрос не избавимся. А если там закрыто? Не станем же мы ломиться… — Грейнджер! Уймись уже. Не одной тебе прийдется худо если меня поймают с тобой. — резко перебила её Паркинсон. С каждой секундой она все больше убеждалась, что всё это плохая затея. Ей не стоило на это соглашаться. Настойчивость Грейнджер выводила из себя. А ведь она собиралась так хорошо провести время! — Мне нужен чёткий план. А не гипотезы, что так усердно ты выстраиваешь у себя в голове. — она спешно проскользнула в тёмный поворот, вслед за Пэнси. Как она вообще здесь что-то видит? Гермионе приходится идти чуть ли не вслепую, что не скажешь о Паркинсон. Она будто знает всё подземелье наизусть, и прекрасно ориентируется без света. — Это пустая трата времени. Мы могли сразу направиться в выручай комнату за оборудованием и… Какого черта, Паркинсон? Пэнси резко остановилась и развернулась на сто восемьдесят градусов, прямо к Гермионе. Из-за скудного освещения, уловить все движения Грейнджер не удалось, и та влетела в собеседницу. Как не странно, но Паркинсон выше, пускай всего на несколько сантиметров. Или ей показалось? Может это благодаря высоким туфлям. Да, скорее всего это из-за них. Руки Паркинсон моментально опустились на её плечи, отталкивая от себя. Она, что, не смотрит куда идёт? Какая-то несусветная чушь. Всё это — несусветная чушь. Пэнси принялась брезгливо поправлять мантию. Ну вот же проблема, придется отправить её в стирку. И всё из-за неуклюжей дуры. А ведь она только сегодня утром пришила к мантии новые дополнительные значки. Гермиона попятилась назад, отступая на добрых пять метров. — Имей в виду, Грейнджер, нет никаких «мы». Есть я и ты. Больше ничего нет и не может быть. Улавливаешь? — где-то возле стены послышался звук. Она цокнула языком? Заносчивая стерва. Сделала это так, будто ребёнок сказал ей самую обыкновенную и обыденную вещь. Как же она мешает своим присутствием. Гермионе надоело поведение Пэнси. Хотя чего одна ожидала? Она знала к кому, направлялась, и вполне осознавала, что совместно работать над проектом будет, наверное, только труднее. И эти теории только, что подтвердились. Работать в паре у них получается ужасно. — Ты ведёшь себя так, будто делаешь мне одолжение. Хотя от этого зависит и твоя оценка. Вижу с такими темпами мы с тобой и за неделю не управимся. — Ценное замечание. — Мне кажется, что я и сама могу управиться… — Тебе не кажется. Но как ты уже сказала, от этого зависит и моя успеваемость, поэтому я не могу поручить столь важную работу тебе, не контролируя процесс. — Паркинсон возобновила шаги, небрежно кидая последние фразы через плечо, — Кто знает, что ты там сделаешь, и какого качества будут зелья. Грейнджер мгновенно устремила на Пэнси самый гневный взгляд на который была способна. Но та как будто и не чувствует, как Гермиона испепеляет её, прожигая дыру в спине. — Качество моих зелий явно будет в разы лучше, чем твоих, — догнав Паркинсон она пыталась донести какую несусветную чушь она только додумалась сказать. И естественно, делала она это своим излюбленным нравоучительным тоном. — Если же ты сомневаешься… — Захлопнись, Грейнджер. — снова. Она снова её перебила, это уже в который раз? Третий или четвертый? — Перестань меня перебивать! — Замолчи. Ты привлекаешь внимание. Гермиона театрально закатила глаза и отвернулась. Действительно, это ведь она одна здесь устраивает ссору. Если говорить предельно честно, то Паркинсон права. Как бы трудно ни было это признавать. В личной кладовой Снейпа хранились зелья и оборудование лучшего качества. И там же были ингредиенты. Тогда как в общедоступной кладовой располагались остатки. И это если успеть ухватить хоть что-то. Но с другой стороны, пробираться в кладовую декана Слизерина являлось самим безумием. Как только Паркинсон до этого додумалась, или для Слизерина это обычное дело? Воровать что-нибудь у профессоров. Вполне возможно. Огромная дверь кладовой комнаты оказалась полуоткрыта. В оранжевой полоске света, что выглядывала в коридор, мелькали тени. Там кто-то ходит, активно занимаясь своим делом. Паркинсон подошла первая, приложив сомкнутую руку в кулак к шершавой поверхности. Прозвучало два стука, и движение внутри прекратилось. Тень, что мелькнула в дверном проёме, остановилась прислушиваясь. Это какой-то знак или код? Довольно-таки практичное решение. Выждав еще несколько секунд Пэнси повторила действие, только в этот раз, стучала трижды. Она отошла терпеливо ожидая следующих действий. Тень засуетилась и мигом подошла к двери, открывая её, и проливая свет на двоих стоящих фигур. — Монтегю? — привлекая к себе внимание молвила Паркинсон. Тот, осмотрев Гермиону холодным взглядом, полным непонимания, устремил его на Пэнси. — Разве сегодня твоя очередь? — Дафна согласилась поменяться, — хмыкнул Грэхэм. — В мою смену будет квиддич, — он прислонился спиной к рамке двери и составил руки на груди. — Ладно, без разницы, — Паркинсон проскользнула сквозь проём который подпирал её сокурсник. Она мигом прошла вдоль стеллажей, направляясь к самому далёкому. — Ты что тут делаешь? — обратился он к Грейнджер. Взгляд, которым она смерила его, ничего не выражал. Но внутри Гермиона мысленно боролась с собой. Переступить сейчас порог — значило добровольно ввязаться в лишние проблемы. Но награда за этот риск была столь велика, что избавиться от гнетущего предложения казалось трудным. Прикусив губу изнутри, она сделала небольшой шаг вперед. За ним ещё один, и ещё. Возможность отступить утрачена. Азарт одержал победу. Она проскользнула мимо Грэхема и только после, не останавливаясь и не оборачиваясь, кинула: — Ищу компоненты для зелий. — Не боишься, что твой драгоценный декан узнает? — насмешливый тон в его голосе догнал Гермиону, когда та уже почти дошла до Пэнси. Но она не стала отвечать. Зачем? Это всего лишь повод для насмешек с его стороны. Ему явно нечем заняться. Вместо этого она сконцентрировала своё внимание на колбочках с разноцветной жидкостью. Наклейки с надписями разъясняли, что в них находилось. — И так, — молвила Грейнджер доставая смятый пергамент из кармана, — нужны ингредиенты для: Всевозможного зелья… — Болтушка для молчунов, — добавила Паркинсон не прекращая осматривать колбочки. Некоторые она уже успела припрятать в мантии. — Да, и оно тоже. Дурманящая настойка… — Зелье забывчивость, — она потянулась за маленьким бутыльком с надписью «Potion of forgetfulness», — Повезло, уже есть готовое. — Предлагаешь взять готовое? — поинтересовалась Гермиона. — Предлагаешь впустую потратить время, когда есть более легкий вариант? — она смотрела на Грейнджер с некой насмешкой и высокомерием, — Это, — она подняла ладонь с колбочкой на уровне глаз собеседницы. Даже не поворачивая голову в её сторону, — Избавит меня от лишних минут с тобой. — Будто я рада совместному время провождению, — Грейнджер фыркнула подтверждая свои слова. Паркинсон спрятала зелье в карман, возвращая руку на стеллаж. — Изумрудное зелье, — монотонно добавила она запуская руку вглубь стеллажа. — Ты смеешься? Оно же запрещено. Да и где взять для него компоненты, — Гермиона внимательно осмотрела маленькую бутылочку в руках Пэнси, — И где ты только это находишь, — она неодобрительно покачала головой со стороны в сторону, показывая насколько ей не нравиться данная идея, — Он узнает. — Не узнает, если перелить в другой пузырек и разбавить раствор. — Паркинсон спрятала зелье к остальным, в карман. Их там наверное было достаточно много, о чем свидетельствует свойственный для стекла звук. Вернув свой хмурый взгляд стеллажам она продолжила, — Это элементарно. — Не занимаюсь мошенничеством, — злобно ответила Гермиона. Вся эта затея не внушала ей уверенности. А ещё и Паркинсон доставала своей надменностью. Лишь бы поскорее закончить со всем этим. — Сейчас занимаешься, — игнорировать резкие взгляды Грейнджер приносило Пэнси некое удовольствие. Пускай и такое крошечное. Оно позволяло вполне понимать: ничто, даже маленькое сотрудничество, ничего не меняет. Они кем были, теми и останутся. — Напиток живой смерти. — Каким образом оно подходит к нашему заданию? — каштановые брови взлетели вверх. Паркинсон пересчитывает, по большей мере, запрещенные зелья. Неужели она считает, что за это им начислят дополнительные баллы? — Оно так же как и другие влияет на разум. Значит должно быть в списке. — Почему ты предлагаешь только опасные зелья? — не сдержалась Гермиона. Причём её собеседница выбирает наверное из тех, что нашла уже готовыми. Её желание спросить себе работу просто поражает. Но это только добавляет риска в их работу. Сделав тяжелый вдох, и медленно выдохнув, Пэнси заглянула прямо в карие глаза. В такие глубокие и тёплые, карие глаза. — Потому, что другие, будут выбирать самые обычные зелья. Тогда как я предлагаю своеобразные и редкие. Хоть иногда, но включай свои мозги, Грейнджер. — она выплюнула последнее слово с такой угнетающей ненавистью. Сложно поверить, как она ещё не убежала отсюда, с брезгливым оскалом на лице. — За это, нам как раз таки и снимут балы, — холодным тоном заявила Гермиона. — Умострительное зелье и умиротворяющий бальзам. Перейдя к противоположному стеллажу она стала искать подходящие травы для их приготовления. Как ни удивительно, все здесь лежавшие, выглядели так, будто только, что собраны. Грейнджер не переставала удивляться серьезному подходу к своей работе профессора Снейпа. Хотя, чему тут удивляться? Такой настрой, вполне ожидаемый для него. — Усыпляющее зелье и эйфорийный эликсир, — девушка повернулась на голос Паркинсон, что как раз доставала из самого дальнего угла пыльные баночки, — Я нашла ещё сыворотку правды. Это все. Нужно набрать пустых колбочек и можно идти. — она принялась вытирать пыль на мантии. Гермиона кивнула возвращаясь к поиску нужного растения. Идея с воровством уже готовых зелий, совсем ей не нравилась. Слишком великий риск быть пойманными. Но именно эта идея была самой интересной. Всего пара минут и готовый результат как после нескольких часов стараний. Это всё упрощало. Нельзя сказать точно, что она сама бы не додумалась до таких действий. Проблема была в том, хватило бы ей смелости, решиться на такое? Да уж, хваленая гриффиндорская отвага определенно не распространялась на все случаи. — Ладно, — подходя к Пэнси сказала Грейнджер, — У меня всё. Идём? — Паркинсон! — стоящий возле двери Монтегю старался говорить как можно тише, но так, чтобы его услышали. — Декан идёт!