Игры богов

Сердце учащенно билось в груди, пока Айварс набирал знакомый номер телефона. Как давно в последний раз звонил он домой: месяц - два? Вот уже больше года он не видел родных лиц. Разве что только во сне: иногда приснится вечно занятая мать и задумчивое хмурое лицо отца. Всё это так отличалось от общения с родственниками Джареда. Там его ждали и были приветливы, обходительны. На вопросы о своей семье, Вайсарис отвечал всегда одно и тоже - творческие люди. Отец художник, мать маникюрщица. Похвастаться, что они его любят, он не мог. «Так вот в кого ты такой талантище!» - обычно следом говорили ему, на что Вайсарис морщился, вспоминая, как сжигал свои рисунки, которые никогда не нравились отцу. «Я надеюсь, ты удивишь меня в следующий раз», - брезгливо говорил Вайсарис-старший, отодвигая от себя очередной «шедевр», а затем долго и нудно объяснял, почему это всё не производит впечатления. Айв всячески откладывал поездку домой, наслаждаясь обществом Джареда, но пришёл момент, когда вернуться стало необходимо, требовалось уладить некоторые финансовые вопросы в семье. Но оставить Джареда он просто не мог. Вывод напрашивался сам собой – взять Джареда с собой, но как объяснить , что реакция родителей будет резко отличатся от реакции родственников креола. Безвыходная ситуация, он не мог уехать один, посмотреть а глаза Джареду и сказать, что он уезжает один. Но и признаться родным, что он – гей, и приедет со своим парнем не хватало решимости. Был, конечно,и вариант соврать, что Джаред ему просто друг. Но что скажет сам Джаред на это? Сможет ли притворяться, с его-то легковозбудимым французским характером? Ведь ехать- то надо не на один день, а минимум на неделю. - Да... Айварс? - Голос отца звучит на фоне громкого гомона гостей, звуков музыки, впрочем, вечеринки в их доме не редкость. - Я тебя плохо слышу! - Пап, привет! - Я сейчас, - говорит кому-то отец, перемещаясь, по-видимому, в более тихое место. - Что ты хотел? – такой знакомый голос стал громче, и по интонациям могло показаться, что сын звонил ему пять минут назад и теперь опять отвлекает от дела. - Я собрался приехать , пап, через пару дней, - Айв заметно нервничал от мысли о том, что собирается сказать, а еще больше от мысли о том, что собирается сделать. - Решил осчастливить свою мать? Давно пора, она постоянно говорит о тебе. - Пап, я приеду не один, с подругой...- голос Айва осекся, вернее его перебил смех отца: - Как всё предсказуемо! Дай отгадаю. Парикмахерша, маленькая, горластая итальянка? – отец саркастически рассмеялся. - Почему сразу...- Пытался вклиниться Айв, понимая, что отец в голове уже почти закончил воображаемый образ. – Отец, из тебя плохой экстрасенс. Она француженка… высокая и красивая. Если хочешь знать - модель! Он услышал как отец осекся, недоверчиво фыркнув. - Давай, сынок, удиви меня! - На сей раз я тебя удивлю, вот увидишь! Парень завершил вызов и нервно поджал губы, сдвинув брови. Что ж , я удивлю тебя! Высокая и красивая француженка, модель, - как ему только в голову пришло такое? Но Джаред и вправду был высокий и тонкокостный, словно девушка. А эта чёрная копна волос - да ему может позавидовать любая девчонка. В голове сразу возник сексуальный образ Джареда, в женском наряде. А что, если я его... загримирую? Теперь оставалось уговорить милого креола решиться на такой розыгрыш со знакомством. Придя в их совместное жильё, он радостно объявил, обнимая своего парня: - Ну всё, собирай чемоданы, солнце, завтра мы едем знакомиться с моими родителями! И не успел тот опомниться, как прибалт добавил. - Но ты понимаешь, это такое событие, что я хочу тебе сделать небольшой подарок! Я подберу тебе самый крутой look. Мы тебя приоденем так, что все ахнут! И давай, у нас мало времени, собирайся, мы идём в магазин... Айварсу, благодаря его холодному латышскому спокойствию, удалось держать интригу до самого конца их пути к магазину. Вплоть до того момента, когда изумлённый креол не убедился, что никто ничего не перепутал и они будут отовариваться, именно в бутике с женской одеждой. - Да, мой красивый...Тебе придется на время стать... девушкой, - сказал он тоном, не терпящим возражений, лишь мягко притянул высокого парня к себе за талию и нежно провёл ладонью по его лицу, еле скрывая улыбку и не зная, какой реакции уже ожидать… -Это что - какой -то розыгрыш? Бедолага Джаред опешил, потрясенно рассматривая все эти женские штучки, висящие на плечиках, выставленные на манекенах в витрине. Платья из последней коллекции, летящие туники, кокетливо сползающие с одного плеча. Нет, конечно, в Клубе бывали праздники, когда волосатые мужские ноги скрывались под юбками. Да и Джаред - вот что значит кровь актёра!- сам обожал розыгрыши, театральные сценки, маскарады и переодевания, фестиваль на Жирный Вторник был как по нему сшит. Но ехать к старшим Вайсарисам в облике… девушки? Странный способ знакомства с родителями любимого. - Какой ещё розыгрыш? Я на полном серьёзе, ты пойми, мои родители… словом, они будут очень придирчиво оценивать и меня, и тебя. -Ах, вот оно что, - Джаред вдруг хлопнул себя по лбу . - Кажется, они ...традиционного воспитания, так? Я угадал? Да не парься ты, нам ли быть в печали! Наряжай хоть горшком, только мой с порошком! - схохмил креол. Потому что чересчур правильные родители - такие правильные, что в этом есть что-то жуткое - это же кошмар какой-то! Нет, конечно же, было обидно. И досадно. Опять он кому-то «не такой» - кому-то надутому, чванливому, брезгливому... Однако без этих людей не родился бы никакой Айв. Только ради этого стоило потерпеть. И заодно получить злорадное удовольствие, натягивая старшим Вайсарисам нос - нет, такой забавы упускать не стоило! - Не ты первый, не ты последний, у кого проблемы с предками. Ладно, шут возьми, представим, что я травестийный актёр. Зря я, что ли, сын гениального, так его разэтак, Джереми Квинна, мир его праху? Только тогда нам нужна будет помощь настоящего мастера! - креол взялся набирать чей-то телефон. - Волосы на теле выведены, одеть и накрасить можно, но меня выдаст что? Походка! Алло! Каталина? - Естественно традиционного, никто там и в страшном сне не видит, что я - гей. Но я не хочу приходить, как баран на заклание, с повинной головой. Предпочитаю увидеть восторг, одобрение, прежде чем я услышу «ай-яй-яй». Ну а если не получится, что ж ,тогда, значит ,ты плохой актёр, а я плохой стилист и мы всё равно друг друга стоим, - усмехнулся окидывая взглядом с головы до ног, словно примеряя новый образ на Джареда. Ну а дальше Айварс не смог сдержать удивление, насколько быстро Джаред проникся идеей, словно это была его. Инициатива была перехвачена и тут же запущена в действие. - Эй-эй, какая ещё Каталина? - громкий шлепок по заднице, что бы вернуть креола с небес на землю. - Я никому тебя не доверю, какие ещё мастера? Для меня это, считай, измена! Я сам займусь тобой! Схватив за руку, он потащил чертыхающегося парня за собой к стойкам с одеждой. Предстояла сложная задача. Убедить орлеанца выбрать то, что нужно, а не то, что ярче всего блестит. - Ну мы же не на парад трансвеститов собираемся, солнце, - вздохнул он, решительно отобрав у Джареда выбранные шмотки, и повесив их на место. - Я понимаю, что ноги от ушей, но не забывай, что между ними у тебя кое-что болтается И всё-таки дело было сделано. Вайсарис аж вспотел: наржался и наругался за это время на неделю вперёд. Но это оказалось только цветочки, а ягодка теперь примерял кружевной лиф у зеркала в их квартире и явно заморачивался размером. - Только не вздумай запихать туда носки, - на всякий случай предупредил Айв, уловив взгляд Джареда именно на тот отсек в шкафу. - Я уже заказал тебе силиконовую накладную грудь, через час привезут, и подберем размер. Зато платье сидело как влитое, мягкая ткань где надо подчеркивала красивые линии, где надо скрывала отсутствие необходимых изгибов, а легкий воздушный кардиган поверх придавал женственную экстравагантность. Высокий ворот платья скрывал кадык, а на груди красовался роскошный кулон. Утягивающие в тон кожи колготки облегали узкие щиколотки. В целом всё смотрелось гармонично и без излишеств. Ещё час на то, чтобы сотворить шедевр с волосами, и, самое главное, макияж. - Мне кажется, я становлюсь гетеро, дорогой, из тебя выходит отпадная девчонка! Айв не мог оторвать восторженного взгляда от лица креола. Ему хотелось всосаться в эти губы и разорвать всё в клочья, завалив на кровать, но нельзя мять произведение искусства! Ёщё один придирчивый взгляд, еле сдерживает томившегося в ожидании парня, вернее уже леди. А Джаредом там уже и не пахнет, и близко не он. Джеральдина настоящая! - Ну ладно уже, иди, смотрись, каблуки не забудь...ой умора.. Осторожнее, ноги не сломай! -Вот я и хотел позвать Каталину, чтоб выучила ковылять на этих ходулях - прибил бы того, кто придумал такие пыточные колодки! Лучше бы меня пороли, чем на них ходить! Джаред скорчил гримасу. Нет, Айварс действительно настоящий художник макияжа и причёсок, но даже самая ненаблюдательная женщина поймёт, что в деле каблуков перед ней новичок. - А ты сразу: изменник, изменник... В магазине продавщицы животики надорвали , хохоча над спорщиками - оба юноши препирались до хрипоты, Джаред даже, забыв, что на публике, возмущённо горланил, размахивая руками , что между ног у него «кое-что» «не только болтается, но и стоять способно», и что «вот дома он покажет Айварсу трансвеститов! Это амплуа называется «травести», голова садовая!» - Она же актриса, вот и выучит меня. Ну согласись, что мужчины ходят не так, как женщины! Да и Мисси кто-то должен кормить все эти дни, британки не любят авиаперевозок! Отелло-рассвирепелло! Нет, мне даже льстит, что ты так меня ревнуешь! - креол захихикал.- Так что потерпи, пожалуйста - я же терпел весь этот магазинный марафон! - он вновь принялся вызывать Каталину. Что сказать, бедной женщине, а потом старшим Вайсарисам предстоит пережить феерическое травести-шоу! *** Искренний, радостный смех молодого бога, отозвался, кажется, в самом сердце вечных гор. - Признай, Эрида. Ты проиграла наш спор. Эти двое истинно любят друг друга и тебе их любовь не разрушить. - Пока еще нет. Всего два испытания из трёх, договор есть договор. Юноша пожал плечами. - Два, три… десять… они все преодолеют! - Договор есть договор, мой сладкий бог любви. Три испытания. - Пусть будет по твоему, три… Какое будет третьим? Эрида покачала головой, рассмеялась, запрокинув голову – небеса Олимпа были безмятежными, как глаза счастливых любовников. Но иногда и среди ясного неба случаются грозы. - Узнаешь, когда придёт время. И они узнают, когда придёт время… Черная птица взлетела в небеса, черная большая птица, а за ней белый голубь, и только ветер остался гулять по мосту, подбрасывая вверх яблоневые лепестки…