One night

      — Хён, там проблема на кухне, можешь помочь… — Луи без стука и каких либо предупреждений заскакивает в комнату Муджина, Чиу и Айвана. Двое последних отсутствовали,  так что в помещении, в которое он бесцеремонно вломился, был только Сонхо.       —… Мы не можем собрать. — Не закончил он фразу, ибо увиденное ввело его в полнейший ступор. — Хён.       Парень действительно находился на своём месте. На своей кровати. Только рука активно двигалась в районе приспущенных спортивок, на оголенном члене. Муджин точно заметил его присутствие, но продолжал, прикрыв глаза, лишь сбавив темп,  растерев выступившую влагу по ограну.       — Хён… — Еще раз прошептал Ян, нервно оглянувшись на приоткрытую дверь, которую он же сам и не закрыл до конца. Джихун с Артуром возились на кухне, а Айван помогал им со сборкой рисоварки,  которую они пытались починить. И хоть Данн с Чиу были ненадолго ликвидированы походом за покупками, шанс что Юсону что-то понадобится в комнате, был слишком велик. Банально, его могли просто потерять и пойти проверить лично, куда король эстетики запропастился.       Сонхо, видимо, не смущало вообще ничего. Ни стоящий буквально в паре шагов от него младший одногруппник, ни то, что они сейчас были в квартире, полной людей.       Луи захлопнул дверь, откинувшись на неё спиной. И не ушёл.       — Хочешь посмотреть? — Облизав губы, тихо произнёс Го.       Донщик закивал, таращась на своего хёна. Внизу живота всё стянулось узлом. До тошноты.       — Смотри. Мне нравится, когда ты смотришь. — Проговорив это, рэпер застонал, запрокидывая голову и зажмуриваясь. А  вокалист немного забыл, как дышать. Картина, разворачивающаяся перед ним пугала и притягивала одновременно. Когда Сонхо сплюнул на руку, растирая все по стоящему колом члену, нервы сдали и парень запустил руку в штаны, сжимая собственный орган. Старательно выгоняя из черепной коробки мысли о неправильности ситуации, Луи гладил себя, не отрывая взгляда от происходящего перед ним. И успокаивался тем, что раз хён не выгоняет его, значит всё нормально. И тем, что это не в первый раз.       Тогда розоволосый тоже сломя голову залетел в ванную комнату, не заморачиваясь,  есть ли там кто-то. Картина кончающего старшего долго маячила у него перед глазами. И мысль, прочно закрепившаяся в голове: спустил ли Муджин тогда от того, что на него смотрели, или всё действительно подходило к концу. Умение игнорировать ситуацию не дало  углубиться в это и он спокойно продолжил жить дальше.       И, кажется, сейчас, всё прояснилось. Кусая губы, Ян, ускорился, понимая, что долго не протянет и кончит, как перевозбужденный подросток. Адреналин, ощущения, вся невозможность ситуации — от всего этого разносило на кусочки. Так хорошо, что даже плохо.       — Донщик-а.— Муджин приподнялся на локтях, переключая всё своё внимание на парня. — Ты когда нибудь брал в рот? Стоял на коленях?       Ян отрицательно замотал головой, то ли отрицая то, что происходило, то ли всё-таки отвечая на вопрос. Сказанное хёном коротнуло, заставило узел возбуждения скрутиться ещё сильнее, подтолкнув к разрядке.       — А что, хочешь предложить? — Язык у него всегда действовал отдельно от мозга. — Думаешь, откажусь?       — Сучёнок. — Прошипел Сонхо, схватив валяюшуюся рядом футболку и с рыком спуская в неё, прижав к члену. А потом поймал безумный взгляд розоволосого, пачкающего свою руку.       — Мой хороший мальчик — Пробормотал он уже в след захлопнувшейся двери.